Сумасшедший отпуск

Ичиго, сопровождая капитана шестого отряда, молча поднялась на второй этаж. Уже в комнате она, не обращая внимания на пустого, достала с ящика письменного стола беленькие комочки ваты. С улыбкой на лице девушка протянула их капитану: — Возьми. Отец по ночам храпит так, что люстра вибрирует. Да и один псих (она кивнула на блондина) иногда слишком увлекается. — Где я буду спать? — спросил мужчина, заметив в комнате только одну кровать. — В шкафу. Увидев, что Бьякуя ничего не понял, Ичиго просто открыла дверцу. Взору показалась своего рода полка, на которой покоился матрац. — Теперь понятно, где ночевала Рукия, — тихо выдохнул мужчина. Под грозным взглядом Ичиго братец-блондин не посмел даже пикнуть, так что вечер прошёл на удивление спокойно и тихо, чего ну никак не ожидал Бьякуя. Девушка делала уроки, пустой кое в чём ей помогал. Позже выяснилось, что он со скуки прочёл все учебники ещё в начале года. А сейчас как раз был конец последнего школьного семестра. Конец школьной жизни вообще. Девушке тяжело было поверить в это. Намного легче принять то, что ты обрёл занпакто и влазишь во всевозможные передряги... по её мнению. Уже под вечер Бьякуе пришло в голову: он ещё в этой жизни ничего по-настоящему не видел. Эту мысль он сразу же решил прогнать от себя подальше. Не хватало ещё начать думать по-Ичиговски! Утром Бьякуя просто гулял по городу. Гигай был очень неудобен. Все Куросаки (кроме сумасшедшего папаши) в школе, делать было совсем нечего. Ужас. Ему ещё никогда не было так скучно. Но зато спокойно. Последняя мысль не понравилась Кучики. Один день в доме Куросаки изменил все его представления о нормальной жизни. Бред. Он не мог понять, как такое могло с ним произойти. Весь в своих мыслях, Бьякуя и не заметил, как направился в сторону школы. Но когда она появилась в поле его зрения, мужчина наконец "пришёл в себя". Куда же его опять занесли ноги! Но когда Кучики услышал чей-то крик, все подобные мысли убежали из его головы. За углом какая-то банда обступила кого-то и добивала. Ногами. Интересно, сколько их там, зажатых в доминирующем живом круге. И оттуда исходила до боли знакомая реятсу. И она была только одна. Так вот кому принадлежал крик? Кучики сразу стал думать, как нанести банде минимальный урон... по крайней мере, никого не убить. Придётся использовать самое слабое. — Путь разрушения 1: Сё. Слабаки. Проблема решена. Частично. Хотя человек против капитана... Бьякуя думал только о том, кто лежал практически без сознания на асфальте. Точнее, о той. Кучики бережно поднял Ичиго на руки. Девушка была не просто избита. Хотя ей и этого хватило бы. Веки Ичиго дрогнули и девушка открыла глаза. Бьякуя посмотрел на неё настолько безразлично, насколько мог. Хотя внутри всё кипело от злости. — Ну и почему это я должен тебя спасать? Думаешь, у меня другой работы нет? — Нет у тебя никакой работы, — голос девушки дрожал и был очень слаб, к тому же сильно искажён болью. Её глаза закрылись снова, и мужчина уже был практически вне себя от гнева. Да как они посмели напасть на безоружную девушку?! — Была бы у тебя какая-то работа, тебя бы здесь не было. — Ну да, вообще-то всё верно. Спустя несколько минут абсолютной тишины, нарушаемой только тихими шагами, шумом ветра и пением птиц мужчина задал один вопрос, в ответе на который почему-то нуждался: — Почему они тебя... — Ой да не парься, я уже привыкла. Я не такая, как другие, и этого для них достаточно. — А ты не умеешь избегать драк? — Драка сама меня находит. А я в нее вступаю, ведь выбирать не приходится. И ещё одно... одно. — Но ведь всё равно... зачем? Кто-либо другой на твоём месте давно бы избавился от источника проблем. Твои родные наверняка переживают каждый раз, когда ты исчезаешь неизвестно куда и на сколько... и вернёшься ли вообще. Так же нельзя, о них ты подумала? — Слушай сюда, Кучики Бьякуя. Это часть меня. От внешности и характера и до силы шинигами. Включая пустого, который сидел в моей голове с рождения и вездесущие проблемы. И я не собираюсь ничего менять. Это всё равно что сказать: нет, мой отец мне не нравится, я хочу себе другого. Мне не нравится моя семья, ведь в ней сплошные психи. Мне вообще моя жизнь не нравится. Так какого хрена я просто с моста не прыгну, если меня всё не устраивает? Я такой родилась. Такова моя жизнь, судьба... называй как хочешь. Я не жалею ни о чём... даже о встрече с тобой, представь себе. А боль... я по крайней мере чувствую себя живой, ей попросту не остановить меня. Боль... она говорит о боли. Это, конечно, вполне понятно. После такого избиения. Погодите... она одолела меня, Карию, Гриммджо, Улькиорру, Айдзена, Гинджо... даже, можно сказать, саму себя. Так какого черта она не смогла уделать какую-то шайку хулиганов? Бьякуя вдруг почувствовал как по руке, которая поддерживает Ичиго за спину, течёт что-то тёплое... а девушка вновь потеряла сознание.

