Дольше чем вечность

      После такой яркой новости, как появление фансайта, ребята решают снова устроить ночёвку, и снова у белки. На немой вопрос в глазах Хана, они лишь пожали плечами, а Со ответил, что он соскучился по маме. В целом, Джи не был против, ему наоборот комфортнее в своём доме.       Чан, как самый ответственный, заказал на всех пятерых пиццу и вместе с ней ребята уселись в комнате белки, где решили сыграть в приставку на желания. Таким образом Банчану пришлось рассказывать постыдную историю из жизни, про то, как они 3рачей написали одну песню, которую заручились никогда не исполнять. Как только Со и Хан осознали, про какую песню идёт речь, белка выбежал из комнаты, а Бин залез на Чана и заткнул старшему рот. – мир не должен об этом знать, старик. - шикает Со и усаживается на место. Джисон вернулся с крафт пакетом, надетым на голову, утверждая, что это стиль. В таком образе белка играл какое-то время против Хёнджина, но чувствуя, что может проиграть, стянул неудобную конструкцию с головы и обыграл ласку. – ты достойный противник, Хендай! Спасибо за игру. А теперь дай я... - как только до Хвана дошло, как его назвали он дуется, а после начинает щекотать белку в отместку. - НЕТ СТОЙ! ХАХА, СТОЙ! ПОЖА...ХАХА, ПОЖАЛУЙСТА, Я БОЛЬШЕ ХАХХ НЕ БУДУ!! - только после этих слов Джинни прекращает. – так, дай мне книгу своих контактов. - говорит Хан и берет протянутую вещь. Нажав набор номера, Джи улыбается и озвучивает задание. - убеди её купить вибратор. - как ни странно, Хван не сильно смутился, наоборот, стал серьёзнее. До смешного понизив голос, кажется, кося под Феликса, Джинни приступил к выполнению задания. Спустя каких-то три минуты на счету ласки были деньги, и мольба девушки о прекращении звонка, и утверждение, что она обязательно купит вибратор. – ема ты мастер уговоров. Давай, двигайся белка, я тоже сыграть хочу. - усевшись перед приставкой на место ласки, Бин, ухмыляясь, говорит. - есть имба маза. Тот кто проигрывает исполняет свой куплет той самой песни. – не боишься проиграть, чухан? - говорит Хан сглатывая, а после зеркалит выражение лица Бина. Азарт распаляет его. – посмотрим. - раунд длился долго из-за ожесточённой борьбы двух отчаянных реперов, которые не хотят позориться. В какой-то момент, Хан решает смухлевать. А потому зовет уголька падакуккири. Однако вместо желанной реакции, где Со замирает, он получает лишь большее сопротивление. Из-за чего проигрывает. – давай, олух. Начинай. Ты ответишь за мои унижения!! - утверждает Бин и возвращается на кровать, чтобы обнять свою пассию и насладиться минутой позора Хана как следует. Джи краснеет, но встает и начинает. – чогие нуна хокщи намджингу иссоë... - Чан и Бин тут же начинают хохотать, а сони пытается спрятаться в капюшоне. Спустя мучительные две минуты белка справляется со своим заданием. Дальше игра шла гладко, а после неё ребята завалились спать точно как в прошлый раз.       На следующий день, придя на занятия, их ожидал сюрприз за столом рачи, где теперь нашли приют два мальчика из прити. На столе красовалось три цветка лилии. А рядом листок с подписью: ”Восходящей звезде репа. Эти цветы такие же как ты внутри, нежные до невозможности“ и снизу подпись, Суч Пула. Со смущённо оглядывается по сторонам, а после впихивает цветы Хану, говоря, что это ему. Феликс лишь смеётся тихо с реакции возлюбленного и усаживается за стол. После этого Чанбин и Чан пошли за едой и принесли обед каждому, даже Феликсу, который ничего не просил, взяли рис и салат. Со сказал покушать, а значит Ли ест всё, потому что, он не может игнорировать заботу своего парня, которую тот дарит ему в неограниченном количестве.       