Эхо пепла

Северный сектор всё ещё горел. Даже спустя трое суток запах гари продолжал добираться до центральных районов Лондона, цепляясь за одежду, за волосы, за стены домов, словно сам город не мог перестать помнить произошедшее. Министерство быстро оцепило район, пустило в газеты истории про «ликвидацию опасного террористического укрытия» и уже к утру следующего дня повесило на площади колдографию с разрушенными тоннелями и телами под заголовком: «МИНИСТЕРСТВО ВОССТАНАВЛИВАЕТ ПОРЯДОК» Однако люди всё равно шептались. Было слишком много свидетелей которые видели зелёное пламя, исчезло много детей, авроры потом выходили из сектора с лицами людей, которые видели нечто, о чём нельзя рассказывать. А ещё люди снова говорили об Алой Тени.Одни называли её палачом Тёмного Лорда. Другие — чудовищем в красной мантии.Третьи шептались, что именно она приказала Пожирателям отступить, и никто не понимал — зачем. В убежище Ордена было холодно. От людей несло усталостью, бессонницей и ощущением, что война медленно начинает жрать их изнутри. В большом зале почти никто не разговаривал. Кто-то чистил палочки. Кто-то перевязывал руки после Северного сектора. Несколько человек спали прямо за столами, положив головы на карты маршрутов и старые сводки Министерства. В углу тихо играло радио. “…Министерство Магии официально сообщает, что террористическая ячейка, обнаруженная в северном секторе—” Рон резко швырнул кружку в стену и глиняная посуда разлетелась осколками. — Да выключите уже эту хуйню!.. Радио мгновенно замолчало. Тишина стала ещё тяжелее. Гермиона сидела за дальним столом, заваленным картами, цифрами и пергаментами. Перед ней лежала схема транспортных линий Министерства, исписанная пометками красными чернилами. Под глазами — глубокие тени. Волосы небрежно собраны. На пальцах следы чернил и ожогов от магии. Она даже не подняла голову. — Ор не перестанет делать новости менее правдивыми. — Правда? — Рон усмехнулся хрипло. — А где там была часть про детей, которых они вытащили из тоннелей? — Рон… — Или про то, как Пожиратели сжигали дома вместе с людьми внутри? — Рон. — Что?! Гермиона наконец подняла взгляд и внутри у него что-то неприятно сжалось. Потому что раньше в её глазах была злость. Теперь там была только усталость. — Сядь, — тихо сказала она. — Нет. — Тогда перестань орать. — А ты перестань делать вид, что всё под контролем! В комнате кто-то тяжело выдохнул. Фред перестал крутить в руках магический детонатор. Джинни медленно подняла голову от бинтов, которые наматывала на запястье. Гермиона выдержала паузу. — Через два дня Министерство перебрасывает через Йорк подкрепление для зачисток. — И? — И если уничтожить транспортную линию до прибытия конвоя, мы сможем сорвать минимум три операции. Рон замер. Потом медленно усмехнулся сжимая волосы у корней. С одной стороны он поддержал идеи Гермионы с диверсией, с другой не понимал чего это будет стоить. — Ты сейчас серьёзно предлагаешь взорвать ебучий поезд? — Не поезд. Магическую линию снабжения. — Охуенно звучит, Гермиона. Намного гуманнее. — Если мы этого не сделаем, погибнут сотни людей. — А если сделаем?! — А если не сделаем — погибнут точно! — Она резко поднялась и стул скрипнул по каменному полу. Тишина ударила по залу почти физически. Рон смотрел на неё долго. Будто пытался узнать человека напротив и до него медленно начало доходить осознание что он не узнает. — Ты слышишь себя вообще? — тихо спросил он. — Я слышу войну. — Нет. — Он покачал головой. — Ты слышишь победу любой ценой. Гермиона резко отвела взгляд и этого короткого движения хватило, чтобы Невилл понял, что слова попали точно. Позже ночью убежище почти затихло. Только редкие шаги, скрип старых труб и приглушённые голоса дежурных всё ещё нарушали тишину подземного штаба. Гермиона сидела одна. Перед ней — карта Йорка. Транспортные линии. Маршруты патрулей. Предполагаемое время движения конвоя. Она смотрела на всё это слишком долго. Настолько долго, что линии начали расплываться перед глазами. — Ты выглядишь так, будто собираешься сделать что-то ужасное. Она даже не вздрогнула, когда услышала голос, лишь устало подняла взгляд. Невилл стоял у входа, держа кружку с уже остывшим кофе. — Спасибо, очень поддержал. Он сел напротив. Несколько секунд они молчали. — Рон не совсем неправ, — тихо сказал он. — Я знаю. — Гермиона медленно провела пальцем по карте.  — Тогда почему продолжаешь? — Потому что кто-то должен принимать решения, после которых тебя будут ненавидеть. Невилл отвёл взгляд. За всё время войны ему стало страшно не за Орден.  А за неё. В ту же ночь, далеко от убежища Ордена, в одном из закрытых Министерских залов воздух пах воском, мокрыми мантиями и кровью. Заседание Пожирателей закончилось меньше десяти минут назад. Большинство уже ушло, остались только несколько фигур в чёрном. Драко Малфой ненавидел каждую секунду этого места. Он стоял у длинного стола, лениво просматривая документы Министерства, делая вид, что слушает разговоры о зачистках. На деле же он считал секунды. Потому что в кармане мантии лежал зачарованный галлеон. Тео Нотт сидел неподалёку, закинув ноги на соседний стул и крутя палочку между пальцев. — Ты выглядишь так, будто хочет кого-то убить. — Очень наблюдательно, Нотт. — Спасибо. Тео усмехнулся, но потом вдруг нахмурился. У дальнего окна стояла Астрея. Она смотрела на карту Британии, висящую на стене, слишком внимательно.Будто не изучала маршруты, а вспоминала их, от этого у парня появилось чувство что “что-то не так" — Северный сектор был ошибкой, — тихо произнесла она. Драко едва заметно напрягся. Один из Пожирателей рядом усмехнулся: — Ошибкой был приказ отступить. — Ошибкой было тратить ресурсы на район, который уже невозможно удержать. — Астрея медленно повернула голову в его сторону, и тот сразу замолчал. — Йорк следующий, да? — вдруг спросила она. В комнате стало тихо. Тео продолжал наблюдать за ней, как делал это много раз до этого. — Откуда ты… — Нотт-старший поднял на неё глаза. — Потому что это логично, — перебила Астрея раньше, чем он договорил. — После Северного сектора сопротивление попытается ударить по транспортным линиям. Тео прищурился. Слишком быстро она пришла к такому решению, будто бы знала план наперед. Драко медленно отвёл взгляд. Галлеон в кармане нагрелся сильнее. Позже, глубоко ночью, Лондон был почти пуст. Туман стелился между домами. Дождь моросил мелко и противно. Драко стоял в тени переулка, сжимая в ладони зачарованный галлеон. Серебристые буквы медленно проявлялись на поверхности. «Всё по плану?» Он закрыл глаза. Всего на секунду. Потом коротко провёл палочкой над монетой. «Да.» Буквы вспыхнули и исчезли. В груди стало мерзко, потому что с каждым разом это ощущалось всё хуже. Не как помощь, а как предательство всех сразу. Министерства. Семьи. Самого себя. Где-то неподалёку хлопнула дверь. Драко резко спрятал галлеон. Из тумана вышла высокая фигура в чёрной мантии. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом Нотт медленно усмехнулся: — Знаешь, Малфой… — тихо произнёс он. — В последнее время у меня ощущение, что у Пожирателей завелась крыса. — Тогда тебе стоит меньше пить. — Может быть. — Тео снова усмехнулся. Только глаза у него остались серьёзными. Дождь над Лондоном не прекращался уже четвёртый день подряд. Он стекал по крышам, по окнам Министерства, по старым вывескам Косого Переулка, превращая город в серое размытое пятно, где даже свет фонарей выглядел уставшим. Люди ходили быстро, опустив головы, стараясь не задерживаться на улицах дольше необходимого. Теперь в Британии вообще старались не задерживаться нигде. Особенно после Северного сектора. Особенно после слухов о Йорке. Потому что слухи всегда приходили раньше катастроф. Убежище Ордена постепенно превращалось в военный штаб. Это больше не было местом, где люди прятались. Теперь здесь планировали операции. На длинном столе в главном зале лежала огромная карта Йорка. Поверх неё — схемы транспортных линий, расписания