Адреналиновая нимфомания

— Давай старт! — Чимин отвлекается от общения с девочками, когда слышит возмущение со стороны стритрейсеров. — Когда мы начинаем? Вопрос интересный: всё же большей частью они тут собрались ради гоночного шоу, поэтому Чимин прощается со своей привычной компанией и неторопливо подходит ближе к линии, где должна начинаться гонка. Он проскальзывает между разгорячёнными телами, осторожно переставляя ноги так, чтобы никому ничего не отдавить. — Подожди, Джей-Кей, — РМ поднимает ладонь, останавливая дерзкого парня в бандане и чёрных кожаных шмотках, — у нас не комплект, где четвёртый? Чимин смотрит на РМ-а — тот стоит в центре и ехидно улыбается. Перед стартом расположились три машины, как всегда яркие, броские, невероятно привлекающие внимание. Ему вот по душе его красно-чёрная малышка, оседлав которую можно прочувствовать бёдрами всю мощь. Какие ощущения может дать обычное кресло? — Да мы ждали Зико, — Джей-Кей отвечает с ленцой, протягивая гласные, — но он поругался со своей девочкой, так что… пацан под каблуком и как минимум неделю мы его не увидим. — Может, ты с нами, а? — вопрос звучит от единственной девочки в компании. Чимин силится вспомнить её прозвище — что-то связанное с едой? — Вспомнишь старые деньки, daddy. — Нет, — РМ посмеивается, — со всякой шпаной не катаю, не доросли, так что этот номер не пройдет, нужен четвёртый. Толпа шумит в ответ на шутку, и Чимин тоже улыбается. Насколько он знает, Джей-Кей и Ви, третий гонщик, действительно младше РМ-а. — Ищем сразу двух, — Джей-Кей оценивает длинные ножки единственной девушки, присвистывая, — чего за юбкой гоняться? Куколка такая, на розовой тачке. Кимчи, ты её у Барби украла? — Всяко лучше твоего цветного взрыва, — Кимчи отвечает без задержки, показывая фак, — переобщался с Джокером, когда воровал её с завода? — Ну тихо, тихо, есть идея, — РМ вальяжно машет ладошкой, моментально понижая громкость толпы. Даже диджей убавляет звук, чтобы властный низкий голос разнёсся по всей площадке. — Что, если я найду четвёртого и вы разберётесь на дороге? Кимчи равнодушно пожимает плечами, не соглашаясь, но и не протестуя. Джей-Кей пока молчит, кидая задумчивый взгляд то на Ви, то на толпу. На сходке много любителей погонять, но учитывая начальный набор… Чимин понимает, почему мало кто хочет соперничать с этой тройкой. Если ты гоняешь хуже, а тут почти все хуже, то это словно подписаться на проигрыш, даже не начав. Если ты гоняешь лучше, то ты уже записан. Чимин ехидно щурится, зная одного любителя скорости, который не отказался бы вписаться в этот состав, вот только он сейчас отсыпается. — Так что? — РМ настаивает. В его голосе звучит столько ехидства, что несложно почуять подвох. — Любой сойдет? Кого угодно? — Да. — Валяй, — впервые за всё обсуждение подаёт бархатный голос Ви, — не думаю, что ты сможешь нас удивить. Чимин вот не уверен. Он осторожно, стараясь не привлекать к себе внимания, протискивается через толпу, чтобы подслушать телефонный разговор РМ-а. Чимин любит узнавать маленькие секретики. — Эй, хён, погоняться хочешь? — хёном тот называет всего одного человека, и Чимин от этого проказливо и широко ухмыляется. Он чувствует, как настроение, бывшее где-то на средненьком уровне паршивости, резко поднимается вверх. РМ, получив ответ, бросает: — Даю четыре минуты, успеешь — гонка твоя. — Эй, Китти, — Джей-Кей зовёт Чимина, перекрикивая шум толпы, — не поделишься подслушанным секретом? — С тобой-то? — Чимин насмешливо фыркает и, чтобы подразнить Ви, плавно подходит ближе, останавливаясь ровно между разведёнными ногами Джей-Кея. Он опирается на крепкие мускулистые бёдра, наклоняется достаточно близко, чтобы вдохнуть запах резкого одеколона, и выдыхает в самое ушко, зная, как