Нет ничего роднее для меня, чем твои касания.

Минуты отдыха в деятельности защитника жизней невинных и беззащитных граждан — истинная редкость, встречается реже, чем явление яркого северного сияния. Ищейки — организация серьёзная, но так же расслабляет свои напряжённые струны строгого гимна нотками юмора, детского отношения и тихого смеха. Дзëно Сайгику, это та особа, что слышит и видит все несовершенство каждого звукового явления. То старый анекдот, произнесённые с немного повышенной интонацией, то совершенно новая, но скромная, произнесённая шутка, то тихий, скрытый смех, что можно услышать лишь в беззвучном сердцебиение. Для Дзëно благородный и справедливый Тэттë, казался подобием скалы. Он строг, но тон его голоса всегда спокойный. Тёмные волосы, подобные дубу, мягко развеваются на ветру, как редеющие листья поздней осенью. Он — эталон дисциплины, но и враг импульсивности. Слепой, по правде, даже считал, что Суэхиро не может отличать свои чувства. Как клубок ниток, что сплетен не из одного цвета, а сразу из нескольких видов, что отличались по мягкости, длине и качеству. Главное, что определение есть, а остальное не так волнует. На этот вечер, что был одарён возможностью отдыха, беззаботный командир нагло отобрал, предлагая устроить праздник в честь ещё одной успешной миссии. Конечно Фукучи-доно не так ценит достижение, как новый повод для распития спиртных напитков, обжигающие рот и горло. Теруко нисколько не возражала такому положению, лишь как ребёнок со звёздами в глазах, вглядывалась в гордый вид командира : — Командир, это новая мотивация для бойцов? Вы прекрасны, но я даже без неё готова за вас умереть! Говорила игриво, подчёркивая мысли Фукучи, милая Теруко. Да, девица она заводная, суету она наведёт за считанные секунды, и нравом яростным отличалась. Только сердце её пылало верностью и любовью к справедливости и главной цели «Ищеек» — спасение беззащитных людей. Мечник, Тэттë Суэхиро, реагировал не так уверенно, но и не так скромно. Тихое и простое «угу». Услышав столь безразличный ответ, Сайгику дал себе обещание вывести его на эмоции. На гнев и стремительность как у Оокуры, на беззаботность и простоту как у Фукучи. Услышать его особенную открытость. Почему это так волновало его душу, хотя он в свою очередь всегда держит голову высоко и следит за осанкой, не совсем были чёткие разгадки были на этот вопрос. Возможно, Дзëно в какой-то степени завидует Суэхиро, то, как его уважают и ценят, а не его. Да, лучшего слепого следователя тоже боготворят, но как можно воспринимать любовь народа, когда Суэхиро, его полная противоположность, цениться так же, и даже больше? У каждого есть свои слабости, и по своему богатому опыту, Сайгику тоже найдёт её. Этот вечер, подобный балу, идеален для эксперимента. Как оказалось, наилучший отряд не будет праздновать один. В штабе ведь не только они работают, но и секретаря, бухгалтеры, другие военные, что даже не откажутся от такого щедрого корпоратива. Улыбаясь лисьей улыбкой, Дзëно анализировал новую обстановку. Пахло жареным мясом, специями, чем-то сладким и чем-то солёным, но больше всего — полусладкое вино, радостно переплетающиеся с игристым шампанским. Такой мелкий повод, а столько пира. Но, к сожалению, слепой не уважает данную встречу. Даже точнее, он терпеть не может громкие места, это фактически оглушает его, он даже может потерять себя в пространстве. Дзëно живёт в мире тьмы, оставив своё имя в прошлом — «Денпей». Единственное, через что можно найти его криминальную личность в базах, обретя «Сайгику» в ночи. Он оборотень в законе, пятно на уставах правилах и правосудия, но до сих пор работает клинком возмездия, и расцветает всё краше и лучше. С таким раскладом, в этой темноте необходим и свой маяк ориентира. Нельзя идти в лес, не зная его. Нельзя выбирать, не зная последствий. Нельзя жить, не зная как выживать. Включается громкая музыка, бьющая по ушам. Бывший преступник стоит почти около выхода, сдерживая свой пыл, выкрикнуть какое-нибудь ругательство и уйти восвояси. В свою квартиру, в тихий ночной сад, куда-то, где тепло и безопасно. Держать спину прямо — это дело необходимое, и особенно важно, когда окружающие начинают сомневаться в твоих возможностях из-за слепоты. Опустив устало голову, держа в руках стакан воды, время от времени отпивая от него Святую жидкость, Сайгику слышит знакомое сердцебиение. Наконец-то. Это Суэхиро, от которого слабо пахло алкоголем. Ощущение, что он не пил, а всего лишь одежда впитала эту обстановку. Его шаги, уверенные движения направлялись к выходу, где Дзëно успел схватить того за плечо, произнеся немного по-издевательски: — Уже уходишь? Рука