Первый год любви

Анафема уже минут пять пялилась на Азирафеля, который в свою очередь пялился на Кроули. Азирафель, к раздражению Анафемы, её гневного взгляда не замечал совершенно. — Азирафель, — с нажимом позвала девушка. — Азирафель. Фэлл утвердительно промычал в ответ, всё еще не спуская взгляда с компании Демонов, которые находились через один стол от них. Азирафель чуть ли не за рукав тянул Анафему в столовую, чтобы успеть занять столик в уютном уголке столовой, прямо рядом с большим окном в пол, выходящим на школьный внутренний двор. Но самое главное в этом столе было то, что он находился очень близко к обычному месту Демонов. Как хорошо, что сегодня студентов выгнали из парка обедать в столовую — в школьном дворе проводили уборку территории. У его маленькой подлости, которую он придумал буквально минуту назад, есть все шансы на осуществление. Кроули, не отрывая сосредоточенного взгляда от своего айфона, достал из рюкзака бутылку колы, поставил на стол и уже хотел было открыть, но его и сидящую рядом Вельзевул окликнула Майкл, стоящая в проходе между столиками. Она держала в руках несколько листов бумаги и что-то интенсивно записывала. Майкл подняла глаза и махнула рукой, подзывая их к себе. Азирафель пробежался взглядом по остальным членам банды. Лигур и Дагон у вендингого автомата. Хастур сидит спиной и разговаривает по телефону. Неужели есть шанс… Кроули вздохнул и пошёл вместе с Вельзевул к Майкл. Есть! Азирафель стрелой метнулся к столу Демонов, чуть не сбив по пути проходящего мимо Ньюта, схватил бутылку колы и со всей силы встряхнул. И ещё раз. И ещё. Наблюдавшая за ним Анафема закрыла руками лицо и проскрежетала: — Ой, дурак… Азирафель вернулся на своё место напротив Анафемы и сверхчеловеческими усилиями воли заставил себя сидеть ровно и не подпрыгивать от нервного возбуждения. Жаль, его скорость сейчас не видел физрук — отправил бы на городские соревнования по бегу. Ньют сел рядом со своей девушкой и чмокнул её в щёку. — Как ты вовремя, Ньют, — пробормотал Фэлл, у которого глаза, казалось, никогда больше не отклеятся от Кроули. Ньют перевёл растерянный взгляд с напряжённой Анафемы на не менее напряжённого, но более воодушевлённого Азирафеля и нахмурился. — А что с вами обоими… — Да блять! На возглас Кроули обернулись все окружавшие их студенты. С его волос, ещё пару минут назад уложенных в идеальную укладку, стекали сладкие капли, а чёрная рубашка неприятно липла к телу. Весёлый шум разговаривающих школьников превратился в возбуждённые перешёптывания, а некоторые особо наглые студенты направили на Энтони камеры своих смартфонов. Кроули сдёрнул с себя очки, обвёл сузившимися глазами студентов вокруг себя. И безошибочно нашёл виновника. Азирафель виновато ему улыбнулся. Анафема развернулась к другу и совершенно спокойно произнесла: — Он тебя убьёт. Азирафель нервно хихикнул. Анафема продолжила тем же тоном: — Не то, чтобы мы ему позволим, но будь готов морально. Кроули улыбнулся. Уголок губ Фэлла тоже непроизвольно пополз вверх. Атака засчитана. Азирафелю казалось, что он готов к любой реакции — от игнорирования до драки (односторонней — он совершенно не умел драться и вообще был против насилия), но реальность оказалась более сюрреалистичной. Глядя ему прямо в глаза, Кроули бросил очки на стол и начал медленно расстёгивать мокрую рубашку. Ни на секунду не прерывая зрительный контакт. Азирафель тонко вздохнул. Вот что он делает, на него ведь не только Азирафель смотрит, но и куча студентов! Смотрит на его гибкую шею, изящные ключицы, крепко