Операция «Стрит рейсинг»: не поскользнуться на «льду»

Когда Сяо Чжань, с улыбкой кивнув секретарше Лю Синь и положив ей на стол свежую чайную розу, как всегда без стука, вошел в кабинет генерального директора корпорации SAIC Audi Сяо Вэя, являвшегося по совместительству его отцом, его глазам открылась удивительная картина. Господин директор сидел за рабочим столом, обложившись бумагами, и с видом древнекитайского мыслителя, пытающегося охватить сознанием мироздание (не то, чтобы Сяо Чжань знал, как выглядели древнекитайские мыслители, но другого сравнения ему в голову не пришло), разглядывал что-то на мониторе компьютера. Напряженность мыслительного процесса подчеркивали бессознательные движения: господин Сяо по въевшейся привычке то сжимал пальцами переносицу, то барабанил ими по крышке стола. И никак не реагировал на появление сына. Сяо Чжань с минуту, наверное, с нескрываемым интересом наблюдал за процессом, вбив кулаки в карманы модных брюк и склонив голову к левому плечу. Наконец ему надоело ждать, когда господин президент снизойдет до простого смертного и обратит на него свое высочайшее внимание, и он кашлянул. Ноль реакции. Ухмыльнулся и, склонившись через стол, пощелкал пальцами перед отцовским носом. - Поднебесная вызывает Сяо Вэя! Аллё, пап, ты еще с нами или уже где-то там? - А?.. – Сяо Вэй очнулся и недовольно покосился на сына. – Мешаешь. - Чем таким важным занят господин президент? - Господин президент думает. - Серьезное занятие, - покивал головой Сяо Чжань и с комфортом устроился в огромном кожаном кресле для особо важных посетителей. Посетителям попроще предназначался неудобный стул с высокой жесткой спинкой. Чтобы не расслаблялись. – Тебе помочь? - Думать? – старший Сяо саркастически изогнул бровь. - Я умею, ты знаешь, - губы Сяо-младшего тронула мимолетная улыбка. - Да, прости. Это была шутка, но я устал и шутка вышла неудачная. - Так чем ты занят? Только снова не говори, что думаешь!   - Все бы тебе ерничать, - в голосе отца прозвучал оттенок упрека. – Но кто-то же должен в этом бедламе думать! - И о чем же размышляет дорогой отец с видом древнекитайского мудреца, встречающего восход солнца на горе Тайшань? Сяо Вэй фыркнул: - Я не настолько стар и седой бороды у меня нет. Твоя фантазия не знает границ. Ее бы в рабочих целях применить… Мечты-мечты. - Пап, я серьезно. О чем таком жизненно важном ты задумался так глубоко, что не обратил внимания на любимого сына? Сяо Вэй тяжело вздохнул и устало потер переносицу. - Пытаюсь анализировать. В глобальном, так сказать, смысле. Но соображаю плохо, потому что погряз в текучке. - Для текучки у тебя есть толпа помощников и целый совет директоров. Если они бесполезны, зачем их всех держать? - Не бесполезны, конечно, - Сяо Вэй снова устало потер переносицу, - но ты же знаешь мой принцип. - Да-да, хочешь сделать хорошо, сделай сам. Сяо Вэй кивнул. - Я, конечно, могу переадресовать анализ текущих дел замам, но ведь все равно потом полезу перепроверять. - Меня тоже полезешь перепроверять? Директор Сяо внимательно посмотрел на сына и качнул головой. - Тебя, пожалуй, нет. Ты педантичен, несмотря на легкомысленность. Но это пройдет. Держи. Он перебросил через стол кипу документов. - Проанализируй биржевые сводки за два последних квартала. - Слушаюсь, господин генеральный директор! Сяо Чжань отдал шутливое приветствие и погрузился в распечатки. Некоторое время в кабинете было слышно только шуршание бумаги и тихие клики компьютерной мышки. - Кажется, я понял, что тебя смущает, - Сяо Чжань потер переносицу точно таким же, как