Кафе на углу

Завтрак в доме у семьи Лебедевых прошел прекрасно. Сашка немного стеснялся поначалу и смущался. Не мог он так просто взять и оставить то, что было. Но взрослые, видимо, так и сделали. Максим и Кира между делом успевали обсуждать планы на день и шутить. Все было так спокойно и умиротворенно. По-семейному. Очень непривычной для мальчика была такая обстановка. Сашка уж и не помнил, когда в последний раз просто нормально завтракал, не говоря уже о горячих пышных сырниках с приятно прохладным молоком, да еще и в такой теплой обстановке. Немного понаблюдав за отношениями взрослых, Сашка улыбнулся и немного расслабился. Слишком добрая царила сейчас вокруг атмосфера, чтобы о чем-нибудь переживать, и мальчишка уже не стал ей сопротивляться, спокойно выдохнув и отбросив лишние мысли. Посередине стола стояли целая большая тарелка румяных сырников и две небольших емкости со сладким вареньем и сгущенкой. Подтянув к себе стакан с молоком, Сашка вдруг ненадолго застыл, уткнувшись взглядом в аккуратный узор на скатерти. Он вдруг подумал, что в этот момент они были похожи даже на настоящую семью. Мама, папа и сын… Он себя так почувствовал. Хотя сам быстро постарался спустить себя на землю, окатив реальностью. Да, так было думать намного приятнее, чем то, что молодая пара просто подобрала маленького оборванца с улицы. Сашка поджал губы, закрыл глаза и снова погрузился в фантазию. Помечтать-то ему никто не запретит, ведь так? Вон его даже недавно наказали, словно провинившегося ребенка. Как родного сына. Сашка улыбнулся и продолжил кушать, позволяя себе окунуться в альтернативную реальность, которую сам же и придумал, хоть бы ненадолго. Хотя бы на то время, пока настоящая жизнь была так похожа на эту фантазию. Максим сказал, что сам отвезет мальчишку, разом убивая Сашкины мысли о том, что нужно поскорей пойти домой, ведь он здесь, наверное, мешает. Но вот после завтрака отвозить подростка Максим не торопился, отправив подростка в гостиную, пока сам собирался поработать немного. В школу Сашке не надо идти в субботу, значит, и торопиться было некуда. Кира тихонько включила телевизор для фона, чтобы Сашка не скучал. Обычно сам телевизор в этой семье никто не смотрел. Его использовали только для запланированного просмотра какого-нибудь фильма, чтобы расслабиться. Сейчас девушка включила его для Сашки, но и он, как оказалось, его не смотрел. Вернувшись спустя несколько минут в комнату, девушка обнаружила сладко посапывающего мальчишку. Сашка заснул на диване, откинувшись на мягкую спинку. Казалось, вот-вот, и он скатится на бок. Слишком рано мальчик встал сегодня, плохо спал ночью, переживая, и многое испытал за утро. И только сейчас, наконец немного успокоившись и расслабившись, Сашка моментально уснул, видимо сам того не заметив. Девушка мягко улыбнулась и аккуратно уложила голову на небольшую диванную подушку. — Все хорошо, спи-спи, Сашенька, — шепотком проговорила она, когда Сашка испуганно приоткрыл глаза, почувствовав мягкое, непривычное прикосновение. — Отдыхай, солнце. Все равно Максим еще работает… — Кира спокойно уложила ноги подростка на диван, чуть смущая мальчишку, из-за чего тот немного приподнялся, пытаясь проснуться. Но девушка ласково уложила его снова, укрывая тоненьким, но теплым и мягким пледом. И Сашка расслабился, выдыхая все напряжение, и совсем скоро снова погрузился в легкий сон, откидывая все свои принципы. Спать в гостях — обычно дело очень неуютное и неудобное, но забыть об этом неудобстве ему помогла собственная усталость и такая легкая умиротворённость Киры, которая очень ласково смогла так просто успокоить подростка. Девушка выключила теперь