Позволишь мне?...

      Ухаживание. Особая традиция из мира Тринадцать. Она настолько древняя, что никто не знает когда её ввели в размеренную жизнь эльфов, кто это сделал и какими были правила изначально.       Конечно, как и многое в мире, традиция претерпела большие изменения. Особенно с переходом от дикой магии к стихийной, а после и к магии механизмов.       Сан-Фран застал время перехода. Его родители, и те, что были постарше него, все ещё отдавали предпочтение старым способам привлечь внимание своего потенциального партнёра.       Многое было отброшено точно так же, как когда-то отбросили их родители. Во времена дикой магии было нормально принести и вывесить отрубленную голову врага под дверью партнёра. Тогда избранница должна была найти этого человека и положить под порог резной гребень со своими инициалами.       Зачастую такие гребешки вырезали собственноручно, подготавливались заранее, чтобы в ту же ночь ответить мужчине симпатией. Однако, если на следующее утро под порогом будет стоять ведро с водой из болота в качестве ответа, то это надолго испортит репутацию ухажёра.       Сейчас такие традиции были не то что неуместны, а даже аморальны. В поколении родителей Франа такие случаи ещё появлялись местами, но чаще всего это порицалось обществом.       Сан-Фран любил слушать истории о том, как отец добивался матери. Тот был превосходным ювелиром, и многие из подаренных вещей были сделаны его собственными руками.       Та заколка, что его матушка снимала несколько раз за свою жизнь была сделана его отцом. Яркая и сверкающая даже спустя столько лет.       Поколение Франа всегда пыталось удивить своего партнёра, создавало что-то необычное, выходящее за рамки. И маг мог понять их, ведь скучные стандарты не всем нравятся.       Сан-Фран прикрыл глаза и положил голову на руки. Только что он закончил торговаться с огромным количеством мироходцев. Пускал шуточки, смеялся. Все, чтобы поддерживать постоянное количество клиентов, и все, чтобы они возвращались к «самому терпимому из ныряльщиков».       Он любил проводить время с друзьями, но это всегда заканчивалось огромными очередями после. Это выматывало. «Как же я устал...»       Рабочий день еще не был закончен, но Фран чувствовал, что его только что пропустили через мясорубку. Даже потянуться и размять болящие косточки сил не хватало. — Фран, привет, — когда прозвенел колокольчик, эльф поморщился. Однако сразу же оживился, услышав голос друга. — Лололошка! Какая встреча. Что на этот раз принёс? — приподнявшись и отодвинув стул ногой, маг расплылся в добродушной улыбке.       Усталость сняло как рукой.       Лололошка подошёл к прилавку и приветливо улыбнулся. Глаз не было видно, они вновь были закрыты черным стеклом солнцезащитных очков. Фран отдал их сразу же на следующий день, когда этот милый контрабандист забежал к нему.       Солнца в Междумирье не было, точно так же как и нужды в данном аксессуаре. Фран долго не мог понять, почему же новичок их носит. На самом деле, он задался этим вопросом еще при самой первой встрече.       Найти ответ ему удалось только увидев этого парня без них.       Глаза у него были иссиня-чёрные. Иногда казалось, что темнее самой бездны. Уставший взгляд и огромные синяки под глазами. Это лишь сильнее выделяло то, насколько красивыми были глаза Лололошки.       