***

Она видела это лицо, когда уже не оставалось сил держать глаза открытыми... и теперь, когда боль исчезла, его владелец до сих пор рядом. Сидит на кресле у стола, локтями опираясь на колени. Смотрит в окно. Выражение лица — загадка. Глаза выдают только задумчивость. Интересно о чём он думает. — Эй, Бьякуя... что-то случилось? Почему он остался со мной? Он должен меня ненавидеть... или по край мере презирать. Так почему... — Я просто не могу понять... сколько бы жизненного опыта у меня не было, я... по сравнению с тобой как маленький ребёнок, который даже не знает, что такое жизнь... сто двадцать лет я торчал в том чертовом Сообществе душ, сидел и ждал... при этом не знал чего, и превратился в бесчувственный кусок льда. А ты пережила столько, рискуя всем, что имела... Тебе есть ради кого рисковать, и всё же... ты никогда не отступаешь, тебя невозможно сломать. Сколько бы времени не прошло, что бы ни случилось, ты не меняешься, ты меняешь других... Так кто же ты, черт возьми, откуда у тебя эта сила? Я вдруг заметил, что пальцы начинают дрожать и побыстрее сжал руки в кулаки. Никто — а тем более она — не должен видеть меня таким. Понимая, что глаза, скорее всего, вмиг меня выдадут, я мигом опустил голову. Но тут чья-то рука накрыла мою... — Сама хотела бы знать. Странно уже то, что я каким-то образом влияю на тебя... Хорошо, что меняешься ты не в плохую сторону, не то Рукия и Ренджи меня за это прибьют. — Забудь, слышишь? — Не бойся, я никому не скажу, можешь верить мне на слово. Или подписать клятву кровью? Что бы она не сказала только что, в них не было и капли насмешки или издёвок... Я верил ей. — Скажи мне ещё кое-что... Ты у нас супер-шинигами. Тогда каким образом тебя завалила какая-то несчастная шайка хулиганов? — Их было не меньше двадцати, но не в этом дело. Они набросились скопом. Я сосредоточилась на тех, кто был спереди, а кто-то сзади воткнул в спину нож... Человеческое тело в итоге берет своё. Я не смогла дальше сражаться. А им того и надо было. — Вот козлы... Единственное преимущество Сообщества душ в том, что там нет таких... На достойный ответ Ичиго хватило двух слов: — Вспомни Айдзена. Бьякуя не смог сдержать улыбку. — Попробуй такого забыть. Бабочка хренова... — Слушай, Урахара-сан ведь одолел его, так почему его не восстановили в Сообществе душ? Ни в чём он не виновен, да ещё так всем помог... Где ваша чертова справедливость? — Он за миром людей приглядывает. Да и к тому же он изначально не хотел возвращаться. И я его понимаю. В мире людей куда интереснее, чем там. — У вас вообще скукота. Здесь хоть пустые есть. А там... наверное, сплошные отчёты да бумаги... Всегда это ненавидела. — Сообщество душ со всеми своими правилами, устоями и прочим ну никак тебе не подходит. — Верно, я всё это ненавижу. — Я давно это понял. — Если мне придётся к вам перейти, я добьюсь определения в пятый отряд. Хирако — единственный человек без тормозов, которого я могу терпеть. — Боюсь, даже генерал не доживёт до того момента, когда тебя заставят присоединиться к Сообществу Душ. Девушка звонко засмеялась и тут же поморщилась от боли в спине, и спустя несколько минут неожиданно неуверенно спросила: — Вот и поговорили по душам... ты как, лучше? — Не совсем. Я принесу тебе поесть. Бьякуя вышел из комнаты. А Ичиго ещё несколько минут с непонятным выражением лица смотрела ему вслед... Ей трудновато было понять, что всё-таки происходит. Какого черта этот высокомерный Господин Капитан ждал у её кровати пока пострадавшая не очнётся? Было даже чем-то похоже на беспокойство с его стороны, чего уж точно быть не могло. Он должен её ненавидеть, или, по крайней мере, презирать. Так почему же... Ах, да. Почему ненавидеть? Ичиго была уверена, что Кучики испытывает к ней именно ненависть. Потому что на его месте она чувствовала бы то же самое. Ненависть, презрение, отвращение. Игнорируя боль в спине, девушка сделала усилие и села на кровати, невольно сжав правую руку в кулак. Она знала, что поступила как дура, как последняя дрянь, сначала согласившись сыграть в карты на желание, а потом и выполнив чертово обещание. Поцеловать Бьякую. На глазах у Абараи. Который, как знала добрая половина Сейрейтея, был очень даже неравнодушен к и.о. шинигами. Рангику, как всегда, была пьяна, Ичиго ни в чём не могла её винить, тем более, что, протрезвев, она была в ужасе от загаданного и не помнила, как её угораздило такое придумать. Чего этим добивалась Рукия, рыжая не знала, и знать не хотела. Наплевав на старую дружбу она по возвращению в мир живых втихаря отделала брюнетку так, что та неделю двигаться не могла, и это ещё с немаленькой помощью Иноуэ. Появиться в Сообществе душ Кучики-младшая не могла себе даже позволить. Девушку, так и быть, отправили на четыре года в Каракуру, кабы она должна присматривать за точкой мира живых с наибольшей концентрацией духовных существ, на самом деле её просто пытались оградить от гнева старшего брата, который запросто обо всём пронюхал. А если точнее, Куросаки, сама этого не осознав, раскрыла всю правду, как только требующего объяснений Бьякую окружила смертоносная и в то же время прекрасная сакура. Она никогда не была ябедой. Но обида на Рукию, которая поступила столь низко, не позволила Куросаки молчать.