уже мешающий телевизор и вышла из комнаты. Видимо, в этой семье его никто и никогда не будет смотреть, как это бывает в большинстве домов, когда телевизор на протяжении всего дня отвлекает всех от действительно важных дел. Сашка проспал около двух часов, пока не услышал голос Максима. — Рота, подъем! — Максим сказал это достаточно громко, чтобы вырвать подростка из сна, и усмехнулся, остановившись у входа в комнату. Сашка сразу открыл глаза и на автомате попытался встать, испуганно оглядываясь. После сна мыслить ясно не получалось, так что мальчишка выглядел потерянным первые секунды, садясь на диване. — Вставай, Сашка, — мягче сказал Максим, наблюдая, как Сашка неосознанно кутался в тоненьком пледе, натягивая до самого подбородка. Подросток широко зевнул, все еще стараясь не закрывать глаза, перебарывая огромное желание снова погрузиться в сон. — Поехали, отвезу тебя домой, там хоть выспишься. — Не… Не надо домой, — сразу возразил мальчишка, заставляя себя подняться. — Я работать хочу. Сегодня же суббота… — Выходные Сашка очень ценил, ведь в свободные от учебы дни Максим разрешал ему работать больше, чем обычно. И Сашка не упускал этой возможности, всегда зарабатывая по максимуму. Мальчишка посмотрел жалобными глазами на старшего, пытаясь разглядеть в них что-то и боясь, что ему могут запретить сегодня идти в кафе. Но в глазах старшего не отражалось ничего, что могло бы сказать о таком решении. — Саш, ты полночи не спал. Отдохни-ка дома, а? Выспись хорошенько… — сказал Максим, мягко подтолкнув Сашку к прихожей. — Я уже выспался. Я же сейчас спал! Сегодня же суббота, я могу работать больше, чем обычно. Я не хочу домой. — Сашка решительно посмотрел на мужчину и снял с вешалки вторую кофту, которая была вместо курточки. За ночь мальчишка ее неслабо успел замарать, так что сейчас на ней виднелась сухая серая грязь. Сам Сашка этого почти не замечал. Он старательно вглядывался в лицо Максима Владимировича, пытаясь разглядеть любую эмоцию. Тот думал, и пока что ни одна мускула на лице не демонстрировала несогласие, что давало Сашке надежду. Максим и не думал даже как-то дополнительно наказывать Сашку такими способами. Он просто искренне заботился о подростке и даже не собирался сейчас препятствовать, поэтому согласно кивнул. — Хорошо, но тебе все равно нужно домой, хотя бы переодеться в чуть более чистую одежду. — Максим беззлобно хмыкнул и, взяв Сашку за рукав, показал ему большой загрязненный участок, который Сашка не мог заметить со своего ракурса. Рассмотрев получше, мужчина взял с полочки в коридоре большую щетку и быстро размашистыми движениями прошелся ей рукаву, с легкостью убирая грязь. Закончив с рукавом, он перешел к спине, где виднелись брызги от ботинок. Сашка пытался стоять спокойно, стараясь удержать равновесие от довольно настойчивых движений, но все равно покачивался, как березонька в поле. — Знаешь, мне даже было бы интересно посмотреть на твою встречу с Мойдодыром, — крепко придерживая Сашку, усмехнулся Максим. — Я как ни посмотрю, ты все время где-то извазюкался. — Сашка мог бы обидеться, но тон, которым это было сказано, не позволил. Слишком по-доброму старший улыбался и говорил: совершенно без злости и желания обидеть. — Да вы сами Мойдодыр! Мне теперь можно даже не переодеваться! — Сашка в шутку усмехнулся и постарался поскорей выбежать из квартиры, как только Максим открыл дверь. — И правда, — усмехнулся Максим, подходя к лифту, где остановился ребенок. Только в машине Сашка вдруг понял, как же на самом деле боится возвращаться в кафе. Ведь только с Максимом он смог договориться и наладить отношения. После должного наказания владелец кафе простил