Лучший в мире кофе

Вечернюю тусу устроили прямо на берегу на расстеленных на песке бамбуковых циновках. На удивление, невзирая на ощутимую разницу в возрасте, Шуга и Чон быстро нашли общий язык, и омеги лениво наблюдали, как они закидывают мяч в кольцо на пляжном поле. – Как ты сам? – Отлично! Просто устал я от мира вот и уединился. А ты? – Хорошо… – неуверенно промямлил Чим, подтянув колени и уткнувшись в них подбородком – Что в личной жизни? – Техен лежал на спине, подложив руку под голову и грыз яблоко. – Ничего. Поклонников толпы, а человека нет. Так пусто, все время тянет... – Чимин потер ладонью грудь и невесело улыбнулся. – Зато у Хосока уже двойня. – А Чонгук по-прежнему твой паж, – Тэхен перевел на друга прямой испытующий взгляд. – Я не ожидал, что его чувства настолько серьезны. Думал, перегорит, забудет… – Не… Он однолюб. В его сердце нет больше никому места. Ни разу не видел омегу с ним рядом. Друзья вздохнули синхронно, и Тэ вдруг вскочил. – Ладно, хватит о грустном, – он подбежал к парням и увлек брата в воду. – Ах, старость не радость. Уморил меня этот юный супермен, – подошел запыхавшийся Юнги и завалился прямо на песок, блаженно жмурясь. Братья дурачились в воде, громко покрикивая и хохоча. Наконец, мокрый счастливый Тэхен, нисколько не смущаясь, плюхнулся рядом с Юнги и обратился к Чимину. – Иди, сходи к нему. Хочет с тобой наедине поговорить. *** Они сидели у кромки прибоя плечом к плечу, наблюдая, как за горизонт заходит солнце, озаряя прощальным светом безмятежную безбрежную гладь. – Я не выиграл золото… – Ты наше золото! И не должен никому ничего доказывать, – омега обнял младшего, погладил вихрастую голову и чмокнул в макушку. – Для меня ты всегда самый-самый и я люблю тебя больше всех на свете! – Ага, как брата… – тихо-тихо, так, чтобы Чимин не услышал, сказал альфа и шмыгнул носом. – Хён, это твой мужчина? У вас все серьёзно? – глазами полными слез он пристально посмотрел на старшего. В тревожной глубине радужки догорели закатные лучи и отразились всполохи мощного салюта, внезапно загремевшего где-то на побережье и разукрасившего ночное небо. – Нет, Чонгуки, я только что понял, что мой единственный мужчина – это ты. *** Всю неделю с самого утра Юнги уже пил кофе в уголочке бара, подсев на творения Тэхена. Он сам кофе не пил, ему было горько. Зато из-под его восхитительных пальцев выходили потрясающие ароматные букеты. Каждый день напиток получался особенным, с новым вкусом и оттенком. Может быть на это влияли разные сорта зерен. А может бедовые глаза баристы, обволакивающие Юнги медовой сладостью, окутывающие неземным наслаждением, обещающие приключение и умиротворение одновременно. Рядом с ним он ощущал себя дома и всерьез подумывал оборудовать на Чеджу студию и остаться тут жить. Чимина он видел лишь изредка, ненароком сталкиваясь с ним в отеле, когда тот приходил сменить вещи, стыдливо потупившись и прося не обижаться, что не зовет его с собой. Омега, будто навёрстывая упущенное за все годы, не размыкал с Чонгуком рук. Вот и сегодня на рассвете они уже умотали на катере вдвоем. Младшему скоро было уезжать на сборы, поэтому они не теряли времени даром. К стойке подошел альфа в деловом костюме и раздраженно поинтересовался с претензией, есть ли тут нормальный кофе. – Одну минуту, сэр, – отозвался Тэхен, заканчивающий приготовление очередной порции для Мина. Сняв турку с песка, он вопросительно взглянул на Юнги, спрашивая разрешение отдать эту чашку клиенту, и тот, прикрыл глаза, соглашаясь. Посетитель, растерявшись от столь мгновенного сервиса, недоверчиво сделал глоток. – Парень, это лучший кофе, что я когда-либо пил, а поездил по миру я немало. Извини, – и положив на стойку крупную купюру, он изумленно уставился в телевизор. – Это ты?! В кадре индийского боевика Тэ картинно «умирал» с томатным соком на всю грудь. Мужчина перевел взгляд на парня, который торопливо переключил канал. По подиуму снова шел он. Шоу про мир моды включало кадры с его дефиле. Он виновато улыбнулся и щелкнул кнопкой опять. На экране в буйстве экзотических красок вновь показался грациозно танцующий прелестный бармен, чарующий еще и бархатным голосом. Клипы их группы до сих пор были в музыкальных чартах и постоянно крутились в эфире. Пожав плечами, Тэ смирился и отложил пульт. – Почему ты здесь, в этой глуши? Ты потрясающе красив, талантлив и востребован, а пропадаешь в каком-то заштатном отеле? – потрясенно спросил клиент. – Ну, во-первых, это мой отель, – изрек Тэ, невозмутимо протирая тряпкой и без того зеркальную поверхность стойки. – А во-вторых, кто-то ведь должен варить лучший кофе на планете.