отец, жестом. – Несоответствие объемов производства объемам продаж и суммарному доходу. Мы все еще уступаем FAW и ты хочешь это несоответствие сбалансировать, но  не знаешь, как. - Умный, - усмехнулся Сяо Вэй. – Вот об этом, о том, как срочно поднять уровень продаж нашей A7L, я и думал. Вон смотри сводки, - он пошуршал распечатками, - мы заметно просели в сравнении с FAW. Их A3 продается лучше! - Ну пап, это ведь потому, что на рынок они вывели эту модель на год с лишним раньше нашей, да и сколько филиалов по стране пооткрывали. - Что ты хочешь сказать? Что по этой причине нам надо сложить лапки на груди и мирно плыть по течению? Сяо Чжань вдруг хитро усмехнулся. - Ну мне-то ты можешь признаться, что сей факт заботит тебя не столько по причине недополучения прибыли, да и то мифического, сколько из-за того, что тебе не нравится хоть в чем-то уступать господину Вану! И не делай такое лицо, я с детства в курсе вашего многолетнего соперничества с господином президентом FAW Group. Вэй улыбнулся, сдаваясь. - Ты прав. Скоро ежегодное собрание партнеров «Фольксвагена», не хочу иметь бледный вид и терпеть шпильки Чжэнсина. Сяо Чжань снова в задумчивости потеребил переносицу. - Наша модель более современная, их несколько более консервативная, и значит, нам надо перетащить к себе более молодой сегмент состоятельных клиентов. - Если придумаешь, как это провернуть, - Сяо Вэй внимательно посмотрел на сына, - сделаю вице-президентом. И премию выпишу. - Придумаю. Я креативен. - Вот это-то меня и пугает. Дай слово, что обойдешься без экстремальных идей! - Ни за что. Экстремальные меры требуют таких же экстремальных идей. - Сын! В ответ Сяо Чжань солнечно улыбнулся. - Ты что-то упоминал про мою неуемную фантазию, которую неплохо бы употребить в интересах компании? Старший Сяо против воли напрягся, потому что как никто знал, на что способна эта самая фантазия, если отпустить ее в свободный полет. Сяо Чжань реакцию отца заметил и еще шире улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой, чем встревожил Сяо Вэя еще сильнее. - Пап, да не волнуйся ты так. Ничего криминального или сверх меры экстремального. Просто идея пришла. Ты что-нибудь слышал о стрит рэйсинге? Уличных гонках? - Это где отмороженные мажоры устраивают гонки по улицам города, а полиция устраивает на них облавы? - Ну не такие уж они отмороженные, просто немного адреналиновые маньяки. И там в большинстве своем тусуются весьма небедные граждане. Я как-то заглянул к ним на форум, там такие навороченные тачки! - Хватит рекламировать мне эту забаву. Выкладывай, в чем твоя идея? - Заинтересовать этот контингент в нашей A7L. Но для начала мне нужно пройти курсы экстремального вождения. - Тебе… что?! У меня один сын! Сяо Чжань поморщился. - Не кричи так. Ничего смертельно опасного я не предлагаю. Моя идея, мне и реализовывать. Ты сам только что напомнил о своем кредо - хочешь сделать безупречно, сделай сам. Так-то тупиковая практика, но иногда необходимая. Талант убеждения Сяо Чжаня не знал себе равных. Именно по этой причине Сяо-младший занимал в компании должность начальника отдела маркетинга и являлся, по всеобщему мнению, будущим преемником отца на высоком посту президента SAIC. Поэтому примерно через неделю он уже проходил курсы экстремального вождения на шанхайском автодроме под руководством самого Тун Хопиня. Сяо Чжань старательно учился во-первых не бояться, но быть осмотрительным и разумно осторожным, а во-вторых правильно тормозить и вовремя переключать скорости, проходить повороты с управляемым заносом, обгонять на