его и все объяснил, а что вообще на этот счет думают другие? Наверное, все уже были в курсе произошедшего ночью, а если нет, то ведь все равно узнают, вряд ли кто не заметит значительную трещину на стекле. У Марии Александровны так точно есть доступ к камерам. Она-то уже точно успела все посмотреть и узнать, сразу после того, как пришла на работу. Сашка не сильно закусил губу, пожевывая, и нервно сжал руки вместе в замке, пытаясь отвлечься на мелькающий вид за окном автомобиля. Он не хотел, чтобы все знали и становились свидетелями его глупости. Хотелось, чтобы все забыли об этом и не упоминали. А ведь все равно будут вопросы, и Максиму придется на них отвечать. Несмотря на то, что все конфликты между Сашкой и Максимом уже были улажены, мальчик боялся чужого мнения. Боялся, что еще долго, наверное, будут вспоминать этот случай и винить Сашу. Машина остановилась, но выходить Сашка не торопился, напряженно смотря на небольшое здание кафе, словно приехал в больницу на страшную операцию, а не на любимую работу. Максим привычным жестом заглушил мотор, быстро вытащил ключ, отстегнул ремень безопасности и, откинувшись на спинку кресла, посмотрел на мальчишку. Взгляд при этом был немного удивленный, но вместе с этим понимающий, будто за долю секунды он прочитал все мысли Сашки и узнал его проблему. — Чего не выходишь? — по-доброму усмехнувшись, задорно спросил Максим и улыбнулся. Сашка пожал плечами и медленно все же открыл дверь машины. Спрыгнув на асфальт, Сашка аккуратно закрыл дверь, но к кафе так и не побежал. Он даже не двинулся в ту сторону, чем заставил Максима усмехнуться еще раз. Мужчина вышел из машины и вместе с Сашкой пошел ко входу. Так мальчику было спокойнее, главное, не одному, ведь он уже представлял, как словит десяток осуждающих взглядов в свою сторону, как только прозвенят колокольчики над дверью. А с Максимом Владимировичем такого можно было не бояться. Он как бы был подтверждением, что мальчишка больше не виноват. Но откуда же Сашке было знать, что судить его никто и не собирался. Оказавшись внутри, в спокойной дружелюбной атмосфере, Сашка вдруг осознал, что вцепился рукой в рукав Максима, и поспешил ее отдернуть. Мария Александровна как-то странно и непривычно посмотрела на Сашку. Все так же по-доброму, с теплотой и любовью, наверное, но что-то все равно было новое. — Здравствуй, Сашенька, — произнесла она и мягко приобняла подростка, как делала это каждый раз. Недолго думая, Сашка смущенно ответил на объятия, расслабляясь, и почувствовал уже такой привычный, нежный и даже успокаивающий аромат роз, который имели духи. На душе стало поспокойнее, Сашка и не заметил, когда Максим Владимирович уже куда-то ушел. Все стало как обычно. Мария Александровна задала Сашке проверить наличие на каждом столике необходимых вещей: запакованных зубочисток, салфеток, небольшой красивой подставки с названием кафе, и помочь привести в порядок столики, которые еще не успели убрать после гостей. Все было спокойно, пока Сашка, тщательно протирая столик, кое-что не услышал. — А ты случайно не знаешь, кто разбил стекло? Еще вчера этого не было… — донесся до Саши голос одной из подружек Светы, мальчишка сразу притих и съежился, боясь пошевелиться. — Сказали, что какие-то подростки ночью… Пьяные вроде, — спокойно пожала плечами Света, не отвлекаясь от работы. В этот момент она относила несколько грязных тарелок на кухню. — Жесть… И что им надо было вообще? — возмущалась вторая девочка. Ее звали вроде бы Катя, Сашка не часто с ней общался, у нее был характер, который не сильно Сашке нравился, несмотря на то, что саму девочку считал хорошей. Просто она была не тем человеком, которому