Каникулы в Париже и их последствия

      Баки сидит за столом на любимой веранде, пьет кофе и читает книгу. Раннее утро. Солнце едва начало выглядывать из-за горизонта, заливая светом спящий город. Вокруг тишина, и только птицы поют свои чарующие песни.       Оторвав взгляд от книги, мужчина делает глубокий вдох и растягивает губы в улыбке. В одной из комнат спит миссис Барнс. Его милая и любимая Клэр. Женщина, навсегда изменившая его жизнь и самого мужчину.       Они счастливо женаты два года. Продав свои дома, купили один большой в пригороде Нью-Йорка. Баки приглянулся дом в этом относительно тихом районе, с большими и зелеными парками. Им хотелось жить вдалеке от городской суеты, ближе к свежему воздуху. Клэр любит кататься с Баки на велосипеде, осматривая окрестности. До работы добираться теперь не совсем удобно, но сбережений Барнса хватило на покупку двух машин.       Клэр доставляет удовольствие каждый вечер, приезжая с работы, ужинать на веранде с бокалом белого вина. Когда наступает время чаепития, она забирается на плетеный диван с ногами, кутается в плед и смотрит на лес, до которого рукой подать. Баки обычно занимает место за столом, украдкой смотрит на неё и забывает, как дышать. Волосы Клэр теперь длинные и прикрывают острые лопатки. Она сменила свой натуральный черный цвет на рыжий с оттенком янтаря. Баки сначала пытался отговорить её от этой затеи, но когда Клэр вернулась из салона, признал, что был не прав. Кажется, он снова влюбился в собственную жену. И только ради этого он готов поддерживать её желание экспериментировать. Так, они каждый день ужинают, и Баки не отказывает себе в удовольствии рассматривать любимую женщину. Замечая, что Баки её разглядывает, Клэр смущенно улыбается. Баки всегда со смешком спрашивает, когда же она прекратит смущаться его пристальных взглядов, на что Клэр хитро улыбается и ничего не отвечает. Тогда мужчина подсаживается к ней на диван, кладет её ноги себе на колени и они сидят в тишине, впитывая звуки ветра и пение птиц, наслаждаясь уютом. Они купаются в окружающей безмятежности, от которой так сладко щемит в груди.       Из приятных мыслей Баки вырвали легкие шаги. Одна половица скрипнула, и мужчина улыбнулся, оборачиваясь и раскрывая руки для объятий. — Ты чего в такую рань? — Тебя рядом не оказалось и я решила проверить, не удрал ли ты, — сонно отзывается Клэр, садясь Баки на колени. — Разве можно удрать от такой красотки? — шепчет он, зарываясь носом ей в волосы, вдыхая медовый аромат шампуня. — Нельзя, конечно. Но ты вне всяких правил, так что вполне мог бы рискнуть здоровьем ради спортивного интереса. — Клэр смеется, а Баки закатывает глаза. — А ты чего так рано? — Выспался. И нет, я никогда никуда от тебя не убегу. Я же умру от тоски! — Подлиза! — Клэр целует Баки в щеку и выскальзывает из объятий. Берет его за руку и тянет в дом. — Идем. Ты же знаешь, что я не усну без тебя…       Баки тепло улыбается жене, встает из-за стола и на руках заносит в дом.       Часы пробили девять часов утра, когда Клэр открыла глаза. Повернув голову налево, она улыбнулась — рядом лежит Баки, на его широкой груди покоится книга Стивена Кинга. Он спит. Видимо, занеся Клэр в комнату, он решил дочитать главу и, сам того не заметив, провалился в сон.       