бешеной скорости и не давать обогнать себя. Автодром он каждый день покидал, ощущая себя свежевыжатым лимоном, а вечерами маялся от боли в шее, плечах, предплечьях, бедрах, голенях и икрах. Да блин, болело все тело и даже те мышцы, о существовании которых Сяо Чжань если и знал из школьных уроков анатомии, то уже давно забыл. И это при том, что регулярными физическими нагрузками он не пренебрегал и был постоянным клиентом тренажерного зала. Но обычных упражнений оказалось недостаточно, пришлось просить тренера разработать специальный комплекс. Короче, пытаясь помочь отцу сохранить лицо перед господином Ван Чжэнсином, Сяо Чжань сам себе создал гору проблем. Но тут ведь как. Древняя мудрость гласит – кто сидит на тигре, тому сложно с него слезть. Пока Сяо Чжань постигал тонкости экстремального вождения, в Шанхае ждали партию новеньких Audi A7L, оттюнингованных по максимуму, одна из которых, самая навороченная, предназначалась лично для него. Для тех самых целей, которые он озвучил отцу. А именно для его, Сяо Чжаня, личного участия в уличных гонках, для того, чтобы пустить пыль в глаза, чтобы его и его суперкар сразу заметили. Он должен быть лучшим! Он так привык. *** Президент же FAW Group, извечного конкурента компании SAIC, господин Ван Чжэнсин был бесконечно далек от проблем своего визави. С продажами Audi A3 у его компании все было в шоколаде (хотя можно бы и побольше, конечно, но решение этого вопроса терпит), но у господина Вана была своя, более, чем насущная. Имя этой проблеме было Ван Ибо, любимый и единственный сын. Сплошная головная боль! Талантливый мальчик. Очень. И столь же упрямый и своенравный. Пошел против воли отца, отказавшись от работы в компании и положения будущего наследника. И как вы думаете, какую работу он предпочел? Ни за что не догадаетесь! Этот упрямый су… То есть этот упрямый сын своего отца и своей матери вопреки воле родителей пошел служить в полицию! И не куда-нибудь, а в управление по борьбе с наркотрафиком. Впрочем, с этим выбором сына господин Ван смирился достаточно давно, голова у него сейчас болела от другого. Команда сына расследовала способы доставки в Шанхай нового «льда», пыталась обнаружить и перекрыть каналы, и Ибо как один из самых опытных офицеров должен был под прикрытием внедриться в среду, которая по некоторым данным была непосредственно с этим связана. И все бы ничего, но это требовало от Ибо участия в весьма опасном мероприятии – в гуевых уличных гонках, в которых, по мнению Вана-старшего, гонялись только откровенные суицидники. Господин Ван слишком хорошо знал своего сына, чтобы не сомневаться – Ибо непременно возжаждет и в этой среде самоубийц стать лучшим! - Я запрещаю тебе участвовать в этом безумии! – бушевал Ван Чжэнсин. – Ты старший офицер, руководитель группы, ты должен ру-ко-во-дить, а не лезть под пули! Впрочем, Ван-старший иллюзий относительно сына не питал. Он прекрасно знал, что тот его вопли выслушает с подобающим сыновним почтением, но поступит все равно по-своему. Ибо слушал отца с каменным выражением лица, забыв придать ему хотя бы намек на вежливую благожелательность. - Во-первых, там не стреляют. Во-вторых, ты не начальник наркоотдела, чтобы что-то мне запрещать. В-третьих… Пап, ну я же не настолько идиот, чтобы лезть в Диюй, не изучив карты судилищ! Мне рано наносить визит царю Яме. Ван Чжэнсин устало прикрыл глаза и только рукой махнул: - Будь осторожен. - Всегда, - улыбнулся в ответ Ибо. Если бы господин Ван-старший знал, что его сын фактически сам вызвался лезть в это пекло, ему бы, наверное, стало плохо. Он ведь не обладал профессиональной выдержкой начальника управления полиции района Пудун по борьбе с наркотрафиком комиссара Лю.            *** - Офицер Ван, офицер Чжоу, комиссар Лю ждет вас. Личный помощник начальника полицейского управления шанхайского района Пудун, констебль первого класса Мэн Мэйци гостеприимно распахнула двери кабинета. - Что-то мне подсказывает, что ничего хорошего нас не ждет, - обреченно шагая через порог, пробурчал Чжоу Исюань. Шедший следом Ван Ибо приподнялся на цыпочки и костяшками пальцев постучал своему напарнику по затылку. - Эй! - Просто стучу по дереву, чтобы не сглазить, - сделал невинные глаза Ибо. Ответить Исюань не успел – офицеры уже замерли по стойке смирно перед столом комиссара Лю. Тот поднял на подчиненных покрасневшие от усталости глаза и начал без предисловий. - Наверняка вы в курсе, что недавно была облава на стритрейсеров. - Так точно! - Чего вы не знаете – один из гонщиков, пытаясь оторваться от полицейского преследования, попал в аварию и погиб на месте. - Плохо, - прищурился Ибо - Плохо, - согласился с ним комиссар. – Но хуже всего то, что судмедэксперт обнаружил при вскрытии – парень по самые уши был накачан наркотой. - Амфетамин? – напрягся Исюань. - Он самый. - Опять, - выдохнул Ибо. - Не опять, а снова, - комиссар обреченно уронил голову на руки. – Кажется, нам никогда не удастся окончательно избавиться от этой заразы. Перекрываем один канал поставок, тут же образуется другой. Черпаем воду решетом, притом дырявым. - Что за пессимизм, господин комиссар! – изумился Ибо. В ответ начальник только рукой махнул. - Самое неприятное не то, что парень погиб, вскрытие показало, что от передоза у него остановилось сердце, что, впрочем, не означает отсутствия неприятностей у нашего управления, а то, что еще несколько задержанных в ходе рейда так же находились под воздействием амфетамина. Ибо и Исюань переглянулись. - Да-да, - покивал комиссар. – Теперь это наша головная боль. Нам предстоит отыскать дилеров, выйти на поставщиков и пресечь. Самое неприятное во всем этом то, что эти безбашенные рейсеры почти сплошь детки высокопоставленных и состоятельных родителей. Так что работать придется не в лоб, а аккуратно. Видимо, кому-то нужно будет внедриться в эту среду и работать под прикрытием. - Есть внедриться! – опережая распоряжение комиссара, лихо отсалютовал Ибо. – Зря я, что ли, на отлично сдал курс экстремального вождения! - Так там не на байках гоняют, а на карах, - покосился Исюань, недовольный тем, что его опередили. - А я и машину лучше тебя вожу. - Хвастун. - Это не хвастовство, а трезвая и объективная оценка. Констатация факта, так сказать. Когда приступать? - Вот же любитель бежать впереди паровоза, - комиссар Лю прихлопнул ладонью крышку стола. – Для начала подробные досье и детально разработанный план оперативных мероприятий мне на стол. До конца недели! - Господин комиссар, - тут же посерьезнел Ибо, - ну вы же знаете, что в этом вопросе я дотошен. - Знаю. Однако приступите только после того, как я его утвержу. Офицер Чжоу! - Я! - Будешь страховать этого… камикадзе. - Есть страховать! - Свободны. Ибо с полной ответственностью и глубочайшим наслаждением погрузился в разработку предстоящей операции. Отличное настроение омрачала только необходимость соблюсти семейные традиции и приличия и отстоять несколько утомительных часов на ежегодном собрании партнеров «Фольксваген». Ибо всеми фибрами души ненавидел эти сборища! Но семейство Ванов всегда посещало их в полном составе, несмотря на то, что сын к бизнесу отца отношения не имел.