он хотел все рассказывать. Она, в отличие от Светы, напоминала Сашке какую-нибудь вредную старшую сестру, которая всегда готова наябедничать на него и никуда его не звала с собой. Конечно, ничего такого не было, чтобы Саша мог так думать, но он просто ее так воспринимал по характеру. — Из-за них теперь это так некрасиво выглядит! Еще и дует, что даже холоднее стало. — Ну да… Хорошо, что пока не зима, — хохотнула Света. — Но уже сегодня ее починят. Заменят стекло, и все. — Она пожала плечами, не особо придавая значимости всей этой ситуации. Видимо, подробности ее совсем не интересовали, и Света была довольна предоставленной информацией, в отличие от подруги. Кате хотелось все выспросить, что она и делала. А Сашка, испуганно прижавшись, сам не осознавая, что прекратил заниматься чем либо, чтобы не привлекать к себе внимания, продолжал слушать, боясь услышать что-то про себя. Но, сколько бы он ни «играл в шпиона», ничего плохого не услышал, что могло бы выдать его. Это был не единственный разговор, который Саша слышал об инциденте сегодня. Еще он слышал что-то от поваров, когда помогал мыть посуду, и от самой Марии Александровны, которая как раз объясняла все то же самое любознательной Кате. Сашка в этот момент стоял рядом и испуганно закусил губу. Чего он боялся, сам не знал, но услышать свое имя было для него страшнее всего. Страшно было, что к нему обратятся, зная, что он там был. В какой-то момент мальчишка боязливо поднял голову и встретился взглядом с Марией Александровной. Женщина мягко кивнула, как бы спрашивая: «Что такое?», но Сашка быстро принялся за работу. Он сам не заметил, как пропустил обед, хотя обычно всегда старался кушать в одно и то же время, выстроив для себя определенное расписание. Никто ни разу не говорил про него, и даже не упоминал, и не делал никаких намеков, что вообще он мог быть как-то замешан в этом, но подросток продолжал нервничать. Даже когда пришли мастера, чтобы заменить стекло, когда вопросов стало еще больше, никто не собирался обвинять подростка. Но Сашка все равно нервничал, несмотря на то, что его давно простили. Он же точно знал, что как минимум Мария Александровна была в курсе. Ну не могла она не знать. Неужели она действительно никому не сказала? Сашка волновался, и длилось это даже не один день. Отчего-то он стал возвращаться к этому чувству все время: когда случайно узнал, сколько стоила Максиму починка двери; когда после небольшой прохлады Света немного простудилась; когда вспоминал, что пацаны пытались взломать домофон, а не сигнализацию… Сашка чувствовал свою вину во всем. Движения Сашки со временем стали немного резче. Он словно стал бояться всего вокруг. Боялся что-то уронить, где-то ошибиться, много разговаривать. Это было почти не заметно, мало бы кто смог понять, что что-то не так. Снаружи было видно только, что Сашка зажался. Словно побитый котенок, который уже пережил больше, чем некоторые взрослые домашние коты. От частых переживаний и накручивания аппетит Сашки стал стремительно снижаться. Просто не хотелось есть. А когда он пропускал приемы пищи, то потом уже не хотелось есть, просто потому что он давно не ел. Словно вся еда стала тяжелой, как будто бы желудок, уже просто посмотрев на нее, предупреждал: «Не, ребят, я такое не переварю». Сашка лишь изредка мог заставить себя покушать немного супа или фруктов. — Саш, ты хорошо себя чувствуешь? — мягко спросила Мария Александровна, заметив, что Сашка уже который день приходит усталый и чем-то измотанный. — Да… — подняв голову, сказал Сашка неуверенным тоном, но вложив всю уверенность в выражение лица. — Ну хорошо, — улыбнулась женщина. — Пойдем тогда