Noisy and Shameless

      Сон настойчиво ускользал, словно песок, он просачивался сквозь пальцы. Парень нехотя приоткрыл глаза и потянулся к будильнику — 6:45 утра. Зазвенит он через пятнадцать минут. Вздохнув, Римус помассировал веки и попытался вспомнить образ человека из своего сна. Чёрные волосы до плеч, бледная ровная кожа, аристократичный профиль и стального цвета глаза. Его чертовски красивый и сексуальный сосед снился ему где-то с неделю — каждый день. Римус определённо влип, но наотрез отказывался это признавать.       Сосед — да, он до сих пор не узнал его имени — кстати, любезно отодвинул свою кровать от стены, как и обещал, но вот стонать, зараза, не перестал. И, кажется, на зло Люпину, даже стал делать это громче и ещё бесстыжее. Большое спасибо за шоу, блять. Теперь, зная внешность, Римус отлично представлял как и в каких позах очередной (а может быть всё время один и тот же, ему всё равно, честно) любовник трахает это совершенство.       Несколько раз, наплевав на всё, Люпин опускал руку в штаны, сжимал стоящий колом и истекающий предъэякулятом член и бессовестно, как какой-то шестнадцатилетний мальчишка, дрочил на своего соседа. Прикрыв глаза он представлял, как сам втрахивал его в кровать, сжимал молочные бёдра до синяков, ловил губами чужие чувственные стоны. Он бы мучал этого чертёнка постоянно меняя темп, наматывал бы на кулак чёрные волосы, заставлял бы его скулить и умолять об оргазме.       Кончал Римус в такие моменты довольно быстро, сжимая член до боли, а судорога сводила всё его тело до кончиков пальцев на ногах. Но, как бы ни был хорош оргазм, одной дрочки Люпину было мало. У него никого не было уже больше года, работа отнимала почти все его силы и время, а искать интрижки на одну ночь было просто не в его стиле.       Только вот так дальше продолжаться не может. Скоро у него даже просто при виде нового соседа будет каменный стояк, будто он какая-то псина Павлова.       Пойти в ближайший гей клуб, чтобы подцепить там кого нибудь для одноразового секса, было крайней мерой. Но Люпин уже был готов лезть на стены и выть волком от недотраха.

***

      Сказать, что в клубе было шумно — ничего не сказать. Из огромных колонок во всю играла музыка, басы били в уши. Прожекторы слепили ярким светом, мигали разными цветами, окрашивая всё помещение. Будь Римус эпилептиком — уже бы валялся в припадке где-нибудь в углу. А так, он одиноко сидел за дальним столиком, потягивал самый дешёвый коктейль в меню и корил себя за глупую идею. На кой чёрт он сюда попёрся, если он отродясь не любил клубы?       Его взгляд без особого интереса скользил по танцполу. Там дрыгалась в такт музыке неразборчивая масса людей. Чьи-то руки и ноги торчали со всех сторон, а пёстрые наряды уже мозолили глаза. И тут в его поле зрения попала фигура парня в чёрном сетчатом кроп-топе и кожаных брюках. Стоял он в нескольких метрах от толпы, боком к нему, и с кем-то разговаривал. Чем больше Люпин его рассматривал, тем больше этот парень ему кого-то напоминал. Наконец почувствовав на себе пристальный взгляд, он обернулся, и уже знакомые серые глаза уставились прямо на Римуса.       Блять.       Это какая-то шутка что-ли?! Из всех возможных людей он встретил здесь именно своего бесстыжего соседа, который, скорее всего, присматривает себе кого-то на ночь.       Выглядел он просто потрясающе, да что уж говорить, он и в растянутой футболке был прекрасен, но сейчас… Волосы были распущены, в ушах поблескивали серебряные серьги, глаза подведены чёрным кайалом, а на губы нанесён прозрачный блеск. Сетчатый топ открывал бледный плоский живот, и, господи, у него что, был проколот сосок?! Римус громко сглотнул выделившуюся слюну. Парень, видимо, проследил направление его взгляда и кокетливо ухмыльнулся. Люпин, даже если б хотел, не смог бы оторвать от него взгляд. А сосед недвусмысленно смотрел в ответ.       Римус не знал, сколько они глядели друг на друга, он очнулся только тогда, когда заиграла следующая песня. Люпин удивился, услышав Arctic Monkeys, это всё напоминало ему сцену из какого-то подросткового сериала.

I wanna be your vacuum cleaner Breathing in your dust I wanna be your Ford Cortina I will never rust If you like your coffee hot Let me be your coffee pot You call the shots, babe