Министерских конвоев, маршруты егерей и десятки заметок, написанных рукой Гермионы. Красные линии пересекали север Британии, как открытые раны. В помещении пахло кофе, мокрой одеждой и нервами. Гермиона стояла у карты, скрестив руки на груди. — Министерский конвой проходит через северную магическую ветку в 02:13, — спокойно сказала она. — Если уничтожить центральный рунный узел под мостом, линия обрушится минимум на двенадцать часов. — Вместе с половиной района, если расчёты хоть немного пойдут по пизде, — мрачно бросил Рон из дальнего угла. — Расчёты не пойдут. — Ты в этом уверена? В комнате резко стало тихо. Невилл устало прикрыл глаза. Джинни раздражённо дёрнула плечом. Фред медленно перестал крутить отвёртку в пальцах. Гермиона подняла взгляд. — Если ты хочешь что-то сказать — говори нормально. — Нормально? — Рон усмехнулся. — Хорошо. Нормально так нормально. — Он резко поднялся со стула. — Ты предлагаешь ебануть магическую транспортную линию под жилым сектором. — Эвакуация уже началась. — Не полная! — У нас нет времени ждать полной! — У нас вообще нихуя не осталось кроме времени, Гермиона! Потому что если мы начнём убивать людей ради победы — тогда какой вообще смысл?! — Смысл в том, чтобы эта война закончилась! — А после неё кем мы будем?! Его голос сорвался почти на крик. Все присутствующие уже думали об этом. Просто не вслух. В дальнем углу Люпин медленно снял очки и устало потёр переносицу. За последние годы он стал выглядеть старше лет на двадцать. В волосах почти полностью исчез тёмный цвет, а в глазах появилось то страшное спокойствие человека, который слишком долго видел смерть. — Хватит, — тихо сказал он. — Нет, серьёзно! — Рон уже не мог остановиться и он резко повернулся к остальным. — Мы вообще замечаем, что с нами происходит?! Или только я ещё помню, что мы не должны становиться такими, как они?! — А какими «такими»? — внезапно холодно спросила Гермиона. — Она медленно подошла ближе. — Скажи, Рон. — Её голос стал тише. — Какими? — Ты знаешь. — Нет. Скажи вслух. Он смотрел на неё долго и Гермиона выдержала этот взгляд совершенно спокойно. — Ты начинаешь звучать как Министерство, — глухо сказал он наконец. В комнате будто стало холоднее. Гермиона замерла, потом медленно отвела взгляд. Она и сама понимала на какой риск они идут, но война без жертв — не война, а победа не может даться так легко. — Если Министерство хотя бы раз делало что-то ради спасения людей, тогда, может, проблема не в методах. — Господи… — выдохнул Рон. — Нет, послушай меня! — резко сорвалась она. — Ты думаешь, мне это нравится?! Думаешь, я не вижу, во что всё превращается?! Но пока мы спорим о морали — они вытаскивают детей из домов посреди ночи! — И ты решила отвечать тем же?! — Я решила выиграть войну! — Да похуй уже на войну! — Стол вздрогнул от его удара ладони. Тишина после этих слов была страшнее крика. Рон тяжело дышал. Гермиона смотрела на него так, будто тоже внезапно устала спорить. Где-то глубоко внутри они оба понимали, что никто из них уже не прав полностью. Позже ночью Гермиона сидела одна в медицинском секторе. Поппи давно ушла наверх. Лампы горели тускло. В соседнем помещении тихо кашлял один из раненых после Северного сектора. Перед Гермионой лежал список эвакуации Йорка. Сорок семь человек. Слишком мало времени и  безопасных маршрутов. Слишком мало всего. Она устало закрыла глаза. За спиной послышались тихие шаги. — Ты проигрываешь споры всё хуже. — Иди спать, Джинни. Та уселась рядом прямо на стол. На её руках всё ещё были следы ожогов после последнего рейда. — Он боится не тебя, — тихо сказала Джинни. — Он боится того, что ты можешь оказаться права. — Это ещё хуже. Гермиона медленно провела пальцами по вискам. Несколько секунд они молчали.