Облако над дюной

Memo Boy — Facebook.net.

      Когда Юкичи скрылся за дверью, к ней тут же приник ухом Осаму, тенью прошмыгнув мимо коллег. - Чёртов суицидник! - Воскликнул Доппо, заметив пропажу Дадзая. - Ты что творишь? - спросил бывший математик недовольно, направляясь к горе-коллеге, чтобы оттащить от двери. Однако шатен лишь шикнул на него и сказал: - Куникида, будь по тише! Я ничего не слышу, что говорит директор! - сказал Осаму обиженным голосом, словно не делал сейчас ничего противоестественного. Блондин вспыхнул от злости и готов был уже отвесить пару тумаков Дадзаю, но его не начавшийся акт насилия прервал Эдогава, дёрнув за рукав пиджака Доппо. - Действительно, Куникида, дай послушать, - сказал Рампо, тоже примостившись у двери.       Осаму сверкнул победной улыбкой и напряг слух, улавливая обрывки предложений. - Нужна твоя помощь, приезжай, - сказал Юкичи, потом устало вздохнул. - А что же, великий детектив, не может сам догадаться, кого позовёт на помощь директор? - насмешливо спросила Йосано, что только вышла из медпункта, протирая нож и поглядывая на своих коллег.       Рампо нахмурил брови и уже приготовился отвечать на колкость доктора, как на него шикнул Дадзай, сказав: - Тише. Не мешайте. И так плохо слышно.       После его слов все замолкли, ведь интерес был выше всего остального. Да, да, даже выше идеалов Доппо, ведь он тоже примкнул к двери. И теперь четыре взрослых члена вооруженного детективного агентства, как маленькие дети, пытались подслушать разговор директора, чтобы уловить хоть капельку информации. Однако Фукудзава вёл на редкость обезличенный диалог без имён и подробностей. - Хорошо, - сказал директор, а после очередного вздоха добавил немного раздражённое: - Не наглей. - В агентство. - Жду.       Видимо Фукудзаве удалось договориться с этим некто, раз он назвал место и сказал «жду».       Ребята нахмурили брови, обдумывая информацию и пытаясь понять кого же позвал нелюдимый директор в их скромную обитель. Однако их молчаливый мозговой штурм прервал звук приближающихся шагов. Йосано тут же побежала обратно в медпункт, размахивая ножом, Доппо приземлился на близстоящий стул, а Рампо и Дадзай отправились туда, где их оставил директор — на диван.       Когда в помещение зашёл Фукудзава, то сразу понял, что что-то не так. Сотрудники были напряженными, а у Доппо на лбу выступил пот. Это значило, что идеалист переживал. Но почему? - Снова что-то сделали? - Спросил директор и внимательно посмотрел ребят, которые в ответ посмотрели с напускным недопониманием, пока Йосано бесшумно хихикала за углом, подглядывая за развернувшимся перед ней шоу.       Рампо, как всегда, быстрее всех смекнул, что Фукудзава сейчас попытается докопаться до истины и снова хмуро на них посмотрит. А этого великий детектив очень не любил. Сладости любим, похвалу любил, особенно от директора, а вот разочарование нет. Поэтому он быстро сменил свой взор на заинтересованный и уставился на директора. Вынув леденец изо рта, Эдогава спросил: - Кому вы звонили, директор? - Тому, кто может нам помочь. - Ответил Юкичи, быстро пробегаясь взглядом по подчинённым, пребывая в своих чертогах разума. - Извините, мне нужно отойти на пару минут. - Но... - не успел Куникида возразить, как Фукудзава скрылся за дверью. - У кого-нибудь есть идеи кто это может быть? - спросил Дадзай в нетерпении, оглядывая всех. Однако ответа он так и не получил, ведь не у кого не было предположений. С кем их начальник может так спокойно разговаривать?       Не успели ребята начать высказывать свои предположения о знакомом Фукудзавы, как он сам вернулся, однако не один, а с пакетом. Он спокойно шёл к своему кабинету, как его остановил голос детектива: - Это что мороженое? Зачем оно вам? Вы же не любите сладкое! - У тебя в глазу рентген что ли? - спросил Осаму, с недоверием глядя на детектива и всматриваясь в его лицо так внимательно, будто действительно верил, что в глазу может быть рентген.       Но не успел Фукудзава и слово вымолвить, как в помещение раздался стук. Минутная тишина. - Войдите! - сказал Доппо, единственный решив предпринять какие-то действия. После его слов в помещение зашла девушка, что тут же привлекала на себя внимание.

surrenderdorothy — BeCarefulUpThere.