сильно Джей бесится от этого: — Ни-ког-да. — Маленькая строптивая сучка, — Джей-Кей с рыком дёргается, желая шлёпнуть Чимина по проказливой попке, но не успевает: тот отскакивает намного быстрее, чем движется ладонь, — которой недостаёт смелости укротить тачку. — Ох, ты правда так думаешь? — Чимин с сочувствием дует губки, наслаждаясь тем, как все вокруг следят за их небольшой перепалкой. — Уверен, это тебе не хватит смелости оседлать байк. Слишком много воздуха, ещё растреплешь причёску. — Детка, — Джей снисходительно улыбается, — не я трачу тонну краски, чтобы поддержать барби-цвет волос. Ладно тачка, это хотя бы можно принять за стиль, — Кимчи недовольно восклицает сбоку, — но ты обращаешь на себя слишком много внимания. — В этом весь прикол, — Чимин счастливо хихикает и теряется в толпе. За четыре минуты может произойти многое. Драка. Секс в машине. Пьяные танцы. Трезвые танцы. Смена двух песен и один жаркий взгляд. Чимин чувствует, как РМ прожигает его фигуру внимательным, слишком острым взглядом, но только повиливает попкой в чертовски коротеньких шортиках, попадая в такт музыки. Его настроение взлетело до таких высот, что зацикленный на контроле и управлении РМ не сможет ничего испортить. Чимин лучше многих умеет хранить секреты, тем более он просто жаждет этого момента. Урчание мотора, раскатистое и громкое, стелется по асфальту, вынуждая толпу расступиться. Чимину не надо смотреть, чтобы описать машину: чёрная, с красными сочными полосками, с неоновой подсветкой, тонированными стёклами. Она выдержана именно в том сексуальном стиле, который так нравится Чимину, и поэтому это единственная машина, в которую он сядет. Возбуждение волной прокатывается по телу, а киска сладко пульсирует только от мыслей о чертовски вкусном члене. — Блять, — Кимчи морщится, когда тоже узнает машину по звуку, — это Агуст.

***

Гонка намного интереснее, когда ты в ней участвуешь. Чимину нравится ощущение опасности, скорости, того, как от напряжения бёдра стискивают байк. Он готов кончить только от момента, когда перекидывает ногу, седлая Agust’a, но каждый раз заставляет себя дышать ровнее, сдерживаться. Пачкать кожаное, идеально чёрное сиденье и даже без партнёра? Это не про Китти Гэнг и уж тем более не про Пак Чимина. Находясь внутри разношёрстной толпы, Чимин со скукой просто ждёт того момента, когда сюрприз РМ-а сработает. В этот раз это разведённый мост, поднятый ровно настолько, чтобы гонщики не разбились, но достаточно высоко, чтобы финал оказался непредсказуемым. Чимин знает, что первым к финишу всё равно придёт Агуст. Он не может проиграть. Не в этом городе, не на этой улице, где его имя занимает рейтинг самых быстрых стритрейсеров района. — Красота, — РМ довольно щурится, — это будет идеальный финал. Чимин с ним согласен. Он накручивает на палец розовый, похожий на цвет жвачки локон и ждёт. Меньше минуты, потому что шум от рычания машин доносится до них всё громче и громче. Этот рёв разгневанного хищника — единственное, что Чимину нравится ничуть не меньше участия в гонке. Он прикрывает глаза ровно в тот момент, когда первая машина, Джей-Кея, слетает с моста. Это можно было бы считать за победу, но над ним с небольшим расстоянием пролетает чёрно-красная красотка. Бампер будет разбит, как и множество гонок до, но Агусту, Чимин знает, не привыкать чинить свою малышку. Во рту моментом пересыхает, потому что машину Джей-Кея заносит куда-то вбок и, теряя управление, тот сворачивает в кусты. Агуст же явно имеет больше власти за рулём: он уверенно доезжает до финала, до ожидающей впечатлённой толпы. Красуясь, Агуст дрифтует, обдавая всех специальным паром. — Выпендрёжник, — Чимин ласково, едва слышно ворчит и ждёт, кто же будет вторым. Он лично болеет за