А еще по лицу парнишки никогда нельзя было сказать, что он чувствует на самом деле. И только увидев того без очков, Фран кажется осознал истинный смысл фразы: «глаза — зеркало души».       Лололошка все еще пытался контролировать их, сохранял в большинстве своем холодный, трезвый взгляд, смотрел прямо на собеседника, даже когда врал. Не все могли заметить мелкую дрожь ресниц когда он нервничал, небольшой прищур когда подозревал что-то или обдумывал. — Я хотел продать тебе это, — скинув с плеч рюкзак, парень достал из него несколько шкур наблюдателя хорошего качества.       Сан-Фран потянулся к товару, невзначай касаясь тонких пальцев Лололошки. Даже при таком мелком контакте по телу прошла приятная дрожь, а губы изогнулись в улыбке.       Несколько дней назад Сан-Фран корил себя за то, что полюбил не милую эльфийку, а высокого парня, да и при этом всем человека.       Думал, что бы о нем подумали родители или друзья. Смогли бы они понять его? Может, возненавидели? Назвали грешником, раз он не соблюдает правила и позорит многовековые традиции?       А потом он вспомнил, что ни в одном из сборников правил, древних трактатов и нравоучений никогда не было написано об этом.       В любой книге всегда было все описано несколько отстранено. В учениях никогда не было разделения на женщину или мужчину, всегда использовались слова абстрагированные от этого, вроде «партнер» и «избранная душа».       Никогда не говорилось о том, чтобы эта душа обязательно должна быть в теле эльфа. Об этом вообще никогда не говорили. Возможно, потому что в Тринадцатом все население было эльфами, а может, создатели этих особых традиций знали о существовании других рас и не хотели разрушать сердца запретными чувствами. Да даже если бы это и было против правил, Сан-Франу было абсолютно плевать на все написанные нормы в трактатах.       Хотя, многие из семей всегда были категоричны в выборе партнёра их чада. Фран много раз видел, как семья запрещала встречаться парню с девушкой, называя её нечистой.       Он никогда не понимал этого. Особенно когда видел, насколько больно было его другу. — Вот твой скинт, — убрав шкуру за прилавок, Сан-Фран вручил Лололошке его навар.       Пальцы задержались на чужой, посылая легкий электрический ток по руке контрабандиста. Маг не спешил убирать свою руку из-под чужой, рассматривая мелкие кровоточащие ранки на пальцах. А Лололошка в свою очередь словно и не был против, смотря на странно нахмуренное лицо эльфа. — Идём за мной, — притянув Лололошку к себе, Фран повел его в свою маленькую берлогу, сразу же усаживая на старое кресло и доставая из шкафов маленькую коробочку.       Из нее сразу же пошли в ход вата и небольшая бутылочка с прозрачной жидкостью. Как только смоченная в этом вата начала щипать, парень понял — перекись.       Прикусив губу, эльф аккуратно протирал царапины и с трепетом проводил по краям особенно глубоких.       Через несколько минут все было закончено: на ранах, где была возможность занести инфекцию, были наклеены пластыри, а все остальные замазаны йодом.       Погладив костяшки пальцев, Сан-Фран оставил на них мягкий поцелуй, тут же вскакивая, слыша привычный звон колокольчика у входа. — Добро пожаловать в «Бессмертную Искру»! — привычная улыбка, легкий прищур.       Совсем не было видно того бушующего шторма в душе, что поселил там такой детский поцелуй.