Флешбэк...

Пока управляющие шестым отрядом занимаются бумажной работой, потревоживший их может перенестись сначала во времени — к началу весны, а потом и в пространстве — в реанимацию. Тяжело был найти кого-либо, кто не знал бы об этом, но даже среди них были те, кто по праву мог назвать себя заядлым самоубийцей. Кто? Догадайтесь с трёх раз. — Войдите, — ответил на стук ледяной голос, и Ичиго, чувствуя, как коленки перестали слушаться, выполнила этот своего рода приказ, уже зная, что где-то там, за полупрозрачной бумажной дверью, хихикают два паршивца, которые и приговорили её к смертной казни через расчленение, несравнимой даже с Сокиоку. Первые несколько шагов девушка сделала словно в тумане, ничего не видя перед собой, но далее, сфокусировав взгляд на тени от маленького столика, на котором и расположились все бумаги, она усилием воли ускорила шаг. Чем быстрее это всё начнётся, тем быстрее кончится, тем быстрее она умрёт. Может даже без мук. Хотя, на что она только надеется??? Ичиго, подойдя к столу впритык, не села, упала на пол, пряча под столом одну руку, сжатую в кулак до той меры, что по пальцам вниз побежали тёплые алые струйки, — ногтями она проткнула кожу на ладонях от чрезмерного напряжения. Она так не волновалась даже перед боем с Айдзеном, от которого зависела судьба всех немногочисленных миров, известных или неизвестных ей, зависела от её самой. Она ничего не боялась. Даже тогда. А сейчас... Куросаки не могла даже заставить себя поднять глаза на капитана, или в собственных мыслях осмелится назвать его по имени. Зажмурив глаза до боли она повернула голову, предположительно зная, где относительно неё находится Кучики-старший, протянув к нему вторую руку. — Ренджи... Капитан... Простите меня... Я должна. Наклонившись через стол Ичиго наконец открыла глаза, и, выполняя чертов карточный долг, положила ещё целую ладонь Бьякуе на лицо, приблизила его к своему, слегка коснувшись его губ своими и тут же потеряв сознание от излишней эмоциональной напряжёнки, очнувшись после, как ни странно, в поместье Кучики. Всё, что она запомнила с последующего всему этому допроса — более или менее спокойный взгляд глубоких серебристых глаз капитана, что тут же успокоил расшатанные нервы рыжей шинигами.

...Наше время

На тумбочке начало надоедливо беситься удостоверение. Опять пустой? Только этого не хватало. Зашедший в комнату Бьякуя застал и.о. шинигами, когда она чуть не свалилась с кровати, пытаясь достать идиотскую деревяшку. — А не слишком ли у тебя обострённое чувство долга? — почти незаметно улыбнувшись спросил он, на что Ичиго, злая на всё на свете, скисла ещё больше. — Заткнись, а? Не смешно уже.