Кимчи, но когда из-за моста выскальзывает зелёная красотка, то становится понятно, что девушка не решилась на финт с мостом. — Надо было брать деньги за билеты, — РМ посмеивается, двигаясь к Агусту, чтобы рассчитаться, — тут для тебя больше десяти тысяч зелёных, хён, я прям чувствую этот запах лёгкой наживы. — Прямо-таки лёгкой, — Агуст говорит чертовски низким хриплым голосом, из-за которого и так полувозбуждённое состояние Чимина достигает определённой грани, — мост был неожиданностью. — Только для того, чтобы отсеять слабых, — РМ скалится, даже не поворачиваясь, когда к месту подъезжает раздолбанная тачка Джея, а за ним и целенькая Кимчи, — жаль, что повторить не получится. Эффект не тот. Агуст молча отстёгивает РМ-у несколько плотных купюр и в упор смотрит на Чимина. Они не общаются. Не тут. Не среди жаждущих до зрелищ зевак. Но сейчас Чимин готов наплевать на всё и демонстративно усесться в машину, поманить Агуста к себе пальчиком, а потом отсосать. Фантазия, где все будут видеть, как его рот заглатывает член, — одна из самых возбуждающих и желанных для него. — Так! — РМ разбивает их молчаливые переглядки, когда начинает собирать второй заезд. — Мост вам разводить или вы хотите без экстрима? Толпа напоминает неуправляемый океан: она обволакивает машины, стоящих, замерших на месте одиноких людей. Чимин один из таких. Он не может отвести злого, очевидно ревнивого взгляда от Агуста и двух крошек, которые льнут к нему с боков. Победитель же. Милые славные шлюшки в коротких юбочках, едва ли прикрывающих ягодицы. Их натруженные киски скрыты тоненькими полосочками стринг — Агуст скользит большими ладонями по попкам, цепляя перемычки и оттягивая, заставляя девочек сладко хихикать. Чимин недовольно щурится, зная, что его взгляд в такие моменты становится очень тяжёлым, воистину убийственным, но ничего не делает. С мазохистским чувством он смотрит, как Агуст оглаживает изящные изгибы талии — не его, как пошлёпывает попки — не его, как девочки ластятся и оставляют красные следы от помады на чужой шее. Они, а не Чимин. Зарычав, он разворачивается на каблуках и ускользает в сторону диджея. Тут можно было бы найти небольшое необременяющее приключение на свою горячую голову и неуёмную попку. Но дело в том, что Чимин надеется выбесить Агуста, привлечь его царское внимание, а это получится, только если хорошенько постараться. Музыка и тусовка набирают обороты. Из буферов, поставленных в полукруг машин, играет динамичный бит, провоцирующий двигаться резко и агрессивно. Чимин занимает место повиднее. Он находит взглядом Агуста, которого окружили кольцом, подмигивает и начинает двигаться. Чимин скидывает мешающую кожанку, оголяя плечи. На нём только майка в сеточку, и под неоновым светом та практически исчезает, делая его полуголым для этого места. Коротенькие шортики плотно облегают бёдра и главное — задницу, задираясь так, что, если он нагнётся, можно будет увидеть край трусиков. Чимину нравится выгибаться под бит, нравится, что он чувствует на себе сотни жадных взглядов, среди которых выделяется один особенный. Агуст стоит далеко, но несложно представить, как он прорывается через толпу, прижимается сзади, обхватывает ладонями талию и толкается бёдрами, замирая. Стон, сладкий и длинный, срывается с распахнутого рта, а мягкий влажный язык оглаживает пухлые губы, но всё это тонет в звуке, теряется в свете. Чимин оборачивается, изгибаясь, и кидает очередной провокационный взгляд. Он делает волну, скользит ладошкой от шеи по корпусу до паха, загибая пальцы на внутреннюю сторону бёдра. Привлекает. Манит. Хочет спровоцировать на животный горячий секс. И Чимину это почти удаётся. Он не слышит, но чувствует, как Агуст бесится, как тянется вперёд, как отталкивает глупых