      Брюнет покачивался бёдрами в такт и подпевал. Всё это выглядело чертовски сексуально. Вдруг он улыбнулся, и, глядя Римусу прямо в глаза, одними губами прошептал:       — I just wanna be yours.       Римусу не показалось, в серых глазах плескалось ничем не прикрытое желание, Люпин удивился, что именно его выбрали в качестве любовника, но гадать о причинах этого выбора не очень то хотелось — он уже был прилично так возбуждён и собирался воспользоваться своей удачей. Неделю он почти не спал из-за своего соседа и ещё неделю мечтал о нём же, а теперь тот сам идёт к нему в руки.       Песня подходила к концу, Римус, не разрывая зрительного контакта, встал со своего места, жестом указал на туалет, и развернувшись направился в ту сторону. Он был уверен, что парень поймёт его очевидный намёк.       Через несколько секунд, после того как Люпин вошёл, дверь туалета снова распахнулась и внутрь влетел разгорячённый брюнет. Римус без промедлений притянул его к себе за талию и впился в пухлые накрашенные губы поцелуем. Блеск был сладким на вкус. Парень встал на цыпочки, обвил руками его шею и удовлетворённо застонал в поцелуй. Они сталкивались зубами, кусались, вымещали всю свою страсть.       Римус почувствовал, как руки сжали его задницу через тонкую ткань брюк, и рыкнул в чужие губы. Сам он запустил руки под топик, нашёл так взволновавшее его ранее украшение и аккуратно потянул за него вызывая протяжный стон.       Не отрываясь друг от друга и путаясь в ногах, они дошли до стены. Римус рывком развернул своего любовника, звонко шлёпнул по ягодице и вжал грудью в прохладную плитку. Парень, не теряя времени, отклячил свой шикарный зад, обтянутый кожаными брюками, и стал тереться о чужой стояк.       Люпин был готов взять этого искусителя прямо здесь, в тесном туалете гей клуба, и не то что бы они были первыми, кому приспичило здесь потрахаться. Выдохнув сквозь зубы он сделал пару фрикций бёдрами, парень одобрительно замычал.       — Хочешь я тебе отсосу?       О да, Римус определённо хотел этого.       Брюнет, не дожидаясь ответа, плюхнулся на колени. Его пальцы с выкрашенными в чёрный цвет аккуратными ноготками ловко стянули чужие брюки до колен, и обхватили толстый член. Пухлые, блестящие из-за остатка блеска и слюны, губы быстро чмокнули красноватую головку, и растянулись в похабной ухмылке, когда сверху протяжно выдохнули. Парень поднял взгляд вверх, заглянул в медово-карие глаза, высунул розовый язычок, и, не разрывая зрительный контакт, провёл им по всей длине.       Затем красные от поцелуев губы сомкнулись на члене, брюнет помогал себе руками, ловкие пальцы аккуратно гладили яички. Пытаясь взять в рот всю длину, он сжал второй рукой покрытое тонкими шрамами бедро. Его горло вибрировало, когда он сглатывал обильную слюну, это посылало приятную дрожь по всему телу Люпина.       Откинув со лба влажные от пота кудряшки, Римус любовался невероятной картиной, которая была лучше чем все просмотренные им фильмы для взрослых вместе взятые: жаркий рот насаживался на его член, серые глаза закатываются от наслаждения, взгляд заволокло дымкой возбуждения. Парень сосал мастерски, причмокивая и постанывая — явно ловил кайф от этого процесса. Иногда он прерывался, чтобы легонько пошлёпать себя членом по лицу, пачкая раскрасневшиеся щёки слюной и смазкой.       Когда разрядка была уже близко Римус схватил брюнета за волосы, в попытке отстранить, но тот не выпустил член и продолжил сосать. Сдавшись Люпин со стоном кончил ему в рот. Парень проглотил всё и провёл юрким язычком по нижней губе, слизывая остатки спермы. Встав с колен, он потянулся за поцелуем, давая Римусу попробовать себя на вкус.       Узкие брюки обтягивали чужое возбуждение, Люпин, заметив это, потянулся к нему, и сжал прямо так, через чёрную, плотную кожу. Парень всхлипнул от неожиданного прикосновения, помог стянуть свои штаны и бесстыже застонал, когда его член получил такую желаемую ласку. Он откинул голову назад, соблазнительно открыв белую шею для поцелуев. Римус кусал и посасывал нежную кожу, пахнущую чем-то сладким и мускусным, оставлял на ней засосы, чувствовал, как вибрирует чужое горло от громких, не сдерживаемых стонов.       Кончил брюнет быстро, запачкав руку Римуса своим семенем. Он содрогнулся всем телом, когда его настигла волна удовольствия, ноги подогнулись, и, если бы Люпин не придерживал его за поясницу, то он упал бы на пол.       Римус развернулся к маленькой раковине, чтобы вымыть руку холодной водой, за его спиной брюнет пытался отдышаться после оргазма. Закрыв кран, Люпин почувствовал, как к нему подошли и прижались сзади. Они рассматривали друг друга через зеркало над раковиной: запыхавшиеся, с чуть влажными волосами и припухшими от множества поцелуев губами. На чужой бледной шее остались маленькие красные пятнышки. Римус пометил его.       Парень привстал на цыпочки и снова обвил руками шею Люпина. Потёрся носом о покрытую веснушками и шрамами загорелую кожу, прикусил мочку уха и прошептал:       — Моё имя - Сириус, кстати. — Сириус. Ему определённо подходит.       Римус ненадолго завис, обдумывая всё, что произошло за последние пол часа.       Рядом зашуршали и послышались отдаляющиеся шаги, Сириус уже почти открыл дверь, когда Люпин окликнул его:       — Римус, меня зовут Римус. — Брюнет обернулся и его губы расплылись в очаровательной улыбке, обнажившей ровные зубы с маленькими клычками:       — Я отлично провёл время, Рем. Надеюсь, что мы ещё встретимся — и, подмигнув, вышел, впуская в маленькое помещение громкую музыку и крики толпы.       «Конечно встретимся — подумал Люпин, усмехнувшись — мы же соседи.»