сбитые мышцы груди… Теперь понятно, что чувствует мышка перед разевающей пасть змеёй. Судя по тому, что улыбка Кроули стала ещё более хищной, Фэлл всё-таки сильно покраснел. Чёрт! Энтони расстегнул рубашку чуть ли не до пупка и остановился, когда Вельзевул схватила его за запястье и что-то прошипела. Судя по выражению лица, что-то явно нецензурное. Кроули в ответ закатил глаза и, схватив свой кожаный рюкзак, направился к выходу, даже не пытаясь прикрыть свой полуобнажённый торс. Хастур с Вельзевул переглянулись и направились за ним. Как только Демоны вышли из столовой, Азирафель громко выдохнул и откинулся на спинку стула. Ладно, неплохо получилось. Теперь нужно морально готовиться к ответному «нападению». — И что это сейчас было? Азирафель выпрямился и улыбнулся Ньюту: — О чём ты? Обычная пятница. Анафема погладила Ньюта по щеке: — Вот вылезал бы почаще из своего компьютерного клуба, видел бы, как Азирафель в отрыв ушёл, — она бросила на него ироничный взгляд. — А ведь такой прилежный студент. Был. Ньют поцеловал её ладонь и снова обратился к лучшему другу: — Они точно к тебе всей толпой не пристают? — Все они — нет. Только один, — Азирафель сделал глоток чая и поморщился. Остыл. — Ньют, ты мне этот же вопрос позавчера задавал. За два дня ничего не изменилось. — Ты не забывай, что ты тоже не просто в сторонке стоишь, — вставила Анафема. Фэлл пожал плечами: — Кроули первый начал. — Но он считает, что первым начал ты. Азирафель неопределённо хмыкнул и стал ковыряться вилкой в овощном салате. Это Азирафель знает, что не он так подставил Кроули в той ситуации с порчей его личных вещей, так что технически, это Энтони начал к нему приставать. Да и по большому счёту уже не важно, кто первый начал. Азирафель надеялся, что после его недельного отсутствия в школе Кроули потеряет к нему интерес, но жизнь его мнения не спрашивала и не собиралась этого делать и в дальнейшем. Обычно Азирафель старался не вступать ни в какие конфликты, даже если люди ломали его личные границы. Но Кроули не то, чтобы ломал их — он проезжался по ним бульдозером, и такое Азирафель терпеть уже не стал. Всю неделю то один, то второй с чувством портили друг другу спокойную жизнь: в понедельник, на общем для них уроке английского языка, Кроули (видимо, выяснивший, за какой партой Азирафель предпочитает сидеть на всех уроках) измазал стул Фэлла клеем, и у Азирафеля порвались брюки. На следующий день Азирафель, поняв, какое место выбирает себе Кроули, расшатал болты его стула так, что Кроули грохнулся на пол прямо в начале урока. Он не был уверен, что у него получится такое провернуть, но дверь в кабинет оказалась не заперта забывчивым учителем. Среда оказалась днём передышки и восстановления сил, а в четверг Энтони сбросил на него шарики с краской из окна второго этажа, когда Фэлл обедал, сидя на лавочке на школьном дворе. Казалось, он за эту неделю испытал больше эмоций — злости и раздражения, в основном — чем за всю школьную жизнь. Хотя и не только раздражение; к нему примешивались трепет, волнение, причём не обычное его тревожное волнение, а какое-то более… приятное?.. Голос Ньюта вернул Азирафеля в реальность: — До начала урока двадцать минут, нам надо уже пойти к кабинетам, а то мало ли он тебя подкараулить решат, когда все студенты разойдутся. Азирафель издал вздох раздражения, но стал неторопливо собираться. Он, конечно, был уверен, что ничего такого Демоны делать не будут (все, кроме Кроули, его ни разу и пальцем не тронули), но лишняя осторожность никогда не помешает.

