Луна

       — Хм… Как же тебя назвать? — Незнайка задумчиво посмотрел на кроху, что сидела у него на коленях и пила кефир. Они уже развезли все посылки и теперь устроились на лавочке в небольшом местном парке (кто бы мог подумать, что на Луне есть парки), отдыхая. — Не могу же я тебя всё время крохой звать… Может, Большеглазка? — Малютка недоуменно посмотрела на него, и малыш засмеялся. — Ладно, я понял. Плохое имя, — он задумался. — Извини. Никогда ещё имен не выбирал. Только прозвища да и то обидные… — блондин снова взглянул на неё и встретился со взглядом больших голубых глаз. — Незабудка… — заворожённо прошептал он и улыбнулся. — Точно! Незабудка! — Незнайка встал, поднял кроху выше своей головы и покружился. — Незабудочка! Правда красивое имя? — Он остановился и снова притянул её к себе.        — А, — малютка приложила ручку к его груди, кивнув. Видимо, имя ей понравилось. Незнайка так и просиял. Ему казалось, это лучшее, что вообще могло с ним произойти. А Незабудка… это же такое красивое имя. Ей оно подходило, ведь большие голубые глаза так напоминали об этих прекрасных цветочках.        Посадив кроху в корзинку и укрыв пледом, он сел на велосипед, и они двинулись в обратный путь. По дороге Незабудка уснула, свернувшись калачиком, что позволило блондину на какое-то время расслабиться и ускориться.