Потом Джинни вдруг тихо спросила: — Ты правда готова это сделать? Гермиона смотрела на карту Йорка так, будто пыталась увидеть там что-то кроме маршрутов. — Я не знаю, — честно сказала она. Это был первый раз за много месяцев, когда она призналась в этом вслух. В это же время, далеко от убежища, Министерство не спало. Высокие окна главного зала дрожали от ветра. Огромные зелёные знамёна с символикой нового режима свисали вдоль стен. Под потолком парили тёмные магические сферы, отбрасывая болезненный свет. Пожиратели обсуждали Йорк. — Если сопротивление действительно ударит по транспортным линиям, — холодно произнёс Яксли, — мы сможем вычистить весь северный сектор подчистую. — Если они ударят, — поправил Тео Нотт, лениво сидя на краю стола. — Есть сомнения? — Яксли раздражённо к нему повернулся. — Всегда. Тео выглядел расслабленным. Слишком расслабленным для человека среди Пожирателей смерти. Но внутри он уже второй день не мог избавиться от ощущения, что что-то идёт неправильно. Его взгляд медленно скользнул по залу и остановился на Астрее. Она стояла чуть в стороне, листая документы по Йорку. — Северный мост не выдержит прямого магического удара, — спокойно произнесла она. — Эксперты Министерства сказали, что выдержит. — Спокойно произнес Амикус Кэрроу. — Они ошибаются. — Откуда ты знаешь? — Потому что я изучала рунную конструкцию этого сектора. — Астрея спокойно подняла взгляд. Тео прищурился. Ложь. Он понял это мгновенно и не потому, что знал правду, а потому, что Астрея ответила слишком быстро. Чуть позже, уже после собрания, он догнал её в пустом коридоре Министерства. Шаги эхом отдавались между каменных стен. Астрея даже не обернулась. — Ты слишком шумно думаешь, Нотт. — А ты слишком много знаешь. — Это преступление? — Она усмехнулась едва заметно. — В нынешней Британии? — Тео хмыкнул. — Вообще-то да. Она остановилась возле высокого окна. За стеклом Лондон выглядел мёртвым. Несколько секунд они молчали. Потом Тео тихо сказал: — Ты знала про Северный сектор раньше остальных. — И? — И ты сейчас знаешь, что произойдёт в Йорке. — Осторожнее, Тео. Я начинаю думать что ты меня в чем-то подозреваешь. Он смотрел на неё внимательно и понял что с момента первого знакомства почувствовал странную вещь.  Астрея иногда выглядела не как человек их возраста, как человек, который видел слишком многое. Позже ночью Астрея стояла одна на крыше Министерства. Ветер трепал тёмные волосы. Дождь срывался с края крыши тонкими потоками. Внизу спал Лондон. И где-то там, под землёй, Орден сейчас планировал Йорк. Она закрыла глаза. На секунду перед ней вспыхнуло другое воспоминание. Огонь. Крики. Рухнувший мост. Дети. Кровь на снегу. Её дыхание дрогнуло. Она сжала перила сильнее, от чего её костяшки побелели. Глубоко вздохнув Астрея медленно возвышая ментальные стенки вокруг себя.   — Ты опять смотришь так, будто ненавидишь весь этот мир. Астрея резко открыла глаза. Блейз стоял у выхода на крышу. Чёрная мантия колыхалась от ветра. — Ты слишком часто следишь за мной, — тихо сказала она. — А ты слишком часто исчезаешь, пташка. Он подошёл ближе и остановился рядом, опираясь ладонями о мокрый каменный парапет. Несколько секунд они просто смотрели на город. На Лондон, который больше не светился по ночам. Теперь улицы тонули в темноте специально — Министерство экономило магические ресурсы для патрулей и защитных барьеров. Только редкие прожекторы прорезали туман, скользя по крышам, словно искали кого-то. — Ты когда-нибудь спишь? — вдруг спросил Блейз. — Иногда. — Врёшь. Она чуть усмехнулась уголком губ и это действие неожиданно выбило его из равновесия сильнее, чем любая холодность.Астрея почти никогда не улыбалась. — Тебя мучают кошмары— тихо сказал он. На секунду ветер стал единственным звуком между ними.