*

Когда Демоны, уже в полном составе, вышли из столовой, Хастур громко выдохнул и легонько стукнул Кроули, что-то сосредоточенно изучающего в своём айфоне, кулаком в плечо: — Кроули, мать твою, я думал ты там полноценный стриптиз устроишь. Меня чуть инфаркт не хватил. Кроули широко улыбнулся. — Что, настолько горячо было, а? — он перевёл взгляд на обмахивающегося ладонью Лигура и игриво пихнул его локтём. — Вон смотри, как Лигура проняло. Лигур прикрыл глаза: — Кроули, вот просто… Просто молчи. Энтони махнул на них рукой в притворной обиде и снова погрузился в свой смартфон: — Да ну вас нахер. Главное, что мой ангел оценил. Вельзевул, возглавляющая процессию, обернулась и окинула Кроули скептическим взглядом: — Он не твой. — Эй, имею право! Он мне за эту неделю пиздец сколько нервов потрепал, это уже личное. — А мне кажется, это ты его треплешь постоянно. Как он на тебя заявление за харрасмент не накатал, не понимаю. Кроули прикрыл глаза и мечтательно улыбнулся. О, как же ему нравилась их с ангелом маленькая игра! Особенно Кроули нравилось беспокоить Азирафеля прикосновениями (выше поясницы, он всё-таки джентльмен) и грязными (хотя и не сильно, он может горячее) шутками и речами. Азирафель так очаровательно смущался, но эта чертовщинка и непокорность, блестевшие в глазах… А эти ответные действия с его стороны? Просто восторг! Кроули прекрасно осознавал, что они ведут себя как в детском саду и что их взаимные розыгрыши были в целом очень невинны, но именно с Азирафелем это ощущалось возбуждающе как никогда. Причём, возбуждающе во всех смыслах. И ведь и правда он — вылитый ангел. Эти миловидные черты лица, светлые-светлые волосы, серо-голубые глаза, мягкие губы, которые он неосознанно поджимал, когда был чем-то недоволен. Да, Кроули начал подмечать и такие незначительные детали — а зачем, он сам не знал. Само как-то получалось. Азирафель даже одежду выбирал светлых тонов — обычно что-то из мягких, не сковывающих движений тканей, подчеркивающих плавные изгибы его тела. И это уже не говоря об имени. Дьявол, а ведь Фэлл действительно просто невероятно привлекательный… Смартфон Хастура издал звук громкого кваканья — извещение о входящем сообщении. Он прочитал смс и, быстро глянув на друзей, начал писать ответ: — Я сегодня с вами провожать тебя, — он бросил взгляд на Кроули, — в аэропорт не смогу поехать, Гэб говорит обязательно на собрании команды быть. Сегодня он объявит окончательное расписание тренировок. Габриэль уже несколько лет был капитаном школьной команды по регби «Regent Knights» (среди студентов называемые просто Рыцарями) и отлично справлялся со своей ролью лидера, ведь команда регулярно побеждала в соревнованиях различного уровня и масштаба. Габриэль и Хастур, играя вместе, создавали впечатление самых лучших друзей на планете Земля — они понимали друг друга с полувзгляда, а их подколы только добавляли остроты атмосфере. Хастур, играющий на позиции нападающего, не обладал широкими плечами, впечатляющими рельефами и тому подобными физическими характеристиками, но, благодаря тренировкам с Габриэлем, он уже не первый год являлся одним из лучших игроков команды. Демоны остановились у локера Кроули. Он прислонился к нему плечом и отозвался, всё ещё не отрываясь от экрана айфона: — Да меня вообще можно не провожать. Тем более, я кэб возьму, а не свою Девочку. Вельзевул обратилась к Хастуру: — Скинь мне расписание, когда этот Архангел его объявит. Кроули, да отвлекись ты уже! — девушка заглянула в его экран и