      Она прихрамывала, поэтому третий ногой, для опоры, ей служила трость. Однако хромота бросалась в глаза так же, как и цвет её волос. Они были белоснежно белые, словно новые простыни.       Работники агентства молча наблюдали за девушкой, изучая её, что уверенной походкой подошла к директору, выхватывая из его рук пакет, вынимая из него контейнер мороженого. Выудив из кармана ложку, девушка открыла контейнер и, зачерпнув немного мороженного, отправила его в рот.       Удовлетворенно кивнув, девушка с улыбкой посмотрела на Юкичи, показав на свои часы пальцем, как бы говоря «время идёт».       Фукудзава всё понял и, взяв дело со стола, пошёл в свой кабинет. Девушка вместе с мороженым в одной руке и тростью в другой направилась следом, по пути посмотрев на Рампо. Остановившись, девушка пошарила по карманам и, подмигнув ему, кинула детективу пачку мармеладных мишек и приложила палец к губам.       После того, как юная особа скрылась за дверью, никто не решился подслушивать разговор директора вновь, побоялись, что директор понял что ребята до этого подслушивали и может их подловить на этом. Однако вопросов было так же много, как и предположений, поэтому все начали активно обсуждать её, не пытаясь снова прильнуть ушами к двери.       Гул бормотания коллег заполнил помещение. Все, кроме великого детектива, строили теории. И даже Доппо вносил, немного смущённо, свою лепту. Только один Эдогава тревожно смотрел на пачку мармелада и не мог понять, откуда эта девушка узнала, что это его любимый мармелад. Или же это была случайность?       Нет, она явно его подкупила таким образом. Мармелад – плата за молчание. Плата за то, чтобы он не рассказывал кто она и откуда. То есть девушка знала, что он всё поймёт и подготовилась заранее. Вот только в одном она ошиблась.       Эдогава понятия не имел, кто, чёрт возьми, она такая.       Он лишь понял, что она знакома с Фукудзавой и причём давно. Скорее всего они познакомились раньше, чем он с директором, иначе он её видел бы хоть раз. Сколько тогда ей лет? И почему Фукудзава позвал именно её? Она тоже эспер? Если да, то какая способность? Если нет...       В голове Рампо было слишком много вопросов, но даже его ультра дедукция молчала. Словно на эту девушка она не работала вовсе. Он понятия не имел, почему она хромает, почему указала на часы и почему её, именно её, а никого другого, позвал директор. Он сказал, что она поможет. Но в почему именно она?       Хотя нет. Тут стоял вопрос намного глубже. Кто она вообще такая? - Эй, Рампо, а ты что думаешь? - спросил его Дадзай с хитрым прищуром.       Вероятно новичок Осаму ждал ответа на вопрос. Вот только Эдогава так погрузился в свои размышления, что перестал следить за разговором коллег. хотя, право говоря, он и до этого не особо за ним следил. - Я думаю, что мармелад очень вкусный, - ответил с улыбкой детектив и открыв пачку, отправил в рот одного мишку и блаженно перекрыл глаза.       «Чёрт возьми, а эта девочка знала толк в сладостях,» - подумал Рампо. Пока все обменивались предположениями, что за странная особа сейчас в кабинете, Доппо пытался всех заставить работать, а девушка в этот момент в кабинете читала материалы, словно занимательную читала книгу воскресным вечером, а не материалы серийных убийств, и поедала мороженное. - Что скажешь? - спросил Юкичи. - Хару считает, что это серийные убийства. - Мы это и без тебя поняли. - Не перебивай Хару, Юкичи! - Нахмурившись сказала девушка. - Прости, - сказал серебряный волк и прикрыл глаза, опустив голову.       Хромая кивнула, как бы принимая извинения, и продолжила: - В этом явно замешан эспер, ведь иначе песок не оказался бы, буквально, в внутренних органах жертв. Это всё девушки до тридцати, молодые. Убийца тщательно подходит к выбору жертв, значит вариант «убийство ради убийства» отпадает. Это радует. - Почему ты так считаешь? - заинтересованно спросил Фукудзава. - Во-первых, как Хару уже сказала ранее, они все примерно одного возраста. Во-вторых, у них похожа одежда. В-третьих, что самое важное, у них пожиже черты лица - нежные и немного детские. Хотя, возможно, что убийца специально переодевал жертв, так что второй пункт, как схожести, может отпасть, но даст зацепку к убийце. Нужно опросить родных погибших и осмотреть тела, тогда будет больше ответов, - сказала девушка и, отправив в рот последнюю ложечку мороженного, направилась к двери. - Стой! Ты куда? - Хару идёт домой. - Но ты же ничего толком не сказала! - Слишком мало данных, чтобы назвать виновного сразу. К тому же, у Фукудзавы вроде есть уже первоклассный детектив в штате, что постоянно расследует дела. Так что тебе здесь не нужна помощь! - Подожди