Реинкарнация лучше бессмертия

      Вэй Ин лежал, обняв сына, и задумался о тяжести решений своих альф. Один умер в бою — Цзян Чэн. Если быть точным на ночной охоте, защищая адептов и их сына от сильной твари. Победа стоила жизни. Остальные фактически от старости и только Сунь Лан умер совершенно случайно, по своему желанию защищая, хотя это того не стоило…       — Синчень просто промолчал и тихо умер во сне, Миндзюэ ушел в уединение, забрав с собой Сун Ланя, попрощавшись со всеми. Ванзци и Хуань ушли одновременно, будто не могли существовать друг без друга, резко и необъяснимо, днём, во время каких-то обсуждений, при Старейшинах, мужьях и детях. Цзинь Цзысюань умер у меня на руках, — тихо шептал Вэй Ин, признавая, что их больше нет рядом. — Я уже плохо помню, как они выглядят. Это не только время, но и заклинание. Это пугает…       — Это хорошо, что ты их плохо помнишь. Значит, меньше страданий. Боль утихнет, но не исчезнет. Ты будешь помнить, но не всё. В данной ситуации — это лучше, чем могло быть. Что думаешь про Не Фанга, Сяо Хэя и Цзян Шэна? — уточнил Сычжуй, подняв взгляд. Вэй Ин опустил глаза вниз, стараясь не смотреть на сына.       — О них говорить больнее, я очень хорошо их помню, — несколько слезинок скопилось.       — Это хорошо, потому, что я бы тебя не простил, если бы ты забыл. Твои дети — особая тема, я бы не допустил, чтобы ты забыл. Никогда. Ни одна омега не должна забывать… Извини, я переборщил… — вытирая слезы папы, грустно улыбнулся Лань Юань. Омега обнял сына крепче.       — Я обрёк тебя на вечность. Я уже жалею об этом. Ты не достоин так много страдать, — покачал головой Вэй Ин, положив подбородок ему на макушку.       — Не жалею об этом, и ты не должен, — попросил Юань. Омега улыбнулся.       — Я спрошу тебя об этом через две тысячи лет хорошо?       — Ну, попробуй… — усмехнулся альфа. — Пошли завтракать, тетя Йона сейчас двери выбьет.       — Что ещё за тетя, Сычжуй? — прокричала Императрица, открыв дверь с ноги. — Подъем. Пошли. — буквально приказала девушка, целуя в щеку Киджу, что увязался за ней.       — Она умеет пугать, — буркнул Лань.       — Ага. …

***

      Днём же прибыла вся чета Империи Коука. Йона с мужьями всех угощали в саду, устроив пикник. Семейная атмосфера делала их всех счастливыми. Вэй Ин наблюдал за сестрой, родителями, драконами, племянником, сыном и не мог скрыть улыбки.       Шинья всегда молчал. Вэй Ин с Рим никогда особо не говорил. Но альфа упёрся в него взглядом, будто хотел что-то сказать или спросить.       — Шинья? — синий дракон опустил снова маску на лицо, после того, как отпил чай и вздохнул, подняв взгляд на демона.       — Можно задать вопрос? — уточнил тот, и Вэй Усянь с интересом наклонил голову к плечу.       — Задавай.       — Почему ты не сделал из мужей лютых мертвецов? — спросил он. Вэй Ин нахмурился и тот запаниковал. — Просто Вэнь Нин лютый мертвец и готовится стать демоном и это не плохо. Ты сам — демон. И…       — Стоп! — мягко прервал его омега, он задумчиво улыбнулся. — Во-первых, лютый мертвец ничего не ощущает, то есть ощущает притуплено, а это около одной десятой части положительных эмоций при жизни. Они бы не ощущали больше той огромной любви ни друг к другу, ни к себе. Это бы заставило их винить себя. Плюс, они были бы мертвы в аспекте сексуальной жизни, а теперь представь, ты — лютый мертвец, ты не ощущаешь своих половых органов, ты не устаешь, не спишь, не ешь, не чувствуешь запахов, ты не ощущаешь возбуждения, а у Йоны течка… Как бы ты себя чувствовал?       — Плохо… — ответил Шинья.       — На тот момент я не знал Хуа Чэна, и не мог ничего придумать. Без книг и объяснений отца, я бы ещё не одно столетие изучал азы демонской, призрачной, темной магии. Да, я был силен, но с этими знаниями я стал самым опасным, я стал больше понимать, но увы не знал этого тогда, зато знаю сейчас. Им было бы невыносимо. Я жалею, что сотворил это с Вэнь Нином тогда. Ведь он повиновался бы сильным заклинателям, его дух могли успокоить и разбить душу. Это сейчас я знаю, как отправить его на круг перерождения в любую минуту, когда он захочет. Это сложно, увы… — прошептал омега. — Если будут вопросы обращайтесь. Мне несложно на них ответить.       — Мужья знали, что ты демон? — спросил Хак.       — Нет, — грустно улыбнулся омега. Больше вопросов не было.