Потом она спокойно произнесла: — А ты перестал бояться своих. — Своих? — Зебини медленно покачал головой. — Тут давно нет «своих». Между ними возникло странное чувство. Будто они оба говорили не о Министерстве. А о себе. Внизу под крышей внезапно раздались тяжёлые шаги. Астрея сразу напряглась оборачиваясь. Блейз тоже заметил это мгновенно. Дверь на крышу распахнулась. — Зебини! — один из младших Пожирателей тяжело дышал после бега. — Малфоя ищут. — Кто? — Сам понимаешь кто. По позвоночнику неприятно прошёл холод. Астрея медленно отвела взгляд к городу и Блейз успел заметить как её пальцы едва заметно сжались. Это показалось парню странным, ведь она никогда не показывала своих эмоций. Тем временем Драко стоял в одном из нижних залов Министерства, пытаясь не показать, насколько сильно колотится сердце. В помещении было жарко. Камины вдоль стен полыхали зелёным огнём, от которого каменные стены казались больными. Перед ним сидел Волан-де-Морт. Тонкие белые пальцы лениво постукивали по подлокотнику кресла. Тишина длилась уже почти минуту. Драко стоял неподвижно. — Северный сектор, — наконец тихо произнёс Тёмный Лорд. — Забавная ситуация. — Милорд? — Драко опустил взгляд. — Кто-то успел их предупредить, но из их людей что там были никто не мог этого сделать. Они были мертвы. — Ошибка патрулей? — осторожно спросил Драко. — Возможно. — Красные глаза медленно поднялись на него. — А возможно… — продолжил он, — среди нас действительно есть крыса. Огонь в каминах дрогнул. Драко заставил себя стоять спокойно. Нагайна под ногами тихо шипела, будто подсказывая свою хозяину верный ответ.  — Как ты считаешь, Малфой? — тихо спросил Волан-де-Морт. — Люди способны предавать ради благих намерений? — Люди способны предавать ради чего угодно, милорд. — Драко медленно поднял взгляд. Волан-де-Морт едва заметно улыбнулся и от этого у парня пробежали мурашки по позвоночнику. — Именно поэтому я не люблю людей. Где-то за спиной открылась дверь и в зал  первым вошел Блейз, за ним тихо ступала Астрея. Драко почувствовал, как напряжение в комнате стало почти физическим. Волан-де-Морт перевёл взгляд уже на них. — Любопытно, — произнёс он, — что все мои самые талантливые люди сегодня выглядят так, будто что-то скрывают. — Если бы мы ничего не скрывали, было бы скучно.  Блейз усмехнулся, несколько Пожирателей нервно отвели взгляды. Шутить рядом с Тёмным Лордом было плохой идеей, но Зебини всегда балансировал на грани. Возможно поэтому до сих пор был жив. Красные глаза скользнули к Астрее. — А ты? — тихо спросил Волан-де-Морт. — Что скрываешь ты? Драко почувствовал, как внутри всё леденеет. Астрея сейчас выглядела слишком спокойной, что вызывало беспокойство. Она медленно подошла ближе, тень от капюшона скользнула по её лицу. — Только усталость, милорд. Идеальный ответ не имеющих других смыслов, но Волан-де-Морт  всё равно смотрел на неё слишком долго. Позже, уже далеко за полночь, Драко вышел из Министерства почти на автомате. Голова раскалывалась. Пальцы до сих пор подрагивали после разговора. Лондон встретил его ледяным дождём. Он свернул в пустой переулок, тяжело выдохнув и тогда позволил себе закрыть глаза. — Дружище ты хреново выглядишь. Драко резко обернулся заметив Блейза в тени стены. Тот стоял без усмешки или  привычной расслабленности. — Что тебе нужно? — холодно спросил Драко. — Понять одну вещь. — Блейз медленно достал сигарету. — Какую? Щелчок зажигалки коротко осветил его лицо. На щеке виднелся длинный шрам от виска до уголка губ, ресницы отбросили тень на глаза, а взгляд был направлен прямо на Малфоя. — Почему каждый раз, когда Орден оказывается на шаг впереди… — тихо произнёс Зебини, — ты выглядишь так, будто не спал неделю. Драко ничего не ответил. Йорк встретил их холодом. Не обычным февральским холодом — война давно изменила даже погоду. Воздух здесь был тяжёлым, сырым, пахнущим углём, гарью и магией. Над северными кварталами висел густой серый туман, через который едва пробивались редкие фонари. Когда-то Йорк был живым городом. Теперь он выглядел как место, где люди просто пытались дожить до следующего утра. Орден прибыл небольшими группами через старые тоннели. Гермиона шла первой. Чёрная мантия скрывала лицо. Палочка крепко зажата в руке. В ушах — напряжённое дыхание остальных. Она почти не говорила всю дорогу и  нервировало сильнее. Раньше Гермиона объясняла планы, уточняла детали, проверяла всех по десять раз. Теперь она просто шла вперёд. Словно уже приняла внутри себя решение, после которого пути назад нет. — Мы всё ещё можем отменить это, — тихо сказал Рон, догоняя её возле разрушенного переулка. — Нет. — Гермиона… — Нет, Рон. Он резко схватил её за локоть и она дёрнулась почти инстинктивно.