Империя Амариллис

«Крылья вспыхнули золотом, Да остались в крови рукава... А за морем на черной скале Змей серебряный кольца плетет, Самоцветы горят в серебре, Змей крылатый желанную ждет, Он свою нареченную ждет, Обреченную ждет…»[1] Маги Катриары всегда были народом диким и необузданным. В отличие от аристократов королевства, они не придерживались правил и манер. Их торжества всегда заканчивались драками и уничтожением увеселительных домов. Они праздновали на всю катушку, заставляя Шифель и другие города задыхаться в магической силе. Коронация принцессы Тартарии не стала исключением. После пышного бала, когда часы подбирались к полночи, мир услышал звуки барабанов и голоса нимф и бардов. ✵❂☪❂✵ — Леди Амантея, — Клауд нежно коснулся её руки, когда из тронного зала наконец-то ушла последняя пара. — Как себя чувствуешь? — Будто бы отстояла десятичасовую службу, — тяжело ответила та, помахивая на лицо веером, который ей принесла одна из служанок. — Зачем же ты стояла десять часов в храме? — Клауд не совсем понял девушку, поскольку обычно в храме перед Богами он проводил не больше часа. — Тартария теперь заставляет наследниц престола отдавать себя в жертву Богу? — Нет, конечно, — Амантея не знала, стоит ли погружать короля в особенности веры её страны, но вспоминая слова отца о её миссии в роли королевы Катриары, она развязала язык. Тем более, это была единственная тема разговора, которую она могла поддержать, не выглядя глупо. — В Тартарии есть несколько видов служб. Стандартная — примерно четыре часа. — Четыре часа? — удивился король, слегка приподняв бровь. — Да, Ваше Сиятельство. Четыре часа. Церемониальная служба длится около семи часов. А вот греховная, так называемая «служба освобождения», длится примерно десять часов. — Правильно ли я тебя понял — ты была частью этой последней службы? — Амантея кивнула, слегка пряча глаза. Она всё ещё боялась смотреть Клауду в лицо. — И в чём же твой грех, солнце империи? — Об этом обычно не говорят кому попало, господин Валеас. — Огорчу тебя, но пару часов назад я стал твоим мужем. Я теперь чуть важнее, чем кто попало. Клауду всё больше нравилась эта девчонка. Со стороны Амантея хотела казаться правильной. Она следовала правилам, старалась подражать всем королевским особам и не особо выделяться. Только вот внутри неё жил маленький ребёнок, что пытался выбраться из строгой оболочки взрослого, чтобы покорить этот мир. И ныне главной задачей короля стало стремление показать этому созданию верный путь. — Я никому не расскажу, Тея, — сказал он ей, вновь касаясь её руки. — Я солгала отцу, — сухо ответила Амантея, ожидая осуждения со стороны короля. — Ничего не скажете на это? — Все мы лжём, — он лишь пожал плечами и помог девушке встать с трона, чтобы покинуть тронный зал. — Это не стоило десяти часов в пыльной церкви в окружении иных провинившихся. — Там не было никого кроме меня, — с пустым взглядом ответила она. — Мне запрещено видеться с кем-то из подданных без сопровождения охраны. — Жестокие у вас порядки, солнце империи. — Почему вы меня так называете? — А что такого? В твоей стране тебя величают также. — В моей стране меня звали солнцем Тартарии. Империя канула в века. У нас нет права на такие выражения. — Раньше ты сияла для одного королевства, а теперь для двух. Так почему бы не величать тебя солнцем империи? Поверь мне, я знаю девушку, что восстановит Амариллис и поведёт народ двух королевств за собой, — он загадочно посмотрел на Амантею, вглядываясь в её глаза. — И вы с ней многим похожи. — Мы не похожи, — отрезала Амантея. — Однажды вам придётся поговорить. И тогда ты поймёшь, она — это ты, но только если бы пошла той дорогой, что проложил тебе отец. — О чём это вы, господин Валеас? — О том, что ты уже выбрала другой путь, солнце