Твари небесные, твари неместные

К ночи дождь усилился, а ветер поднялся настолько сильный, что сносил деревья и даже крыши. Северус наблюдал за непогодой из окна, вид из которого показывал основную вероятность мира Алмазного Щита, и радовался, что его дом находится в другом слое реальности, и капризы погоды ему не страшны. У него был трудный день, который, к счастью, закончился. Завтра нужно будет еще оформить кое-какие бумаги, а потом… потом пасхальные каникулы закончатся, и он вернется в Хогвартс, где сможет притвориться, будто ничего не изменилось. Все так же он будет засыпать в своей постели, предварительно очистив сознание, и там, на зыбкой грани между сном и явью, будет его ждать мама. Как то было уже много лет как. Чем темнее становилось за окном, тем сильнее в Северусе нарастало нетерпение. Скоро он пойдет спать и увидит маму. После трудного дня, наполненного хлопотами, похоронами и соболезнованиями ему жизненно важно было убедиться, что с ней все в порядке. Ничего, скоро они встретятся. От мыслей отвлек стук в дверь. Северус нахмурился: кто мог прийти в такой час, в такое ненастье, да еще достучаться до него в другой вероятности? Не так уж много вариантов, если честно. Тут либо кто-то из сколов (они обычно стучат, а не открывают порталы в гостиной), Лили или Люциус-жнец. Не то чтобы последний к ним приходил, но возможность его появления никто не отменял. Северус включил свет — ведь стоял у окна в полной темноте — и отправился открывать. Распахнув дверь, он едва удержался от удивленного возгласа: на пороге стоял мокрый и не совсем адекватный Темный Лорд. У него были красные глаза, и вовсе не от безумных экспериментов с душой, а от полопавшихся сосудов. — Мистер Риддл? — удивился Северус, застав Волдеморта в таком состоянии. Он посторонился, пропуская его в дом. — Вы в порядке? Темный Лорд бросил на него нечитаемый взгляд и прошел в дом. С Волдеморта сразу натекла лужа, и Северус с тоской посмотрел на испачканный пол — колдовать вне Хогвартса ему нельзя, придется убирать руками. И запрет на колдовство был вовсе не в том, что его накажет служба надзора за несовершеннолетними. Как они вообще узнают о колдовстве в доме, который находится в другой вероятности? Тут дело было в обещании. Северус обещал, что не будет, ведь мама привела достаточно веский довод, почему нет. Она задала всего один сакраментальный вопрос: «Кто ты без магии?» Останется ли он собой, если не сможет колдовать, или нет? А потом привела в пример себя, напомнив о тех временах, когда она только прибыла в сюда. Ее сила была полностью заблокирована, но она справилась. И Северус понял, что полагаться на магию не стоит — сегодня она есть, а завтра нет. И чтобы внезапное исчезновение магических способностей не стало трагедией, ему надо уметь жить без них. Поэтому он не будет убирать лужу с помощью магии, он возьмет тряпку и вымоет вручную. После ухода Темного Лорда, конечно. — Твоя мать говорила, отчего она ушла? — спросил Волдеморт. — Без подробностей. Сказала, что есть дела, которые решить может только она. — Конечно, как же без нее, — язвительно прокомментировал Темный Лорд. Северусу захотелось скрестить руки на груди, но он сдержался. Негоже показывать, что Волдеморт заставляет его нервничать. — Вы знаете, кто она. В этом нет ничего удивительного, — пожал плечами Северус. — Чаю? Полотенце? — Твоя мать — первостатейная лгунья, вот кто она! — выплюнул Волдеморт, проигнорировав попытки гостеприимства Северуса. Тот тоже не остался в долгу и решил следовать той тактике, которую применяла мама при общении с Темным Лордом: спокойствие, игнорирование неадекватных слов и… уклонение. Последнее пришлось особенно кстати, ведь в него полетел сгусток Ступефая. Северус успел уйти с линии огня и спрятался за диваном. Однако интересно разворачивались события! Он пока плохо понимал происходящее, но старался быстро оценить обстановку и решить, что делать с Темным Лордом, который на него напал. И самым приемлемым вариантом было бежать, ведь ответить Северусу было нечем. — Она рассказывала мне сказки, выдавая себя за другую. А знаешь, что она сделала с той, другой? Отправила в Ад! А ведь она была ее Наследницей, как и ты сейчас, дорогой Северус-с-с. Я бы на твоем мес-сте крепко задумался: она ведь и тебя туда отправить может, ес-сли будет чем-то недовольна… — Волдеморт то и дело срывался на свою неповторимую шипящую манеру говорить, а Северус молил всех известных ему сущностей, чтобы тот продолжал говорить. Ведь пока он говорит, у Снейпа появляется время, за которое может что-то измениться: он может сбежать или придет кто-то из тех, кто приглядывает за ним. Ведь не может же быть такого, что мама никого ему не оставила! Во время монолога Темного Лорда Северус успел проползти за диваном и рвануть на кухню. Он знал, что там есть окно, которое ведет в наружную вероятность, ведь если он выпрыгнет откуда-то из гостиной, то имеет все шансы заплутать на