девочек. Озверевший, он почти во власти Чимина, да и машина так рядом, так хорошо спрятана, но их прерывает сигнал. — Сука, легавые! Как обычно, что случается раз или два за неделю, на их небольшой тусовке сеется паника. Чимин и Агуст переглядываются, моментально откидывая свои игры в недотрог. На короткое мгновение ему хочется кинуться к байку, но машина ближе. Поэтому Чимин ловко накидывает кожанку на плечи и, уворачиваясь от суетящейся толпы, бежит к Агусту. Тот уже за рулём, делает широкий круг, дрифтуя, и Чимин заскакивает на место рядом с водительским. — Ну что, куколка, погоняем? Агуст широко скалится, наслаждаясь ситуацией, и Чимин наслаждается вместе с ним. Безумный драйв вместе с ревущим мотором поглощают их в один миг, а сигналки полицейских машин добавляют пикантности моменту. Агуст выруливает с их поляны через малозаметный переулок, пока взгляд Чимина прикован к тому, как крепко ладони обхватывают руль. Через несколько мгновений они будут обхватывать его талию. Чимин потягивается, с предвкушением облизывая губы. Он хочет уже взять в рот горячий ствол, хочет, чтобы Агуст толкнулся как можно глубже, выебал его в глотку и потом развернул, нагнул над капотом, сдёрнул шорты и хорошенько трахнул. Чимин ёрзает, нетерпеливо ожидая, когда же мигалки утихнут достаточно сильно, чтобы он мог оседлать Агуста. — Что-то ты долго сегодня, — Чимин недовольно тянет, запуская ладонь между ножек и плотно сжимая её бёдрами, — теряешь хватку, Юнги-я? Юнги только недовольно рыкает и быстро переключает несколько передач, шустро уходя от погони, словно он только и ждал наезда со стороны Чимина. Это раззадоривает. Не хватает усидчивости на то, чтобы заметить, где они, в какой район заехали, как припарковались и могут ли их окружить. Чимин сдерживается из последних сил, но когда машину окутывает темнота незнакомого переулка, а Юнги отодвигает сиденье назад, то срывается. — Детка такая жадная, — Юнги говорит это за мгновение до того, как его рот занимает нетерпеливый Чимин. Они целуются жарко, немного грязно, толкаясь и сплетаясь языками. Оторваться, чтобы спросить, невыносимо трудно, но Юнги удаётся: — Хочешь прям в машине? — Чертовски сильно хочу, — Чимин скользит ладошками по крепкому торсу Юнги ниже и ниже, добираясь до ремня и молнии на джинсах. Он расстёгивает всё немного нервно и торопливо, пока чужие ладони забираются под край шортиков, оттягивая их в сторону. Они делают всё практически одновременно, и влажная, потёкшая киска охотно принимает в себя горячий член. Довольные протяжные стоны срываются с их губ и тонут в сладком поцелуе. Чимин не любитель трахаться в машине. Вечно то головой ударится, то потянет бедро, то сожмёт пальцы слишком сильно и повредит обивку водительского кресла. Но всё это становится совершенно неважным, когда Юнги сжимает бёдра, фиксируя в одном положении, и начинает быстро и резко толкаться вверх. От этих движений даже машина начинает раскачиваться — что уж говорить о Чимине. Он, совершенно не стесняясь, скулит, чертовски громко вскрикивая от особенно сильных толчков. Его пальцы впиваются в крепкие плечи, а нуждающаяся в оргазме киска охотно сжимается на стволе. Чимин пытается подмахивать, насаживаться в одном ритме с толчками, но Юнги держит крепко, раскатисто порыкивая. Чимину хочется открыть рот и вывалить на Юнги всё то недовольство, которое охватывало его из-за крутящихся рядом маленьких шлюшек в коротеньких юбочках, но у него нет для этого сил. Член скользит так быстро, уверенно заполняя, что выбивает любые невнятные мысли. Даже самые глупые теперь кажутся лишь бессмысленными домыслами. Чимин хнычет, готовый расплакаться на члене — настолько ему хорошо, и неважно всё, что было до. В машине не перевернуться, не поменять позу. Чимин