сморщилась. — Весь день уже в инсте залипаешь. И давай бери запасную футболку, стоишь тут полуголый посреди коридора. На тебя все пялятся. Закатив глаза, Кроули убрал айфон в карман модных рваных джинсов и карикатурно поклонился: — Слушаюсь, о Повелительница. И начал снимать рубашку. В коридоре неуловимо поднялся уровень шума — из-за загудевшего шёпота и чьи-то застенчивых смешков. Проходящая мимо девушка, засмотревшись, споткнулась, но её успела подхватить шедшая рядом подруга. Вельзевул закрыла рукой лицо: — Кроули, ради Сатаны… — Что? Пусть полюбуются, я не против. — Ой, да было б чем любоваться, — хохотнул Хастур и махнул рукой в конец коридора. — Змеюка, там у лестницы маячит Шэдвелл, давай быстрее. И так для половины школы развлечение устроил. — Да всего для пары человек — фыркнул Кроули. — Это включая столовую. — Я и говорю, для пары человек. — Вы закончили? — Лигур встал между Энтони и Хастуром. — Хватит трещать, пойдёмте курить уже. …Они вышли через чёрный ход на своё обычное место для перекура. Хастур и Лигур сели на деревянную скамейку, которую сами же и притащили сюда из спортзала, и с наслаждением затянулись сигаретами. Кроули скинул с себя мокрую рубашку и натянул футболку. Дагон жевала яблоко, следя за Кроули долгим внимательным взглядом, и наконец произнесла: — Чего ты так долго возишься с этим Фэллом? Давно пора на место его поставить. Ещё и нам не даёшь его трогать. Хастур согласно замычал. — Никто не будет его трогать кроме меня, я говорил уже. Попробуйте только, — добавил он, приспустив очки и обведя друзей сузившимися глазами. Никто из Демонов не впечатлился. — Да нужен он нам, — дёрнул плечом Лигур. — Раз тебе так это всё нравится, сам разбирайся. Дагон ткнула в Кроули пальцем: — Но ты учти, что твой — а, значит, в каком-то смысле и наш — авторитет подрывается. Ведёте себя не как выпускники, а как детсадовцы. — Ну и что? Мне давно так весело не было, так что… Телефон Кроули пискнул, сообщая о входящем сообщении. Он открыл мессенджер и, улыбнувшись, пробормотал: — О, мастер подтвердил запись, супер. Хастур вперился в Кроули удивлённым взглядом. — Ты ещё одну татуху собрался набить? — Ага. — И как к этому Люцифер относится? — ухмыльнулась Вельзевул. Кроули кинул на неё оскорблённый взгляд: — Во-первых, я совершеннолетний человек и могу делать, что хочу. Во-вторых, он сказал — сейчас дословно — что могу бить, где вздумается, хоть на заднице, главное не на лице. Деловой стиль, презентабельный внешний вид и всё такое прочее. — Ха, на сколько он тебя за эту татуху, — Хастур указал на правый висок, — под домашний арест посадил? Месяц? — Две недели, — дёрнул плечом Кроули. — А если бы он тогда срочно не улетел в Америку, был бы месяц, — хохотнула Дагон. Она прицелилась и точным броском кинула огрызок яблока в мусорную корзину. — Где будешь бить? Вопрос «что бить?» никто из них даже не думал задавать — все и так понимали, что это будет змея. — Ещё не решил точно, — Энтони пожал плечами. — Может, Асмодея затащу в салон, ему что-нибудь тоже набьём. Хастур закатил глаза: — Ой, Асмодей три часа между двумя одинаковыми рубашками выбирает, а тут татуировка. Вельзевул обернулась к нему с выгнутой бровью: — А сам-то? Всю перемену вчера стоял думал, какую задачу по математике для самостоятельного решения выбрать. — Кстати, о контрольной задаче на выбор. Кто-нибудь взял те сложные примеры с интегралами?.. …Перемена оборвалась трелью раздававшегося по всей школе звонка, и Демоны, затушив сигареты, направились на уроки.

