Лучший в мире кофе

Чимин и Тэхен познакомились десять лет назад, когда прошли прослушивание в агентство по штамповке айдолов и поселились в общежитии в одной комнате. Они родились в один год, поэтому и в Сеульской старшей школе искусств оказались в одном классе. Парни быстро сблизились, почувствовав родство душ, и год от года их дружба становилась все крепче. Родители Чимина, определив чадо на полный стажерский пансион, решили попытать счастья в бизнесе, уехали за океан и открыли корейский ресторан в Нью-Йорке. Поэтому редкие отпуска он проводил в доме Тэхена, где его принимали тепло и радушно, как сына. В первый же свой приезд, познакомившись в 14-летним Чонгуком, он ощутил его пристальное внимание и неподдельное восхищение. И однажды юному альфе хватило смелости признаться омеге в любви. Трепетное чувство деревенского подростка тронуло Чимина, но он был слишком увлечен своим звездным будущим, чтобы воспринять это всерьез. Жизнь завертела-закрутила вчерашних школьников, взяв в железные тиски дисциплины. Тренировки, репетиции, диета. Времени едва хватало на сон. Агентство делало на них ключевую ставку, не давая расслабляться. Почти сразу Чимин приглянулся их консультирующему хореографу. Чон Хосок, экс-айдол суперпопулярного бойз-бэнда, рэпер, потрясающий танцор, на тот момент занимался уже сольной карьерой, но из агентства не уходил. С интересом восприняв проект новой группы, согласился работать с ней. Сперва парень покорил его пластикой и грацией на танцполе, но потом к этому добавился и элементарный интерес альфы к потрясающему омеге. Чон Хосок убедил возлюбленного расписаться пока еще не заключен основной контракт. После дебюта пожениться будет нельзя, а вот трейни это было сделать позволительно. Он хотел зафиксировать права на своего омегу и показать серьезность своих намерений в отношении него. Чимин, конечно, растрогался, и не мог отказаться. Их водителем, свидетелем и распорядителем был коллега по цеху Мин Юнги. Рэпер из той же, группы, что и Хосок, открывший свое продюсерское агентство. Они приехали в родной городок Юнги, где его дядя занимал высокий пост и в мэрии скрепили брак Хосока с милым его сердцу омежкой, свято обещая хранить тайну. *** На обратном пути Чимин заехал к Тэхёну провести короткий преддебютный отпуск уже в новом статусе. Друзья лежали на сеновале и трепались. – Вы переспали? Расскажи мне про секс, как это?! – любопытствовал девственник Тэхен. Чимин покраснел и стукнул друга по плечу. – Не смущай меня! Это стыдно. Но так приятно… – он прыснул в ладошку. – А потом, будто вспомнив, растопырил ее перед глазами, демонстрируя обручальное кольцо. – Tiffany T True, золото 18 карат, паве из бриллиантов… – Ты так пахнешь… Просто божественно, – Тэхен блаженно прикрыл глаза. – Ах, Тэ, я так счастлив. У меня есть муж… Я замужний омега, – смаковал дорогие слуху звуки Чим. Вернувшийся с тренировки Чонгук как раз поднимался к ним наверх. Он издалека почувствовал изменившийся запах Чимина и затрепетал ноздрями, а услышав их разговор, подтверждающий подозрения, сел на ступеньку и тихонько заплакал. *** Перед отъездом омег он отозвал Чимина в сторонку, не в силах сдержать в себе рвущуюся наружу печаль. – Я все знаю, хён, но, поверь, никто не будет любить тебя сильнее, чем я. Я докажу тебе! Заработаю кучу денег и ты будешь моим, – сдавленно всхлипнув и сгорбившись, он побрел к дому. Чимин с грустью посмотрел вслед мальчишке. – Надеюсь, у него это пройдет… – Не пройдет, – покачал головой Тэхен. – Но мешать он тебе не будет. Просто знай, что это твоя пристань. Всегда будет ждать. Тэ догнал брата и, прощаясь, крепко обнял и заглянул в глаза. – Приезжай тоже на прослушивание, ты точно попадешь к нам в компанию. Станешь трейни и будешь рядом со своим драгоценным Чимином. Может уведешь его. – Нет, я пойду своим путем. Стану достойным его. И он сам поймет, что лучше меня никого для него нет. – Ерунду ты говоришь, братишка, ерунду, – защекотал старший мальца, который покраснел и недовольно вырвался. – Никому ничего доказывать не надо. Ты и так достоин самого лучшего. *** Тайный брак Чимина не выдержал испытания временем, славой и расстоянием. Он распался так и не став явным. Хосок был уверенным, состоявшимся молодым мужчиной и хотел видеть рядом такого же блестящего омегу. А Чимин, младше на десяток лет, вырванный подростком