же ты! Откуда ты узнала про детектива? - Хару просто знает. А что? - Ничего, просто если бы ты искала информацию, как ты делаешь это обычно, то знала бы, что ему нельзя появляться на месте преступления, а без этого он отказывается работать. - Мальчишка, - ответила с ворчанием девушка. - И это говорит та, кто отказался приезжать, если я не куплю мороженное? - спросил Юкичи. - Заткнись. Хару, как машина, не работает без топлива. Только бензин не вкусный в отличие от мороженого. - Понял, - со вздохом ответил мужчина, а потом спросил: - Ну так что? - Что? - переспросила девушка. - Ты возьмёшься за это дело? - А что Хару получит в замен? - Что хочешь? - спросил волк, уже зная ответ.       Девушка пожала плечами и сказала: - Хару пока не придумала что-то конкретное, хочет оставить за собой право воспользоваться этим желание позже. - То есть ты хочешь что-то похоже на вексель? Я правильно понял? - со всей серьёзностью спросил Юкичи.       Девушка неопределенно махнула рукой, как бы одновременно и соглашаясь со словами Юкичи, и нет.       Мужчина снова тяжело вздохнул, а после протянул руку девушке, чтобы закрепить их договор рукопожатием. Девушка отложила упаковку от мороженного, вытерла об себя руки и подала руку в ответ.       Договор с дьяволом заключён.       После этого девушка встала и стремительно направилась к выходу из кабинета, а после и из агентства. Однако у двери её остановил Фукудзава своим вопросом: - Куда ты? - Хару идёт в полицию. - Зачем? - Хару хочет увидеть труппы. - За..? - только начал говорить Юкичи, как его прервала девушка: - Труппы – незаменимый источник информации. Они могут многое рассказать. А Хару нужна информация. - Я отправлю с тобой кого-нибудь?       Девушка остановилась у двери изогнув бровь, как бы спрашивая: «зачем?» - Мне так будет спокойнее. - А Хару спокойнее в одиночку. Она привыкла быть одна, - парировала девушка, нахмурив брови, - ей не нужна компания. - Но ты здесь. - Долг, - просто ответила беловолосая и вышла за дверь.       Директор, стоял посреди комнаты, сжимая переносицу, словно от боли, и нахмурив брови. Он ничего не говорил, но всем было понятно, что он недоволен ситуацией, тем, как поступила девушка. - Куникида, - кротко позвал Фукудзава. - Да, господин директор? - спросил Доппо, поправив очки. - Проследи за Хару, пожалуйста. Не подходи к ней слишком быстро, иначе она тебя заметит. Хорошо? - Понял, - беспрекословно согласился идеалист со вздохом перечеркивая весь план на сегодняшний день. - Извините, директор, но что это за девушка? - спросила Йосано, выйдя из-за угла. - Она поможет с делом, раз Рампо отстранила полиция, - объяснил Юкичи. - Эй, я не виноват!.. - начал было снова доказывать свою "невинность" детектив, но его прервала Йосано кашлем и многозначительным взглядом, который намекал на то, что триада Эдогавы сейчас совсем не к месту. - А почему она так странно говорит? - неожиданно спросил Дадзай. - Странно? - переспросил Юкичи. - Ну, называет себя в третьем лице. Разве это не странно? - пояснил Осаму. - Побочный эффект воспитания, - ответил со вздохом Юкичи, стоя у окна и наблюдая в след за удаляющийся фигурой девушки, что в обнимку с мороженным стремительно шла по дороге.       Она так выросла с тех пор, как серебряный волк видел её в последний раз. Многое изменилось с тех пор. Хару выросла, перестала носить платья и стала увереннее.       Люди меняются. Особенно дети. Они за год могут измениться сильнее, чем некоторые взрослые за пару лет. Их увлечения, вкусы в одежде, предпочтения в еде или же манера речи может измениться, как многим кажется, по щелчку, в мгновение. Однако это лишь так кажется для окружающих, которые забыли, что сами когда-то были детьми, пытающимися познать мир и себя, что мечтали о единорогах и ждали подарки под елкой на рождество. Да, время стремительно движется, но это не является чем-то плохим. Это просто часть жизни из-за которой может быть некоторым тоскливо. Как будто, наблюдая за стремительным ростом ребёнка, чувствуешь, как быстро течёт время, которое не дарит тебе молодость, а наоборот — отбирает её.       Хотя некоторые вещи остаются неизменными. Например, любовь к мороженному Хару, её белые волосы и… Хромота. Сколько Юкичи был знаком с Хару он всегда помнил её с тростью. Словно она всегда была её частью. Хотя это не является правдой, ведь она была обычным ребёнком без каких либо отклонений до определённого момента.       И тот день, когда он познакомился с беловолосой девчонкой, Юкучи, к своему сожалению или к счастью, не забудет никогда. Вспоминая события минувших дней ему до сих пор кажется будто он всё так же стоит на утёсе. Чертовы воспоминания…