неизвестном слое. Но плану его не суждено было осуществиться — очередной сгусток закла заставил Северуса отпрянуть назад. — Куда это ты с-собрался, С-северус-с? — прошипел Волдеморт и принялся бросаться заклинаниями. Что примечательно, одним Ступефаем, словно ему было нужно обездвижить Снейпа. Тот прыгал и уклонялся на пределах своих возможностей, ведь палочка Темного Лорда плевалась не просто единичными заклинаниями, а целыми очередями. — Хорошо танцуеш-шь! — рассмеялся Волдеморт, глядя как Северус скачет зайцем. — Мне даже интерес-сно, с-сколько ты продержиш-шься? Северус не отвечал — берег дыхание. Да и не слушал он Волдеморта, все его внимание было сосредоточено на том, чтобы уклониться. Уклониться так, чтобы оказаться поближе к окну, и Мордред с ними, с чужими вероятностями. Лучше уж заблудиться в них, чем все же попасться Темному Лорду! Проблема была в том, что Волдеморт мог плеваться заклами бесконечно, а вот выносливость Северуса такими полезными свойствами не обладала. И он стал замедляться. Один раз заклинание чуть не задело его, но повезло — просвистело над самым ухом. Второй раз едва не коснулось руки, ну а избежать третьего не удалось. Оно хоть и задело по касательной, но свойств своих не растеряло. Северус рухнул на пол, задев небольшой столик, на котором стояли памятные безделушки. Он попытался пошевелиться, но не вышло. Ступефай хорошо его заморозил. И Снейп бы встряхнул его, он знал как — активируешь любую Первостихию, и она быстро нейтрализует заклятие, но проблема была в том, что две черные полосы на его спине не давали провернуть такой фокус. Северус пожалел, что решил заблокировать доступ к Первостихиям! — Вот ты и попалс-ся. Чтож, это было ожидаемо, — прокомментировал Волдеморт и применил заклятие левитации. Он поднял Северуса над полом и приблизился. Усмехнулся, когда увидел, что обездвиженный Снейп бешено вращает глазами. // Ню! — орал Северус на весь эфир. — Где ты? Где все? Мне нужна помощь. Но только тишина была ответом. И не понять, что послужило причиной: поломанный мир, слабость или просто на том конце никого не было, кто бы присматривал за ним. — Боишьс-ся? — Темный Лорд поставил его вертикально и посмотрел в бледное, лишенное красок лицо Северуса. — Правильно делаешь. Я приготовил нечто с-совершенно ос-собенное. Твоя мать, правда, отказалас-сь, но тебе придетс-ся принять мой дар… От его усмешки бросило в дрожь. Северус знал, насколько злым гением был ее носитель, и поэтому нисколько не обольщался: Темный Лорд приготовил ему нечто особенное. Волдеморт снова поднял палочку, разрывая на Северусе рубашку. В голове Снейпа пролетело неимоверно много сценариев дальнейшего развития событий, и каждый из них был ужасней предыдушего. Он думал об изнасиловании, или о том, что ему вскроют грудную клетку, или о том, что используют в каком-нибудь особо мерзком ритуале. А может, и все сразу. От этих мыслей и от неизвестности на Северуса накатил ужас, и если бы не был обездвижен заклинанием, он бы позорно заскулил. Он отчаянно не понимал, куда все делись. Почему никто не придет и не избавит его от судьбы, что уготовил ему Волдеморт! Но в эфире было тихо, словно все разом взяли и оглохли. Или, быть может, не хотели его слушать… Когда Северус остался с голым торсом, Волдеморт взял его за запястье, прикладывая палочку к предплечью. Он что-то зашептал, зашипел, забормотал — Северус не разбирал. Он с ужасом уставился на свою руку, на которой его кожа обугливалась, чужая магия и чужая Первостихия Ветра пробиралась в нее, заставляя гореть и чернеть. И вскоре Северус различил очертания черепа и змеи, которая была столь же прекрасна, сколь и уродлива. Темная Метка расцветала на его руке. — Вот так. Вот так, — довольно приговаривал Темный Лорд. — С-смотри, какая она крас-сивая. Северус уже видел такую и считал невозможным уродством. Когда змея зашевелилась и полезла обживать череп, переползая из одной пустой глазницы в другую, Волдеморт сделал несколько шагов назад. Он посмотрел на дело своих рук с улыбкой, с которой родители смотрят на своих детей, когда ими гордятся. Северуса же тошнило от страха и выворачивало от омерзения. Ничего более отвратительного он в жизни не видел. — Тебе нравитс-ся, Северус-с? Она теперь твоя. Метка принадлежности мне и только мне. Ты теперь мой раб. Думаешь С-скайфол тебя с-спас-сет? Или твоя мать? Нет. Знаешь почему? Потому что ты намертво привязан к этому телу, и никакой аварийный портал тебе не поможет. А захочешь умереть, умрешь вмес-сте со своим телом. Гениально, правда? Северус думал, что большего ужаса он испытать уже не сможет, но Волдеморт был из тех, кто никогда не оправдывал ожидания. Внутри Северуса все застыло от осознания: он привязан. — Ну что ты так с-смотришь? Конечно, ты не понимаешь, нас-сколько хорош мой дар. Я тебе покажу, как вс-се работает. Следи внимательно, С-северус-с. Волдеморт занес палочку вверх, и ее кончик загорелся зеленым. — Авада Кедавра!