Реинкарнация лучше бессмертия

      Вэй чувствовал себя ужасно. А-Цзюэ достаточно больно ушёл. День его смерти был страшным днём для всей его семьи. Он был первым, кто ушёл после Цзян Чэна, прихватив с собой в могилу и Сун Ланя. Это было больно. Проснулся он тяжело, малыш Цзинь Лин тыкал его пальцем в щеку и кричал что-то. Это напомнило, как их будил Не Фанг по ночам и утром, когда чего-то ждал в этот день. Его милые дети были замечательными.       — Вэй Ин, просыпайся, — крикнула Йона.       — Уже, — пытался выбраться из объятий сына омега, но Сычжуй, не хотел этого и прижался ещё ближе.       — С такими замашками у людей не будет и шанса подумать, что вы не любовники, — пробурчала она.       — Я не позволю папе обзавестись альфой, — прошипел в ответ Сычжуй. Вэй Ин задохнулся от возмущения, это маленькая зараза не спала, и явно не собиралась его отпускать, хотя видел, как он старался выбраться из объятий.       — Эгоистично, — отвечает А-Лин, всё сразу замолкает.       — Ты прав, — кивает Вэй Ин. — Но я не против. Я тоже этого не хочу. Мне никто не заменит мужей. Никто… — чмокая сына в скулу, он взглядом попросил его отпустить. А-Юань повиновался, довольно улыбнувшись.       — Странно, — отмечает ребенок. Йона смеётся, забирая сына на кухню.

***

      — Пошли сходим к кроликам в Гусу? — спросил Сычжуй.       — Я не готов. Проверял их недавно, но сейчас я не смогу…       — А ночная охота?       — С кем? — уточнил Вэй Ин.       — Дядя А-Нин, ты, я да дедушка Хуа, — перечислил Сычжуй, омега в ответ кивнул.       — Пойду соберусь, — кивнул Вэй Усянь снова.       — Хорошо.

***

      — Тут много мертвецов. Почему орден Не не истребляет их? — со страхом в голосе уточнил Вэй Ин.       — У них пополнение, наследник родился. Все на веселе… Ты эту традицию сделал, — умничает Сань Лан. Вэй моргнул.       — О, я стал прадедушкой, — хмыкнул омега себе под нос. Хуа Чэн кивнул, обняв сына. Он чувствовал в Вэй Ине что-то родное, что-то свое, приемным язык не поворачивался сказать. Своих детей им не ведать, ведь Се Лянь сильно пострадал по омежьей части из-за проклятой канги — из-за её снятия в том числе, — но он не назвал бы Вэй Ина и Йону приемными, а Сычжуя и Цзинь Лина не родными.       — А я прапрадедушкой, — хмыкнул в след за ним Непревзойденный. — Вэнь Нин, ты останешься в Призрачном городе, станешь демоном или отпустить тебя на круг перерождения? — всё же спросил Князь демонов.       — Я останусь. Буду демоном в Призрачном городе, стану опорой Господину Вэю, моя семья была спасена им. Они живы и здоровы, мои потомки, и их потомки сейчас смело носят свою фамилию на территории ордена Не, Лань и Цзинь. Я не только благодарен, но и люблю его, как брата. Хочу остаться, — шепчет лютый мертвец.       — Спасибо, — улыбнулся Вэй Ин, целуя отца и А-Нина в щеку.

***

      — Спи спокойно, — улыбнулся Фэнь Синь. Вэй Ин выгнул бровь и кивнул.       — Постараюсь.

***

      Они встретились в лесу. Сяо Синчень был слеп и бродил, истребляя нечисть. Вэй Ин спас его от преследователя в виде Сюэ Яна. Тогда он, вдыхая, почувствовал его запах. Но Сяо Синчень пытался уйти, не желая быть обузой здоровому омеге.       — Я слеп. Никчёмный, что я могу? — загрустил альфа, что отразилось на его запахе. Омега обнял его со спины.       — Всё, — просто ответил он. — Ты можешь больше, чем многие. Я тебя вылечу. Найду способ. Но ты должен пообещать, что не сбежишь, узнав, что истинных Альф у меня много, большинство из которых уже поставили на мне метки.       — Сколько?       — Четыре, с тобой пять, — признался омега. — Слышал о Старейшине Илине?       — Да, — кивнул Сяо.       — Это я. Сейчас я бегу от проблем. Хочу всё закончить, не впутывая своих альф. Они главы орденов, высокопоставленные люди. Я не могу их подставить под удар. Вместе с тобой мы можем изменить мир. Истребить плохишей и злодеев. Избавить мир от таких, как Сюэ Ян и Цзинь Гуашань.       — Наследника Цзинь тоже? — уточнил альфа.       — Давай моих альф не трогать? — Сяо Синчень шокировано застыл и замолчал.       — Кто твои альфы? — требовательно спросил Синчень.       — Два Нефрита Гусу Лань, Цзинь Цзысюань — наследник Ланьлин Цзинь, глава ордена Цзян — Цзян Чэн, но он меня не признал. Делает вид, что всё равно, но это не так.       — Всё не так плохо, — напрягся в противовес своих слов альфа. — Они все наследники именитых орденов, а я слепой, бродячий заклинатель, что я могу дать?       — Себя, — просто ответил омега.