***

Nightmargin — Silverpoint.

      Цикады вели оживлённую беседу, вороны громко кричали, словно хрипло смеялись, а солнце распласталось по земле, пытаясь забраться в каждый уголок, в каждую щель и подарить своё тепло всем и каждому. Тишину разрезал игривый ветерок, что лёгкими движениями трогал одежду людей и их волосы. Этот ветерок был юн, поэтому он не отказывал себе в удовольствии дотронуться до лиц людей, очертить их контур. Было жарко и душно, хотелось скрыться от солнца в целительной тени, что делали многие люди, но эти трое.       Вороны продолжали смеяться, ветер нестись по земле, создавая хаос, а три тёмные фигуры продолжали стоять и смотреть на свежую могилу. Пока весь мир продолжал издавать звуки жизни, три сгорбленные фигуры находились в прострации, будто и не в этом мире вовсе. Будто это не они потеряли нечто ценное. Для них исчезли звуки, ощущения, а весь мир сжался до мраморного прямоугольника с инициалами и датой.       Пустые глаза, сжатые губы, хмурые брови, молчание, ладонь прижатая к рту. Двое мужчин и девушка, смотрели, уткнувшись в могилу глазами. Они видели труп, видели вскрытие, видели момент похорон, видели момент смерти близкого человека. Но ничего, чёрт возьми, ничего не могли с этим поделать. Они не могли изменить произошедшее и это давило на них, как плита на которую был направлен взор.       Факт неизбежности событий, что привёл их в это время к этому месту, приносил боль.       Один мужчина поправил алый шарф на шее, не сводя взгляда с могилы. Второй же мужчина, спрятав руки в рукава своего хаори, стоял рядом. Девочка с бездонными глазами смотрела на буквы на надгробии, смотрела на цифры, что въелись в память, которые не хуже сигаретного дыма впитывались в обои, смотрела и мяла подол своего маленького чёрного платья, что таким контрастным казалось с её волосами. Она всё смотрела и смотрела на кусок камня и никак не могла уложить в своей маленькой голове, что его больше нет.       Отца больше нет.       И не только у девочки был диссонанс в душе, он был у всех кто присутствовал в этот день здесь. Три фигуры смотрели на свежую могилу, смотрели на камень с буквами и цифрами и не могли отвести взгляд.

