Сердце пустыни

-Паймон не хочет с вами прощаться,-печально протянула фея, со слезами на глазах, которые стекали по ее маленькому личику, кидаясь на шею убывающим друзьям. -Уверен, реки судьбы еще сведут нас с вами,-улыбнулся Чжун Ли, издав легкий смешок прямо на ушко повисшей на нем Паймон, заставляя ту обратиться цветом мондштатского плода - валяшки.-Конечно, я подразумеваю, в благих обстоятельствах. -Благодарим вас, правители Сумеру и, этот дворец, прислуг, народ, за добрый и светлый прием в вашу обитель,-поклонился глава Камисато, держа в своих перчатках, словно хрусталь, ладонь королевы, осторожно целуя, подтверждая свои слова и искренность в них. Нахида лишь легко и снисходительно улыбнулась в ответ. -И вы, как-нибудь, загляните в наши края,-помахал ладошкой на прощание Венти, окидывая всех еще раз взглядом.-Да хранит вас ветер!-сказал он с широкой улыбкой, сопровождающейся звонкими колокольчиками в голосе, свою любимую фразу.       Девушки сумерского дворца, провожали взглядами гостей, полных надежд на повторную встречу из своих окон. За это короткое мгновение пребывания "посторонних" во дворце, принц чаще улыбался, чего можно сказать и о королеве, заполняя залы весельем и многим казалось, что в воздухе присутствуют парящие части элементов, словно дождь, падающие и растворяющиеся о ковры.       Путешественница, с захлебывающейся в слезах Паймон на плечах, провожала отплывающий корабль вместе с Нилу и Кавехом, конечно, не считая присутствующих тут же представителей королевской крови. -Люмин, разве вам не пора в путь?-поинтересовалась Нахида.-Не поймите меня не правильно, я вас не выгоняю, всего лишь интересуюсь, вдруг вам нужна помощь. -Ах, насчет этого,-иногда складывалось ощущение, что странствующая девушка была немая, а «летающая консерва» служила ее переводчиком,-мы решили задержаться в Сумеру. Нам надо выполнить некоторые поручения,-ибо то, что она каждый раз не дает и слова вставить Люмин - ставило некоторых людей в неловкое положение. -Как насчет того, чтобы вы остались ночевать во дворце?-предложила Нилу, перемещая свой взгляд сначала на королеву, затем на стоящего камнем принца.-С вашего позволения, конечно же,-девушка сделала небольшой поклон. -Я не против,-кивнул Хайтам, переводя взгляд на путешественницу.-Королевство вам многим обязано за спасение и разоблачение Академии. Оставайтесь столько, сколько требуется. -Вот и замечательно,-хлопнула в ладоши Властительница.-Тогда предлагаю вернуться во дворец и пропустить по кружечке чая. -С удовольствием!-Нилу и Паймон неожиданно синхронизировались, вызывая тихий смешок у компании. -Кавех, у тебя всё хорошо?-заметила тишину со стороны блондина Люмин.-Ты ведь тоже, остаешься здесь, так ведь? -Если бы я знал,-покачал головой блондин. Правда не ясно, на какой именно из вопросов прозвучал его ответ.-Я был бы не против пройтись по базару перед возвращением,-его слова привлекли присутствующих.-Что? Я не могу уснуть, пока не пройдусь вокруг. -Конечно, иди, мы тебя не задерживаем,-сказал, как отрезал, седовласый.-Возьми,-он протянул довольно нелегкий мешочек,-не думаю, что у тебя достаточно средств,-у Кавеха почти отпала челюсть от таких слов.-Можешь не возвращать, мне это незачем, а свои копейки лучше сохрани для чего-нибудь другого. -Господин такой щедрый,-заулыбалась рыжеволосая.-Я всегда верила, что у него доброе сердце,-она пересеклась взглядом, в котором могли собраться все звезды с небес, с королевой. Нахида довольно выдохнула, расслабляясь, где-то даже радуясь, что ее сын пытается коммуницировать. В свою очередь, Кавех принял данное в две руки, удивляясь такому решению принца. Где-то в глубине души ему было досадно от этого поступка, ведь архитектор мог обойтись и без этой протянутой руки помощи. Гордость не позволяла принять этот мешочек, но положение дел заставляло изменить. Кавех хмыкнул. О причинах данного «подарка» он подумает потом, а сейчас важнее то, что он может наконец-то спокойно купить то, что он хотел и, судя по весу находившихся внутри мешочка моры, некоторые из них можно было бы спокойно отдать Сангеме-бай за давний долг. Впрочем, из-за которого он сейчас здесь и находится. Кавех решил пустить всё на самотек. Всё равно хуже не будет, а мора всегда нужна.       Лицо блондина сменилось улыбкой, которой, можно было смело заменить солнце - так подумала Люмин. Кавех, не раздумывая, набросился на Аль-Хайтама с объятиями, почти повалив того на землю. Благо, принц был сильнее физически - годы тренировок не прошли даром и ему удалось выстоять, лишь пошатнувшись. Архитектор был похож сейчас на Паймон - такой же слишком эмоциональный и болтливый. Он что-то лепетал, хныча, в широкую грудь Хайтама, пока тот не знал куда себя деть от такого шара эмоций с именем «Кавех». Производитель данного «продукта», случайно, не предусмотрел на подобные случаи кнопку отключения?       