Со звуками первой капели

ᅠНичто так не радует с утра пораньше как чистейшее презрение на лице Хёнджина. Минхо даже не пытается скрыть своё зловещее торжествование. Вчера Хван сказал ему “одеться поприличнее”, поэтому, недолго думая, Ли натянул на себя свою прекрасную серую толстовку с изображением кролика и руки, показывающей средний палец, ну и разумеется надписью, гласящей “ANTI YOU”, чтобы Хёнджин точно не забыл, как сильно Минхо его любит. ᅠ– Либо мы едем переодеваться, либо я иду без тебя, – отойдя от шока, твёрдо заявляет Хван. ᅠОн позвал Минхо с собой на выставку. Ли сначала очень понравилась эта идея, подумав, что Хёнджин решил провести время с ним наедине, поделившись чем-то, что ему очень нравится. Кто же знал, что этим чем-то окажется не искусство, а Чжэнь Лэй? Хван сказал, что хочет, чтобы побольше людей пришли на её дебютную выставку. Ли это слегка разозлило, ведь до Чжэнь Лэй ему совсем нет дела. ᅠ– Но мы же опоздаем, – возражает Минхо. Нормально он выглядит! А сам-то Хёнджин? Думает, пиджак поверх футболки напялил и сразу превратился в джентльмена из высших слоёв общества? ᅠ– Всё нормально, я специально тебе время не то сказал, думал, мы куда-нибудь ещё зайдём перед началом, – Хван уже разворачивает Ли в сторону метро. ᅠИ пока Минхо послушно переодевается, явно не ожидая, что Хёнджин действительно заставит его это сделать, Хван с кем-то активно переписывается, а улыбка на его лице становится только шире. Почему-то Ли кажется, что когда его друг чатится с ним, то так не улыбается. ᅠ– Ты с Чжэнь Лэй? – как только Минхо заканчивает возиться с одеждой, он подходит к Хёнджину, пытаясь заглянуть в его телефон, но тот прячет экран, тут же блокируя свой гаджет. ᅠ– Нет, с Чанбинни-хёном. ᅠМеньше всего на свете Ли ожидал услышать имя своего лучшего друга. Разве они так хорошо поладили? Со никогда не упоминал, что обменялся телефонами с Хваном или что они поддерживают общение. Странно. ᅠ– Не знал, что вы сблизились. ᅠ Хёнджин лишь улыбается. ᅠ– Кстати, он правда был непопулярен в школе? – спрашивает внезапно Хван, не смотря на Минхо, – он кажется таким харизматичным и смешным, что, мне кажется, перед ним невозможно было устоять. ᅠ– У нас была школа для мальчиков. ᅠ Хёнджин открывает рот, из которого вылетает едва слышное “а-а-а”. Кажется, он и забыл, что они учились в одной школе. ᅠ– Я об этом не подумал. В любом случае ты не знаешь, он не собирается ещё раз приехать в Сеул? А то он мне свидание задолжал... ᅠ– Вот сам у него и спроси, – Минхо тыкает пальцем в лоб Хёнджина, тут же отходя от него, – нам пора выходить. ᅠКажется, Ли был слишком резок. Но юношу отчего-то это действительно задело. Аж всё настроение пропало: на выставку идти теперь совсем не хочется. И вроде отказывать уже совсем не удобно (он ведь даже переоделся!), но и идти, показывая своё неважное настроение тоже не кажется хорошим вариантом. ᅠИ что его вообще злить может? Хёнджин может ходить на свидания, с кем хочет. И Чанбин тоже. Просто так странно, что никто из них об этом Минхо ничего не говорил! Ли чувствует себя преданным. ᅠСтоит признать, что сама выставка Минхо действительно нравится. Большинство работ выполнены в холодных, зачастую тёмных оттенках. Кажется, Чжэнь Лэй очень нравятся готические соборы, ведь здесь очень много картин с их изображением как и снаружи, так и изнутри. Ещё есть немного пейзажей с её родины. ᅠНо одна стена очень отличалась от всей остальной концепции. Картины на ней висели не на одной линии, а вразброс. Также все они были выполнены в тёплых тонах. И эта стена носила гордое название “Мои близкие” и состояла из портретов разных людей. ᅠХёнджин тоже был среди этих людей. Он был очень похож, но тот Хван на портрете был не совсем знаком Минхо. У того юноши взгляд был мягкий и смущённый, а из-за спины неуклюже выглядывали белые тюльпаны. И чтобы ни у кого точно не возникло вопросов, подписана эта картина была как “Влюблённый дурак”. ᅠ– Ты здесь улыбаешься, как сегодня при переписке с моим другом. ᅠ Минхо действительно благороден Хёнджину за то, что не оставил его здесь одного. Он ведь мог убежать к Чжэнь Лэй или другим своим знакомым, коих здесь было действительно много, ведь Хван то и дело с кем-то здоровался. Но Хёнджин всегда был где-то поблизости, а зачастую рассматривал ту же работу, что и Минхо. Но сейчас Хван точно об этом жалеет, ведь стёб со стороны Ли был просто неизбежен! ᅠ– Да быть не может, – пылко заверяет юноша, – он мне ещё не настолько нравится! ᅠ– Своими глазами видел, – веселится Минхо, наблюдая, как Хёнджин глаза закатывает. ᅠХван со странной улыбкой наклоняется совсем близко к Минхо, смотря ему прямо в глаза: ᅠ– А ты ревнуешь, что ли? ᅠХёнджин, вероятно, хотел, чтобы у Минхо сердце пропустило удар-другой и, судя по улыбке, с которой он отстранился от него, он действительно думал, что это сработало. Возможно, из-за того, что Ли начал кусать свои губы. Только вот на самом деле Минхо это сделал, чтобы сдержать свой собственный смех, ведь, когда Хван наклонился к нему так близко, заставив смотреть ему прямо в глаза, то не учёл, что у Ли взгляд расфокусируется, из-за чего у Хёнджина третий глаз появится. Зрелище забавное. ᅠ– Конечно ревную, ты у меня вот-вот друга уведёшь. Аж плакать хочется от мысли, что теперь он будет сюрпризы с приездом устраивать тебе, а не мне.

