Душа ворона

— Я умру сегодня. На мосту, в шесть двадцать две. Принесешь мне букет цветов? — сказал он в трубку телефона, стоя на краю бетонного сооружения. — Но сейчас шесть двадцать, — послышался непонимающий и осторожный ответ с другого конца линии. — Верно, — усмехнулся парень, — принеси мне хотя бы веточку сакуры, ладно? — На каком ты мосту? Не делай ничего опрометчивого, я сейчас приеду, хорошо? — Прощай, Юри-чан, — сказал он напоследок, отключился и сорвался вниз, прямо на проезжую часть. Так он и умер, разбившись об асфальт. Больше его нет на этом свете, как он и хотел. Или так только кажется?... Конец первого тома. Дождь льёт как из ведра. Капли ударяются о бетон и асфальт, делая их на оттенок темнее. Влажность воздуха повысилась и стала таить в себе духоту, которая давила, не позволяла вдохнуть полной грудью и насытиться кислородом. Дазай поднимает скучающий взгляд на небо, которое видно в огромной дыре крыши и которое так же целиком и полностью застелено мрачными серыми тучами. «Пора собираться и идти в сторону дома», — думает он и поднимается с огромного бетонного блока. Раньше это была перегородка между двумя комнатами. Дазай мельком смотрит на наручные часы. Сейчас должен был кончиться его урок игры на пианино. «Неплохо я тут посидел, часа три точно», — отмечает в голове парень, из-за чего чуть слышно усмехается. Книга, которую он читал, была не то чтобы интересная, но за ее чтением он совсем не заметил, как прошло это время. Вдруг телефон в его кармане начинает вибрировать и играть какую-то рок-музыку на всю громкость, от чего Осаму чуть вздрагивает, перепугавшись. Мелодии на его звонке постоянно менялись сами собой и парень просто не знал, что будет играть в следующий раз. Он, конечно, мог покопаться в настройках и поставить что-то одно, но в таком случае будет не так интересно. Как-то на огромном семейном ужине, где были все родственники, ему позвонили и заиграла песня про наркоту. Осаму пришлось до последнего держать лицо, чтобы никто не понял, что звонят именно ему. Вечер был крайне нудным, поэтому эта ситуация достаточно сильно подняла Дазаю настроение. Сейчас же юноша лениво достаёт свой мобильный и читает надпись на экране. Звонит его отец. Осаму вздыхает, прокашливается и принимает вызов. — Добрый день, отец, — сразу приветствует он. — Дазай, я рядом с твоей музыкальной школой, выходи поскорее, поедем домой вместе. Зрачки юноши расширяются в тот же момент, когда он слышит эти слова. Осаму резко оборачивается к окну, в котором видится здание, где, по сути, он должен был сейчас находится. — А ты уже подъехал? — с последней каплей надежды спрашивает парень, прикусывая губу. — Нет, но через пятнадцать минут буду на месте, так что поторопись. — Хорошо. До встречи, — говорит парень и сбрасывает, после шумно и с облегчением выдыхая глоток оставшегося в лёгких воздуха. А затем не проходит и пары секунд, как он судорожно хватает книгу, которую читал буквально пару минут назад, подбегает к потрёпанному шкафу-купе в старом японском стиле и закидывает её туда, закрывая дверцы с громким скрипом. Рядом с этим шкафом стоит рюкзак, который парень подцепляет рукой за лямку, закидывает к себе на плечо и бежит к выходу из заброшенного дома. Останавливается Дазай лишь на пороге, протягивая руку и позволяя нескольким каплям упасть на свою ладонь. Он, очевидно, промокнет до нитки. — Сегодня точно не мой день, — недовольно бурчит парень себе под нос, а после делает шаг, оказываясь под безудержным потоком холодных капель. До школы от заброшки идти примерно десять минут, поэтому Дазай ускоряется, чтобы оказаться около учебного заведения быстрее своего отца. Шаг за шагом, через пустой и узкий переулок он добегает до дороги. Школа буквально в нескольких метрах. Юноша смотрит по сторонам, прежде чем перебежать проезжую часть и остановиться около узорных ворот с высокими белыми колоннами. «Успел», — думает он, пытаясь отдышаться. — «А ведь мог попасться и тогда...» — его мысли не суждено было развиться дальше, ведь Дазай вдруг слышит за спиной голос своего учителя и замирает как статуя, отбросив все свои размышления в сторону. — Дазай, ты же говорил, что не придёшь на репетицию. Неужели изменил своё решение? Тебе стало лучше? Почему стоишь тут без зонта? — начинает расспрашивать девушка, имя которой парень до сих пор не смог запомнить. Преподаватели у него менялись часто. Скорее всего, и эта девушка не задержится надолго, так что забивать голову тем, как её зовут, Дазай не хотел. — А, добрый день, — повернувшись лицом к учителю, говорит