Девушки лишь хихикнули, прикрывая руками рты. -Что ты творишь?-прошипел Аль-Хайтам, сдвигая брови, а в груди что-то перевернулось, заставляя сердце сорваться с петель и лететь вниз, сбивая дыхание.-Жить надоело?-уж как-то слишком холодно и вызывающе продолжил он, смотря на блондина. И тот мог поклясться, как по его спине прошел табун либо больно щипающих гусей, либо же мурашек. -Ой, боюсь-боюсь,-кривится Кавех.-Я благодарю, чего же более?-поднял свои рубиновые глаза мужчина, непонимающе смотря на того, всё же отстраняясь от Аль-Хайтама.       Принц ничего не ответил, лишь посмотрев каким-то изучающим взглядом на блондина, явно чуть ниже того ростом. Фыркнув, он ушел первым с места, возвращаясь во дворец.       Девушки всё еще хихикали, что не утаилось от Кавеха, который осознав произошедшее, покрылся румянцем, разворачиваясь на небольших каблуках в сторону базара, бурча что-то под нос, периодически грациозно взмахивая руками. Был бы он птицей - эти движения бы послужили взмахом крыльев для полета. -Полагаю, нам стоит тоже пройти?-уточнила Люмин, получая кивки. -Ах, да, что-то мы увлеклись,-засмеялась Нахида.-Не будем задерживаться,-после этого, подруги вернулись в главный зал, заказывая подаренный высококлассный чай, собранный в провинциях Ли Юэ. Не смотря на их статусы, девушек действительно можно было назвать хорошими подругами, которые быстро нашли другую тему.

***

-Нет, ну вы только подумайте, он строит из себя такого заботливого, аж тошнит!-ударил по барной стойке блондин, появление которого заставило обрадоваться всё заведение. -Простите, о ком вы говорите?-поинтересовался бармен, делая новую порцию хмельного коктейля. -Да о ком же еще,-раздраженно выплюнул Кавех, делая глоток кружащего голову напитка. Мужчина за стойкой лишь молча пожал плечами, не понимая о чем говорит архитектор.       Атмосфера бара, особенно вечернего, была всегда весёлой и неповторимой. Квартет играл какую-то мелодию, а достаточно для того, чтобы петь, раскачиваясь из стороны в сторону, пьяные клиенты, всё поглощали и заказывали новый алкоголь.       Ах, как же хочется Кавеху кружиться. Кружиться до тех пор, пока перед глазами не предстанут разноцветные звезды, танцуя в ответ; пока круги не поплывут перед глазами. Он, неосознанно для самого себя, мечтает забыться обо всём и сразу. Вращая в продолговатых пальцах золотую монету моры, на его лице возникла жалкая улыбка. За что ему такое благословение?       Сладкая горечь стекала по горлу, приятно обжигая. С каждой каплей алкоголя мысли затуманивались пеленой эйфории. Какой удивительный коктейль ему на этот раз подали в баре! Золотая жидкость была приятной, но резкой на вкус. После следующего стакана, к Кавеху присоединилась группа мужчин, словно чувствуя что-то общее. Пустынники - были те люди. Блондину было, честно всё равно сейчас, кто сидит перед ним: будь то кочевники, профессора Академии, да хоть сам принц Сумеру собственной персоной. Но что-то в оставшемся рассудке архитектора подсказывает, что последнее в этом списке слишком ярко в данный момент. Эти черно-зеленые одежды он узнает из тысячи, а запах книжной пыли и, нечто отдающее орехом аджиленах, заставляли прикрыть рубиновые глаза в наслаждении, втягивая воздух. Однако зеленые глаза перед ним смотрели слишком пристально и с неким осуждением - так показалось Кавеху. Красная оболочка ромба в глазах, похожая на мишень, манила и заставляла не отрывать гранатовые глаза, не прерывать гляделки. -Если же ты моя галлюцинация, то тот коктейль поистине ужасен,-несвязно проговорил Кавех, издавая в конце смешок. Его голос звучал устало, словно он грузил целый день товар в порту Ормос. -Ты купил то, зачем выходил?-спросил обладатель холодных глаз. Его лицо было близко для того, чтобы чувствовать дыхание на коже, а обстановка вокруг напоминала нетрезвому разуму архитектора покои принца. -Ты так волнуешься за те деньги?-с ядом в голосе ответил на вопрос вопросом блондин.-А говорил, что могу не возвращать. -Кажется, я не об этом спрашивал,-это точно человек, а не новое изобретение соседей - Фонтейна, зовущееся «робот»? -Ты какой-то слишком реальный для моей разыгравшейся фантазии. Неужели,-ладони Кавеха резко схватили лицо Аль-Хайтама, слегка стискивая щеки, в тот момент, когда сам пьяница вскочил на колени, становясь чуть выше,-настоящий?