империи. А она идёт по тому, что ей напророчили задолго до рождения. Но стоит вам объединиться… Миракал не такая суровая, какой кажется. У неё доброе сердце. Ты просто пока плохо её знаешь. — Если она идёт по пути начертанному ей звёздами, то в ней нет ничего хорошего. — Думаю сегодняшний вечер немного изменит твоё представление о ней, — Клауд усмехнулся, поворачивая на боковую лестницу в замке, что вела к конюшням. — Только не бойся. И доверься мне. — Куда мы отправляемся, господин Валеас? — Амантея с какой-то опаской приняла протянутую руку, следуя за мужчиной по лестнице. — Прошу, зови меня по имени, — не оборачиваясь ответил тот. — Не хочу в постели слышать от тебя мои титулы и формальные обращения. — Что простите?! — принцесса чуть ли не подавилась от услышанного. Щёки её сделались пунцовыми, а ладошки начали потеть. — Ничего-ничего, Тея. Мы держим путь на празднество магов королевства, где соберутся представители всех четырёх Домов. Вообще, посещение этого мероприятия не входит в список королевских обязанностей, но я слишком люблю их пиршества. На них ты будто оказываешься в сказке. Ты ведь не против? Когда я попадаю на такие торжества, сразу становлюсь маленьким мальчишкой с горящими глазами. Так что прошу, не лишай меня этого удовольствия. — Разве королям это свойственно? Для принцессы подобные выходки были недоступны. Она даже не понимала в чём заключается восторг Клауда при упоминании торжества магов. Да и своего отца она никогда не заставала за развлечениями. — Королям сложно быть королями, — просто ответил он. — Даже им иногда требуется щепотка магии в жизни. Ты поймёшь, когда мы приедем. Внизу будет служанка, она подготовила сменную одежду. — Сменную одежду? — переспросила девушка, оглядывая своё платье в поисках пятен. — Для чего она нам? — Неужто ты думаешь, что я, ты и твоё платье поместимся на одной лошади? ✵❂☪❂✵ Лес, что пролегал за дворцовыми сводами, наконец-то наполнился шумом толпы и светом магических огней. Маги со всех уголков королевства спешили на торжество, которое не собирали уже несколько лет. Сверчков и лягушек, живущих в этих краях, распугали барабаны и голоса. Маленькие феи, всех цветов радуги наконец-то вышли из тени, помогая волшебникам подготавливать место торжества. Под ногами носились магические животные и гномы всех мастей. Фейри, как их звали в местных лесах, усаживались маленькими группками, наблюдая за ликующей толпой. Из водоёмов, покрытых тиной, повылезали нимфы и агуаны[2], неся представителям Домов свои подарки. — Видеть всех сегодня, просто замечательно! — сказала принцесса Сцилла, поедая виноград. Она вместе со своей маленькой чёрной собачкой, больше похожей на свинку, расположилась на магическом гамаке, что, не останавливаясь, покачивался из стороны в сторону. Даре, так принцесса назвала свою ручную зверушку, в целом было не особо интересно находиться на данном мероприятии. Собака привыкла мирно лежать в комнате принцессы, изредка удостаивая придворных и королевских представителей своим вниманием. Вот и сейчас она мирно посапывала, несмотря на весь шум и крики, прорастающие вокруг. — Только слишком обременительно, — заметила Миракал, скрестив руки на груди и облокотившись о дерево, на котором был закреплён гамак. — Я должна уже быть в постели. — Лукас может и подождать, — намекнула той Сцилла, видя, как ногти последней из клана Лорин вцепились в предплечья. — Выдохни. Я же просто пошутила. — За такие шутки я отрезаю людям языки, — в своей манере ответила Лорин. — Как всегда грубо, госпожа Древняя. — Не называй меня так. Я не имею с ними ничего общего. Сцилла выразительно закатила глаза, изображая полное равнодушие, кое красовалось на лице подруги, и наиграно коснулась сердца. — Ничего кроме заострённых ушей, — по