***

      С их последней встречи прошло много времени. Тогда он рассказал Лололошке все, научил его особой технике медитации. Шел на сближение в нерешительных попытках ухаживания.       Но незнакомый с традициями не мог понять этого, что разбивало сердце Франа о жестокую реальность.       Это не Тринадцать, где все знали о таких простых вещах.       Сейчас они с Лололошкой сидели на берегу реки. Парень все-таки затащил его в воду, перекинув через плечо, и эльф оказался сидящим на мелководье.       Контрабандист долго смеялся, за что сам был отправлен в реку одним ловким выпадом.       Пришлось снять верхнюю одежду и повесить её сушиться на ветки. Фран, конечно, мог высушить её-то с помощью магии, но увидев стройное тело Лололошки просто потерялся.       Он весь был покрыт шрамами, старыми, словно они сопровождали его всю жизнь. Они были разные. От рваных и белёсых до извилистых и розоватых. Пробегаясь взглядом по телу Лололошки, Фран насчитал больше 20 разновидностей. «Вон тот, кажется, от стрел. А этот похож на укус волка, — склонив голову на бок, эльф прикусил губу. — А тут похоже на ожог».       Заметив, как неловко стало контрабандисту от такого пристального внимания, Фран покраснел и тут же отвернулся, просипев тихое «прости». «Пялиться было некультурно, ой как некультурно, Франческо!» — О, ничего. Наверное, ты никогда не видел столько шрамов... — потерев рукой свой бицепс, Лололошка поджал ноги к груди. — Я не злюсь, правда! Мне кажется, все так реагируют.       Улыбка озарила лицо парня, и Сан-Фран почувствовал, как щеки начинали наливаться кровью. Уши жгло от жара. — Подожди, ты перед кем-то еще раздевался? — жар тут же сошёл и Фран сжал пальцами ткань своих штанов.       Лололошка повернулся к другу и приподнял бровь, совсем не понимая смысла вопроса. — Не помню, на самом деле. Но есть чувство, что так всегда было, — вздохнув, парень прилёг на траву и закрыл глаза, поправляя очки, что сползли на лоб от смены положения. — Лололошка... — контрабандист резко открыл глаза, поняв, что тень, возникшая над ним уж точно не облако. Эльф изменил свое положение, сев рядом с человеком и поставив свои руки с двух сторон от его головы. — Пожалуйста, не раздевайся больше ни перед кем, кроме меня.       Сначала Лололошка подумал, что это просто какая-то шутка. Однако ни через минуту, ни через две Сан-Фран не изменил своего серьёзно-злого выражения лица. — Это... Че... Тип, предложение встречаться? — голос дрогнул, и мироходец просто не знал, как на это реагировать. Склонив голову набок, он нахмурился. — Фран, я... — Нет, помолчи! — накрыв рот находящегося под ним рукой, Сан-Фран сделал глубокий вдох. — Лололошка, ты позволишь мне ухаживать за тобой!?       Брови упомянутого взлетели чуть ли не до самих волос, а глаза стали похожи на две тарелочки для соли. — Я знаю, ты вообще не понимаешь, что я несу... — тихо выдохнул Фран и наклонился ближе. — Новичок, ты не представляешь, как сильно я хочу, чтобы всю оставшуюся жизнь ты провел со мной. Ты знаешь, у нас, эльфов, все немного иначе с чувствами. И-и я не хочу, чтобы ты был со мной чисто из жалости! Нет-нет! Кем же я тогда буду...       Фран горько вздохнул и зажмурился. — Боже, прости... Я такой идиот! — Фран убрал свою руку и начал подниматься.       Действительно, о чем он только что думал? Он не подготовился, просто поддался эмоциям и...       Его остановили. Немного шершавая от мозолей рука схватила его за запястье и притянула обратно на землю. Лололошка приподнялся на локтях и выглядел несколько смущённым и обескураженным. — Это... Типа как у атласных шалашников? — фраза была произнесена шепотом. — Шала.. Что? — Фран нахмурился, не совсем понимая о ком идет речь. — Ну, птицы такие, — он собрался и продолжил, начиная жестикулировать руками. — Самец строит шалаш из веточек и приносит всякие подарки определённого цвета. А когда прилетает самка, он начинает танцевать для неё.       Сан-Фран неловко отвёл взгляд. — Наверное... — прикусив губу, он сжал в освободившийся руке кулачок травы. — Неважно.       Прикрыв рукой глаза, Фран лишь сильнее сжал траву в своем кулаке, вырывая её из земли. — Нет, Фран. Это важно, — усевшись перед эльфом, человек положил свои руки ему на плечи и встряхнул, завлекая взглянуть на себя. — И знаешь, я не против. Что бы это ни значило, я разберусь.       Лицо вновь начинало покрываться краской, но на этот раз перед друг другом сидели два крайне смущенных человека... Вернее, человека и эльфа. — О... — выдохнув горячий воздух, Фран убрал руку со своих глаз и положил её на коленку парня перед собой. — Ты уверен?       Наклонившись к Лололошке, он выдохнул этот вопрос прямо ему в губы. Кадык у контрабандиста дернулся, как только он сглотнул собственную слюну и опустил взгляд на губы Сан-Франа.       Но сам виновник такой реакции смотрел своими угольно-черными глазами в чужую бездну. Словно пытался найти хоть какой-то намёк на шутку. — Нет... Фран, я действительно хочу. — Спасибо тебе, — приподнявшись, Фран остановил лёгкий поцелуй на кончике носа, тут же отворачиваясь и не желая смотреть на растерянный и смущенный объект своего обожания.