покушаем в комнате. Ты хорошо потрудился, все равно пока работы для тебя… Мария почти сразу заметила какую-то проблему: Сашка перестал быть собой. Он перестал рассказывать свои безумные идеи и делиться тем, что случилось за весь день. Он словно перестал интересоваться и ходил, словно нервничал перед тяжелейшими экзаменами. Но экзаменов не было, как и видимых причин для переживаний. Не заметить того, что ребенок почти перестал кушать, было тоже нельзя, ведь он стал еще немного худее. Венки на руках хорошо выпирали, и даже детские щечки, которые, казалось, должны быть такими до самого взросления, стали меньше. Мария принесла для мальчишки его любимый салат цезарь и немного супа, несмотря на просьбу подростка взять что-то одно. Он ведь не сильно хотел кушать, а оставлять после себя и недоедать мальчишке было стыдно. Это ведь нигде нельзя потом будет использовать, и все выкинут. Считай, просто так продукты потратили, деньги на ветер… — Ничего страшного, Саш, скушай, сколько сможешь, я тебя не заставляю. Просто взяла на всякий случай, хорошо? Не переживай, — улыбнулась женщина, погладив подростка по голове, и села напротив. Обед Марии Алексеевны ничем не отличался от Сашкиного. Она тоже не любила наедаться и, как девушка уже возрасте, предпочитала полезную еду фастфуду. Сашка кивнул и, нехотя взяв вилку, попробовал кусочек сладкого перчика из салата. Он его очень любил. Особенно с этим соусом, который добавляли в их кафе, салат становился просто бесподобным. Было вкусно, но это не отменяло того, что аппетита все еще не было, так что Сашка большую часть времени просто ковырялся вилкой в тарелке, медленно пережевывая какой-нибудь кусочек и заставляя себя съесть следующий. Некоторое время в воздухе висела тишина. Спокойная такая, которая никому не мешала и не доставляла дискомфорта, но довольно редкая в присутствии Сашки. Обычно мальчишка не давал такому случиться до недавнего времени. — А Максим… — вдруг решил спросить Сашка, продолжая спокойно помешивать салатик, — он, наверное, не любит детей? Да? — Сашка не боялся задать этот вопрос, зная, что Мария Александровна, это именно тот человек, с кем можно спокойно что-то выяснить. Она достаточно мудра, чтобы говорить о чем-то, при этом не обсуждая и не осуждая других людей. И Сашка был спокоен, просто немного стеснялся. — Максим? — удивленно переспросила Мария, подняв брови. — С чего ты так подумал? — Она посмотрела на мальчика, а тот смущенно пожал плечами, боясь делиться своими личными переживаниями. — Ну просто… Он же женат… — аккуратно начал Сашка, смотря больше на свой салат, чем в глаза собеседнице. — А детей они не заводят… Наверное, потому что он их не любит? — На самом деле, Сашка выдал свой второстепенный довод. Просто так же, как он не хотел признаваться всем, что разбил стекло, он не хотел рассказывать о том, как Максим его наказал. Конечно, это было не так больно, но мальчишка боялся подумать о том, что сделано это было от какой-то неприязни к нему. Мария мягко усмехнулась и покачала головой. — Нет, Сашенька. Люди иногда по разным причинам не обзаводятся детьми… Но я знаю, что Максим очень их любит. Даже не важно какого возраста. Что удивительно, он легко ладит даже с незнакомыми подростками, находя общий язык с первых слов… Сашка не заметил, как заинтересованно поднял голову и, прикусив нижнюю губу, стал внимательно слушать, чтобы ничего не пропустить. Стало немного легче, и Сашка смог осилить любимый салат и даже пару ложек куриного супа. Когда-то он бы совершенно не понял себя, и съел бы любимую еду в два счета. Но сейчас он чувствовал себя немного по-другому. Кушать не хотелось совсем… Вообще ничего не хотелось.