***

ᅠСегодня ночью у Минхо никак не выходит сомкнуть глаз. Весь день он думал, что ему просто грустно из-за того, что друзья ему не рассказали о своём общении. Да что уж там общении! Они ведь во всю флиртуют друг с другом! Но мысли также возвращались вновь и вновь к тому портрету Хёнджина и моменту, когда Хван переписывался с Чанбином. Ли может врать кому угодно, но в глубине души ему правда хотелось, чтобы Хёнджин улыбался ему точно также. Доселе ему не доводилось видеть подобных эмоций на лице Хвана. И стоит признать, что это выражение было донельзя очаровательным. ᅠ– Хён, у тебя всё нормально? Час ночи уже! – слышится сонный голос Со на другом конце трубки. ᅠМинхо молчит ровно до момента, когда Чанбин уже собирается сбросить вызов. Начать говорить очень сложно, ведь Ли кажется, что этот разговор может привести к неловкости между ними. ᅠ– Почему ты не говорил, что тебе нравится Хёнджин? ᅠ– Это то, ради чего ты позвонил? – кажется, Чанбин не счёл этот вопрос, чем-то важным, – давай поговорим об этом завтра. ᅠНо Минхо так и не решается поднять эту тему вновь. Они не обязаны рассказывать друг другу обо всём на свете.