*

Прозвенел звонок, сообщая об окончании предпоследнего урока. Пережить ещё один — и можно радостно мчаться навстречу выходным дням. Это уже само по себе поднимало настроение, но у выпускников оно поднялось ещё больше, ведь их ждал очень приятный сюрприз. — Чего они там столпились? — Анафема кивнула на доску объявлений, у которой столпились студенты всех старших классов. К огромной пробковой доске объявлений, висевшей в холле и увешанной впечатляющим количеством различных плакатов — начиная от анонса о наборе в театральную студию и заканчивая просьбой вернуть украденные мячи обратно в спортзал, был прикреплён обычный лист формата А4 с каким-то объявлением, но именно ему было уделено повышенное внимание. Подождав, пока основная масса студентов разойдётся, друзья приблизились к объявлению. — О, мадам Трейси выбила нам поездку, — Анафема дочитала до конца и улыбнулась, — в Париж, Азирафель. Ничего себе! Мадам Трейси курировала внеклассную деятельность школьников, и иногда у неё получалось выбить у администрации деньги на поездки и различные культурно-развлекательные мероприятия. За это студенты её просто обожали. Да и не только за это — мадам Трейси была чудесным человеком, к которой можно было прийти не только за советом по поводу организации какой-нибудь вечеринки, но и за чаем с печеньками после особенно стрессового экзамена. Их выезд в Париж состоится через два с половиной месяца, в начале декабря, причём он организовывается только для выпускников. Сейчас студентам нужно подойти в бухгалтерию с паспортом и взять заявление, сдать которое нужно до 30 сентября. Азирафель тоже дочитал объявление. — Да, и заплатить нужно сто пятьдесят фунтов. — Это гораздо дешевле, чем вышло бы путешествие соло, — пожала плечами Анафемы. — А тут тебе за эти деньги и проживание, и питание, и культурная программа, и билеты. Красота! — Что за толпа? Голос Вельзевул прозвучал настолько громко и резко, что Азирафель вздрогнул. Толпы, как таковой, уже не было — большая часть студентов уже разошлась по своим делам. Демоны подошли к доске и начали читать объявление. Все, кроме Кроули, который, не отрывал взгляда от экрана айфона. Его брендовые солнцезащитные очки были сдвинуты на лоб, а сам Кроули уже переоделся в чёрную обтягивающую футболку с глубоким вырезом. Азирафелю пришлось напомнить себе, что пялиться на людей настолько долго некультурно, он ведь не Кроули, в конце концов. Хастур пихнул Энтони локтем. Он оторвался от телефона, обвёл всех присутствующих рассеянным взглядом, задержавшись на Азирафеле, и остановился на Хастуре: — Чего? — Поездку нам организовывают. — Куда едем? — скучающе спросил он. — В Париж. Кроули одобрительно замычал. Лигур протиснулся вперёд и наклонился к объявлению: — Так, а сколько это стоит-то? Анафема ткнула пальцем в нужную строчку: — Вот. Сто пятьдесят фунтов за всё. —Почти бесплатно, — одобрительно хмыкнула Вельзевул. — Мадам Трейси, как всегда, на высоте. Фэлл поджал губы. Интересно, какого это жить, не особо следя за своими тратами?.. Теперь у доски остались только Демоны и Азирафель с Анафемой. Заметив, что Азирафель начал нервно теребить рукав джемпера, Анафема быстро поняла ход мыслей друга: — Азирафель, ты ведь поедешь, да? — М-м-м, — он коротко пожал плечами. — Не знаю ещё, надо подумать. — Что тут думать, — фыркнула Дагон, — мы никогда ещё в Европу не выезжали, ну, от школы, а тут такая возможность. — Благодарю за ценное мнение, — отозвался Азирафель, краем глаза заметив, как хохотнул Кроули. — Да ты с характером, ангел… — О, тут сказано, что проживание, передвижение и всё остальное вместе со всеми, нельзя оплачивать себе ничего отдельно, — Хастур ухмыльнулся и пихнул Кроули в плечо. — Никакого люкса в парижском Ритц. Для таких как ты написано. Кроули выгнул бровь: — Не понял. Азирафель, из чувства и доброты, и сволочизма решил пояснить: — Для таких наглых мажоров как ты. Анафема пихнула друга локтем. Энтони обернулся к нему и оскалился. Очень нехорошо оскалился. Он сделал резкий шаг и прижался к Азирафелю почти вплотную. Где-то за его спиной Вельзевул сжала пальцами переносицу и покачала головой. Как же Кроули любит подходить к нему так близко. Надо уже привыкнуть видимо… Так, стоп! Никаких привыканий! Азирафелю пришлось вскинуть подбородок, чтобы прямо встретить цепкий взгляд Кроули — Энтони был выше него на полголовы. — Полегче, Азирафель. Не причисляй меня ко всем, как ты выразился, «наглым мажорам». Я гораздо лучше. — И чем ты отличаешься от них? — фыркнул Азирафель. — Круглой суммой на банковском счете и потрясающей красотой. Фэлл закатил глаза. И ведь не поспоришь. Кроули начал придвигаться ближе, но Азирафель вовремя пихнул его и проскользнул мимо, ухватив Анафему за рукав. Они побрели к коридору с локерами, чтобы поменять учебники. — Эй, — Анафема мягко потрепала друга по плечу, — пожалуйста, скажи, что ты поедешь. Азирафель задумчиво пожевал губу. — А эта поездка как-то зачтётся в рекомендательных письмах? Ну, знаешь, не