Still With You

Тот же особняк Минсока — просторный зал с высоким потолком, мягким освещением и роскошной мебелью. Вечеринка давно закончилась, и тишина нависает над домом, словно предвестник чего-то неизбежного. Чонгук и Минсок сидят напротив друг друга, между ними - тяжёлая напряжённость. Они оба знают, что скоро сюда войдёт Сэвон, и каждый из них уверен, что сможет забрать её с собой. Но Сэвон сейчас не та наивная девочка, которую они знали раньше. Дверь открывается, и в комнату входит Сэвон. Она будто сама не своя и её глаза полны усталости и боли. На её лице отсутствует привычная маска покорности, вместо этого - холодная решимость. Минсок встает первым и делает шаг к Сэвон, вытягивая руку, словно приглашая ее к себе. — Сэвон, — говорит он тихим, но твёрдым голосом. — Ты знаешь, что я дал тебе всё, что у тебя сейчас есть. Я вытащил тебя из грязи, я дал тебе работу, я спас тебя от нищеты. Ты принадлежишь мне. Его слова звучат спокойно, но в голосе сквозит жёсткость. Это не просьба - это заявление. Он не привык, чтобы ему отказывали. Сэвон холодно смотрит на него и не отвечает. Она поворачивает голову к Чонгуку, который стоит немного в стороне, сжимая кулаки. Его глаза полны боли, но также и любви, которую он не в силах спрятать. — Я знаю, что ты прошла через ад, — произносит Чонгук, голос его дрожит. — Сэвон... Прости меня за тот день, я тогда... В тот день я был под наркотиками, пожалуйста, прости меня. Я могу всё изменить. Правда. Мы можем уехать отсюда, начать всё сначала. Я заберу тебя, Сэвон, если ты позволишь. Она смотрит на него с отчаянием, но в ее глазах также видна горечь. Она подходит ближе, останавливаясь прямо перед Чонгуком. Ее лицо всего в нескольких сантиметрах от его, она чувствует его дыхание, а он — ее. — Забрать меня? — шепчет она, её голос наполнен сарказмом и болью. — Ты думаешь, что это так просто? Ты думаешь, что можешь просто прийти и вытащить меня из этой ямы? Ты тогда пришел слишком поздно, Чонгук. Чонгук хочет ответить, но она поднимает руку, чтобы заставить его замолчать. — Ты знаешь, сколько раз я ждала тебя? — её голос начинает дрожать, но она продолжает, не давая себе расплакаться. — Сколько раз я думала, что ты придёшь и заберёшь меня? Но ты не пришёл. А теперь я принадлежу ему, — она кивает в сторону Минсока. Минсок ухмыляется, но в его глазах сквозит что-то мрачное. — Она права, Чонгук, — говорит он, прищурившись. — Ты ее упустил. Теперь она моя. Но Чонгук делает шаг вперёд, не обращая внимания на Минсока. — Нет, — твердо произносит он, глядя в глаза Сэвон. — Я знаю, кто ты на самом деле. Я знаю, что это не ты, — его голос звучит почти умоляюще. — Ты была доброй, любящей, сильной. Ты не принадлежишь никому. На миг в её глазах появляется слабая искра, но она тут же угасает. Сэвон отступает на шаг и отводит взгляд. — Ты ошибаешься, — шепчет она. — Я давно умерла. Та Сэвон, которую ты знал, больше не существует. Она поворачивается к Минсоку и смотрит на него холодно. — Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой? — её голос звучит спокойно, но в нём слышится скрытая угроза. — Тогда скажи ему правду. Скажи, что ты делал со мной все эти годы. Минсок усмехается, но его лицо теряет самоуверенность. Он понимает, что она раскрывает его игру. Чонгук замечает это и смотрит на Минсока с подозрением. — Что она имеет в виду? — голос Чонгука полон гнева. Минсок собирается ответить, но Сэвон перебивает его. — Ты хотел узнать, почему я не могу уйти? — её голос становится громче, в нём слышна ненависть. — Ты примешь меня такую? — звонко усмехнулась она, показывая своё обнажённое тело, покрытое синяками и следами от грубых рук. Чонгук не может отвести взгляд. Его горло сжимается, и он едва сдерживает слёзы. Она стоит перед ним, как призрак прошлого, который он когда-то любил, но теперь не узнаёт. — Меня мужчины по кругу пускали, предложив каждому, у кого вставал член, — говорит Сэвон с горечью, одними губами, не отводя взгляда. — Я давала себя трахнуть каждому, а в конце лежала вся в сперме. — Перестань, — хрипло просит Чонгук, пытаясь подойти ближе, но Сэвон отшатывается, словно от удара. — Ты готов принять меня такую? — фальшивая улыбка появляется на её лице, но в глазах — лишь пустота и боль. Сэвон подходит к Чонгуку вплотную, так, что он чувствует её дыхание. Она шепчет ему на ухо, словно желая оставить незабываемую рану в его сердце: — Ты знаешь, — едва слышно шепчет она, её губы касаются его уха, — Иногда мне кажется, что ты и сам хотел бы быть одним из них. Ты ведь мечтал обо мне, правда? Вот она я, Чонгук. Только теперь я не принадлежу тебе. Она отстраняется и смотрит ему прямо в глаза, наблюдая, как его лицо искажается от боли. — Уходи, Чонгук. Уходи и не возвращайся. — говорит она одними губами и уходит.