***

      Они ещё час провели вдвоем, молча рассматривая небо и держась за руки. Каждый думал о своём, пытаясь осознать происходящее и поскорее принять факт наличия их «почти отношений». — Фран, ты когда-нибудь ловил рыбу? — повернувшись к эльфу, контрабандист зачесал свои кудри рукой назад. — Э-э, было дело. А что? — кинув короткий взгляд на Лололошку, Фран продолжил разглядывать небо, точно не желая возвращать взгляд на чужие пухлые губы. — Не хочешь попробовать половить их руками? — Лололошка сел и начал закатывать штаны. — Руками? — Фран приподнялся на локтях и прищурился. — Ну, да, — Лололошка рассмеялся, указывая в сторону плавней. — Тут водятся речные караси. Там под зарослями ила много.       Пройдя в воду по щиколотку, он повернулся, смотря на Сан-Франа.       Немного помявшись, Фран все таки снял сапоги и закатав штаны, пошел за Лололошкой. — Днем они обычно наименее активны, поэтому сейчас самое лучшее время для их ловли.       Маг поморщился, когда после мягкого песочка встал на острый камень. Встряхнуть ногой он не решился, боясь распугать всю рыбу. — И как ты собираешься их ловить? — эльф прищурился, подбоченившись. — На самом деле, есть два способа. Но в основном на карасях используют второй. Нужно пошуметь. Тогда они зароются в ил и мы сможем понять где они. — Лололошка наклонился, начиная хлопать ладонью по поверхности воды. — Видишь!       Вскрикнув, он тут же прижал рыбу ко дну. Она не была большой, поэтому, схватив за хвост и голову, Лололошка согнул её пополам, словно подкову. — Держишь её вот так, чтобы не выскочила! — протянув скользкого карпа, контрабандист широко улыбнулся, явно довольный своей добычей.       Сан-Фран взял в руки протянутую тварь и поморщился. Рыба так и норовила выскочить из цепких длинных рук, да так, что эльф впился в неё коготками, скривившись еще больше.       Подняв рыбину на уровень глаз, он посмотрел на то, как бедное животное беззвучно открывает рот и смотрит на него тупым взглядом. Прикусив губу, он тихонько вздохнул. — Ло... Мне кажется, это не лучшая идея! — вскрикнув, когда рыбе все же удалось вырваться из хватки, Фран вытер лоб предплечьем.       Новичок громко засмеялся, потянувшись, а после и вовсе согнувшись пополам, смеясь еще громче при виде недоумевающего лица эльфа. — Как... Как это произошло!? — Я же говорил, ха-ха! Держать её правильно! — Лололошка давился смехом каждый раз, когда поднимал взгляд на Сан-Франа.       Однако счастье продлилось не долго. Маг взмахнул рукой и обрызгал Лололошку теплой речной водой. Он не был зол, просто глупо улыбался, смотря на новичка и радуясь, что ему действительно весело.

***

— Фран... А что представляет из себя ухаживание в твоём мире? — оперевшись на Сан-Франа, Лололошка смотрел на закат.       Солнце только-только начало опускаться за горизонт, грея лица двух живых существ на берегу реки в последний раз в этот день. — Ну... Это традиция. После того, как эльф обретёт пару, он станет на ступеньку выше. Не только в социальном плане, но и в магическом, — положив голову на макушку, Фран прикрыл глаза. — Новые виды магии и все дела. — Так... Ты просто хочешь изучить эту магию? — в голосе почувствовалась лёгкая печаль. — Нет, новая магия это конечно хорошо, но... — эльф переплёл свои и чужие пальцы. — Я действительно не задумывался об этом, больше желая стать твоим партнёром. — О... В таком случае, я хочу поподробнее узнать об этой традиции, Фран.       Лололошка сжал свои пальцы, заставляя мага улыбнуться.       Этот день пролетел быстро, настолько, что никто из них не заметил стоящей у дерева фигуры. Они были поглощены друг другом, и этот мир перестал их волновать.