Hier kommt die Sonne

      Дзёно, мальчишка одиннадцати лет, всегда держался подальше от всех, кроме родителей, но даже с ними был не близок, оставаясь в гордом, отчаянном одиночестве. Не потому что хотел, а потому что война. Сам по себе мальчик был спокойным, выработалась такая защитная реакция. Но это не отменило того, что внутри него много жестокости. Отец нередко избивал жену и сына. Вместо нежного "папа" в глазах маленького мальчика мужчина давно превратился в "Фукучи".       Сайгику от нечего делать выбегал в лес, почти как на разведку, и наша история начинается как раз во время одной из таких его вылазок, вдруг вышедшей за рамку.

***

      Сайгику бегал по лесу в поисках развлечения. Детей нет, играть не с кем. Избивая ветки кустов на пути своей деревянной катаной, выточенной им самим, он чувствовал себя свободным, но печальным.       Он бы и дальше так пробивался сквозь густые заросли, желая хоть как-то себя занять, если бы в какой-то момент он не услышал чьи-то, как бы странно это не было, тихие крики. И лай собак. Стало страшно и страшно интересно. Дзёно долго думал, идти ли ему на голос неизвестного или оставить всё и убежать как можно дальше, петляя меж деревьев в попытках запутать свой след, но любопытство перебороло его и он всё же пошёл, не торопясь, в сторону постепенно затихающего голоса, выдававшего едва-ли нечленораздельные звуки. Чем ближе, тем ниже он наклонялся, в конце концов опустившись на корточки.       Сайгику подошёл, видимо, к какому-то огороженному участку. Там явно кто-то был. Полностью слепой, Дзено мог ощущать чье-то присутствие. Он также подметил, что они, должно быть, примерно одного роста и возраста с ним самим, но поблизости ощущал только одного. Возможно, остальные разбежались, тут ведь точно была собака.       Незнакомец обратил внимание на Дзёно, стоило только мальчишке подойти ближе и ощупать решетку. Пахнет металлом и какими-то стройматериалами. — Эй! – Мальчик оказался или зашуганный, или слишком бдительный. – Стой где стоишь. - Едва ли не прошептал на немецком черноволосый мальчишка, пытаясь сломать кандалы на своих ногах. Eins, zwei, drei, vier, fünf, Sechs, sieben, acht, neun, aus. Alle warten auf das Licht, fürchten euch, fürchten euch nicht. die Sonne scheint mir aus den augen, sie wird heut Nacht nicht untergehen. Und die Welt zählen bis zehn       Незнакомец тихо напевать, кажется, пытаясь себя успокоить, когда пытался сломать металлические кандалы на ногах жалким камушком. — Разумеется, я знаю немецкий! – Он сказал это так хвастливо, что и сам собой вдруг начал восхищаться. Немецкий он знал неидеально, но для поддержания несложного разговора этого достаточно. – У вас так шумно.. У меня всегда было тихо. – Это был довольно грустный факт, ведь из-за относительной тишины он чувствует себя одиноко. Им не с кем играть, может, поэтому он остаётся высокомерным, будто друзья ему и не нужны.       А ведь нужны, он обычный ребёнок.       Дзено не видит его, но прекрасно слышит обеспокоенное дыхание, чувствует всеми органами чувств, что сейчас его собеседник подобен собаке, загнанной в угол. Ведь незнакомец не только невероятно напуган тем, что его кто-то неизвестный нашёл, но ещё и рыщет одной рукой по земле, в поисках чего-нибудь твердого. — Хм? - Неизвестный мальчик поворачивается на Дзено.       Сайгику чуть-ли не шипит одними зубами, в попытках вспомнить как надо представляться на немецком... ведь за последние несколько лет он слышал в основном проклятья или стоны боли на этом языке. — Моё имя - Сайгику Дзёно, а тебя как зовут, заморыш? - Кое-как, с акцентом, но тоже на немецком произносит Дзёно. — Сайхиро Тэттё. Приятно познакомится, а теперь, поможешь ли ты мне с этим? -быстро бормочет Тэттё по немецки, показывая руками на кандалы. Собеседник без зрения видит куда больше, но всё равно раздраженно вздохнул. — Тебя наругают, когда заметят.       Сайгику, не дослушав собеседника берёт гигантский камень и вложив в него всю свою злость бросил его на цепь... Кинув прямо через решетку.