/flashback/

Десятью годами ранее.

Солнечный свет пробивался сквозь кроны деревьев, создавая на земле мозаичные узоры. Лето тогда казалось бесконечным, словно время специально замедлялось, чтобы дать им насладиться каждым мгновением. Чонгук и Сэвон сидели на старых качелях в парке их маленького городка. Им было по пятнадцать, и мир вокруг казался простым и понятным. Они могли часами разговаривать обо всём, что придёт в голову, или молчать, не чувствуя неудобства. — Знаешь, — вдруг сказала Сэвон, разглядывая свои кеды, на которых она нарисовала цветы маркером. — Я иногда думаю, что если бы не ты, я бы, наверное, сбежала из этого города. Чонгук засмеялся, облокотившись на металлическую цепь качелей. — Почему это? Я тебя держу? Она подняла на него глаза, в которых отразилось солнце. — Ты не держишь. Ты заставляешь оставаться. Его смех угас, и он на мгновение замолчал. Сэвон всегда умела подбирать такие слова, которые застревали у него в голове, заставляя задумываться. — А если я когда-нибудь уеду? — тихо спросил он, глядя куда-то в сторону, чтобы не видеть её лицо. — Тогда я буду ненавидеть тебя, — быстро ответила она, но в её голосе звучала лёгкая насмешка. Чонгук повернулся к ней, его брови чуть приподнялись. — Ненавидеть? За что? Сэвон пожала плечами, сделав вид, что ей всё равно. — За то, что ты заставил меня привыкнуть к тебе. За то, что ты стал для меня всем. А потом просто взял и ушёл. Он хотел сказать что-то весёлое в ответ, чтобы разрядить атмосферу, но вместо этого просто смотрел на неё. Она была такой искренней, такой хрупкой в этот момент, что это пугало его. — Я не уйду, — наконец произнёс он, его голос звучал твёрдо. — Обещаешь? — спросила она, подняв на него взгляд. — Обещаю. Эти слова казались незыблемыми. Они смотрели друг на друга, а где-то рядом щебетали птицы. Тогда Чонгук был уверен, что никогда не нарушит своё обещание. Это было ихпоследнеелето.

/end of flashback/

Когда дверь за Сэвон захлопнулась, следом вышел Минсок, тишина в комнате стала оглушающей. Чонгук остался один, окружённый холодными стенами, которые словно давили на него своей пустотой. Он стоял посреди комнаты, потерянный, сломленный, словно у него только что вырвали сердце. Её образ всё ещё стоял перед его глазами: её упрямый взгляд, гордо поднятая голова, голос, полный боли и презрения. Она даже не посмотрела назад, уходя. Её равнодушие разрывало его на части. Его дыхание стало рваным, а внутри всё горело. Все прожитые моменты, воспоминания – это казалось другим миром, который сейчас был недостижим, словно мираж. Его губы дрожали, а глаза наполнились слезами. Он не хотел плакать, но всё, что он так долго держал внутри, вырвалось наружу. — Почему? — прошептал он в пустоту, его голос звучал надломленно. Слёзы стекали по его щекам, падая на руки. — Почему всё так сложилось? Чонгук встал и сделал несколько шагов по комнате, будто пытаясь сбежать от своих мыслей. Но они следовали за ним.

«Я всегда буду с тобой».

Эти слова теперь казались издёвкой. Он нарушил своё обещание. Он подвёл её. Его ноги подкосились, и он упал на колени прямо на пол. Он не мог больше стоять. Голова была опущена, плечи сотрясались от рыданий. — Боже... — прошептал он, и его голос дрогнул. — Если ты слышишь меня... Если ты меня правда слышишь... Он сжал кулаки, а слёзы продолжали стекать по его лицу. — Верни меня назад. Верни меня в то время, когда я мог всё исправить. Его голос становился громче, слова прорывались сквозь слёзы. — Позволь мне всё изменить... Пожалуйста... Я хочу всё исправить. Его слова утонули в тишине. Никто не ответил. Лишь холодный воздух комнаты был его единственным собеседником. Он поднял голову и закрыл глаза, чувствуя, как сердце сжимается от боли. В этот момент Чонгук понял, что впервые за долгое время полностью утратил контроль над собой. Он больше не был тем Чонгуком, которого знали миллионы фанатов. Он был всего лишь человеком, который потерял самое дорогое в своей жизни. Он опустился на пол, обхватив голову руками, и остался там сидеть. В этой тишине, в одиночестве, он молился о том, чтобы у него была ещё одна возможность — одна попытка показать Сэвон, что она всё ещё важна для него.