отрывается от коллектива, участвует в культурно-развлекательных мероприятиях… — Азирафель, — девушка развернула его к себе и мягко сжала плечи. — Жизнь не только из учёбы состоит. Ты хоть иногда вспоминай, сколько нам лет — когда развлекаться, если не сейчас. — Сказал мне человек с отличной успеваемостью, да-да. Это последний год перед поступлением! Неудивительно, что я беспокоюсь! Анафема скептически оглядела его: — Ты всегда беспокоишься, Азирафель, и не только об учёбе. Позволь себе расслабиться и отдохнуть. Сам же недавно говорил, какая жизнь скучная. — Я не так говорил. — Я передала общую суть. Хочешь, попрошу родителей оплатить тебе… — Ана, — Азирафель поморщился и, убрав её руки с плеч, резко развернулся, но споткнулся, чуть не сбив пронёсшегося мимо Адама и Этих. — Адам, аккуратнее! Не бегайте по школе. — Прости, Азирафель! — донёсся вдалеке нестройный хор из четырёх голосов. Анафема сжала манжет джемпера Фэлла: — Ты же знаешь, я не хотела тебя обидеть. Я хочу помочь, чем смогу. И хочу, чтобы мы отдохнули все вместе, втроём. Азирафель вздохнул и взял её за руку: — Да, знаю. Извини, дорогая. Просто, мама и так работает постоянно для того, чтобы мне универ оплатить, а тут ещё траты… — У тебя ведь остались деньги от летней подработки? Ну той, в книжном магазине? — дождавшись кивка, она продолжила. — Ну вот. Считай, заработал себе на отличный уик-энд. Они протиснулись сквозь толпу студентов до своих локеров. Прежде чем открыть шкафчик, он оглянулся, проверяя, нет ли никого особо любопытного за его спиной. Больше он таким невнимательным, как в прошлый раз не будет. Хватило, спасибо, последствия до сих пор чувствуются. — Как там это… А, Париж — город любви, — Азирафель повысил голос, перекрикивая оживлённый шум голосов. — Вот вы с Ньютом и устроите себе романтические вечера. Поменяв учебник истории на учебник по химии, Анафема захлопнула свой локер и подошла ближе к другу. — Ну, в какой-нибудь из вечеров конечно же. Но в целом — мы должны быть там вместе! А то неизвестно, когда мы так соберёмся в следующий раз. Экзамены, поступление, учёба в универе… Тем более, — она прошлась по другу внимательным взглядом и усмехнулась. — Может, не только у меня будут романтические вечера в Париже. — С кем? — выгнул бровь Азирафель. — Ты прекрасно знаешь, что у меня никого нет. — Ещё не вечер, ещё не вечер… — Даже на горизонте никого нет. — До Парижа ещё больше двух месяцев, всякое может за это время произойти... В бухгалтерию давай в другой день зайдём, там наверняка сейчас толпа, — она наморщила лоб. — Чёрт, не посмотрела на дату. До какого числа надо его сдать? Азирафель достал из кармана смартфон и открыл календарь: — Я записал, сдать до тридцатого сентября и взять… Эй! — смартфон бесцеремонно выхватили у него из рук, и Азирафель вскинул голову. — Кроули! — И я рад снова видеть тебя, ангел, — ответил Кроули, сосредоточенно копаясь в его телефоне. — Кроули, верни! Что ты делаешь? — Азирафель дёрнулся было в его сторону, но ему преградили путь гаденько ухмыляющиеся Хастур и Лигур. — Вам совсем уже заняться нечем? — фыркнула Анафема и попыталась обойти Демонов и добраться до Кроули, но на её пути встал Лигур. — А ты был прав, Кроули, — Хастур приобнял Фэлла за плечо и широко улыбнулся Кроули. — Он реально на ангелочка похож, весь такой светленький и миленький. Ладно, ладно! — Хастур резко вскинул руки и отошел от Азирафеля, когда Кроули, приспустив очки, сверкнул в его сторону злым взглядом. Азирафель опешил. Так, а это как понимать? — Кроули! — снова позвал он, пытаясь звучать угрожающе. Судя по прыснувшему Лигуру, получилось плохо. — Не нервничай, ангел. Парни! Хастур и Лигур расступились и Кроули, подтянув Азирафеля за запястье к себе, вложил в его ладонь телефон. Чуть наклонился к нему, видимо, собираясь что-то сказать, но Фэлл вырвался из его хватки, отступая на шаг. Кроули на это лишь улыбнулся — хищно, обольстительно — и, подмигнув, развязной походкой направился в другую сторону. Подождав, пока Демоны скроются за поворотом, Азирафель погрузился в свой смартфон. — Что он сделал? — Анафема схватила его за плечо и уже было уставилась в экран, но по ушам неприятно резанула трель звонка. Она отстранилась от него и грустно свела брови. — У меня естественные науки. Напиши мне, когда выяснишь что он сделал, хорошо? — Да-да, — Азирафель быстро кивнул ей, не отрываясь от экрана, и побрёл в сторону нужного ему кабинета. — До завтра. Половина урока математики прошла совершенно мимо него — Азирафель смотрел историю браузера, проверял установленные приложения, даже заглянул в галерею — в общем, пытался понять, какую пакость сделал ему Кроули. А вторую половину он пялился в тетрадь, отчаянно пытаясь понять, что вообще Кроули надо было. Потому что не нашел ничего постороннего. Что он хотел, напомнить о себе? И какой в этом смысл, если Азирафель и так думает о нём непозволительно часто… Чёрт. Он заалел щеками. Думает о том, какой Кроули нахал, вот!