театральному протараторила принцесса, ожидая, когда сестра по оружию не выдержит и взорвётся. — Удивительная покладистость. Что-то на нашем море сегодня штиль. — Ab aqua silente cave[3]. — Не угрожай мне, — усмехнулась Сцилла, вновь ухватив с подноса, что стоял на земле, виноград. Маленькие лесные жители, оберегавшие здешние места, давно заприметили его, но из-за статуса девушки, боялись подходить ближе. Пока закусок было не так много, маленькие создания старались не нарушать рамки приличия, лишь наблюдая за принцессой. Сцилла заметила горящие глаза лесных друзей, и нежным жестом поманила их к себе. — Ну же, подойдите. Вы можете забрать всё себе. Лесная нимфа, что больше напоминала оживший зеленоватый мох, оказалась самой смелой. Она сделала первые шаги и уже через секунду, провалившись в траве, оказалась рядом с принцессой. Она как-то совсем растерянно посмотрела на тарелку с угощениями и, разведя ручки в сторону, что-то сказала Сцилле. — Ты можешь перевести? — обратилась она к Миракал, зная, что подруга поняла то, что до неё пытались донести маленькие создания. Единственными, кто понимал язык таких существ, были Древние и их наследники. Это знание нельзя было выучить и постичь, с ним можно было только родиться. Миракал внимательно посмотрела на нимфу, а после сказала: — Она не знает, как взять его. Ей не унести всю ветку. — Нимфа перебила Миракал, вновь говоря что-то своим звонким голосом. — Она спрашивает, могут ли они забрать весь поднос? — Могут, конечно, — Сцилла кивнула, отодвигая от себя поднос. — Угощайтесь. Если захотите что-нибудь ещё, прибегайте. Нимфа довольно поклонилась, присвистнув своим друзьям, что сразу же подняли поднос, двинулась в сторону камня к другим представителям маленького мира. — Они когда-нибудь воспользуются твоей добротой. Фейри ничего не делают просто так, — констатировала Миракал, наблюдая как фейри едят виноград. — Столько раз ты им уже угождала. — Не могу отказывать этим созданиям, — на лице у принцессы заиграла улыбка. Она слишком любила здешних жителей. — Сегодня дала своим преступничкам выходной? — Они вольны делать, что им заблагорассудится. Сегодня ведь празднество. — Но на бал они всё-таки заявились. Хелена сказала, что приказа ты им не отдавала. — В праздники они имеют право вообще не выбираться из своей берлоги. — Но несмотря на твою строгость, они всё-таки потратили свой выходной. — На что ты намекаешь, принцесса? — Миракал вгляделась в умиротворённое лицо Сциллы, ища там подсказку. — На то что они решили тебя поддержать, даже несмотря на твой отвратительный характер. — Прошу, не начинай. И без того тошно от всего этого цирка. — Главу Дома вод попросили явиться на торжество, чтобы представить свой Дом… Невероятно сложная задача. ✵❂☪❂✵ — Господин Клауд, доброго вам здравия, — один из гвардейцев, обеспечивающих безопасность на празднестве Домов, склонил голову, приложив руку к груди. — А вас, госпожа, приветствую в наших краях. — Халлон! Сколько месяцев я тебя не видел! Кауд пожал протянутую руку воина и повернулся к своей жене. — Позволь представить — это Халлон Де Сен-При, глава отряда разведки, руководитель войск северного легиона, мой верный друг и товарищ ещё с ранних лет. Ну и сын известнейшего кристального кузнеца в наших землях. На плечах отряда сэра Де Сан-При обязанности по сохранению границ. — Уж слишком много титулов вы на меня навешали, господин. — Халлон мимолётно улыбнулся, ища кого-то в толпе. — А Сцилла? — Она здесь. Где-то в сопровождении Госпожи морей, — Клауд нежно взял жену за руку, чтобы та не потерялась среди толпы волшебников, что начинала скапливаться в лесной долине. Амантее такие жесты казались неприличными, но ставить короля в неудобное положение, перед столь важным гостем, она не решилась. — И раз уж тебя