Самые прекрасные лотосы вырастают из грязи.

Привычка просыпаться в пять утра была присуща всем гусуланьцам, они к этому привыкли. Простенькие койки с матрасами, подушками и покрывалами были заняты спящими людьми из разных Орденов. Лань Чжань наблюдал, как мирно спит Вэй Ин, скользя внимательным взглядом по её фигуре. На вид - просто немного женственный мальчишка, тембр голоса, линии фигуры, поведение - и куда что девается? - Ты бы поаккуратней, - шёпотом посоветовал проснувшийся Цзян Чэн, заметив его взгляд. - Иначе в тебя может полететь подушка. - Почему? - Не мог бы ты уточнить вопрос? Почему что? - Почему Вэй Ин притворяется не тем, кто есть на самом деле? - Потому что в Илине мальчишкой проще выжить, - с раздражённым вздохом сердито прошипела проснувшаяся Вэй Мин, ударив его подушкой по голове. - И потому что мальчишку в наложницы не возьмёт глава Ордена, зацикленный на твоей матери до безумия! Вэй Цансэ была готова дружить с Цзян Фэнмянем, даже стать его названой сестрой, но только не любовницей! Спасибо, что госпожа Юй видела эту одержимость собственного супруга и помогла моим родителям бежать из Ордена и скрываться на просторах Поднебесной. - Моя мама убила учителя отца и была готова умереть, но отец пошёл против воли старейшин и женился на ней, сказав, что теперь за её грехи отвечает он, - глухо сказал Ванцзи, посмотрев ей в глаза. - Он заточил её в уединённом домике, а сам заперся в соседнем, хотя всем прочим за пределами Ордена было сказано, что Цинхэн-цзюнь ушёл в уединение. Нам позволялось увидеться с мамой всего раз в месяц, и то за хорошее поведение. Мне было шесть, когда она умерла. - А мне было четыре, когда родители отправились на "ночную охоту" в Илине и не вернулись с неё, - пожала плечами Сяомин, снова вытягиваясь на кровати. - Видимо, ты очень любил её, раз до сих пор носишь по ней траур. И не надо мне тут говорить, что просто у ордена Гусу Лань сами по себе такие траурные одежды. - Отстань ты от них, А-Ин, - закатил глаза к потолку барака Ваньинь. - Лучше подумай, чем нам предстоит заняться. - Хотя бы прочитать эту, кхм, "книжку", чтобы знать, чем уколоть этих зазнаек. И не удивляйтесь, если вместо этой фигни я буду цитировать кое-что другое. Вэй Ин же глупенький и с первого раза не понимает! Вскоре проснулись и остальные молодые люди и девы, им принесли завтрак в виде похлёбки, а когда все поели, вновь отвели на ту же площадку, где они были вчера. Снова сидящий на возвышении Вэнь Чао приказал адептам зачитать цитаты из сборника "Лучших произведений ордена Цишань Вэнь", выбрав несколько мишеней для этого. Цзинь Цзысюань отказался, Лань Чжань промолчал, и только Вэй Ин начал говорить. Но цитировал он не заказанное, а правила Гусу Лань! Рассерженный Вэнь Чао приказал слугам отвести смутьяна в темницу и запереть его на весь день в камере. Правда, увидев, с кем придётся коротать время, оставалось только смачно выругаться, потому что в рамки нормативной лексики это не лезло. Как только издевательский смех вэньского засранца стих вдали, огромный пёс стал рваться с привязи, злобно рыча и лая. - Сидеть! - рявкнула как можно громче девушка, стараясь не ёжиться от близкого местонахождения своего главного страха. - Фу, плохая собака! Молчать! Пёс аж шлёпнулся на зад, подчинившись командному голосу и наклонив голову на бок. Натренированное дрессировкой повиновение велело слушать человека, хотя и с незнакомым запахом. - Вот так. Назад. Назад, сказано! Лежать! Уже лучше. Молодец, мальчик. Что, нет, ты девочка? Ладно, уговорила. Молодец, девочка. Собачий нос принюхивался к медленно протягиваемой ладони, пока не ткнулся к неё. Ещё пару раз втянул воздух ноздрями, собака глухо вздохнула и положила голову на передние лапы, следя за человеком. - Вот видишь, когда ты слушаешься, с тобой даже можно иметь дело. - Господин Вэй? - робко окликнул его знакомый голос, и у решётки камеры появился Цюнлинь. - Здесь я, здесь, Вэнь Нин. Лежать, девочка. Молодец. Разве тебе можно сюда, Цюнлинь? - Я принёс вам еды и лекарства, господин