чувствует, как затекают ноги, и он пытается немного переставить их, может быть, вытянуть хотя бы одну, но пространства так мало. Юнги отвлекает тем, что скользит большой ладонью по ягодице прямо к анусу и толкается в него одним пальцем… Чимин с хныкающим звуком попискивает от приятного ощущения наполнения сразу в двух местах, совершенно забывая про затекающие ноги. С его потребностью в сексе он не отказался бы, будь у Юнги два члена. — Такая нуждающаяся детка, — слова звучат смазанно. С низким голосом Юнги, с отчётливым сатури, с его грубыми ладонями и мощными толчками в киску Чимин слишком слаб. — Так откровенно хотела, чтобы на неё обратили внимание, да? Моя сладкая девочка, которой всегда хочется получить член в свою мокренькую киску. — Да-а-а… Чимин хнычет, чувствуя, как мышцы дырочки интенсивно сокращаются, а тело содрогается от приближения мощного оргазма. Дрожь проскальзывает вдоль позвоночника, горячая волна собирается в районе паха, и Чимин невольно выпрямляется, не обращая внимания на ставший традицией удар макушкой в потолок. Юнги толкается в него до самого конца, вбиваясь достаточно глубоко, до основания, чтобы можно было ощутить холодок от аккуратного пирсинга прямо над мошонкой. Трепетно стискивая пальцами плечи, Чимин впивается в белую кожу ноготками, оставляя следы. Юнги не отстаёт от него, сдавливая мягкие пышные бёдра до синяков. Чимину невыносимо нравится потом исследовать собственное тело и находить новые отметины. Он слабо оседает, когда чувствует, как киску наполняет сперма. Юнги скользит ладонями по бокам, притягивая к себе Чимина так, чтобы он мог упасть на крепкую широкую грудь. Поёрзав на месте, он не выпускает из себя член, наслаждаясь ощущением наполненности. Сперма грязно вытекает вместе со смазкой, но им обоим так сильно плевать. — Полегчало, детка? — Юнги лукаво пошлёпывает его по попке и поворачивает голову, чтобы поцеловать Чимина в уголок губ. — А то ты так агрессивно смотрел на меня — думал, накинешься прямо на танцполе. — Были такие мысли, — Чимин довольно мурчит. Он ластится всем телом, слабо потираясь носиком о мягкую щёку Юнги. — Бесят эти девки. — Ты знаешь, как решить всё одним махом, — Юнги звучит достаточно осторожно. Они с самого начала договорились не делать их отношения достоянием общественности, потому что Чимин не готов был выслушивать непременно последовавшие бы за этим подъёбки. — Не сейчас, — Чимин недовольно поджимает губы. Он не готов думать, правильно ли скрываться или нет, пока киску наполняет шикарный член. Вставать и двигаться домой совершенно не хочется, но и остаться на всю ночь в этой подворотне — отвратительный вариант. — Домой? — Конечно, как скажешь, так и будет, — Юнги вновь ласково похлопывает Чимина по попке и тянется к салфеткам. Он заботливо прибирает тот бардак, который они натворили, и помогает ему пересесть на соседнее кресло. Без члена внутри становится так грустно и пусто, что Чимин моментально хныкает, стискивая бёдра. Он знает, что чёртов нимфоман — причина, по которой кончились девяносто девять процентов его отношений, — но ничего не может с этим поделать. Сразу же после секса ему надо слишком много внимания, и не каждый готов удовлетворить эту потребность. — Сейчас вывезу нас отсюда и помогу тебе, детка, — Юнги моментально понимает его приступ грусти и довольно быстро выруливает из тёмного переулка. Вокруг не слышно ни мигалки — только обычная ночная суета: где-то пробежал мяукнувший кот, где-то что-то упало. Чимин пытается отвлечься, пока не чувствует ладонь Юнги на бедре. — Раздвинь для меня ножки. Чимин послушно раздвигает стиснутые бёдра и довольно вздыхает, ощущая мягко скользящие внутрь пальцы. Ему не надо много, достаточно и такого ненавязчивого проникновения. Как-то