не было на представлении — это госпожа Амантея Авила Валиас-Кирс, солнце империи и моя жена. — Видеть при нашем диком дворе столь прекрасную и благородную особу - это уже благословение, — он склонил перед ней свою лысую голову, и Амантея заметила, что по задней части черепа у мужчины расползались чёрные узоры, уходящие глубоко под ворот рубашки. Сам он был выше её на несколько голов, а потому смотреть на принцессу без угрозы и вызова мог только, согнувшись в половину. Халлон не был похож на большинство гвардейцев, которых Амантея видела при дворе Катриары. С первого взгляда она назвала бы его заключённым с тюремного острова в архипелаге Сапфира. Такие громилы жили в Антлантии без права выхода на другие острова и числились в рядах преступников, которым была уготована смертная казнь. Но Халлон служил при дворце и возглавлял легион, а потому причислять его к преступникам было неправильно и, в какой-то мере, даже невежливо. — Я вижу вашу растерянность, госпожа. — Я не привыкла, что со мной разговаривают служители дворца и гвардейцы. Для меня это в новинку. — Амантея внимательно вгляделась в каштановые глаза стража и его оливковую кожу, что так сильно выделялась на фоне белоснежной хлопковой рубахи на шнурках. — Не думала, что магам нужна охрана. — И то верно, госпожа. Я тут даже драки между ними не разниму, — Халлон вытянул руку перед собой, демонстрируя свои умения. Земля под его ладонью начала закипать и вести себя словно морская пена, а после тонкий стебель пробился сквозь плотный грунт. Белоснежная роза распустилась прямо перед принцессой, заставляю её отойти на пару шагов. Она впервые видела магию так близко. Магию, которая умела создавать жизнь. — Среди гвардейцев магов не жалуют, но я — исключение. А потому, считайте меня приглашённым гостем. Примите столь скромный приветственный презент. Я не умею красиво говорить, госпожа, ведь решаю всё силой и кулаками, но матерь Хенелис наделила меня дарами, способными творить такую красоту. Амантея переглянулась со своим мужем, получая молчаливое согласие, и надломила стебель, чтобы сорвать цветок. — Простит меня отец Всевышний, — принцесса изобразила привычный для себя ритуал, касаясь лба. — Но это чудо. Как такое может быть? — Это магия, госпожа, — Халлон отвесил лёгкий поклон. — И это лишь малая часть талантов тех, кто вырос при Доме земли. Де Сан-При достал из-под рубашки камень, висящий у него на шее и сияющий зелёным цветом. — Но это противоречит всем тем устоям, что сопутствовали мне на жизненном пути… Неужто мир, где каждый может создавать такие чудесные вещи, может быть ужасен? — Может, стоит сразу рассказать ей, что могут делать Девы, избранные Богиней? — спросил Де Сан-При у Клауда, видя растерянное лицо короля. Он явно не ожидал подобного. Для него Амантея всё ещё оставалась девушкой, выросшей под эгидой единого Бога. От принцессы Тартарии он ожидал криков и страха, но в глазах у девушки плясали искры интереса и азарта. — О них упоминала принцесса Сцилла на торжестве, — вспомнила та. — Они творят другие противоречащие природе фокусы? — В большинстве своём все маги, хранящие в себе магию богини Хенелис, похожи на Дев, — вмешался в их разговор Клауд. — Халлон один из немногих магов Дома земли, что используют боевую магию. Этот вид даже члены Дома считают вымирающим, а потому его талант невероятен. В большинстве своём в Доме земли растят целителей и Дев, избранных Богиней Хенелис. Последних ты как раз видела на торжестве — например госпожа Веррьен и её дочь. В отличие от всех остальных, они могут в прямом смысле этого слова, сотворить жизнь для тех, у кого уже не остаётся шансов. — Но ведь это недопустимо… Они противоречат мирозданию, — Амантею подобное явно не радовало, а потому она напряглась. — Нельзя прерывать ход