***

ᅠИ вот одним октябрьским днём вся проблема пропадает сама по себе. Минхо, разумеется, не стал бы звать это проблемой, но это действительно заставило его понервничать. Почему? Да просто весь последний месяц Хёнджин неведомым образом поселился у него в голове. Ли было некому об этом рассказать, не у кого было спросить, что делать с этой странной одержимостью и нормально ли вообще так много думать о ком-то? ᅠ– О, это же пудэ чиге! – радостно вопит Хван, заглядывая в холодильник Минхо, – обожаю его в твоём исполнении. ᅠЛи это прекрасно знает, поэтому старается готовить его раз в две-три недели. Тогда Хёнджин вероятно попадёт на него и лишний раз порадуется, но при этом, это блюдо не успеет ему надоесть. Сейчас Хван заходит в гости не так часто, ведь теперь он занят учёбой и клубной деятельностью. Скоро у него ещё и промежуточные начнутся, тогда он, вероятно, вообще из универа и общаги вылазить не будет. Как максимум – библиотека. ᅠ– Ну, как там у вас с Чанбином? – как бы невзначай спрашивает Минхо, водя пальцем по скатерти, пока Хёнджин с удовольствием ест свой суп. ᅠ– Никак, я ему честно сказал, что в романтическом плане у нас ничего не выйдет. ᅠМинхо кажется таким неправильным, что он чувствует облегчение сейчас. Со, вероятно, расстроен из-за этого, но опять же, он ничего не говорил об этом... ᅠ– Он правда замечательный. С ним бы я мог получить всё, что захочу, – Хёнджин говорит спокойно, – но это не то, что мне нужно. ᅠ– И что же тебе тогда нужно? ᅠГлаза Хвана загораются. Он откладывает ложку и подпирает щёку рукой, пронзая Минхо своим уверенным взглядом. ᅠ– Я хочу добиться всего самостоятельно, чтобы человек, которого я люблю, мог получить всё, что захочет. ᅠМинхо чувствует как начинают гореть его уши. Он легонько касается одного из них, проверяя, насколько хорошо его прикрывают волосы. Боже, хоть бы Хван не заметил. ᅠ– Вау, а по тебе и не скажешь. ᅠ– Почему это? – Хёнджин обиженно дует губы и снова возвращается к своему супу. ᅠ– Потому что это ты регулярно ходишь и объедаешь меня, а не наоборот. ᅠ– Да не виноват я, что это была последняя порция! Хочешь, можешь доесть? – Хван неуверенно толкает тарелку с остатками пудэ чиге к Минхо. Вообще-то, там осталась всего пара ложек, но приятно знать, что Хёнджин готов отдать ему свои последние крошки. Пусть и только из-за задетой гордости. ᅠ– Спасибо, конечно, но лучше ты кушай, – сначала Минхо хотелось специально взять и доесть за ним, чтобы пронаблюдать разочарованный взгляд, но в итоге решил, что подобные издевательства даже для него слишком. ᅠ– Ты просто не понимаешь, хён, – Хван уныло водит ложкой по вернувшейся к нему тарелке, сверля её взглядом, – люди много болтают обо мне. Они все думают, что я привык получать всё готовое, всегда ожидают от меня безупречно выполненной работы, ведь если у меня идеальная внешность, то и всё остальное должно быть идеальным. Они думают, что преподаватели ставят мне высокие оценки, потому что я их любимчик, а не потому что я хорошо поработал. Но ты ведь видел мои рисунки полтора года назад? Ты ведь видел, как много я работал, чтобы они наконец стали приятны глазу? Ты знаешь, почему я хочу стать литературным критиком, а не писателем? Да потому что анализировать чужую работу у меня выходит, а писать – совсем нет. Сколько грёбаных написанных мной историй, к которым никто не проявил интерес. Я пробовал разные жанры, разные стили, но так и не смог найти своё, так и не смог создать что-нибудь стоящее, поэтому я просто перестал пытаться. Но если бы люди видели моё лицо и я написал бы откровенно плохую историю или стихотворение, они бы сделали мне комплимент, вместо того, чтобы указать на недостатки. Всё, что люди видят во мне – это моё лицо, и я так устал от этого. ᅠМинхо правда не знал, что этот разговор приведёт к чему-то подобному. Он рад, что Хёнджин смог рассказать о своих чувствах, но каждое сказанное им слово отозвалось лишь пронзительной болью в сердце. Если так подумать, то Хёнджину нужен человек, который будет ценить его, замечать все его старания, а не тот, которого Хван сможет обеспечить. И, стоит признать, что Чанбин подошёл бы на эту роль. Минхо знает, что Со обратил внимание на Хвана не только из-за его внешности. ᅠ– Хёнджин-а, – Ли мягко улыбается, – люди всегда будут обсуждать тебя, вне зависимости от того, как ты выглядишь. Им всегда что-то не нравится. Так что тебе не нужно пытаться им что-то доказать. Рано или поздно ты встретишь правильных людей, которые смогут разглядеть твою потрясающую личность, которые будут любить и принимать тебя таким, какой ты есть. ᅠ– Если бы я мог так просто взять и перестать думать о чужом мнении, – хватается за голову Хван. ᅠМинхо так и знал, что это прозвучит глупо. Но что ему ещё оставалось сказать? “Я люблю тебя несмотря на то, что ты огромная заноза в заднице”? Или может: “ты в начале нашего знакомства меня очень сильно раздражал, так что не волнуйся, мне всегда было плевать на твою внешность”? Слишком жестоко и для обычного разговора, что уж говорить о таком душевном моменте. ᅠ– Но спасибо тебе, Минхо-хён, – слабая улыбка появляется на лице Хвана, – уж у тебя-то точно никогда не было завышенных ожиданий на мой счёт. ᅠМинхо натягивает улыбку. ᅠ– Всегда рад быть честным с тобой, – Минхо встаёт из-за стола и направляется к коридору. Проходя мимо Хёнджина он слегка треплет того по волосам. – Пойдём, куплю тебе чего-нибудь сладенького, а то сил нет смотреть на твою кислую физиономию. ᅠ Забавно наблюдать, как Хван быстро меняется в лице. Уже сейчас он выглядит действительно счастливым, будто они сейчас и не говорили о чём-то серьёзном. ᅠ– Хён, ты лучший! – Хёнджин на радостях подбегает к Минхо, коротко приобнимая со спины и уже мчится напяливать на себя кроссовки и куртку. ᅠНичего особенного, если не считать, что это их первые объятия. Надо же, они дружат уже полтора года, но это произошло только сейчас. Ли ничего с собой поделать не может и ненароком дотрагивается до собственного плеча в месте, где коснулся его Хван. Кажется, что его уши опять начинают гореть. И всё же, неправильно это, что обычный человек, такой же, как и все, вызывает столько эмоций совершенно заурядными вещами вроде улыбки и прикосновений. ᅠМинхо всё гадает, что же такого в Хёнджине особенного, что когда он рядом с ним, то он чувствует, что наконец-то может дышать, что вся та тяжесть, ежедневно сдавливающая его грудь, исчезает, что улыбка сама появляется на лице даже при мысли о нём. ᅠНо с этим можно разобраться и позже, сейчас главное поднять Хвану настроение и позаботиться о том, чтобы он выкинул все свои дурные мысли из головы.