***

      — Я тебя вижу, — сказал Сяо Синчень, будто считал самого себя сумасшедшим. — Ты прекрасен.       — Я говорил, что у меня получится, — скопировав жест Цзинь Цзысюаня, поднял гордо голову Вэй Ин.       — Как я тебя люблю, ты невероятный. Люблю, — омега улыбнулся.       — И я тебя.       — Это достойно всех похвал, Вэй Ин, ты создал новый вид лечения. Это… Невероятно.       — У других не выйдет. Тут нужно тренироваться, познать себя или стать демоном, — «пошутил» омега, альфа рассмеялся.

***

      — Сяо Синчень, — крикнул кто-то. Вэй Ин испуганно прижался к альфе.       — Сун Лань, — удивился тот. — Приятно видеть тебя в здравии.       — Ты видишь… Ты отдал мне свои глаза… Как ты это сделал?       — Не я, мой омега, — Вэй Усянь неохотно покачал головой, усмехнувшись.       — Ваш омега, — заключил тот.       — Шестой? Сун Лань? — культурно удивился Сяо, радуясь. Этот альфа всегда казался ему привлекательным, а этот чудесный вид сзади? Э… Он не такой. Просто фантазия вдруг вышла из-под контроля.       — Пройдёмте в дом? — вздохнул омега.

***

      — Не Фанг и Сяо Хэй подрались. Бета не прав и обижается на меня, — бурчит Сяо Синчень.       — Истинный наследник ордена Цзинь, несмотря на кровное родство с Сяо, — рассмеялся омега. — Справедливость — это оружие. Оно может использоваться, чтобы приносить вред. Им нельзя спасать или защищать других. Объясни это ему.       — Это приговор? — удивился Хуань.       — Справедливость — это приговор, — согласился Цзян Чэн, удивляясь словам омеги и последующему заключению. — С каких пор ты так думаешь?       — Давненько задумался, — честно ответил Вэй Ин. — Как и то, что сколько Не Хуайсан не взрослеет, а от брата всё так же прячет весенние картинки, — смеётся омега, вызвав у альф улыбки. А-Цзюэ нахмурился. Что там делает брат, вообще не его дело.

***

      Их семья стала слишком маленькой. Сяо Синчень чувствовал давление жизни на них. Он видел смерти мужей и понимал, что омеге нужно будет пережить ещё две смерти, хотя сам уже ни за что бы не хотел ощутить на себе боль от потери мужа.       — Сычжуй, ты молодец. Настоящий Лань, твои отцы гордятся тобой и те, кто не с нами тоже, — он уже стар, а их сыну всего тринадцать. До следующего его дня рождения он не доживёт.       — Ты это часто мне говоришь, поэтому я знаю, — улыбнулся юный альфа.       — Дай я тебя поцелую, — улыбнулся он, видя, как Сычжуй охотно подставляет щёчки. — Ты такой хороший, милый, оставайся таким, — улыбнулся Синчень.        Ему не хватало смелости, как А-Цзюэ уйти. Не хватило. Он умер тихо во сне, Вэй Ин был в ужасе утром. Цзысюань успел несколько раз проклясть Сяо Синченя, что не сказал хотя бы ему, что чувствует конец. Они не попрощались. Единственный, кто понял, что произойдёт был А-Юань, которого печальная улыбка папы и просьба о поцелуе будут сниться во снах.

***

      — Папа? — удивился Сычжуй, видя, что отец проснулся.       — Этот придурок не попрощался, — прошипел Вэй Ин, злясь на мужа.       — Папа Сяо? Со мной да… — прошептал альфа. — Мне в кошмарах снится тот день. Я знал, что это конец. Я понял, но мне было страшно тебе сказать. Прости, ты мог попрощаться, но я забрал эту возможность…       — Её забрал не ты, не переживай, — улыбнулся омега, прижав к себе не только сына, но и своего отца Хуа Чэна.