Как искры

      Йо мыл посуду, когда старенький стационарный телефон в гостиной противно и на удивление громко зазвенел, вызывая неудовольствие Анны, мешая своим дребезжаньем смотреть сериал. Девушка не желала подниматься с места, ведь она только-только удобно устроилась, а потому Кёяма просто недовольно прокричала:       — Йо! Телефон!       — Иду, Анна… — простонал парень, мысленно вопрошая себя, что такого сложного, чтобы самой поднять трубку? Всё равно ведь бездельничает…       Но, с другой стороны, это повод прервать мытьё посуды, тем более, что от длительного действия горячей воды на кожу, она уже вся сморщилась.       Отвлекаясь от работы, парень закрыл кран и потопал в гостиную. Телефон нетерпеливо подпрыгивал и возмущённо дрожал, сопровождая собственные телодвижения до безумия противным дребезжанием, которое парень прервал, сняв трубку.       — Йо Асакура, здравствуйте…       — Хе-хе, глупый внук, я ещё не настолько стар, чтобы забыть твоё имя! — ответил парню родной голос Ёмэя.       — А, привет, деда! — улыбнулся Йо, но потом резко вернул своему лицу серьёзность, спрашивая, — что-то случилось? Как ты себя чувствуешь?       — Вообще-то случилось, поэтому и звоню. Со здоровьем у меня всё хорошо, я же живу в Идзумо, здесь воздух чистый и оздоравливающий, не то что дрянь, которой вы там дышите в Токио. А звоню я с дурными вестями: Зик не погиб тогда, просто лишился какой-то части своих сил, но это не самое плохое. Раз уж не удалось его убить этого мерзавца, совет шаманов во главе с Голдвой решил определить его под твои надзор и заботу. Так что скоро к вам с Анной отправят его, будьте готовы. Сил у него осталось не так уж много, поэтому вреда он вам не причинит. Я знаю, что ты очень добрый мальчик, но прошу тебя, Йо, будь благоразумен, не забывай, кто он такой, — проговорил тревожно и серьёзно Ёмэй.       — Да ладно тебе, деда, как-нибудь сладим, мы же, в конце концов, братья с ним!       — Ох, что за балбес! Кино была права, следовало сперва поговорить с Анной… — вздохнул старик.       — И когда он приедет? — нетерпеливо и осторожно спросил Йо.       — Мы сами приедем и привезём его, так будет безопаснее. Думаю, через три дня. Ждите. Отнесись к этому серьёзно, Йо, такие люди не меняются, — строго проговорил Ёмэй. Йо же только закатил глаза. А как тут поменяться, когда весь мир уже понавешал ярлыки и настроился против тебя! Но спорить с дедой бесполезно, и потому парень ограничился усталым и неискренним выдохом:       — Хорошо, деда, я понял… Будем ждать вас! — на этом разговор был завершён.       — Йо! Посуда сама себя не помоет, а будешь отлынивать, отправлю в магазин за говяжьим фаршем, лососем и соевым соусом! — грозно прокричала итако.       На собственной шкуре парень знал, что угрозы Анны редко бывают бутафоричными, и потому поспешил занять пост у раковины в милом светло-жёлтом фартучке.       Контролировать качество и добросовестность выполнения процесса Анна поручила Амидамару, и сейчас хранитель составлял компанию своему другу и хозяину, невесомо паря рядом и задавая забавные, по мнению парня вопросы:       — Йо-доно, а что Вы льёте такое? Оно не опасно? Похоже на яд какого-то странного насекомого…       — Хех… Спокойно, Амидамару, это моющее средство. Оно почти не опасно, но всё-таки, лить его намеренно в рот, нос, глаза или уши не стоит… — ответил Йо с улыбкой, — иногда я забываю, что ты жил шестьсот лет назад и не знаешь о многих современных вещах.       — Ну, признаюсь, теле… теле… Короче, та коробка, в которую целыми днями смотрит Анна-доно, для меня до сих пор остался загадкой… — ответил хранитель.       — Смотрю, развлекаетесь, мальчики? — строго спросила Анна, заходя в кухню.       — Просто разговариваем, что плохого? — пролепетал Йо.       — Мне показалось, или ты пререкаться со мной вздумал? — вскинув бровь, спросила Анна, и в золотых глазах вспыхнул гневный огонёк.       — Напомнить тебе, как ты разбил тарелку в последний раз? Тогда ведь тоже «просто разговаривал», — прошипела девушка.       — Прости, Анна… Больше не повторится, — тихо проговорил горе-жених.       — Чтобы я была в этом уверена, домоешь посуду, — отправишься в магазин за лососем, говядиной и соевым соусом. И смотри, если купишь несвежую рыбу, или что-то забудешь, я подумаю над тем, чтобы возобновить твои адские тренировки. И только попробуй посмотреть на какую-нибудь пигалицу! Убью на месте… — грозно пообещала девушка, — а если вздумаешь обмануть, я всё равно узнаю об этом, и будет только хуже… Всё, чего застыл? Сейчас тебя должна интересовать только посуда! Не отвлекайся, Йо! — сурово наказала девушка перед тем, как удалиться обратно к сериалу. Парень со страдальческой усмешкой подумал: «Да вообще-то ты сама пришла сюда и начала раздавать нам с Амидамару по шапке, так что это ты нас отвлекла!» Однако продолжать мысленное негодование парень не посчитал нужным, а вместо этого принялся агрессивно и с неприятным скрипом тереть тарелки, стараясь держать их крепче, чтобы не выскользнули. Разобравшись с посудой, парень пошёл прямиком на улицу. На дворе — летний вечер, который приятно раскрыл парню свои мягкие объятия. Дорога до магазина обычным спокойным шагом занимала от силы минут пять-семь, а в компании полупрозрачного друга путь становился веселее и быстрее.       — Йо-доно, — позвал хранитель.       — М?       — То, что сообщил Вам Ёмэй-сама… Никак не могу понять, обрадовало Вас это или нет… — недоумённо проговорил Амидамару.       — А, про Зика, что ли?.. Если честно, я пока и сам не очень понял. Мне кажется, нет смысла давать оценку этому событию, если мы не можем его изменить, остаётся только принять, да и вообще, не хочу забивать этим голову… — лениво протянул парень, закидывая руки за голову и сонно зевая.       — Хех, Вы как всегда в своём репертуаре, — улыбнулся Амидамару.       — Сейчас меня больше беспокоит покупка свежего лосося и угрозы Анны по поводу адских тренировок… — чуть не плача проскулил парень, — чёрт! Я же забыл сказать Анне про Зика! Она меня точно убьёт!       Амидамару счёл наиболее уместным промолчать, и парень с духом-хранителем продолжили путь к магазину в безмолвии.