19хх.07.19. Рю Мураками

      На похоронах не было никого, кроме этих троих и лопаты, что пронзила землю. Они не верили в Бога, но зато в него верил, тот, кто лежит в земле.       «Каждый получает не то, что хочет, а то, что достоин,» - говорил тот, чьё сердце билось ранее.       Но разве был достоин умереть тот, кто всю жизнь спасал людей? Разве был достоин умереть тот, кто имел счастье любить и быть любимым? Разве ребёнок достоин бы видеть, как умирает отец, кашляя кровью и бездумно шепча извинения и признания любви? А друзья? Они достойны этой боли?       «Бог не даёт нам тех испытаний, которые мы не можем вынести,» - говорил человек, что раньше озарял своей улыбкой самый хмурый день.       Да, испытания можно вынести, можно пережить смерть. Но какова плата за это? сможет ли человек спать без кошмаров после такого? Как это повлияет на него? Оставит пару рубцов на сердце или эта боль сведёт с ума?       Плата за смерть высока, однако платят её не только мертвые, но и живые.       Алые разводы на стене в кабинете будут служить ежедневным напоминанием того, что было перерезано горло преданного товарища. Теперь мужчина носит на своей шее шарф такого же цвета, как и кровь, что служит напоминанием о случившемся.       Красная рукоять катаны будет напоминать о каплях крови, что медленно стекали по шее партнера по заданиям. Мужчина с серыми волосами будет носить эту катану всегда с собой, как и болезненные воспоминания, в своём разуме, о смерти человека, что стал для него близок.       Девочка теперь никогда не сможет сыграть в догонялки на площадке с друзьями, У неё теперь вообще нет друзей, ведь рядом с её ногами появился один единственный настоящий друг —костыль. Она больше не сможет резво бегать по дому, напевая различные песни из мульков, что недавно смотрела. Нет, теперь девочка будет всё время чувствовать боль в ноге, что будет служить ей ежедневным напоминанием о том, что она оплошала, что не успела спасти отца. Это напоминание о том, что она не смогла спасти близкого человека.       Напоминание о слабости.       Напоминание о боли.       Напоминание об одиночестве.       Мужчины понимали, что не будет ни траура, ни похорон. Они понимали, что у таких, как они, не будет шанса на признание после смерти, на пышные похороны, да и на покой в принципе. Хотя, если задуматься, похороны, ведь не для мертвых, а для живых. Они помогают принять факт смерти, закрыть главу жизни связанную с умершим.       Однако смотря на малютку с пустыми глазами можно было понять, что она не здесь. Она всё ещё там, со своим отцом. Вот они только недавно смотрели мультики, только недавно собирали вместе оригами вечером и тут...       Бум.       Смерть.       Негодница с косой разрушила милый семейный оазис семьи Мураками. Ворвалась в их уютный и светлый мир, снесла с полок игрушки, выпотрошила фотографии, стерев с них знакомые лица.       Теперь уже ничего не будет как раньше, хотя подождите. Кое что всё же осталось.       Ветер.       Он всё так же, как и до смерти Рю, играл: трогал людей, ворошил их волосы и одежду лёгкими движениями. Солёные брызги прилетами в лицо и мочили щёки вместо слёз. Два мужчины смотрели друг на друга с решимостью, пока девочка буравила взглядом могильный камень. Солнце продолжало нагревать землю до небывалых градусов.       Обстановка накаливалась, как и температура на улице, а два взрослых человека не могли решить проблему, предмет которой был перед ними.       Громкость в разговоре повышалась, как и раздражение в телах мужчин, переходившее в ярость. Они никак не могли решить, кто же заберёт себе девочку на попечение, кто направит её дар в нужное русло, по его мнению. Каждый стоял на своём и не хотел уступать другому, ведь каждый был верен своим принципам, взглядам и мнениям.       И вот, когда мужчины были готовы вот вот сорваться друг на друга, обнажить клинки и вступить друг с другом в бой, малышка, всё ещё смотревшая на могилу, сказала: - Не стоит. Я знаю, как решить проблему.       Мужчины остановились, расправили плечи и с интересом посмотрели на того, за кого хотели сражаться, но совершенно забыли о его присутствии. - И как же, дитя? - спокойно спросил Мори. - Подбросите монетку, - ответила девочка, наклонив голову и протягивая монетку мужчинам, что она достала из своего небольшого кармана в платье.       Фукудзава и Мори переглянулись, принимая монетку. Они понимали, как глупо сейчас поступают, полагаясь на Судьбу, но их спор действительно нельзя было решить иначе. малышка была слишком мала, чтобы принимать подобные решения, а они не могли прийти к соглашению из-за личных интересов. Так что да, действительно в данном случае был лишь один верный выход — бросить монетку.       Мори принял из рук ребёнка монету и, повертев её с разных сторон, сказал, глядя в глаза Юкичи: - Орёл. - Решка, - ответил второй.       Мужчина с алым шарфом лёгким движением подкинул монету. Она вспорхнула в воздух, но даже лёгкий ветерок не смог сильно изменить её траекторию. Под громкий выкрик вороны, монета приземлилась в ладонь мужчины, что накрыл её второй рукой. Выдохнув он поднял ладонь.       Молчание.