парень. Теперь перед ним стоит хрупкая на вид девушка с ярко рыжими волосами, которая сжимает в своих руках красный зонт. Осаму замолчал, действительно изо всех сил стараясь вспомнить её фамилию. «Хирии? Судзуки? Накамура?» — перебирал он у себя в голове. — Спасибо, что беспокоетесь за меня. Мне и правда стало лучше, поэтому я пришёл за нотами. Позанимаюсь дома, — всё же не вспомнив, продолжил парень. — Я свободна сейчас и мы могли бы пойти позаниматься, Дазай, — мягко улыбается девушка. — В этом нет необходимости, за мной уже скоро должны приехать, — возвращает аналогичную улыбку юноша и бросает взгляд на дорогу. Вдалеке уже показалась знакомая чёрная машина. Как вовремя. «Главное теперь не допустить встречу отца и учителя, а то проблем не оберусь» — За тобой? — спрашивает преподавательница, заметив куда смотрит ученик. — Да, за мной. Я приду на следующий урок, а сегодня до свидания, — кивнул Осаму и уже собирался пойти навстречу машине, но тут его окликнули и он остановился, возвращая взгляд на учителя. — Дазай, береги своё здоровье. И ещё, моё имя Коë Озаки, не забывай больше. — Я помню ваше имя, Коë-сэнсэй, — соврал юноша. — До встречи, Дазай, — последнее, что говорит девушка, после чего разворачивается и идёт в сторону многоэтажек. Как знает Осаму, она живет там со своими родными. «Интересно, у неё в семье все такие же рыжие, как она? Такой натуральный цвет волос очень редко встречается в Японии» — провожая преподавательницу взглядом, думает парень. Вдруг раздаётся сигнал автомобиля и юноша вздрагивает, а после поворачивает голову в сторону источника звука. В своих мыслях он совсем не заметил, как к нему подъехала машина с отцом. Юноша зачем-то оборачивается назад, смотря на свою музыкальную школу, поправляет лямку рюкзака, а после открывает дверь и садится на заднее сиденье машины. Дазай-старший сидит там же, в своём чёрном деловом костюме и листает какие-то бумаги. «Наверное, только с работы», — думает молодой человек. — Почему ты мокрый? — первое, что спрашивает мужчина, даже не соизволив взглянуть на сына. — Потому что на улице дождь? — Я вижу, что на улице дождь. — Я забыл дома зонт и промок, пока ждал тебя. — Ясно. Как прошли занятия? — Всё было чудесно, Коë-сэнсэй говорит, что я делаю большие успехи. — Коë-сэнсэй твоя учительница музыки? — Ну да. Ты сам выбрал её, помнишь? — Я не запоминаю имена твоих учителей. — А. После этой короткой беседы оба замолчали. Водитель, «опять новый» — отметил в голове Осаму, тронулся с места и повёз их к дому. На машине отсюда не очень далеко, минут двадцать. А вот если идти пешком, то придется брести чуть ли не час. Дазай молча сидел и смотрел в окно, поджав губы. Для него находиться в одном пространстве с отцом было очень напряжно. Парень скользнул взглядом на свои часы. Они должны будут приехать как раз к ужину. Печально, ведь есть Дазай не хотел, но теперь, раз уж он возвращается с отцом и успевает посетить это семейное мероприятие, где собирается вся семья, ему придётся насильно пихать в себя еду. — Мори-сан зайдет к нам на ужин, — вдруг извещает мужчина и перелистывает страницу бланков, которые держит в руках. — Зачем? — немного настороженно спрашивает Дазай, поворачиваясь к отцу. — Он друг семьи, почему ему нельзя приходить к нам? — Он мой психолог и учитель. Его приход связан со мной? — А должен быть? — Нет. У меня всë нормально. — Вот ты сам и ответил на свой вопрос, — говорит мужчина и опять погружается в чтение. Дазай ещё минуту смотрит на отца, а потом вздыхает и отворачивается к окну, пытается сосредоточиться на том, что происходит за ним. Так проходит оставшееся время. Машина беззвучно останавливается напротив двухэтажного частного дома. Белые бетонные стены, большое количество окон, красный кирпичный забор. Для этого района, где по соседству стоял не очень уж большой деревянный домик, построенный явно в традиционном стиле, дом семьи Осаму выглядит лишним. Слишком современный. Отец Дазая, Сузуму, укладывает бумаги в свой чемоданчик, берет зонт, открывает двери и вылезает из машины. Осаму, сразу же последовав его примеру, тоже выбирается, снова оказываясь под дождём. «Как бы не заболеть после этого», — думает он, пока бредёт по тропинке до дома. Дазай совсем недавно лежал в больнице и ему очень не хотелось снова возвращаться туда. Парень не любит посещать врачей, да и само здание где работают эти люди. Так, в своих мыслях, Осаму открывает дверь и заходит внутрь за отцом. Тут тепло, светло и сухо — в общем, просто потрясающе. Парень на миг закрывает глаза, как довольный кот, который