***

      — Последний сон, ты уверен, что готов? — спросил Му Цин. Он считал сына достойным уважения. Вэй Ин смог переступить через все свои моральные преграды лишь бы исполнить своё обещание данное мужу.       — Да. Я хочу жить ради них: ради мужей и сыновей, себя и Сычжуя, и, конечно, ради своей новой семьи, — он улыбнулся и лег. Цзинь Лин был дома с папой Джеха, у маленького омеги завтра какой-то важный день. Омега и рад разделить постель только с сыном.       — Люблю тебя, пап, — улыбнулся Сычжуй.       — Я тебя тоже.

***

      Вэй Ин жил с двумя альфами и был достойно счастлив. Они делали место для их вечно переезжающей семьи укромней и уютное. Заботились и понимали друг друга. Во всем они сходились: мысли, теории, планы, подозрения. Ещё больше они любили, когда собиралась вся семья, когда их было шестеро и Вэй Ин стонал под ними, выкрикивая заветное «альфы». Как они целовались позже и заботились друг о друге, включая разнеженного омегу.       — Я люблю тебя, — лунной ночью, тихо со спины подошёл к нему Сун Лань. Он почти всегда имел холодное выражение, но рядом со своей омегой всегда появлялась улыбка. Люди иногда не верили, что так бывает.       — Я тоже тебя люблю, с чего вдруг нежности?       — Нельзя? — поднял бровь альфа, прижав Вэй Ина к стене.       — Можно, — ухмыльнулся омега. Сун Лань целовал его до тех пор, пока Усянь едва ли не начал дрожать от возбуждения. Ноги его не держали.       — Хватит, пошли спать, — как-то виновато отозвался он. Вэй Ин понимающе улыбнулся. Альфа не мог переступить черту, это было бы нечестно по отношению к другим, которые сейчас далеко и не могут быть с омегой часто.       — Пошли, — счастливо мурлыкнул омега.

***

      Сун Лань обожал их детей. Играл с ними, засыпал с ними в комнате, потому, что им было страшно спать одним.       — Вдруг за нами придут лютые мертвецы? — уточнил Сяо Хэй. Не Фанг навострил уши, кивнув.       — Да, а вдруг? Папа Сун, поспи сегодня с нами, — умоляюще протянул маленький омега. Альфа улыбнулся и кивнул.       — Хорошо, я остаюсь, — Вэй Ин часто наблюдал за этим, поправлял их одеяла, целовал в щеки, закрывая дверь. Это был особенный ритуал.

***

      — Что? — осел омега на пол. Ужас затаился в глазах. Он не мог потерять двоих мужей сразу.       — Сун Лань погиб. Это было его решение, спасти тело Не Миндзюэ. Он затащил тело в пещеру и запер их. Хотел, чтобы их души успокоились без жажды мести к этим тварям. Был сильно ранен и… Нам жаль. — докладывал адепт клана Цзинь. Альфы не знали, что делать.       — Сяо Хэй, ты можешь собрать доверенных особ и проверить пещеру. Прикажи им привести тела и уничтожить эту тварь, — единственное, что произнёс Вэй Ин, заперевшись в цзиньши. Он понял одно, сам или не сам, по случайности или нет, но Сун Лань мертв. Умер случайно. Обстоятельств никто никогда не узнает. Это больно…       — Вэй Ин, можно я войду? — омега понимал, что мужьям тоже тяжело, они тоже нуждались в них обоих, тоже скорбят, ощущая боль, но ничего не смог с собой поделать.       — Да, Лань Чжань, можешь, — мертвым голосом ответил Вэй Ин, услышав, как дверь открылась, почувствовал сильные руки на себе. Альфа укачивал супруга, ходя перед остальными альфами. Омега должен быть на виду, лучше спящим. Им спокойнее. Действительный способ.       Сяо Хэй занятый и ощущающий злость и жажду мести, благодарил отца за возможность. Он был очень похож на самого Вэй Ина, поэтому омега не прогадал, дав тому отомстить. Но вот омеги… Цзян Шэн никогда не позволял себе реветь, но… Тихо сидел на руках Синченя и рыдал тому в шею, а тот повторял за Ванцзи, качая сына на руках. Не Фанг сжимал кулаки, пытаясь прийти в себя, он не хотел верить. Объятия Хуаня делали в сто раз больнее, но без них было бы совсем плохо… И так не так, а так ещё хуже…