В последнее время Баки увлекся чтением. Не то, чтобы он не читал раньше, но с выходом в отставку и появлением большего количества времени, сержант не расстается с книгами. Он взахлеб читает и современные детективы, и фантастику, не забывая освежить в памяти классику. Особенно ему нравятся авторы, писавшие о временах Второй мировой войны. Тогда он садится рядом с Клэр и рассказывает о том, что помнит с фронта. Клэр всегда с удовольствием слушает мужчину. Ей нравится, что он снова и снова открывается, оголяет душу и делится воспоминаниями. Каждый раз сердце Клэр сжимается, едва его рассказ доходит до момента падения с поезда и попадания в Гидру. Но, спустя столько лет, Баки рассказывает об этом легко, без боли и тонны сожаления. Монстры прошлого, в конце концов, отпустили его.       Клэр глубоко ушла в свои мысли и не заметила, как веки Баки дрогнули. Его голова чуть повернута в сторону и глаз не видно. Размеренное дыхание участилось. — Давно ты меня разглядываешь? — хриплым ото сна голосом поинтересовался Баки, не поворачивая головы. — Несколько минут, — отозвалась Клэр, нырнув под его правую руку. — Извини, что разбудила. — Ерунда, — шепчет Баки, и целует Клэр в висок. — Я приготовлю нам завтрак.       Клэр не возражает. Баки на секунду крепче прижимает её к себе, вдыхая запах любимых волос, затем встает с кровати и отправляется в кухню.       Когда до Клэр долетает аромат жареного бекона, она потягивается, и садится в постели. Опустив босые ноги на пол, подходит к окну и распахивает шторы. Солнечный свет заливает комнату, лаская лицо и плечи. Стоя у окна, женщина думает, что стоит впустить немного свежего сентябрьского воздуха и открывает окно.       Сентябрь выдался теплым. Желтеющие листья, теплый свежий воздух и потрясающий мужчина рядом дарят Клэр крылья… пожалуй, ради такого можно пройти все муки ада.       Клэр стоит у окна в короткой атласной ночной рубашке и, улыбаясь, рассматривает лес, когда в спальню заглядывает Баки. Рыжие волосы распущены и переливаются в солнечных лучах. Стройные и, кажется, бесконечные ноги, подтянутые ягодицы, едва прикрытые тканью, будоражат фантазию. На покатых плечах покоятся тонкие бретельки. Баки смотрит на Клэр и вмиг забывает, зачем пришел. В два коротких шага подходит к ней и кладет руки на тонкую талию. Клэр прижимается к нему, откидывая голову, подставляя шею под нежный поцелуй.       Когда Клэр ощущает холод металла на животе под рубашкой, она кладет свою ладонь поверх левой руки Баки, призывая остановиться. Баки разочаровано стонет, а Клэр тихо смеется. — Нечестно, — хрипит он. — Самую малость, — весело отзывается Клэр и, повернувшись к нему лицом, обвивает руками его шею. — Но я чертовски хочу есть. Бьюсь об заклад, что меня ждет очередной кулинарный шедевр Джеймса Барнса. — Ты раба своего желудка, Клэр. Как можно чего-то хотеть, когда рядом любимый муж? — Баки смотрит ей в глаза и серьезно спрашивает: — Любимый ведь? — Самый любимый. И я точно не раба желудка, как ты посмел выразиться. Просто ты слишком вкусно готовишь. — Говорю же — прожора!       Завтракая на веранде, Клэр молчит. Она где-то далеко и совершенно не слышит, что ей рассказывает Баки. — Клэри? — Прости, я задумалась. Можешь повторить? — Я всего-то предложил слетать куда-то в отпуск. — Хорошая идея. Честно говоря, я устала и хорошенько отдохнуть — именно то, что нужно. Уверенна, Шэр не будет возражать, если мы не появимся в галерее пару недель. — Определенно, — отзывается Баки, откидывается на спинку стула и лениво потягивается. — Будет здорово просто побыть дома вдвоем, — шепчет Клэр, вглядываясь в гущу леса. — Осень в самом разгаре и посмотри, какие прекрасные виды открываются с нашей веранды. Мы просто обязаны встречать каждый вечер здесь. — Как будто мы сейчас этого не делаем, — улыбнувшись, замечает Баки. — Но ты права: побыть вдвоем, никуда не спеша — лучшее, что может быть.       Клэр тепло смотрит на мужчину, делает глоток любимого кофе и окунается с головой в мечты о предстоящем отпуске.