Лучший в мире кофе

Наутро Чимин был бесконечно благодарен Шуге за сохранившееся благоразумие. Каким было бы пробуждение, если бы оба пошли на поводу инстинктов? Пак был рад этого не узнать. Юнги, завтракавший на террасе, усадил друга, налил кофе и выдал тост. А потом глубокомысленно изрек. – Я знаю, какую награду мы заслужили. Едем отдыхать. С твоим менеджером я уже договорился. Он не возражает, так как гениальный директор в моем лице ему лично приказал, – Юнги погладил себя по голове. Чимину оставалось лишь согласится. *** По инициативе Юнги они поехали на Чеджу, где Чимин когда-то жил. Его близкие давно переехали, поэтому они остановились в маленьком уютном отеле на берегу моря. Но и там не было отбоя от папарацци. – Чими, ну какой мейк-ап?! Пошли нахер всех журналистов! Ты идеален и без макияжа. Сфоткают – их дело. Хватит, отпусти себя! Мы отдыхаем! Юнги за руку вытянул Чимина из номера, и они направились обедать в пляжное кафе, примыкающее к отелю. Сделав заказ, омега вдруг порывисто вскочил и подбежал к улыбающемуся бармену. – Тэхен, мать твою, сколько мы не виделись?! – С тех пор как я вышел замуж за шейха, – улыбка красивого парня становилась все шире. – Да и уехал с ним… Как он тебя одного отпустил и разрешает ходить в таком виде? На вышедшем из-за стойки парне были микрошорты, подчеркивающие совершенство длинных ног и яркая рубашка без рукавов, завязанная узлом на подтянутом животе. Одежда, прямо сказать, ничего не скрывала, а, напротив, отправляла воображение в неизведанный полет. Его отросшие тёмные корни контрастировали с высветленными кудрями и это выглядело стильно, темно-карие глаза излучали тепло, а губы манили их съесть, как спелые ягоды. Весь облик был лёгким, искристым и чувственным. Они обнялись и расцеловались с Чимином. – Ах, шейх. Он очень быстро попутал рамцы. В одном стойле стоял его ахалтекинец, а в другом, побогаче и пороскошнее, было мое место. Не спорю, мы оба избалованны и имеем тонкую внутреннюю и внешнюю организацию, но в отличии от лошади такая сытная кормежка мне не по вкусу и я свалил. – Погоди, ну конечно, – Чимин хлопнул себя по лбу. – Не иначе как к принцу? Съехидничать не удалось. – К королю. Увы, морганатический брак его не устраивал, по закону за это у них следует отречение от престола. Он выбрал трон. Имеет право. Но на мой взгляд, его супруг, как третий в нашей постели, был лишним. – Ну да. Ты – единственный. Махараджу ведь тоже поэтому бросил… – Священная корова! Они почему-то все пытаются меня купить. И запереть во дворце. Поноси-ка десять метров шелка и пять килограммов золота сразу! А если снял хоть одно кольцо – обида. А Боливуд? Моя боль! Мне нравилось играть в кино и петь, но, видишь ли, это неприемлемо для их высшей касты. Зато приемлемы наложницы и внебрачные дети. К тому же, меня каст всегда вполне устраивал. – Тэхени, ты такой свободный. Летаешь по миру, как ветер. Я восхищаюсь тобой. Кто бы меня освободил? – Ой, Чимини, свобода только внутри. Сам себе не верю, но даже на Тибете мне не давали проходу монахи. Это ужасно. Я порой сам себя боюсь. Там, где люди – там неволя. – Ну, секси-крейзи! Почему не сообщил, что ты в Корее? Я так соскучился, – Чим опять сжал друга в объятиях. – Я не успел, недавно здесь. Думал, освоюсь – позвоню. – Вечером ты как? Посидим? – Обязательно. Только мне надо встретить Чонгука в аэропорту. Грустный приезжает, плохо выступил. – Конечно, «серебро» на Олимпиаде – это полная фигня. Узнаю Чонгука. – Сам такой же ведь. Кстати, поздравляю с премией, сбылась мечта. Только победа. Вы с ним в этом похожи. – Знаешь, я стал проще в последнее время… Юнги меня потихоньку излечивает от перфекционизма, – кивнул Чимин на спутника. Тэ многозначительно посмотрел на Шугу. – Твой парень? – Нет, друг, очень хороший. Пойдем познакомлю, тебе он понравится. Они подошли к Шуге, и Чимин представил их, заметив промелькнувшую между ними искру.