Сразу после учёбы пара прощается с друзьями и идёт домой, как вдруг Феликс улыбается и тянет своё счастье в сторону парка. Со лишь смиренно идёт следом, не замечая абсолютно ничего вокруг. А стоило бы. Ведь одна чёрная макушка следовала за ними с самого университета, а после, исчезла в поворотах улиц, явно злясь. Пара же гуляла по парку, что мирно убаюкивал своей беспечностью. – мне нравится здесь. Так... спокойно. - говорит Ли после небольшой паузы. – мне спокойно и дома было, но ты прав. Окрыляюще, что-ли. А ты чего так резко захотел прогуляться? – считай, это наше второе свидание, дурень. - улыбается Феликс и щёлкает парня по носу, а после смеётся. Чанбину никогда не преодолеть желание смеяться вместе с цыплёнком, ведь его звонкий смех уносит все мысли, давая возможность хохотать от души. – ребята плохо на тебя влияют. Вот, уже меня оскорбляешь. Это все Джисон. - страдальчески говорит Бин прикрывая глаза рукой. Ли чувствует себя некомфортно, ведь и вправду мог задеть любимого, однако он не ожидал, что Чанбин возьмёт его за руку. Не ожидал того, что Со потащит к ларьку с мороженным. Не ожидал, что Бин купит два мятных с шоколадной крошкой. И точно не ожидал того, что репер поцелует его в щёку на людях.       Чанбин соврет, если скажет, что приход Феликса его ни капли не изменил. Напротив, слишком много в нём поменялось.       Ли стал для репера чем-то новым и любимым, что он не сможет выкинуть из головы до конца жизни. До их встречи, Со жил только на концертах группы, после которых сразу же погибал. Только сильные биты были способны разогнать кровь по жилам и дать ощущение того, что он жив.       Со не планировал долго задерживаться в этой жизни, однако появилось одно огромное "но". «Я тебя люблю» слова неимоверно важные. Ими не стоит разбрасываться, но сейчас, они потеряли былую значимость, как и статус "друг". Чанбин терял дорогих людей лишь потому, что слишком ими дорожил. И сейчас, он не изменился в этом. Он из последних сил будет хвататься за своё счастье. Он станцует свой последний танец с ним и только с ним спокойно закроет глаза в ночи.       Ребята гуляют по парку до заката, а после решают взять на прокат велики. Сейчас, когда ветер раздувает волосы, а Со слышит впереди звонкий смех своего любимого, он может сказать, что и вправду счастлив с блондином.       Репер не садился на велосипед с тех пор, как в последний раз катал Миндже на её "коне" во дворе. Это было одно из самых ярких воспоминаний, а потому, он очень им дорожил. Взрослея, Со просто не мог забыть смех Мин, поэтому не садился на велик. Но сейчас, когда его позвал Ли, уголёк согласился без раздумий. Сел и довольно неуверенно последовал за лучиком, что освещает ему путь в лучшее будущее.       Как оказалось, ребята катались больше положенного, потому Ли пришлось доплатить. – ну-с, влюблённые часов не наблюдают. Извините нас за опоздание. - говорит Со и берёт под руку блондина, а после следует за цыплёнком, который увидал сладкую вату. Купив сладость, довольные сегодняшним днём, ребята пошли домой. Они планировали сходить в душ, а после снова в обнимку уснуть, но все планы покатились крахом, как только они открыли коробку, что ожидала их перед дверью.       В ней покоился труп поросёнка, истыканный десятками лезвий от канцелярского ножа, а на нём стикер. Красный стикер, что давно в кошмарах преследует Ли, тот от которого Со закипает. Почерк, что до селе был чуть ли не идеально подходящим для каллиграфии, теперь обезображен гневом, из-за чего буквы вышли неровными. Надпись гласила "наказание будет сурово, душа прити. Следующим будет твоя ручная свинка. Наслаждайся последними днями с ним. Скоро ты потеряешь всё, чем так дорожил". И Феликс не выдерживает. Ревёт в голос, путаясь в собственных мыслях, не в силах взять себя в руки. Со же в оцепенении. Кто и как смеет писать подобное тому, кого любит? Это неправильно, а особенно непростительно то, что плачет его кроха.       