жизни и смерти. — Лишь только те, кто вырос при Доме земли, решают, что допустимо, а что нет. — Тихим и холодным голосом, от которого начинало покалывать конечности, подметила Миракал, покинувшая обитель под деревом. — Зачем ты привёл её, Клауд? — На правах короля, — начал было юноша, но увидел хищный взгляд подруги. Так она смотрела на своих подчинённых, что, в очередной раз, разгневали Её Высочество. — На правах короля, тебя здесь быть не должно. — резво подметила Госпожа Морей. — Торжество принадлежит детям Древних и магам, в числе которых тебя и госпожи Амантеи не числится. Дети моего Дома слишком долго сидели в тени. Да и главы других Домов будут со мной солидарны. Вы здесь — всего лишь глазеющие. Людям здесь не место. — Миракал, — Клауд попытался остановить главу Дома вод, но здесь даже его королевский статус был бессилен. Перед ним стояла сильнейшая волшебница своей стихии, за спиной которой скапливались её воспитанники. Идти на неё с угрозами сегодня было не лучшим решением. — Давай мы не будем об этом. — Тебя приглашают сюда по доброте душевной, Клауд. А потому держи свою ручную собачонку при себе. Не хочу, чтобы этот гном переросток покусала магов любой стихии и заразила их своей богохульной чушью. — Да как ты смеешь?! — Амантея шагнула вперёд, сжимая кулаки и бросая вызов сестре. — Это ты мне? — тихо переспросила Миракал развернувшись в пол оборота, когда уже собиралась присоединиться к толпе своих воспитанников. — Аккуратней, принцесса, здесь ты всего лишь пешка. Не иди против королевы, милая. — Вы, как всегда, строги, госпожа Лорин. — Халлон по-дружески потрепал главнокомандующую по голове, когда та прошла мимо него. — Она ведь новенькая в здешних местах. — И она совершенно бесполезна, — подметила девушка. — Я ищу лишь сильнейших союзников, Халлон. Пошли, отряд собирается возле столов с выпивкой и едой. — Каждый раз у меня возникает ощущение, что ты моришь их голодом, — сказал мужчина, отдав честь королю и его спутнице. — Кто знает, — Миракал пожала плечами. — Кости легче мяса, а значит желающих их заполучить намного меньше. И лишь сейчас, стоя среди толпы магов, Амантея осознала почему Госпожа Морей была столь мила и великодушна с главой северного легиона. Этот мужчина, также, как и другие члены отряда Полумесяц, носил оковы, созданные последней из клана Лорин. ✵❂☪❂✵ С восходом первой звезды на небосводе, гул голосов затих, а им на смену пришли яркие звуки сантура[4]. Маги склонили головы, когда в импровизированный круг, посреди торжества, вышли четыре фигуры. Первым среди почётной четвёрки стал глава Дома Земли — Тирис Веррьен. Его зелёная мантия смешивалась с травой и походила на покров мха на его плечах. Голову мужчины украшал венец из золотых листьев и хрусталя, что как капли росы, красовались на листве. Прикоснувшись к земле ладонью, мужчина побудил ту закипеть и пропустить росток к ночному свету. Из стебелька спустя несколько секунд вырос небольшой дуб, уходящий громоздкими корнями глубоко в почву. Маги Дома земли воздали свои возгласы и затихли, когда лепестки, окрашенные в розово-красный оттенок, подгоняемые ветром, понеслись в сторону главы клана. Так Санави Веррьен приветствовала своего мужа и отдавала дань, как главная Дева Хенелис, своей богине. Появление Арии Лу Валеас Дом воздуха поддержал громкими возгласами и аплодисментами. Щёлкнув пальцами, женщина заставила всю листву опасть на землю и разнестись в разные стороны. Её белоснежная мантия, сотканная из магических нитей, сияла каждый раз, когда она творила колдовство. Когда ветра затихли, гул толпы начал возобновляться. Заиграли барабаны, и волшебники Дома огня засвистели, встречая своего наставника. Таритон Арадель вышел вперёд, раззадорив толпу своих учеников. Маги приветствовали главу Дома