В глазах мелькнуло что-то резкое, жёсткое, почти опасное. Рон медленно отпустил руку. Они оба сразу поняли, что начинают бояться друг друга. Вдалеке послышался скрежет металлических рельсов. Конвой приближался. Под мостом уже были установлены рунные заряды Фреда и Джорджа. Магические линии мерцали тусклым красным светом, уходя глубоко под каменную кладку. Невилл проверял защитные барьеры. Джинни держала северный вход. Люпин координировал эвакуацию последних жителей сектора. Но эвакуация ещё не закончилась. Все это знали. — Сколько осталось? — резко спросила Гермиона. — Семь домов, — ответил Люпин через зачарованную связь. — Мы не успеваем. Гермиона закрыла глаза взвешивая в голове шансы и обдумывая приоритет, а после холодно произнесла: — Конвой нельзя упустить. — Ты сейчас серьёзно?! — Рон резко к ней повернулся. — Если они пройдут через Йорк — завтра начнутся зачистки северных убежищ! — Там ещё люди! — Здесь всегда будут люди! — Господи… Он уставился на неё так, будто получил удар. Гермиона отвернулась первой. Если бы она смотрела на него ещё секунду, то могла бы дрогнуть. Тем временем далеко от моста, на крыше полуразрушенного административного здания, Алая Тень наблюдала за районом.Красная мантия трепетала на ветру. Внизу двигались патрули Министерства, авроры, егеря и Пожиратели. За её спиной послышался тихий голос: — Ты опять пришел раньше начала бойни. Алая Тень не обернулась. Тео стоял в тени выхода на крышу, глядя на неё с тем странным напряжением, которое появлялось всё чаще. — Ты начинаешь меня раздражать, Нотт. — Это взаимно. Несколько секунд ветер завывал между ними. Тео медленно подошёл ближе. — Знаешь, что самое интересное? — тихо сказал он. — Ты никогда не выглядишь удивлённым. Будто заранее знаешь, кто умрёт. Внизу раздался первый взрыв и мост содрогнулся. Красный свет рун вспыхнул под камнем. Конвой остановился резко, со скрежетом. Заклинания вспарывали туман, как раскалённые ножи. Орден ударил сразу с трёх сторон. Невилл снёс защитный барьер авроров. Джинни подожгла передние вагоны. Фред активировал вторую линию зарядов. Воздух мгновенно наполнился гарью и воплями. Гермиона двигалась среди хаоса почти механически. Она уже не думала, только считала. Расстояние, потери, время. Где-то справа закричал ребёнок. Она резко обернулась и внутри всё оборвалось. Один из вагонов был гражданским, не военным. Эвакуированные семьи с детьми были там. Рон застыл рядом — Нет… — выдохнул он. Его голос утонул в следующем взрыве и мост наконец треснул. Камень пошёл вниз огромными кусками. Люди закричали. Кто-то сорвался с платформы. Кто-то загорелся прямо заживо. — ГЕРМИОНА! — Рон схватил её за плечи. — ОТМЕНЯЙ ВСЁ! Но было поздно. Слишком поздно. Рунная цепь уже активировалась полностью. Алая Тень смотрела на рушащийся мост и чувствовала страх. Что-то изменилось. Все пошло не по плану. Будущее стало другим. Тео резко повернулся к ней. — Что происходит? Она не ответила. Внизу раздался новый взрыв, пламя ударило в небо и крики стали громче. Тео резко развернул Алую Тень. — Ты знал?! Алая Тень резко вырвалась и он увидел в её глазах эмоцию. Панику. Настоящую. — Этого не должно было случиться, — тихо прозвучал голос. Тем временем под мостом Гермиона пыталась вытащить раненую девочку из-под обломков. Руки дрожали. Камни были горячими. Вокруг всё рушилось. Рон орал что-то неподалёку. Джинни пыталась удержать щит. Фред был ранен в плечо. А Гермиона не могла дышать нормально, потому что девочка смотрела на неё огромными испуганными глазами и плакала. — Пожалуйста… Гермиона замерла. Кровь застучала в висках. Внезапно все цифры, все планы, все расчёты, стали выглядеть отвратительно маленькими рядом с этим голосом.