Сон в Эдемском саду

Валентин с самого начала знал, что из этого свидания вслепую ничего не выйдет, но после встречи с Томой в кафе убедился окончательно в этом. Он не хотел обидеть девушку, которая была не в чем не виновата, поэтому оплатил счёт, вызвал ей такси и с наилучшими пожеланиями отправил восвояси. Он принял решение больше не заниматься подобной ерундой, которая может испортить и ему и окружающим настроение. Он ещё не осознал что стал геем, просто считал что ему понравился секс с красивым мужчиной, который по своей ухоженности и чертам напоминал девушку. В конце концов он мог бы просто трахать его и дальше, если бы Тома был не против или предложить нечто другое. Но что? Угрожать? Использовать афродизиак на постоянной основе? Может предложить встречаться? Нет, все эти варианты не подходят ему. Но тогда что делать? Он так сильно соскучился по нему, что казалось ещё немного и сойдёт с ума, но несмотря на это, он ещё не был готов принять тот факт что является геем, который не просто хочет переспать с мужчиной, но полюбил его всем сердцем. Тома кое-как доковылял до дома, после чего яростно швырнул ужин на стол. После увиденного, еда стояла уже поперек горла. Он возненавидел себя, киллера и всё что окружало его. Это было невыносимо больно и злило до кровоизлияния из носа. От накатившейся злости его глаза покраснели и увлажнились. Он пнул ногой табурет, который постоянно мешался на кухне, после чего решил его окончательно разломать на дрова, выпуская таким образом накопившийся пар, который прожигал всю душу. Когда табурет благополучно был расчленён на многочисленные части, он не выдержал и рухнул на пол заливаясь рыданиями. Как он докатился до такого состояния, Тома сам не понимал. Но было уже поздно что-либо понимать, поскольку весь разум горел в огне, а разбитое сердце истекало кровью. Спустя время он наконец успокоился, после чего принял душ, оделся и поехал в ночной клуб с намерением оторваться. Такой выходкой он рассчитывал на то, что ему станет легче. Он решил отомстить, хоть и знал что мстить некому. Валентину было побоку на его выходки и псевдоместь. Тома представил себе, как тот занимается любовью с той девушкой у себя на кровати и только больше ожесточился от этой мысли. Конечно же Валентин не выбросит на утро все простыни, возможно даже на память их оставит как упоминание о том, что он настоящий мужчина, а не гомик какой-нибудь, который трахнул его только под влиянием наркотиков, а на трезвую и не встанет на него даже. С каждой подобной мыслью изумрудные глаза всё явственнее краснели от ярости и невыносимой ревности, которая разъедала подобно уксусной кислоте всю его душу. Валентин пришёл домой и набрал номер Томы с намерением поговорить и встретиться, но никто не ответил. На уровне подсознания он допускал, что Тома мог заметить его в компании девушки, поэтому обиделся, но с другой стороны он с трудом в это верил. Чтобы обижаться нужно испытывать хоть какие-то чувства, а Томе скорее всего было всё равно на него. За прошедшую неделю он звонил несколько раз, правда Валентин намеренно не отвечал, стараясь не контактировать с ним. Это были последние попытки стать нормальным, которые с громким треском провалились. Валентин понял, что всё бесполезно, чем дольше они не виделись, тем сильнее он мучился и нуждался в нём. Он не мог спать по ночам и в каждом прохожем искал его взглядом, надеясь увидеть хотя бы мельком полюбившиеся черты. Спустя несколько попыток дозвониться, он отбросил эту идею и решил лично к нему наведаться, но и дома его не оказалось. Валентин понятия не имел куда он мог уйти в такой поздний час, поэтому набрал повторно его номер, не замечая как сердце забилось быстрее, а руки затряслись от наплыва переживаний. После второго гудка, он услышал сигнал рингтона, который исходил из глубины шахты лифта. Валентин отстранил телефон от своего уха и внимательно прислушался к звукам. Тома поднимался на лифте, но учитывая шум который исходил оттуда, он определённо был не один. Спустя несколько секунд двери лифта наконец открылись и в проходе показалось два человека, которые волочились друг за другом, не разбирая дороги. Один из них несомненно был Тома. Он целовался со вторым человеком, который придавил его к стене напротив лифта и прижимался к нему. Это был какой-то молодой мужчина. Валентин замер в ошеломлении при виде такой картины, но в следующую секунду испытал такую ярость, что был готов убить их обоих на месте и просто разорвать на мелкие куски. Серые глаза начали извергать гром и молнии, а дыхание участилось от наплыва злости. Пока какой-то левый мужик страстно присосался к Томе и лапал его белоснежное тело своими руками, которые проникли под рубашку, Валентин несколько секунд наблюдал неотрывно за происходящим, постепенно вскипая до крайности, после чего подобно Немезису шагнул в их сторону. Целующиеся заметили, что помимо них на фоне мелькает третий лишний, поэтому резко отпрянули друг от друга. -Какого хуя здесь происходит?!-Подал голос разъярённый Валентин. Он был настолько зол, что автоматически приготовился к тому, чтобы избить мужика, который так позарился на то что принадлежит ему. Мужчина был его возраста, но походил на типичного гея. Он был достаточно ухоженный и стильно одет. На его руках было несколько непонятных татуировок, которые Валентин не сумел разглядеть из-за того, что было далеко не до них. Мужчина окинул взглядом с головы до ног Валентина и насторожился, поскольку тот походил на Титана из второго Резидент Эвила. -Том, это твой брат?-Спросил он Тому и взглянул на него, но не нашёл ни одного сходства между ними, отчего покрылся мурашками от осознания того, что может произойти дальше. Валентин обратил внимания на то, что тот стоит слишком близко к Томе, поэтому шагнул в его сторону с намерением начать запланированное избиение. Мужчина не дал ему этого сделать, поскольку вовремя понял, что тот его попросту убьет на месте. Тут к гадалке не ходи. Он поспешно отпрянул от Томы, поднял руки в знак того, что ни на что не претендует и проползая по стене быстрым бегом ретировался по лестнице, которая располагалась дальше за лифтом, спускаясь вниз к выходу настолько быстро насколько ноги позволяли. Тома отдышался и с укором взглянул на озлобленного Валентина, который напоминал разъярённого быка. Их взгляды сцепились надолго и ни один из них не уступал в свирепости. -Блядь, зачем ты здесь?-Не выдержал Тома и спросил.