Взяв на руки блондина, репер уносит его в комнату, усаживает на кровать и обнимает так крепко, что Ли показалось, что его кости треснули, но он не против. Наоборот, ему сейчас нужно ощутить Бина рядом, и Ликс рад, что он понял это. Слёзы льются водопадом, репер шутит, пытаясь отвлечь, что Ёнбок мог бы сейчас потушить лесной пожар своими слезами. Однако блондин не слушает, сейчас он может только плакать.       Бин не может терпеть слёзы возлюбленного, ведь они ему причиняют не меньше боли, чем самому блондину. Со гладит по голове, а после начинает поцелуями собирать кристаллы, что льются словно река из прекрасных медовых глаз. И если бы только Со мог, то убежал бы вместе со своим счастьем подальше. Подальше от боли, печали, а так-же известий, что мир слетает с катушек. Солнце покажет ему путь, а он пойдет за ним смиренно. И если его удел сгореть, то Бин примет такой конец. Ведь его солнце, это Ли Ёнбок.       Феликс засыпает прямо в объятьях репера, а последний укладывает блондина, целует в лоб и уходит разбираться с "подарком". Со Чанбин уверен, Феликс прав. Оливия не самоубийца. Её убили. Со скажет даже больше. Убил её тот, кто сейчас преследует парня, и следующим будет никто иной, как сам уголëк. И если это плата за то время, что он провёл вместе с Феликсом, то Бин готов её отдать. Но не сейчас. Определенно не сейчас. Только тогда, когда решит сам Ёнбок. Только он имеет право забрать жизнь у темноволосого и никто иной.       На утро Ли не застаёт в квартире ни Со, ни вчерашнего инцидента. Блондина сразу охватывают тревожные мысли, но когда входная дверь открывается с трёх поворотов ключей и заходит целёхонький репер, Ли не может не запрыгнуть на него в слезах. – ну чего ты, Хенбоки? Я с тобой. - говорит Со, обнимая свое счастье, а после целует в висок. - извини, я не думал, что ты так рано проснёшься. – а куда ты ходил? - через какое-то время спрашивает блондин. – после того как ты уснул я вынул ножи из него, а сегодня похоронил. – похоронил? Поросёнка? – ага, мне говорили, что так правильно. - в детстве, у Миндже был кролик. Минда сказала тогда, что его рана практически на все брюхо из-за того, что он напоролся на гвоздь и побежал дальше. Но сейчас, помня её глаза так хорошо, словно вчера их увидел, Со не может сказать. Нет. Он не напоролся. – я очень испугался, когда не нашёл тебя. Спасибо, что вернулся. - говорит Ли, вновь обнимая возлюбленного. – я всегда буду возвращаться к тебе, до тех пор, пока ты не скажешь, что не хочешь меня видеть. - тише говорит репер и целует в щёку блондина.       На учёбу они в итоге не пошли. Со то и дело успокаивал младшего, что внезапно загонялся и начинал плакать. Феликс был неописуемо благодарен реперу просто за то, что он был рядом и не уходил. Ему как никому необходимо присутствие человека. чтобы успокоиться.       Следующий же день поменял планы, когда на пороге появился Хван. Старший впускает в квартиру гостя, а после идет вместе с Джинни к блондину. – солнце, мне нужно на студию, я позвал тебе в компанию Хёнджина, не скучай, м.- говорит Со тише для цыплёнка, чмокает его в макушку и, захватив бумаги с текстами на столе, покидает квартиру. – что случилось, дорогуша? - ласка усаживается рядом на кровати и терпеливо ждёт ответ. – сталкер. Он не унимается. Теперь он угрожает Чанбину. - вновь взахлёб ревет Ли, кутаясь в одеяле, а после падает в объятия друга. – ты Бина то видел? Эту машину можно завалить? Поверь, он сильнее меня в четыре раза, возможно и тебя раза в два. А у тебя черный пояс. Он выживал на улицах, просто верь в него. Он сам завалит того, кто нападёт. - утверждает Хван и улыбается. Феликс понимает, что так и есть, а потому успокаивается совсем быстро и идёт вместе с лаской на кухню. Всё же, Со придет голодный.       