Вновь обретённый рай

... Тёмный Лорд оскалился в некоем подобии улыбки, прижимая спиной к себе Гермиону и целясь палочкой прямо в сонную артерию. Северус видел океан страха и боли, плескавшийся в её огромных шоколадных глазах. - Такова цена твоей ошибки, Северус. За всё нужно платить. - гадкая ухмылка стала ещё шире, а палочка уткнулась в шею, заставив Гермиону испуганно дёрнуться. - Спутаться с грязнокровкой... Фи, Северус! Я был о тебе гораздо, гораздо лучшего мнения. Сердце заходилось от боли, а костяшки пальцев побелели от того, как сильно я их сжал. Осторожность - вот главное в общении с этим красноглазым маньяком, возомнившим себя повелитилем мира. Я хорошо усвоил это правило. Одно моё опрометчивое действие и... - Оставьте её, мой Повелитель. Я всё объясню. - я склонил голову, судорожно продумывая все возможные пути отхода для Гермионы. Не уберёг. Не сумел. Почти погубил ту, которую люблю больше жизни. - Прошу. - прибавил я, чувствуя, как сердце горит в мучительном пламени ужаса за неё. - Одной осквернительницей крови больше, одной меньше... - острый кончик палочки с нажимом прошёлся по шее девушки. Она зажмурила глаза, и я увидел, как из-под дрожащих ресниц полились слёзы. - Ты просишь о невозможном, мой бывший преданный слуга. Я дёрнулся, чувствуя, как липкий страх сковывает всё тело. Он знает. Знает, на чьей стороне я на самом деле. А дальше всё как в замедленной съёмке. Его мерзкий хохот, её болезненный крик и поражающая меня зелёная вспышка, когда я заслоняю её собой от смертельного заклятия... Снейп резко сел на постели, хватая ртом воздух. Сердце бешено стучало, вот-вот норовя вырваться из груди. Великий Мерлин. Дрожащими руками откинув одеяло, он неуверенной походкой подошёл к камину. Он чуть не потерял её во сне. И это было страшнее всего, что довелось ему пережить. Нужный пузырёк нашёлся не сразу - он не любил злоупотреблять зельем Сна без сновидений. Но на этот раз, пожалуй, можно сделать исключение. Тёмная вязкая безвкусная жидкость приятно охладило горло. Метка на левой руке болезненно заныла, напоминая о недавнем прошлом. Видимо, это был побочный эффект от укуса Нагайны - яд просочился в метку, став этаким крестражем смертельной жидкости. Мерзость какая. И, кстати, ещё одна причина не сближаться ни с кем, становясь обузой на старости лет. Особенно с ней. Заснуть так и не удалось. От сильного волнения зелье не действовало как следует, и Северус дремал по десять минут, чтобы потом проснуться с участившимся сердцебиением. И это он-то ещё на что-то надеялся. На какую-то взаимность. Какая поразительная нелепая наивность! Девушка просто пожалела его после того, как Гарри сообщил ей о воспоминаниях. Ей просто стало жаль мрачного и отвергнутого всеми профессора. Горькая ухмылка тронула его тонкие губы. Хорошо, что он вовремя исправил свою оплошность... В эту ночь не спалось не только профессору. Гермиона лежала на кровати, сжавшись в комочек. Рыдания буквально душили, сотрясая её хрупкие плечи. Дура. Наивная дура. Конечно же он просто растерялся, когда она его поцеловала, а теперь наверняка жалеет об этом. И злится, раз не хочет её видеть... Мерлин, почему всё именно так?... Ещё один громкий всхлип прорезал тишину спальни. Девушка почувствовала чьи-то крохотные шажки по кровати, и вскоре что-то большое и пушистое прижалось к её мокрому от слёз лицу. - Глотик... - тихо прошептала гриффиндорка, прижимая к себе тёплое тельце Живоглота. - Котик... Она почесала рыжий животик кота, и тот вскоре заурчал, прижимаясь к хозяйке. Гермиона улыбнулась. Всё отнюдь не так плохо, когда у тебя есть такой замечательный пушистик.