как назло слегка сжимает ткань одежды, но в тот же миг начинает гладить. Всё внимание направлено теперь не на всех окружающих, а только на него, на свой эксперимент и зависти угрызения. Вместо громкого ответа, слышно лишь кивание и, судя по тяжёлому дыханию, попытка сдержать свои эмоции. Это то, что и необходимо садисту. Он отпускает плечо мечника, но и идёт вслед за ним, с превеликим удовольствием закрывая дверь, за которой спрячет безумие празднование. — Тэттë-сан, не самый лучший вечер, согласитесь. Я чуть не оглох от количества запаха алкоголя, еды и вашего шумного сердцебиения. Даже толпа его не скрывает, не ужасно ли? Но в тот момент нахождения, Дзëно впервые за долгое время почувствовал это состояние «потеря контроля». Его будто окутала волна, в которой качают из стороны в сторону, не позволяя здраво сфокусироваться на одном. — Дзëно-сан, спасибо, что вы так пристально следили за мной, услышав моё сердцебиение даже на другой стороне помещения. Суэхиро в этот момент стал особо наглым, ощущение, что до этого всего гнева и не было. Вкушает обыденный момент, как брови Сайгику уже демонстрируют недовольство. В силу воспитания этого справедливого юноши, он видел в своём напарнике спасение, как по уставам самураев. Совершив что-то ужасное в прошлом, он отдаёт всю свою надежду лишь Дзëно, принимая и эту уверенность в себе. В каждом шаге, вдохе, мысли. Приятно лишь вновь увидеть эти красные кончики мягких на кончиках шаловливых волос, звон серёжки и новую жалобу. Под столь жёсткой оболочкой и скрывается возрождение чистоты собственной души. Защитив кого-то, ты защитишь свою честь. Расплывшись в успокаивающей улыбке, увидев лёгкую злобу в Дзëно, что ещё не успел высказать фонтан осуждения, Тэттë продолжает эту неловкую беседу: — Дзëно-сан, позволите задать вам один вопрос? Он меня волновал на протяжении всего вечера. Сайгику сначала склоняет голову в одну сторону, не понимая намерений напарника, но приняв прежнее «я», что не позволит упустить любимый образ, с ноткой гордости отвечает: — Позволяю, задавайте любой вопрос, но в пределах разумного. Кофе с соевым соусом всё равно останется отвратительным сочетанием. В изюминку подняв голову немного выше, слепой полностью вслушивается во всё, что может издать через пару секунд Суэхиро. Хоть звук его мышц уже наполнен какой-то, да тайной. Тэттë, в силу своей краткости и чёткости, произносит прямо вопрос без всяких формальностей: — Когда вы находитесь в толпе, вам не кажется, что вы будто потеряны? Острые вопросы, как шипы алой розы, которые всегда избегал Дзëно. Рассказать собственную слабость. Но может получиться скрыть кровь страданий как раз на бархатных лепестках беседы? — Подумайте логически! Я хоть и обделëн зрением, но мои иные чувства восприятия в сотни раз обострены. Разве тысячи одновременно запахов, звуков, движений не мешают моей работе? Это как вам смотреть на одновременно сто отчётов! Уже часть рутины, но как раздражает. Как в стиль ядовитого и вредного стиля общения, слепой отворачивается от напарника, демонстративно скрестив руки на груди, потирая большим и указательным пальцем белоснежные перчатки. — Будут ещё вопросы или я смогу уже уйти? Янтарные глаза мечника виновато опустились на пол, разглядывая каждый его элемент, но быстро приходит и идея, как исправить положение. — Если мы окажемся в толпе, то ты позволите прикоснуться к Вам, дабы не потеряться среди этого течения? Без особых причин, не считая экстренных случаев. Теперь уже точно казалось, что мечник пьян и несёт откровенный бред. Но запах и сердцебиение выдавали всю искренность каждого услышанного слова. На щеках садиста даже выступил лёгкий багряный румянец. Осознание, что этот вопрос был лишь волнением, а не частью привычным сомнением в чужих силах, с расслабленным выражением лица, но строгостью голоса, особенно на конце фразы, без страха отвечает слепой, аккуратно положив руки на плечи беспокойного: — Только если между нами, глупый Тэттë-сан, и никому ни слова. Вы так заботливы, что аж раздражает, поэтому такое ограничение вам. Можете, но только за плечи, кто знает вашу хватку? Я ни в коем случае не слабее вас и быстро уложу на землю. Коварно, почти с угрозой, но так же по-настоящему произносится это почти что мелкое обещание друг другу, злорадно убирая руки, ощутив как мурашки прошлись по своему телу. Этот безмолвный договор — защищать и спасать из толпы бегущих людей. — Даю клятву. Прикрывая глаза, мечник задерживает дыхание и, повторяя действия Дзëно, вслушивается в глухие отдаляющиеся шаги. Этот вечер противен, но настолько помог сблизиться, даже с неудачным экспериментом, запомним это короткое касание.