***

      «Блин, и где у них тут полки с соевым соусом? Опять всё поменяли местами!» — подумал парень, когда его безрезультатные поиски нужного продукта продолжались пятую минуту.       Перед мысленным взором возникла разъярённая Анна с пылающими глазами.       — И только попробуй посмотреть на какую-нибудь пигалицу! Убью на месте… — прорычала воображаемая Анна, отбивая всякое желание попросить помощи в поисках у молодой длинноногой девушки-консультанта магазина, которая крутилась рядом.       Амидамару тоже не попросишь поискать: слишком людно, а большинство покупателей, наверняка, обычные люди и не видят спутника парня, а значит, посчитают его сумасшедшим.       Тогда Йо решил продолжить поиски самостоятельно, за что судьба вознаградила парня, подсунув соевый соус прямо под нос Асакуры. Оплатив покупки, Йо с чистой совестью и чувством собственной значимости покинул магазин, прикидывая, сильно ли Анна будет ругать за такое промедление. Рассудив, что невеста всегда чем-то недовольна, шаман решил на всякий случай прибавить темп шага.

      ***

      — Мы дома! — объявил парень, заходя в прохладу гостиницы.       — Слишком долго. Опять бездельничал и трепался с этим бесполезным духом? — скрестив руки на груди, недовольно спросила вышедшая в гэнкан Анна.       — Просто долго искал соевый соус, а обращаться за помощью к молодым девушкам-консультантам ты запретила, так что пришлось самому искать, поэтому… ну в общем вот… — скомкано объяснился парень.       — Тц… Всё понятно, другого я и не ожидала… — раздражённо выдохнула девушка, — разложи всё по местам на кухне и не перепутай ничего… — дала указания Анна, а Йо приступил к делу, думая, как бы сказать невесте о Зике, но, видимо, в тот день судьба была особенно «благосклонна» к шаману, потому как итако сама недовольно спросила чуть позже:       — И когда ты, позволь узнать, собирался мне сказать о том, что Зик, как и полагается таракану, оказался крайне живучей тварью, м? Ты вообще собирался мне говорить, или я для тебя ничего не значу? Так, какая-то девушка, которая мимо проходила? — Анна говорила явно рассержено и уперев руки в боки. Взгляд невесты устрашающе пылал гневными ониби тысячи восьмидесяти óни.       — А… отку… — только и успел пролепетать несчастный шаман перед тем, как звон пощёчины не полоснул правую щёку обжигающей болью.       — Это тебе за то, что посмел от меня что-то утаить. Я стану твоей женой, и потому знаю о тебе всё. Духи этого дома рассказали мне. Ты, похоже, забыл, что я тоже шаман и обучалась у твоей бабушки? — строго отчеканила девушка.       — Забудешь тут… — проворчал Йо тихо, однако недостаточно тихо, чтобы его недовольные слова укрылись от чуткого слуха невесты.       — Я этого не слышала, или как, м? Впредь не смей от меня что-либо утаить. Если бы я не узнала об этом, оказалась бы не готова встретить Кино-сан и Ёмэя-сана. Из-за тебя я рисковала потерять лицо перед твоей семьёй! Ты понимаешь это, Йо? — прошипела девушка, нависая над женихом грозной скалой, под которой шаман невольно сжался и безвольно выдавил из себя:       — Понимаю. Прости, Анна… Больше не повторится.       — Я надеюсь, — как обычно, отстранённо и холодно бросила Анна, добавляя уже на выходе из гэнкана:       — И, раз уж ты такой смелый сегодня, то ужин тоже на тебе. Даже жаль, что Рю нас больше не радует своими визитами… — вздохнула итако, скучающим взглядом чуть прикрытых янтарных глаз созерцая, как Йо достаёт продукты из пакетов и осторожно раскладывает по местам.       — Надеюсь, ты помнишь, кем именно является твой ненормальный братец? — холодный голос Анны заставил задумавшегося молодого человека вздрогнуть и выронить бутылку соевого соуса. К счастью Йо, тара оказалась пластмассовой, и потому при поцелуе с полом не разлетелась на десятки осколков.       Итако лишь вздохнула и, скрестив руки на груди, лениво хмыкнула:       — И что это было? В чём дело, Йо? — внимательный взгляд янтарных глаз, прищуренных в подозрении, полоснул Асакуру.       — Ничего. Да, я помню, кто мой брат, Анна. Тебе не о чем беспокоиться, — уверил Йо, не очень, если честно, искренне.       — Я надеюсь, — повторила Кёяма перед тем, как удалиться с кухни, где разговаривала с женихом, пока он раскладывал покупки по местам.