расположился на тёплом солнце. — Осаму, почему ты мокрый? — вдруг недовольно спрашивает женский голос. Это заставляет юношу открыть глаза и увидеть перед собой невысокую брюнетку, которая скрестила свои руки на груди и хмурится, осматривая его внешний вид. — Добрый день, мам. Я забыл зонт, вот и промок. — Сузуму, разве у тебя в машине нет запасного зонта? — обращается она к мужу. — Есть. — Почему ты не дал его Осаму? — Он сел в машину уже мокрый, я не видел смысла в том, чтобы давать ему зонт. — Осаму, иди уже приведи себя в порядок, выглядишь как мокрый бродячий пёс, смотреть тошно. — Хорошо, мам, — кивает парень и быстрым шагом идёт к своей комнате. Наконец-то он сможет переодеться, высушить волосы и спокойно выдохнуть. Он дома, он не попался за прогулом и никто даже не устроил концерт по поводу того, что он промок. Всё не так уж отвратительно. Осаму устало открывает дверь в свою комнату и останавливается, видя младшего брата, который сидит на его постели, свернувшись калачиком. — Ацуши-кун? Что ты здесь делаешь? — Аямэ накричала на меня и я... Я тут спрятался. Ты злишься? — с глазами на мокром месте спрашивает мальчик, лет десяти. Видя его таким, Осаму вздыхает, подходит ближе и садиться на корточки напротив него. — Как я могу злиться на тебя, Ацуши-кун? — мягко спрашивает юноша с лёгкой улыбкой на губах и треплет волосы своего маленького собеседника. — Знаешь, тебе следует называть Аямэ мамой. — Но она не моя мама! И она старше тебя всего на пять лет! — Ацуши-кун, я понимаю почему ты злишься, но она - жена нашего папы, а значит наша мама, даже несмотря на возраст. Мальчик тяжело вздыхает и заправляет за ухо выбившуюся прядь волос, глядя куда-то в пол. — Хорошо, Осаму-нии, — спустя время говорит Ацуши и встаёт с постели, — ты промок под дождём? Тебе нужно скорее переодеться. Я пойду вниз, за стол. Дазай кивает и провожает брата взглядом до дверей, которые закрываются за его спиной. Парень делает тяжелый вздох и подходит к шкафу с одеждой, позже доставая оттуда сухую рубашку, штаны и галстук. Раз у них гости, то придётся одеться так. Спустя время Осаму в последний раз смотрит в зеркало, убирает с лица пару прядей волос, которые стали пушистыми кудряшками из-за того, что он попал под дождь, и выходит из комнаты, затем спускаясь вниз, к столу. Там все уже сидят, общаются и едят свою еду. Дазай-младший приветствует своего учителя-психолога, садится на своё место, как раз напротив него, и начинает приём пищи, предварительно прослушав лекцию о том, как некрасиво опаздывать. — Осаму, тебе уже стало лучше? — вдруг спрашивает Огай, делая глоток вина из своего стакана, и выжидающе смотрит на шатена перед собой. Тот в свою очередь непонимающе поднимает глаза на Мори, мельком бросает взгляд на родителей и брата, а потом опять возвращает его на учителя. — О чём вы, Мори-сэнсэй? — Я встретил твою учительницу, Коë Озаки. Мы друзья и она знает, что я занимаюсь с тобой, поэтому она рассказала, что очень обеспокоена твоим здоровьем в последнее время. Спокойно, как что-то очень очевидное, говорит Огай из-за чего Дазай давится остатками пищи и начинает кашлять, быстро хватая салфетку и прикрывая ей рот. — Извините, — откашлявшись, бросает Осаму и легонько улыбается, — на самом деле меня просто начало тошнить на занятии. Ничего страшного, сейчас у меня все хорошо. — О, вот как? — чуть ухмыляется брюнет и ставит бокал с вином на стол. Дазай в жутком напряжении пристально смотрит на своего учителя и молится всем богам, которых только знает, чтобы Огай не выдал его, если что-то знает. — Ясно. Тебе следует тщательнее следить за своим питанием, чтобы не было таких приступов тошноты, — изрекает мужчина с иссиня-чёрными волосами и снова начинает есть свой овощной салат. — Ты слышал Мори-сана, Осаму? — спрашивает Сузуму и Дазай-младший бросает свой взгляд на отца. «Меня не выдали? Мори-сан не знает, что меня не было на занятиях? Или он прикрыл меня? Но зачем ему это? Нет, я конечно не против, но...» — Осаму? — настойчиво зовет мужчина, нахмурив брови. — Извини, я задумался. Я буду хорошо питаться, Мори-сэнсэй, можете не переживать. — кивает Дазай, возвращая взгляд на учителя, а затем снова начинает пихать в себя еду, чтобы как можно скорее доесть и уйти отсюда прочь. — Кстати, Осаму, я могу поговорить с тобой после ужина? — снова подаёт голос Огай. — Хочу убедиться, что с тобой всё хорошо. — Да, конечно, Мори-сэнсэй, — Дазай украдкой смотрит на отца, а потом на учителя, — но с моим здоровьем всё действительно хорошо. — Я хочу посмотреть на твоё моральное состояние.