из домашней среды, был полон комплексов. Его неуверенность раздражала старшего, он не понимал его недовольства собой. Нянчится с ним Хосоку было недосуг. Старший хотел проводить их короткие встречи с максимальной отдачей от мужа, которого страстно желал. После бурных соитий Чимину хотелось расслабленности и нежности, но на разговоры по душам времени не хватало. Нужно было бежать в общежитие, спозаранку вставать, чтобы вновь и вновь изматывать себя репетициями для удержания первенства в когорте идеальных айдолов. Их расписания категорически не совпадали, и даже секс, который, собственно, и цементировал их отношения, происходил все реже. Со временем Чимин смог переехать в квартиру, которую Хоби ему подарил, но сам он стал в ней редким гостем. Хосок, открывший собственное агентство, в том числе по сопровождению актеров, с филиалом в Штатах бывал в Сеуле нечасто. Порой они могли пересечься лишь на пороге дома, когда кто-то уезжал, а другой уставший, измотанный только приехал. При этом Хосок ревновал ко всем окружающим его альфам, даже к Юнги, с которым сам и познакомил. Бешено и страстно устраивал скандалы по видеосвязи, обвинял, выспрашивая и смакуя подробности, выискивая нестыковки. А при встречах доказывал свое право на тело Чимина так яростно, что тот порой не мог ходить. При этом сам не обременял себя верностью, хотя бы внешней. Постоянно появлялся в свете с прекрасными спутниками, отмахиваясь тем, что это всего лишь работа. Но Чимин чувствовал пробивающиеся при возбуждении чужие запахи и понимал, что измены Хоби – для него норма: альфе можно все. Последней каплей стал гневный звонок Хосока с требованием развода, который увидел кадры, как продюсер Бан нежно поддерживает Чимина за попку на красной дорожке «Грэмми». Конечно, столь пикантное видео растиражировали все каналы. И плевать всем, что контакт ладони Шихека и ягодиц Чимина длился долю секунды, что просто соскользнула рука, что видео показывали в режиме слоумо для пущей эффектности или специальной склейкой, продляющей кадр. Доказывать и объяснять Чимин ничего не стал. Ему казалось, что он все еще любит Хосока, своего первого и единственного альфу. Но он устал. Устал от секрета, тянувшего тяжелой ношей, которая не позволяла ему обратить внимание на другого достойного мужчину. Устал от своего имиджа ледяного недотроги и сплетен за спиной. Устал от недосказанности и недомолвок. От отсутствия надежного теплого плеча рядом. Устал быть замужем без мужа. Поэтому даже не расстроился, когда наутро таблоиды пестрели фотографиями его пока еще благоверного, выходящего из отеля с известным актером. У Ким Сокджина была безупречная репутация, он никогда не был замаран никаким скандалом, поэтому Чимин понял, что раз он рискнул появиться на публике открыто, с Хосоком их связывают серьезные отношения. А рука Бан Шихека на его заднице лишь повод. *** В ту же мэрию, где был заключен брак, он приехал с Юнги. Хоби скривился, увидев их вместе, и открыл дверь своей «Ламборджини», подав руку пассажиру. Им оказался Ким Сокджин. Он подошел к Чимину, склонившись низком поклоне. – Я бы хотел, чтобы между нами не было обид. Я люблю Чон Хосока, а ваш брак был скоропалительным решением, продиктованным исключительно страстью, и, насколько, я могу судить никогда настоящим не являлся. Если Вы сможете меня принять, буду благодарен, но прощения мне просить не за что… И он направился в маленькое кафе через дорогу, кивнув Хосоку и обозначив улыбкой, что будет там его ждать. *** После развода Чимин сломался и запил. Контракт его был завершен, поэтому ничто не мешало ему погрузиться в пучину страдания. От несбывшейся мечты об уютном семейном гнезде. О неродившихся маленьких омежках или альфочках. Весь мир лежал у ног этого прекрасного молодого мужчины, а он тосковал в одиночестве. Юнги приехал на третий день, когда Чим престал брать трубку, затолкал его ванную, вымыл, высушил волосы феном и усадив перед миской похмельного супа, стал говорить о будущем. Далее новый контракт, подготовка альбома, сольный дебют и невероятный успех. Чимин стал жемчужиной агентства Юнги. Сотрудничество с домами моды, ювелирными компаниями, косметическими концернами. Съемки рекламы, шоу, коллабы с западными звездами. Чимин стал загружен больше, чем во временя групповой деятельности. А Юнги стал его маяком и спасательным кругом.