магическими вспышками огня и искрами. Мужчина внимательно посмотрел на Владычицу ветров, встречаясь с её воодушевляющим кивком, и двинулся в сторону сухого дуба, изнеможённого ветрами. Его длинные чёрные волосы были собраны в высокий хвост и заплетены в толстые дреды. Тёмные глаза горели словно костры, на сегодняшнем торжестве, а татуировки по всему телу отдавали магией и светом пламени, из-за магических красок, которыми их нанесли. Тар был одним из немногих волшебников, кому было дозволено подобное кощунство. За доблесть и отвагу, Катриара позволила ему переступить запрет и связать свою жизнь с кристаллами, влив их себе под кожу. Ветви на дереве вспыхнули и пламя поглотило его полностью. И когда на месте великого дуба остался лишь пепел, глава Дома вод сделала свой шаг. Она вместе с Лирикой, что всюду следовала за той по пятам, прошла к месту сожжения и взмахнула рукой. Лирика создала водный поток, позволяя Миракал перехватить её магию, после чего представители Дома последовали её примеру и даровали последней из клана Лорин свои силы. Когда пепел полностью растворился в водах, дарованных последним Домом, из земли вновь показался росток. Только в отличие от первого появления, он не был порождён лишь Домом земли. Этот алый цветок создала магия четырёх стихий, а потому павшая империя звалась его именем. Амариллис расцветал только тогда, когда магия объединялась воедино. ✵❂☪❂✵ — Господин Валиас, — Амантея лёгонько дёрнула мужа за рукав, привлекая внимание и отрывая от выпивки. — Мы можем поговорить? — Конечно, солнце империи, — он поставил кубок с вином на стол и увёл девушку в сторону чащи, подальше от лишних глаз. — Что-то случилось? Миракал снова пыталась тебя укусить? — Не думаю, что это случится, — задумчиво подметила девушка, накручивая свой локон на палец. — Её нет здесь уже как пол часа. — А я и не заметил, — Клауд улыбнулся как-то совсем по-детски, но при этом сохранил каплю отчаянья, что проскальзывала на его лице, когда разговор заходил о Госпоже морей. — Возможно, она уже греет кровать кое-кому. — Меня мало волнуют её похождения. — Нарочито сказала принцесса, сморщив нос. — Я хотела бы узнать… — Это меня тоже уже не удивляет. — Почему столь чудесное торжество не проводилось до этого? — не обращая внимания на его издёвки, спросила Амантея. — Потому что все держали траур по моему отцу, — сухо ответил король. — Но не стоит больше ворошить эту тему. Годы идут, правители сменяются. Всё происходит по велению Богов. Отец и так прожил намного дольше, чем ему пророчили. Спасибо на то Бриане. — Она… — Она продлила его жизнь. Госпожа Валеас не только известная Кальях Варе, но и Дева, избранная богиней Хенелис. — Я не хотела задевать столь важную для вас тему, господин Валиас. — Не переживай, я уже привык. — Клауд сел на траву возле дерева и похлопал по земле рядом с собой, приглашая принцессу усесться рядом. На удивление, она не стала противиться и, мирно поджав ноги, села на траву. — Вы не думаете, что мне здесь не место? — А почему я должен так думать? — Валиас слегка удивился, но не подал особо вида. Что-то явно сегодня кружило ему голову. Может это было вино, а может долгожданное торжество, но он совершенно перестал отдавать отчёт собственным действиям. Решив прилечь на траву, он уложил голову на колени к принцессе, ловя её слегка испуганный взгляд. — Мне кажется, что ты как раз таки на своём месте. — Вы явно слишком много выпили, мой король. Щёки принцессы сделались пунцовыми, а потому она отвернулась, чтобы не краснеть ещё сильнее. Клауда явно забавляла эта ситуация и он решил продолжить дразнить девушку. Прикоснувшись к её волосам, что за весь вечер успели растрепаться и теперь мирно лежали у неё на плечах, начал играться с завитком. — Господин Валиас! Люди же