Репер проводит на студии добрых шесть часов и только после прослушки последнего записанного трека он позволяет себе покинуть студию звукозаписи.       Вернувшись домой. его ожидают за столом два парня. Феликс и Хёнджин мило беседуют на какую-то тему, а после того, как замечают Со, блондин вскакивает и спешит упасть в объятия, по которым уже изрядно истосковался. После репер, приветствуя, обнимает ласку, которая только закончила расставлять тарелки с супом на стол. Рассевшись, компания ужинает под непринужденные разговоры. – ой. Кажется, мне пора идти. Что-то очень в сон клонит. - говорит Хван без преувеличений. Он и правда начал клевать носом. – чтобы ты уснул по дороге как в прошлый раз? - строго спрашивает Ли. – такое было всего один раз!! Не приукрашивай. - ласка складывает руки на груди и надувает щеки, всем видом показывая, что он не такой безответственный. – нет, каждый раз, когда ты приходил ко мне или к Сынмину, ты звонил мне и просил тебя забрать с каких-то трасс, так как ты пропускал станцию - теперь ласка весь красный молчит и прикрывает лицо руками. – бинни, можно он у нас переночует, пожалуйста? – да, без проблем. Мне опять сгонять за раскладушкой? – да не, втроём на кровати уместимся. - говорит блондин и чмокает Бина в висок, а после ведёт Хвана в комнату, чтобы одолжить ему одежду на ночь. Как только ласка переоделась, Ли Ёнбок улыбается и идёт умываться, а Хвану велит подождать. Бин же входит в комнату чтобы так же переодеться в домашнее. Взяв излюбленную свободную черную футболку и легкие шорты того же цвета, он заходит за спину Хвана и переодевается смотря в окно.       Звезды давно показались на небе, но их видно лишь блёклыми копиями той красоты, что они источают. Однажды он увидит их истинную красоту, а сейчас истинную красоту видит лишь Хёнджин, который запечатлел в своей памяти такую идеальную спину и руки. Он определённо завидует Феликсу в том, что он может находиться рядом с Со. Выйдя на кухню попить воды, Хван дожидается выхода из ванной Хенбоки и идёт умываться следующим.       Спустя какое-то время ребята улеглись на кровати. Феликс уснул первым. В объятиях Бина он и не смеет долго засыпать, ведь он под самой надежной защитой. А оставшиеся тихо разговаривали. – Бинни, можешь забежать ко мне завтра? Я хочу показать тебе то, на что вдохновили меня вы. – о? Да, без проблем, Хёнджинни. С радостью гляну. Феликс с нами? – ох... Я хотел чтобы ты один послушал. Я стесняюсь... – боже боже. Как скажешь, дорогуша. Сладких снов. - улыбается на последок Бин и закрывает глаза. – сладких... - шепчет Хван и засыпает.       Утро проходит довольно обычно. Рутина Разбавляется периодическими шуточками Со. – ребят, мне тут кое кто сказал очень злую шутку. Прикиньте... - заинтриговывает уголёк - мол, рост сосательный. Я ахуел тогда, тк не ожидал такого удара ниже пояса. – боже мой, какой ужас, кто это был? - спрашивает обеспокоенный Хван. – ты, Хёндай. Ты. - смотря на серьёзное лицо Бина и на растерянного Джинни, Феликс не выдерживает и смеётся как в последний раз. – погоди, ты до сих пор обижаешься? – нет, но почему бы не вспомнить историю знакомства. – враньё! Знакомство у вас другое было. Вы на вечеринке как влюблённые нарики обжимались. – опачкиии. Шаришь как выглядят влюблённые нарики? Рассказывай, а то я нет. - говорит Со, стараясь увести в шутку. Хван давно сидел красный, ему стыдно за то, что он творил до этого. Но определенно радость за эти поступки, он пронесёт через всю жизнь, прямо в могилу, чтобы покоились вместе с ним. А Феликс, кажется, тоже получает удовольствие