Still With You

Сэвон сидела на холодном подоконнике своей съемной квартиры, ноги болтались в пустоту, а в пальцах дрожала почти догоревшая сигарета. Лунный свет разливался по комнате, подчеркивая её усталое лицо. Горечь обиды и ненависть смешивались с чувством пустоты. Она ещё не знала, чем закончится её план, но точно понимала одно: Чонгук должен заплатить. Она глубоко затянулась, чувствуя, как дым обжигает горло, и выдохнула его, наблюдая за тем, как облачко растворяется в воздухе. "Именно так," — подумала она. — "Растворяется, как и правда в этом мире лжи." Перед ней на столе лежал ноутбук. Экран светился, отражая разрозненные фрагменты текста — подготовка к её будущему видеообращению. Камера уже стояла напротив, ожидая своего часа. "Я должна сделать это", — сказала она себе вслух, будто убеждая собственное сердце, которое предательски сжималось от боли. — "Если я промолчу, она так и останется одной из тех, кого забыли. Никто даже не узнает её имени. А он... Он будет блистать на сцене, как ни в чём не бывало." Она вспомнила её лицо — лицо Розэ, с которой она делила всё. Светлые волосы, которые всегда пахли яблочным шампунем. Её звонкий смех, который теперь звучал только в памяти. Сэвон затушила сигарету в пепельнице и потянулась к клавиатуре. Слова потоком хлынули из неё: "Чон Чонгук. Любимец миллионов. Но для меня он убийца. Моя лучшая подруга погибла из-за него. Он и его дружок Хёнджин прикрываются славой, а я осталась одна, со своей болью. Я прошу вас, людей, чьё сердце ещё живо, услышать меня. Откройте глаза. Это не тот человек, которого вы любите." Каждое слово, что она говорила, прожигало её, но вместе с тем давало силы. Она повторяла себе, что её не остановят страхи или сомнения. Чонгук должен увидеть, как его идеальный мир начнёт рушиться. Через несколько часов после того, как видео было опубликовано, в сети начался хаос. Миллионы фанатов Чонгука бросились в комментарии, разрываясь между недоверием и яростью. Одни обвиняли Сэвон во лжи, другие требовали объяснений от Чонгука и Хёнджина. Хэштеги с его именем и обвинениями быстро заняли первые места в трендах. Чонгук сидел в своей просторной гостиной, уставившись в окно, за которым город жил своей обычной жизнью. Однако внутри его всё кипело. Скандал, вызванный видео Сэвон, набирал обороты. Он не спал всю ночь, перечитывая заголовки, комментарии, и, самое главное, слова, которые Сэвон произнесла в своём обращении. "Любимец миллионов. Но для меня он убийца." Эти слова застряли у него в голове, как иглы. Она имела полное право ненавидеть его. И всё же боль от её слов была слишком острой, чтобы её игнорировать. В этот момент в комнату вошла Мия, её шаги быстрые и резкие. Она захлопнула за собой дверь, взгляд её горел гневом. — Ты собираешься что-то делать? — начала она, даже не поздоровавшись. Чонгук медленно повернул голову к ней, его лицо оставалось спокойным, хотя внутри всё клокотало. — Что именно ты хочешь, чтобы я сделал? — Ты вообще в курсе, что происходит? — Мия подошла ближе, её тон стал резче. — Она разрушает твою карьеру, Чонгук! Эта... эта Сэвон! Ты понимаешь, как это выглядит? Чонгук устало провёл рукой по лицу и отвёл взгляд, не желая встречаться с её глазами. — Да, я понимаю. — Тогда почему ты молчишь? — Голос Мии начал срываться, в нём звучала смесь злости и отчаяния. — Почему ты не защищаешь себя? Ты должен выступить с заявлением, опровергнуть её слова. Всё, что угодно, чтобы остановить этот бред. Чонгук молчал, обдумывая её слова. Он знал, что должен был что-то сделать, но каждый раз, когда он думал о том, чтобы выступить публично, его охватывала тяжесть. Он не мог. — Я не могу, — наконец тихо сказал он, уставившись в свои сжатые кулаки. — Что значит "не могу"? — Мия уставилась на него, будто он сказал что-то невероятное. — Я не могу оправдываться, Мия, — повторил он, подняв глаза на неё. В его взгляде читалась боль, но и некая твёрдость. — Это только подольёт масла в огонь. — Ты не понимаешь! — взорвалась она. — Если ты промолчишь, это будет выглядеть как признание вины! Чонгук медленно поднялся с дивана, его фигура внушительно возвышалась над ней, но его голос оставался спокойным. — Пусть так. Эти два слова были словно пощёчина. Мия растерянно уставилась на него. — Ты правда собираешься позволить ей уничтожить всё, что ты построил? Ты же знаешь, что это ложь! Он сжал челюсти, избегая её взгляда. — Это не ложь, Мия. Она замерла, её глаза расширились от шока. — Что ты хочешь этим сказать? Ты действительно... причастен? Чонгук глубоко вздохнул, но не ответил прямо. — Она имеет право ненавидеть меня, — сказал он, проходя мимо неё к окну. Он остановился, опираясь ладонями о подоконник. — Я подвёл её. Подвёл её подругу. Мия подошла ближе, её голос дрожал. — Но ты же не виноват, правда? Ты не убивал её! Он не обернулся. — Нет, не убивал. — Тогда скажи это всем! — Она обошла его и встала перед ним, заставляя посмотреть ей в глаза. — Скажи это ей. Ты не можешь просто молчать, Чонгук! Он поднял глаза, и Мия вдруг заметила, что в его взгляде был странный оттенок боли и... чего-то ещё. — Это ничего не изменит, — тихо сказал он. Она нахмурилась. — Почему ты так уверен? Он опустил глаза, не желая говорить правду. Внутри него разрывалась буря. Ему хотелось кричать, что он никогда не хотел причинять Сэвон боль. Но он не мог. Не сейчас. — Просто... оставь это, Мия, — почти умоляюще произнёс он. Её губы задрожали, но она не отступала. — Нет, Чонгук. Я не оставлю это. Ты ничего не хочешь мне рассказать, не так ли? Он отвёл взгляд. — Тут нечего рассказывать. Мия сжала кулаки, её голос был полон гнева и обиды. — Ты защищаешь её, даже сейчас. Несмотря на всё, что она сделала. Ты... ты, любишь её, да? Чонгук резко поднял взгляд на неё, но ничего не сказал. Мия отступила на шаг, словно от удара. — Знаешь, что самое больное, Чонгук? Я была рядом. Всегда. Я защищала тебя, когда никто этого не делал. И всё это время ты думал только о ней. Он хотел что-то сказать, но не мог. Слова застряли у него в горле. Мия вытерла слёзы, которые начали стекать по её щекам. — Знаешь что? Делай что хочешь. Но не жди, что я буду молча смотреть, как ты разрушаешь всё вокруг. Она развернулась и вышла из комнаты, оставив Чонгука стоять в одиночестве. Он уставился в окно, чувствуя, как его сердце снова сжимается от мысли о Сэвон. "Если бы только я мог всё исправить..." — подумал он, но знал, что прошлое уже не изменить.