раз Юнги трахнул его пальцами по дороге домой, не давая кончить, пока они не припаркуются на стоянке. Чимин невольно сжимается, чувствуя, что от воспоминания киска только сильнее намокает, а спавшее было возбуждение возвращается с новой силой. — Моя ненасытная девочка, — Юнги ласково урчит, ловко управляясь с рулём одной рукой, — как будем дома — я полностью в твоём распоряжении, детка, всё, что захочешь. — Спасибо, — Чимин слабо выгибается, вскидывая бёдра, трахая себя пальцами Юнги. Он немного плывёт, сладко представляя, как его перегнут через столешницу, а потом возьмут на постели; может, они даже смогут добраться до душа. Чимин тихонечко хнычет и получает за это мягкое круговое поглаживание подушечкой большого пальца по клитору. Чимин полностью сосредотачивается на толкающихся внутрь пальцах, на собственном жалостливом голосе и не обращает внимания на то, сколько они едут. Ночные огни мелькают перед глазами калейдоскопом, но Чимин смотрит только на серьёзный профиль Юнги. Резные черты и хмуро сведённые брови подчёркивают его строгость. Чимин сводит бёдра, зажимая между ними крепкую ладонь, дурея даже от мысли, как сильно его возбуждает Юнги. — Детка, мы приехали, — Юнги предупреждает перед тем, как вынимает пальцы из киски. Он всегда так заботится о Чимине, что хочется плакать от нежности. — Тебя понести? — Да, — Чимин дуется и нехотя оттягивает трусики и шорты обратно, чтобы прикрыть себя, — может, усадишь меня на член и так понесёшь? Уже достаточно темно. Юнги паркуется, вынимая ключи из зажигания, и несколько колеблется перед тем, как согласиться. Они делали так пару раз, когда возвращались особенно глубоко за полночь. Сейчас времени уже ближе к рассвету, так что вероятность встретить случайных соседей сводится к нулю. Чимин терпеливо ждёт, пока Юнги выйдет первым, обойдёт машину и откроет его дверцу. Сначала он расстёгивает ширинку и несколько раз проводит ладонью по члену, выпрямляя его достаточно, чтобы насадить Чимина, и уже после подхватывает на ручки. Проникновение происходит легко и гладко, даря такое нужное ощущение наполненности. — Хорошо, детка? — Да, — Чимин довольно мурчит и немного приспускает кожанку, чтобы она скрывала их маленькую шалость от случайных глаз. Маловероятно, что им кто-то попадётся, но всё же Чимин предпочитает перестраховаться. Юнги блокирует машину, удерживая его всё это время одной рукой, а потом двигается в сторону лифта с подземной стоянки. С каждым шагом его член толкается во влажную киску, делая Чимину невероятно хорошо. Он зарывается лицом в сгиб плеча Юнги и тихо мурчит, наслаждаясь небольшими фрикциями. Чимин неторопливо сжимает и разжимает член, ожидая, когда они доберутся до своего этажа. Какое-то внутреннее тревожное чувство держит в напряжении, словно в любой момент их могут поймать на таком публичном проявлении чувств, но нет. Они никого не встречают и без проблем возвращаются домой. Разнежившись, Чимин даже не настаивает на бурном и страстном сексе, как хотелось совсем недавно. Мягко ластится к Юнги, покрывает поцелуями шею, кусает ушко и протяжно стонет, когда его вжимают в стенку и начинают плавно трахать. Толчки размеренные, с оттяжкой до основания. Такие, что он ощущает низом киски прохладный пирсинг. После столь длинной и томительной поездки им обоим много не надо, поэтому они кончают достаточно быстро. — В душ и спать, — Юнги мягко выскальзывает, оглаживая нежную киску на прощание, и целует надувшиеся чиминовы губки, — продолжим утром. — Скорее уж ночью, — Чимин хихикает и даёт себя увести. Ему нравится, когда Юнги ухаживает. — С другой стороны, когда проснулся, тогда и утро, верно? Юнги шлёпает его шаловливую попку, отправляя с хихиканьем в сторону ванной, и неторопливо идёт следом.