Вэй, - смутился паренёк, протягивая ей небольшую сумку. - Никогда не видел, чтобы псы Вэнь Чао слушались кого-то ещё. - Считай, у нас временное перемирие, - хмыкнула первая ученица Юньмэн Цзян, погладив его по голове. - Иди, Цюнлинь, тебе не стоит долго здесь находиться, чтобы не привлекать внимания Вэнь Чао. - Хорошо, господин Вэй, берегите себя, - смутился под короткой лаской целитель, после чего поспешно ушёл. - Вот видишь, девочка, хороших людей много, просто злые - активней. Я в дрессировке, конечно, мало что понимаю, но будешь курицу? Положенная перед мордой тушка мигом исчезла в пасти, и собака с удовольствием захрустела косточками, пережёвывая мясо. Также ей были скормлены лепёшки, а вот флягу с водой Вэй Мин оставила себе, делая небольшие глотки. Поскольку куковать им предстояло до утра, она то что-то тихо рассказывала выставившему ухо зверю, то напевала знакомые песенки. Даже удалось немного поспать ночью, и прибывшему утром в темницы Вэнь Чао предстала вполне мирная картина. Бунтарь у одной стены камеры, собака - у другой, и оба живы. Раздосадованный Чао велел отвести пленника обратно на площадку, и два охранника вежливо сопроводили его весь путь. - Ты где был? - встревоженный Цзян Чэн тут же подставил плечо вернувшейся сестре, чтобы та на него оперлась. - В камере с ужастиком, - устало сказала Сяомин, благодарная за поддержку. - Посмотри, у меня седина не проклюнулась? - В чём дело? - негромко спросил Лань Чжань, посмотрев на них. - Потом, - отозвался Ваньинь, заметив, как второй наследник Вэнь появился на своём месте. Разглагольствования не заняли много времени, и всех адептов согнали в кучу, чтобы отправиться на "ночную охоту". Ванцзи умудрился подсунуть Вэй Ин булочку, которую та быстро схомячила, пока этого никто не видит. Вэнь Чао ехал на лошади вместе со своей любовницей, Ван Линцзяо, остальные тащились за ними пешком. - Как нога? - глядя перед собой на дорогу, тихо спросила девушка. - Уже лучше, - кивнул юноша, подавая ей руку, чтобы помочь перебраться через выступивший из земли корень. - Что произошло? - Седина не проклюнулась, - сообщил парень, окинув быстрым взглядом её завязанные в хвост лентой волосы. - Он до ужаса боится собак. Даже самых маленьких. Даже если это всего лишь щенок. При виде любой шавки голосит до звона в ушах, без цигуна взлетает на ближайшее дерево или сжимает до треска костей. - Ха-ха, очень смешно, голодные уличные шавки один раз едва на лоскутки не порвали, если бы добросердечный прохожий не разогнал стаю палкой. Добра этому человеку и долгих лет жизни. Это было ещё до того, как меня принесли в Орден, и я был ещё меньше, чем при первой встрече. Этот тип закрыл меня в одной камере с монстром ростом в холке с человека, и отсутствие седины весьма удивляет, знаешь ли. - И как ты пережил это время? Наедине со своим страхом? - Заорал: "Сидеть! Лежать! Фу! Плохая собака!". Мне принесли немного еды, скормил этому монстру. Зато кислое выражение на лице этого типа, когда он увидел меня живым и невредимым, стоило того. После стало не до разговоров, поскольку адептов атаковали злобные духи. К счастью, талисманы за оружие никто не посчитал, так что сладить с духами удалось. Всем дали сяоши на то, чтобы отдохнуть и перевести дыхание, прежде чем снова погнать на охоту. И так до самого вечера, когда все уже еле держались на ногах. Первая ученица Юньмэн Цзян устало опустилась на землю, когда объявили привал до утра и постаралась отдышаться. Как же выматывает это, честное слово. По бокам от неё сели наследник Цзян и Второй Нефрит, вымотанные не меньше. Сопровождавшие второго наследника Вэнь слуги накормили адептов похлёбкой, всё же морить их голодом не входило в планы главы Ордена. И своему сыну он тоже строго-настрого запретил делать подобное. Пусть наличие среди адептов наследников различных Орденов и делало их заложниками, но морить голодом их никто не думал. После ужина все устроились на ночлег прямо на земле, хотя некоторым погрузиться в сон удалось не сразу. Что поделаешь, условия были далеки от привычных.