вспоминая, что, где и как. – ребят, ну, кто старое помянет тому глаз вон!! Давайте, заканчивайте. - уже прикрывая глаза рукой, просит ласка. – ой боже, ну че ты, Джинни? - Со делает нарочно серьезную гримасу, а после щёлкает пальцами. - точно! Счастье моё, Хенбоки, мне сегодня нужно будет к Хвану забежать, окей? – а? Да, без проблем, я как раз хотел с Йенни в кино сходить, он звал вчера. – если что звони-пиши, я приду, оке? – даа, спасибо, Бинни! - улыбнувшись, блондин чмокает своего парня в щёку, а после посиделок "на дорожку", троица отправилась на учёбу.       Неприятный осадок остался на душе Ликса после недавнего происшествия, но Чанбин будто бы усыпляет его тревогу и животный страх, из-за чего Ли так быстро отошёл и готов открыться для новых событий. К примеру поход в кино с Чонином.       После занятий ребята разбредаются в разные стороны, рача была удивлена, что Со и Ли впервые после начала отношений пошли порознь. Это так... Непривычно? Бин целует Ёнбока в висок напоследок и уходит вместе с Хваном. А Ли, глупо улыбаясь, идёт вместе с Чонинкой.       У Хёнджина ничего не изменилось толком, квартира довольно просторная, Со бы сказал, даже слишком просторная для студента. Но всё объясняется, это человек с солидным достатком. Он не как Бин, у которого за спиной тяжелая работа грузчиком и пособие, которое он получает. Между ними пропасть, совсем как и между ним и Фелом. Непреодолимая материальная пропасть. Уголька усаживают на кресло перед компьютером, впихивают наушники и что-то включают. Хван нервно сглатывает, а Со прислушивается. Это песня. Очень мелодичная и органичная, но тем не менее в голосе слышно грусть. Словно у вокалиста слёзы застыли в глазах пока он пел, ведь его терзали немыслимые душевные страдания.

и было так печально и нелепо, ведь ты убил мой покой свирепо. размазал его живым по стенам; отправил на небо. я не просил быть иным, я не просил многого. твоей любви желал трепетно. просил быть со мной- ты сделал так больно. в широкой тьме навзрыд, я слепо хватаю рукой сигарету; в ночах жестоких, меня накрывает по уши и с головой.

Слова режут сильнее ножа, пытаясь расцарапать грудную клетку, чтобы достать до сердца. Со вновь сглатывает. Он искренне надеется, что посвящено это вовсе не ему. Кому-то другому. Вовсе не ему. Ведь он понимает то, как больно быть отвергнутым и не хочет обрекать человека на те же пытки, что прошел в своё время сам.

я ищу лишь спасение. я ищу лишь тебя. мне не нужны другие, они не заменят тебя. я не вижу себя с иными, иных не вижу с собой. ты единственный светишь, будучи рядом со мной. чужих губ я не касаюсь, не касаюсь даже своих, разве что, иногда, корочку с раны на своих бы и сгрызть. томным взглядом в окошечко я посмотрю сверху луна на меня лишь посмотрит; качаясь хмурит. как мне забыть твою улыбку? как мне забыть цвет твоих глаз? как мне забыть то, что ты стал редко ласково меня называть? для тебя это все мнимо, для тебя это зримо.. но пока мое сердце кровоточит с душой- я не остыну.

Бин вздрагивает с каждым томным вздохом, а после смотрит на Хвана, что сидит как на иголках и ждёт лишь того, чтобы ему не сделали больно опять. Но может ли он его осчастливить? А как же бедный зашуганный, но такой любимый Феликс? Чанбин совсем не знает что ему делать.

да и вряд-ли, вообще ли остыну, но это слишком ранимо. и более чем, мне вряд-ли выжить; даже находясь на обрывах. я часто монотонными вечерами, посещаю места наших лучеобразных встреч; тут же внутри горла встаёт поперек ком, слышу твой голос; по спине напролом пробегутся мурашки, кулаки сильнее сожму. хрустят мои костяшки. но сердце своё я никак не сдержу. слёзы накатят, воспоминания сожрут- душа с моим телом немощно остолбенеет. я не смогу.

