Still With You

Сэвон сидела одна в тёмном подъезде, обнимая свои колени. Отчаяние окутывало её подобно густому туману, из которого казалось невозможно выбраться. Последние несколько недель её жизнь рушилась кусок за куском: без работы, без дома, без близких. В голове стучала мысль — выхода нет. Казалось, всё, к чему она когда-то стремилась, было окончательно и бесповоротно утрачено. И тогда, в этом гнетущем одиночестве, в Сэвон родилась идея. Словно тонкая ниточка надежды, она заставила её поднять голову и, несмотря на тьму вокруг, взглянуть прямо перед собой. Чонгук. Имя, которое она избегала произносить вслух, имя, которое теперь звучало внутри неё как призыв. “Это всё из-за него,” — думала Сэвон, сжимая кулаки. Воспоминания о прошлом вернулись с новой силой. Она поняла, что единственный способ выбраться из этого кошмара — это добиться, чтобы он, наконец, расплатился за всё, что сделал. Разве это не его поступки разрушили её жизнь? Разве не он лишил её и будущего, и надежды? Тихо, но с решимостью, которая росла в её сердце, Сэвон сказала себе: “Теперь ты не скроешься. Я сделаю так, что ты поймёшь, что натворил. Я сделаю это ради справедливости. Ради себя.” 🔪 Сэвон приняла трудное решение — потратить свои последние деньги на билет на его концерт. Её сердце ныло от мыслей, что эти сбережения могли бы помочь ей продержаться ещё пару недель, но что-то внутри подталкивало её к этому шагу. Она верила, что встреча лицом к лицу поможет ей наконец поставить точку. Её охватило отчаяние, но и странная решимость, словно встреча с ним была единственным шансом справиться с болью. Сэвон долго готовилась к этому моменту, но когда день настал, её сердце сжималось от тревоги. Она потратила последние деньги на билет, прекрасно понимая, что после этого ей не останется средств на еду и жильё. В её положении это было отчаянное решение, но она убеждала себя, что эта встреча сможет закрыть для неё все старые двери и выкарабкаться из этого дерьма. Зал был заполнен до отказа. Огни, звуки музыки, крики фанатов — всё это наполняло пространство необъятной энергией. Как только он вышел на сцену, внимание всех, включая её, приковалось к нему. Чонгук сиял под светом прожекторов, будто был частью другого мира — мира, в котором ему принадлежала вся эта сцена, эта толпа, каждый взгляд. Сэвон смотрела на него, и сердце её билось в сумасшедшем ритме. Она пришла сюда с гневом и обидой, но всё обострились совершенно другие чувства, которые она тщетно пыталась подавить всё это время. Сэвон стояла в первом ряду, тесно окружённая фанатами, но в этот момент не видела никого вокруг, кроме него. Чонгук был словно свет на тёмной сцене, уверенный, яркий, пленительный. Казалось, каждая его улыбка, каждый жест был создан, чтобы пленить сердца. Он двигался с такой лёгкостью и уверенностью, что это будто бы напоминало ей их детство — когда он был тем же мальчишкой, таким искренним и добрым. Но теперь он был другим. Другим, далёким и чужим. Однако она не могла отвести от него взгляда. И вдруг, в какой-то момент, она ощутила, как внутри всё переворачивается от горечи и презрения — к самой себе. Как могла она снова чувствовать это притяжение к нему, после всего, что случилось? Как могла позволить себе хоть на секунду поддаться этому восхищению? Её сердце сжалось, и она почувствовала ненависть к себе за каждую тёплую мысль, которая возникала о нём. Он был виновен в том, что её жизнь превратилась в руины, он не видел в ней ничего, кроме тени из прошлого. «Как ты можешь? — мысленно ругала она себя, сжимая кулаки. — Как ты можешь снова на него смотреть, словно он тот же человек, что был когда-то рядом? Как ты можешь восхищаться им, когда он разрушил всё?» Но вопреки её мыслям, что-то в её сердце всё ещё дрожало от этого чувства, которое она никак не могла подавить. Её взгляд оставался прикован к нему, но теперь её мысли были пронизаны горечью и стыдом. Ей казалось, что всё, через что она прошла, должно было стереть её привязанность к нему, но чем дольше она на него смотрела, тем отчётливее понимала: эта связь всё ещё жива. Она до сих пор знала, когда он улыбнётся, когда сделает знакомый жест рукой, когда повернётся к толпе. Когда концерт закончился, Сэвон, задержав дыхание, пошла к служебному выходу. Там уже собрались фанаты, которые, как и она, надеялись увидеть его поближе. Она стояла на расстоянии, убеждая себя, что это её шанс — шанс, которого она так долго ждала. Она представила себе эту встречу сотни раз. Её мысли метались между решимостью и страхом. Наконец она увидела его силуэт среди охранников. Сердце застучало так, что казалось, она слышит его ритм. Но стоило ему выйти, как толпа тут же охватила его. Фанаты кричали, тянулись к нему, окружили так, что Сэвон даже не могла к нему приблизиться. Она попробовала сделать шаг вперёд, надеясь, что он хотя бы случайно заметит её, встретится с ней взглядом. Но он был полностью поглощён фанатами, оберегаемый охраной, и даже не взглянул в её сторону. Охранники быстро расчистили для него путь к машине, и он исчез в череде вспышек и визгов, оставив её стоять одной на холодной, пустой улице. Слёзы подступили к её глазам, и она бессильно опустилась на ближайшую скамейку. Её окружала глухая тишина, разительно контрастирующая с шумом и сиянием минуту назад. Она чувствовала, как её собственные силы покидают её, и мир становится всё холоднее и бесприютнее. В этот момент она поняла, что осталась одна, потерянная среди чужих людей, без всякой поддержки, без дома и семьи. Этот вечер, на который она возлагала столько надежд, не принёс ей ничего, кроме ещё большего отчаяния. Слёзы текли по её щекам, и Сэвон, не в силах больше бороться, закрыла лицо руками. Ей казалось, что вся её жизнь превратилась в бесконечную череду потерь, а сейчас, после этой последней попытки, она поняла, что стоит на самом дне одиночества.  Она стояла среди ликующих фанатов, но чувствовала, как внутри неё поднимается горькое осознание: её отчаянное решение прийти сюда и увидеть его снова принесло ей только боль и возвращение тех чувств, которые она столько времени пыталась забыть. Это была не та встреча, на которую она надеялась — не момент силы и ясности, а лишь лишнее доказательство её собственной слабости. Севон сжала в руках билет, её пальцы дрожали от смеси разочарования и злости к самой себе. Всё, на что она потратила последние средства и силы, оказалось лишь её заблуждением. Она думала, что сможет встретиться с ним и наконец закрыть эту главу, но вместо этого — чувства, которые она считала побеждёнными, снова вспыхнули с новой силой. Они были такими же острыми и болезненными, как тогда, в прошлых днях, когда всё только начиналось. Называешь его чудовищем? Да ты сама Сэвон, чудовище.