-он оттянул щеки в стороны, словно растягивая слизь недавно пораженного слайма.-Милашка.       В ответ, кроме пыхтения, ничего не послышалось. Кавех рассмеялся, растягивая щеки принца еще раз, забавляясь данной ситуацией, когда Хайтам сидит и молча смотрит на своего мучителя. Он был как дитя, забавляющийся купленной игрушкой - слизью. Блондин, из-за довольно близкого расположения лица напротив, заметил покрасневшие уши принца, отчего его улыбка стала шире, а пальцы переместились с щек на волосы. Эта комбинация скрытого смущения у принца, должны признать, заводила архитектора. -А куда делись мои новые друзья из таверны?-перебирая серебристые пряди, поинтересовался Кавех.-Я, вообще-то, не допил,-недовольно промычал он.       Аль-Хайтам мог поклясться, его сворачивало изнутри тугим узлом, заставляя пальцы на ногах поджиматься. Тяжелое дыхание над его ухом, пока пальцы архитектора играются с серыми, отливающим зеленым, волосами, заставляло сердце ускориться, превышая ежедневную для него норму пульса, отчего Хайтаму приходится участить свое дыхание. -Если ты так хотел напиться, мог бы делать это и здесь,-ускользнул от ответа про пустынников-собутыльников принц.-Разве что здесь тебе бы принесли качественные напитки, а не ту дешевую дурь, которой тебя напоили. Неужели тебя это устраивает? -Ох, неужели наш маленький принц заботится обо мне?-отстранился Кавех, усаживаясь рядом с Аль-Хайтамом. Их глаза пересеклись. Контраст зеленого с красным напоминал лесной пожар, которого так боятся жители Сумеру, что привело бы к гибели тысяч, а может и миллионов, людей. Однако эти двое не убегают, оставаясь в повышающем жар тела пламени.-И не смотри на меня так, я старше чем ты. -Странно это слышать от такого ребенка как ты,-выдохнул Хайтам, чувствуя распространяющееся тепло по лицу и ушам.-Моя задача, как принца Сумеру, как доверенное лицо королевы - защищать свой народ. Считай моё действие не более, чем просто выполнение моих обязанностей. -Но на это ведь у тебя есть стража,-настаивал на своем Кавех, по-детски ударив кулаком о кровать, на которой они сидели всё это время. -Даже самым приближенным людям мне опасно доверять,-отвел взгляд Аль-Хайтам, замолкая.       Со стороны блондина послышался смешок. Видеть, как принц пытается убежать от ответа, скрывая истину, было забавно, что разыгрывало больший интерес и игривость Кавеха, подливая масло в огонь. Хайтам провел сжатый анализ в голове и выяснил, что смех его пьяницы не похож ни на колокольчики, ни на песню соловья. Это было нечто другое, не изученное, за гранью представления ученых самой Академии Сумеру. Да, смех Нилу был звонче и тоньше, но его смех был особенно приятен для ушей.       Посмотрев на стоявший на столе пузырек с цветной жидкостью и, рядом лежащей бумагой, он прокручивал слова вчерашнего лекаря-лиса, делая пометку в голове, что стоит еще раз поговорить с ним о тревоживших его симптомах.       Однако Аль-Хайтам не был дураком и прекрасно понимал, какой диагноз ему поставит Тигнари. Он видел подобные описания симптомов, называющихся «чувствами», в романтических книгах, как он считал, с пустым сюжетом. -Я действительно не понимаю, зачем ты мне помог,-прошептал Кавех, выводя из раздумий принца.-К тому же, ты даже не принимаешь мои благодарности,-он поднялся с кровати, смотря на Хайтама, который, в свою очередь, поддерживал зрительный контакт.-Я скоро вернусь, смотри, не усни за это время,-подмигнул он и, слишком ровно, как для человека находящегося под действием алкоголя, выбежал из покоев, отчего монетки на нем зазвенели, хихикая.       Аль-Хайтам улыбнулся и потер лицо руками, приводя себя в порядок, в сознание. Уши горели, а просачивающийся в покои освежающий ветерок с окна, вызывал контраст температур, прямо как блондин, неожиданно появившийся в его жизни. Принц натянул на голову наушники, прячась от пробирающего табуна мурашек.       Хайтам подошел к прописанным ему каплям, делая глоток жидкости. Прочитав еще раз написанное врачом, он вздохнул и вышел к страже, прося принести графины с разными охладительными напитками, после чего, усевшись, он продолжил чтение научной статьи из архива, как и просил Кавех, ожидая его.

«Эти капли должны успокоить ваше трепещущее сердце. Однако, если же дело не в сердечно-сосудистой болезни, то эти капли бесполезны. Испейте же их и узнайте истинную причину вашего необычно бьющегося сердца. Не превышайте норму дозы за раз, может вызвать противоположный от ожидаемого эффект или…неприятные последствия, назовем это так. С нетерпением от вашего ответа и добрыми намерениями, всегда на связи, Ваш лесной страж и ученый, Тигнари.»