Безродный щенок

      Я хотел… быть как ты.       Благородным, смелым настолько, чтобы приютить безродного щенка. С острыми зубами, безумным страхом в душе и тьмой, поглотившей душу. В надежде, что он изменится. Станет правильным, верным.       Он и правда научился быть верным. Преданным. Восхищённым. Но нужна ли тебе эта верность?       Во всём остальном безродный щенок остался собой. Колким, грубым, эгоистичным и завистливым. Какое-то время он думал, что изменился. Но твоя слепая вера не меняет факта: безродный щенок всегда остаётся безродным щенком. Даже если ты сточишь ему клыки, покажешь любовь и ласку, дашь надежду. Изменить душу невозможно.       Я дико хотел стать твоим сыном. Настоящим, не только на словах, чтобы знать тебя с самого детства. Ругаться за то, что поздно приходишь с работы, забываешь об обещаниях, трясти с тебя новую технику. Хотел, чтобы ко мне относились с доверием и теплом, улыбались и говорили: Какой же проказник сын Седьмого Хокаге! Весь в отца!       Как бы ты ни старался и ни надеялся, я остаюсь никем. Живу в твоём доме, сплю в постели, бережно расстеленной твоей женой, ем то, что она готовит. Играю роль, что отскакивает уже от зубов. И остаюсь всё тем же безродным щенком. Мечтающим, чтобы к нему относились так же как к тому, кто зовёт меня своим братом.       Но ничего не меняется. И ты знаешь, почему.       Безродный щенок остаётся таковым, даже если тот, кто его приютил, добр, ласков и терпелив. Даже если он не боится оступиться, воспитывая. Ты никогда не смотрел на меня, как на мусор. Не смотрел так, как я этого заслуживаю. Ты бесконечно верил в меня и поплатился за это. Хотя на короткий миг я посчитал, что всё может быть хорошо.       Я не хочу жить в мире, где тебя нет. Проще умереть. И я сделаю это не раздумывая, как только ты от меня отвернёшься. А ты отвернёшься, узнав, что я натворил. У меня нет сожалений. Я знаю, что делаю.       Возненавидел ли ты меня, когда я убил своего брата?       Когда я раздавил сердце твоего сына в кровавые ошмётки.       Твоя боль была моей болью, но я знал, что действую правильно. А правильные решения… Иногда они выжигают душу. Не уверен, что моя ещё существует. Разве что крупица, цепляющаяся за тебя отчаянно, рвущаяся мотыльком к источнику света.       Ты говорил: Я решу проблему, если она возникнет.       Тебе никто не поверил. А мне не хотелось, чтобы ты пятнал душу этим кошмаром. Знаю, ты бы и правда смог. Но лучше я сам. Ведь моя душа давно сгнила.       С высоты монумента Хокаге часто смотрю на деревню, живущую мирно и тихо благодаря тебе. Закатное солнце ласкает кожу прощальным теплом, и лишь в такие моменты мне правда хорошо. Я не чувствую тревоги и страха — а ведь их неспособен унять даже ты. Здесь мне не кажется, что от моей души не осталось ничего, кроме пыли.       Твоя одержимость выглядит нездоровой.       С трудом сдерживаю смех, вызванный этими словами. Странно их слышать от человека, преследовавшего лучшего друга столько лет. Того, от которого в восторге мой брат. Должно быть, генетика.       Я этого человека едва выношу. Он мне не нравится.       Еще одна причина, по которой мне не стать тебе настоящим сыном.       Когда я смотрю на тебя, запечатывая, сердце сжимается, а внутри будто взрывается что-то болезненно до того, что мне хочется кричать. Но я молчу, сжимая губы. Кусая изнутри до крови. Металлический вкус заполняет рот. Он стал уже привычным.       Спрашиваю себя: чем я заслужил такого человека? И отвечаю: ничем. Плата моя за твою доброту будет такой же паршивой, как я сам. Не знаю, как долго тебе придётся отсутствовать. Надеюсь, к моменту твоего возвращения я уже буду мёртв.       Надеюсь, ты меня не простишь.       Может, я впрямь одержим нездорово. Единственная мысль, засевшая в голове: создать мир, в котором не будет угрозы для тебя. Мне никогда не стать тебе сыном, и даже отчаянное желание, воплощённое ненамеренно, не спасёт. Я знаю, что это ложь. И пусть меня все теперь знают, как твоего ребёнка, внутри я всё тот же безродный щенок. Полный страха и злобы, слепой ненависти и отчаяния. Смотрю с уверенностью, но вырвать из себя этот сорняк не смогу никогда. И скалюсь на каждую ласковую и сочувственную улыбку.       Я не жалею. Ни о чём.       Хотя боль осознания в глазах брата заставляет сердце дрогнуть. Он похож на тебя, пусть порой и отчаянно это отрицает. Несёт твою волю, никогда не сдаётся, до безумия жертвенный. И дарует прощение тому, кто его убил. Тому, чьи руки по локоть в его крови. Тому, из-за кого он теперь никто.       Но мне не жаль. Я поступил бы так снова, будь возможность.       Убью его ради мира, о котором ты мечтал.       Я хотел быть как ты. Но если бы мог, вернулся в прошлое и сказал тебе, что безродный мальчишка растопчет твою жизнь до стеклянного крошева, хрустящего под босыми стопами, окропляя их кровью. Посоветовал бы бежать со всех ног, а лучше удушить, пока щенок не отрастил зубы. Ты бы поверил мне?       Сомневаюсь.       И потому мне никогда не стать таким, как ты. Ведь я бы убил щенка, не раздумывая.