      Как только музыка затихает, совсем как и голос, Со поворачивается, а ласка столбенеет. По щекам репера катятся кристаллы один за другим, словно метеоритный дождь. Хван, взяв со стола салфетки, вытирает слезы с чужих щёк и улыбается обречённо, так, словно готов смириться со смертью души. – ты чего, Бинни? Мне казалось, ты не умеешь плакать, всегда такой весёлый. - глаза его не источают прежнего бескрайнего тепла, только грусть и тоску, совсем как улыбка. Со просто не может смотреть в глаза полные духа смерти. – я просто... Извини боже... Текст очень чувственный. – Фел не врал, когда говорил, что ты очень эмпатичный. - Хван позволяет себе немного вольности, ведь понимает, что теперь его нормальные отношения с Со прекратятся. Ласка зарывает пальцы в мягких волосах и гладит, как всегда хотел. – кому посвящён трек? - спустя несколько минут молчания подает голос Бин. – тебе, глупыш. Я знаю, ты это понял. Надеялся, что ошибся? - горько усмехнувшись, Хван падает на кровать и улыбается так мертвенно, но глаза горят надеждой, что затесалась среди непроглядного отчаяния. – извини. Я знаю, что это очень тяжело переживать что-то такое, правда. Но я не могу ответить тебе тем же, мне жаль. – это потому что он похож на Миндже? - эти слова застают врасплох, теперь Со только и делает, что хлопает глазами. - скажи честно, у меня был шанс? - с горькой усмешкой спрашивает младший. – он был бы, не встреть я его раньше, не будь он таким прилипчивым. Прости, Хён... Джинни. - Чанбин лишь смотрит на дрожащие, как осиновый лист руки, а после смотрит на чужие, что в замке дрожат ещё сильнее. – я тебе нравился хоть немного? Как парень. - в ответ он видит слабый кивок, после которого закрывает глаза рукой. - просто понимаешь, я до этого был не очень то замечательным парнем. Я пользовался своим статусом и красотой, чтобы найти спутницу на вечер. Я никогда не смотрел на парней, понимаешь? Ты стал для меня чем-то новым. А потом... Я почувствовал твою заботу и понял, что хочу, чтобы она не ограничивалась рамками дружбы. Я хотел быть всё время рядом с тобой. Даже держась на расстоянии ты свирепо убил мой покой. А я добровольно отдал тебе своё сердце, которое тебе оказалось не нужным. Просто... Понимаешь, я рад и в то же время очень завидую Феликсу. Я бы всё отдал, чтобы ты выбрал тогда меня. - Джинни заканчивает со слезами на глазах, а после смотрит на Со, что точно также тонет в слезах. – я не могу, Хёнджин. Ты мне правда очень дорог, я не хочу просто тебя терять. Я не хочу чтобы было так же как с Миндже. Пожалуйста. Джинни, прошу, не исчезай. - сейчас всё практически так же, как в детстве, только вот ролями они поменялись. И Со знает чем всё кончится, он просто не может этого допустить. Ребята вместе ревели в обнимку, разговаривая на эту щекотливую тему, и в итоге пришли к одному. Ждать. Однажды шанс появится, а может намного раньше затухнут чувства, что Хван пообещал попробовать перенаправить на другого. А Чанбин же будет рядом. Да так его не забыть, но для больного сердца, что ждёт лишь прозрачной надежды на счастливый финал, который выдумало само, этого достаточно.       Со уходит под ночь, когда оба успокоились, а ласка уснул. Бин не откажется от друга, а Хван от чувств. Это будет вечная борьба, особенно теперь, когда он знает, что шанс всё таки есть. Он будет жить и ждать свой шанс на счастливый финал.       Дома уже сидит на кровати Ли и ждёт репера, что придя выключает свет и обнимает крепко-крепко. – я тоже соскучился, Бинни. Как время провели? - улыбаясь говорит Ли. – да неплохо, очень информативно, я в тупике будто бы. Хахах. А вы? – ой, Йени повел меня на ужастик, это треш какой-то, я всё время кричал и вздрагивал, мне повезло, что он разрешил его держать за руку, иначе я бы там и откинулся от страха. – да, спасибо ему за это. - Со улыбается, но как-то отягощённо, недавний разговор его выбил из колеи. – а чего ты свет выключил? – так нужно, кроха. - напоследок шепчет Со, перед тем как пойти переодеваться и улечься спать.       Только к утру, рано проснувшись, Ли замечает до сих пор красные глаза своего парня. Он много и долго плакал. А самое ужасное то, что Феликса не было рядом в этот момент, чтобы утешить, за что ему очень стыдно.