смотрят! — шикнула на того Амантея, отбирая собственный локон, чем вызвала у короля бурный смех. — Удивительное ты создание, Тея. То нападаешь на меня с ножом, то стесняешься простых прикосновений. А что же тогда будет сегодня в спальне? — Я прекрасно осведомлена о всех обычаях вашего королевства. — строго ответила принцесса, стараясь не показывать своих красных щёк. — Для меня исполнить супружеский долг не так страшно, как вы думаете. Тем более Тартария в этом плане с вами солидарна. — Я не притронусь к тебе сегодня Амантея. — Но… Я сделала что-то не так? — Почему ты всегда ищешь свою вину? Я просто не трону тебя, пока ты сама этого не захочешь. Мне не нужны пустые обещания и сухие отношения. Жить нам с тобой до самого конца, а потому я хочу, чтобы удовольствие от процесса получал не только я. — В моём королевстве это позор, господин Валиас! Как это невеста окажется без первой брачной ночи?! Вы не думайте, я ведь не без опыта! Мне всё объясняли! — не сдержавшись, выпалила Амантея. Реакции короля ждать не пришлось. Смех не прекращался ещё пару минут. А красные щёки принцессы теперь сделались мертвенно-бледными. — Я обязательно оценю, чему тебя там научили, — запыхавшись от смеха, ответил Клауд. — Но только тогда, когда ты правда этого захочешь. — Это звучит как оскорбление. — Это выбор, Тея. В моём королевстве ты делаешь только то, что хочешь. Никто не будет тебя принуждать. Однажды клетка ведь должна смениться чистым небом. — Вы… Ты слишком сильно отличаешься от тех слухов, что ходят по моему королевству. Она на самом деле не знала какой он. Всю сознательную жизнь она лишь слышала о жестокости здешних правителей и их коварстве. Но Амантея знала, что сближаться с ним нельзя. Отец мечтал захватить здешние земли, а значит всех, кто тут жил, ждала единая участь — смерть. — Ты наконец-то решила опустить формальности? — Могу вернуть. — Упасите Боги. Тея, даже не думай об этом. Давай мы будем друзьями, а не серыми статуями. Начнём хотя бы с этого, — он протянул ей мизинец, предлагая скрепить клятву. — Согласна? — Ты прям как ребёнок, Клауд, — ответила она, сцепляя клятву. Выпитое вино явно делало своё дело. Общаться с королём на трезвую голову было намного страшнее. — Слава Богам! — возрадовался тот. — Я уже думал, что всю жизнь буду «господином Валиасом». — Смотри, там Халлон. — Заметила его Амантея и помахала рукой. Однако в этот момент к нему неожиданно подлетела принцесса Сцилла, что весь вечер веселилась и поглощала магические напитки, и вцепилась в губы мужчины. Он же не стал отставать, подхватывая ту на руки и ещё ближе прижимая к себе. — Это… Но она же! А как же?! Видя очередную выходку сестры, Клауд закатил глаза и тихо произнёс: — Давай я потом тебе всё объясню? — Нет, господин Валиас! — жёстко ответила та. — Ты объяснишь мне всё сейчас, чтобы я не выглядела глупой дурочкой! — Тебя ведь не интересует кто с кем спит. — Но Сцилла ведь обручена. Это же возможность помирить ваши кланы! Да и сколько слов ходит о любви принцессы и господина Лукаса! — Сцилла встречается с Халлоном. Лукас её не интересует. И тем более — он занят. — Хочешь сказать они вдвоём друг другу изменяют?! — Клауд положительно кивнул. — И что же это за персона, которая смогла похитить сердце столь холодного лорда? — Твоя сестра, — тихо ответил Клауд, уже предвкушая весь скандал, который закатит ему Госпожа морей, когда узнает, что тот не сохранил её секрет. Только вот он сделал для себя выбор — он не станет врать своей жене. Пусть их отношения начнутся и закончатся правдой. [1] Строки из песни «Обряд» авторства Мельницы. [2] Мифические существа, принимающие облик женщин и оберегающие водоёмы. [3] В переводе с наречия Древних – остерегайся тихой воды. [4] Ударный струнный музыкальный инструмент, из рода цимбал.