***

Азирафель отложил «Грозовой перевал» на прикроватную тумбочку и, сладко потянувшись, бросил взгляд на часы. Одиннадцать вечера. Он предпочитал ложиться пораньше, но завтра выходной день, так что почему бы не продлить своё свидание с книгой? Он потянулся к настольной лампе, чтобы выключить свет, но тут его смартфон завибрировал, извещая о входящем сообщении. Ну что, что этот мудак сделал? 11:03 pm Анафема. Естественно, ещё не спит.

Ничего Совершенно Я так и не понял, зачем он вообще телефон брал 11:04 pm

Или коротко о способах флирта Энтони Кроули 11:04 pm Азирафель закатил глаза.

Спокойной ночи, Ана

11:04 pm

Азирафель кинул телефон на стол и, выключив свет, завернулся в тёплое одеяло. Если Кроули и правда всё это время пытается флиртовать, то надо бы ему сказать, чтобы хотя бы иногда выбирал другие способы. Телефон снова завибрировал. Что там, Анафема решила дальше эту тему развивать? Азирафель зевнул и открыл мессенджер.

Неизвестный номер

Здравствуй, ангел Азирафель заблокировал телефон и прижал его к груди. Да как вообще… Вдохнув и уже покраснев, он открыл полный текст сообщения. Здравствуй, ангел Ты забыл забрать заявление в бухгалтерии, но я, как благородный джентльмен, сделал это за тебя. Отдам, как только вернусь в Лондон Не скучай по мне сильно 11:06 pm Щёки Азирафеля покраснели так, что это было почти больно. Вот зачем он забрал у него телефон! Наглый, бессовестный… Его можно было бы просто заблокировать — и вуаля, никаких обворожительных хулиганов у него в телефоне. Но… Но он же не сделал ещё ничего плохого. Не сделал прямо сейчас, мысленно поправил себя Азирафель. Не дай Бог подумает, что Азирафель его боится. Особенно учитывая самомнение Кроули… Это всё было во-первых. А во-вторых — вот ведь Кроули сволочь, у Азирафеля было ещё больше недели, чтобы забрать это заявление, а Демон подло украл его! Ещё и, видимо, наплёл что-то секретарше, раз ему удалось взять документ за другого человека. Лучшей стратегией было бы не подыгрывать и просто не отвечать на сообщение. Но.

Ты меня шантажировать ей будешь?

11:10 pm

Ну что ты, ангел мой. Просто избавил тебя от лишних забот 11:10 pm Ещё и дразнится, идиот. Азирафель постучал пальцем по корпусу смартфона, гипнотизируя номер Кроули. А так хорошо вечер закончился, начинать новую ссору — даже виртуальную — не хотелось совершенно. А куда он, кстати говоря, уехал? Ещё всего две недели от начала учёбы прошло.

Куда ты поехал?

11:12 pm

В Нью-Йорк, повидаться с другом Вернусь через неделю 11:13 pm Какое-то совсем безответственное отношение к учёбе. Вместо этого Азирафель обнаружил себя пишущим совершенно другое:

Никогда там не был

11:15 pm

Вот теперь точно отложить телефон. Нет — заблокировать контакт и только тогда отложить. Да! Кроули прислал ему фотографию с прекрасным видом на нью-йоркские небоскрёбы и кусочек Центрального парка.

Красиво. Это ведь самый центр?

11:17 pm

…За несколько часов Азирафель успел оценить ещё несколько фотографий города с высоты птичьего полёта, всё-таки высказать Кроули своё мнение о таких собственноручно устроенных каникулах (но Энтони сам его спросил!) и каким-то образом перейти к теме, что утки в Сент-Джеймском парке явно интеллигентнее и умнее, чем в Центральном. И между прочим, Кроули его поддержал. Азирафель переписывался с ним о всякой ерунде до двух ночи, пока его глаза сами собой не закрылись, а телефон с открытым диалоговым окном не озарился сообщением с пожеланием доброй ночи.