***

       Незнайку разбудил будильник, а последовавший за ним плач Незабудки заставил его окончательно проснуться и подскочить. Оказалось, эти двое взаимосвязаны, ведь кроха не кричала бы просто так, если бы продолжила спокойно спать. Видимо, как и её новый товарищ, не любила, когда её будили. С трудом найдя рукой выключатель, малыш ударил по нему, но не помогло. Он ударил ещё раз, а потом ещё, пока будильник не свалился на пол, наконец затихнув. Незабудка успокоилась, однако спать больше не собиралась.        — Работа… — сонно проговорил Незнайка, изо всех сил стараясь снова не заснуть. — Пойдёшь со мной? — Он повернулся к малышке. Она села на кровати и посмотрела на него всё ещё мокрыми от слёз глазами. Блондин тут же взял её на руки. — Не переживай. Я вот всегда под такой противный писк просыпаюсь, — на улице что-то бабахнуло, и завопила сирена завода, призывающая вставать. Кроха снова заплакала, и Незнайка закатил глаза. — Ну вашу ж направо… какое чудесное утро!        Зайдя в свой кабинет, малыш снял с плеч рюкзак и аккуратно посадил Незабудку на диван. Затем порылся в шкафу и нашел там какие-то кубики. Удивительно. То ли сюда тоже раньше приходили с малютками, то ли кабинет просто превратили в подобие склада. Что уж греха таить, они всё это время жили без официального начальника их цеха. Кроме охранника Охры за ними больше никто не следил.        Обогатив кроху всеми найденными вещами, которые сходили за игрушки, Незнайка сел за свой рабочий стол и сразу понял, что делать ему особо нечего. Тут, словно по зову, явился толстенький Трубкин и кинул ему кипу бумаг.        — Разбирай, — приказал он писклявым голосом. — Это отчёты для наших инвесторов.        — Кого?.. — Не понял Незнайка, но, осознав, что спросонья ляпнул то, чего не нужно говорить, поспешил исправиться: — Да-да, конечно.        — Что здесь делает это? — Трубкин будто не заметил его вопроса. Теперь он смотрел своими маленькими и злыми глазками на кроху, мирно собиравшую башенку из кубиков.        — А… это… это… — растерялся малыш, бледнея и не зная, что сказать.        — Ваша дочь? — Перебил его начальник, и Незнайка впал в ступор. — Славная, конечно, но сюда с детьми нельзя!        — Прошу, мне не на кого её оставить, — взмолился блондин.        — А жена твоя где? Мама её.        — Она…        — Можешь не говорить. По твоему лицу вижу, что бросила тебя.        Незнайка так и застыл, ошарашено смотря на начальника. Такого он уж точно не ожидал услышать. День явно хотел сегодня преподнести ему как можно больше сюрпризов.        — Надеюсь, мелкая не помешает тебе подписывать бумаги.        — Нет, конечно нет, — тихо ответил блондин.        — Ой, я не вовремя, — в кабинет заглянул высокий и опрятный малыш в парадном костюме. Он лучезарно улыбался и оглядывал помещение. Его глаза остановились на Незнайке, и он прямо-таки просиял. — Ах, какая честь! Я наслышан о Вас! — В мгновение ока незнакомый коротышка оказался подле блондина, пожимая ему руку. —Уважаемый Трубкин, Вы не могли бы удалиться? Хочу лично поговорить с этим замечательным малышом.        — Х-Хорошо, господин Лун, — Трубкин побледнел и поспешил уйти. Малыш проводил его взглядом, затем посмотрел на кресло, где сидела Незабудка.        — Ох! Это Ваша принцесса?        — Ну типо, — осипшим голосом проговорил Незнайка, вжавшись в спинку рабочего кресла, стараясь стать с ней единым целым, лишь бы больше ему не задавали подобных вопросов. Неловко. Особенно, когда на вас лежит огромный груз вины.        — Она очень похожа на Вас.        — Да? — Он нервно посмеялся.        — Ну конечно! Глазами и лицом.        Блондин вопросительно выгнул бровь. Господин Лун лишь рассмеялся, рукой зачесал назад коричневые локоны, ровно свисавшие до середины шеи.        — Я, собственно, к Вам по делу, — он закинул ногу на ногу. — Вы меня не узнаёте, верно? Моих портретов на стенах не висит, а имя моё упоминается редко. Так вот. Я — господин Лун, и недавно этот завод перешёл в мои руки по завещанию моего покойного отца. Знатный был жмот и грабитель. Нигде прохода от него не было! Я ему одно — он мне другое! Такой скверный старик. О других даже думать не хотел, всё только о деньгах беспокоился.        — Вы, наверное, натерпелись… — покраснел Незнайка, чувствуя себя максимально неуютно под изучающим взглядом карих глаз.        — О, ещё бы, — вздохнул он. — Но я пришёл не об этом жмоте болтать. Что было — то прошло. Я хотел поговорить с Вами.        — Хорошо. Что я натворил?        Господин Лун звонко рассмеялся, приложив ладонь ко лбу.        — Что Вы! Вовсе нет! Я бы хотел поговорить о том, что Вы не натворили, — в его глазах блеснул какой-то огонёк. Он совершенно не понравился Незнайке. — Слышал, вы тут революции собрались устраивать, — блондин поджал губы, побледнев, как мел. — Не переживайте. Я на вашей стороне, поэтому можете поделиться со мной этим секретом.        — Простите?        — Да, Вы всё правильно поняли. С этими олигархами пора кончать. Что Вы там планировали? Устроить инфляцию? Умно, но долго. Гораздо практичнее и быстрее использовать другой подход. Уверен, Вам, мой друг, понравится. Помните про взрыв полицейского отделения?        — Как не помнить? — Обречённо вздохнул Незнайка. — Я там был, — и мысленно дополнил: «И я же его взорвал».        — Ох, счастливчик, — будто не видя в этом ничего такого, мечтательно вздохнул господин Лун. Потом, будто прочитав что-то во взгляде собеседника, хитро улыбнутся. — А не Вы ли, случаем, тот самый отчаянный, что пронёс туда эту бомбу?        — Понятия не имею, кто это был, — соврал блондин.        — Не стоит притворяться. Мой человек мне всё рассказал. Ложь не поможет революции. Советую говорить правду. Всем и всегда. Нужно показать остальным жителям, что в этом нет ничего зазорного, — он положил сложенные в замок руки на стол. — Взрывы в нашем случае необходимы. Послушайте. Присоединяйтесь со своими ребятами к «Восстанию». Плачу любые деньги, даю повышение — всё, что угодно. Вместе мы изменим этот мир. Только представьте: огромная вооруженная толпа, жаждущая крови, уверенно продвигается к главному зданию всего Лунного города. И вскоре там не остаётся ничего. И все счастливы, получив наконец то, чего так долго ждали и заслужили, в отличие от этих богачей: деньги, власть народа, хорошее жильё, нормальные условия жизни. А чего Вы хотите?        — От Вас? — Поинтересовался Незнайка, не в силах скрыть возмущение в голосе. — Ничего.        — Ну… — обижено протянул господин Лун. — Так не годится. Каждый чего-нибудь, да хочет. Например, кучу денег и беззаботную жизнь. Посмотрите на Вашу малютку, — он указал рукой на Незабудку. — Разве Вы не желаете ей лучшего?        — Желаю, — твёрдо заявил блондин, сведя брови к переносице. — Но этого «лучшего» я добьюсь другим путём.        — Ох уж эта романтика, — мечтательно вздохнул господин Лун. — Иногда она мешает думать. Послушайте, Вы довольно хороший парень и очень пригодитесь мне в борьбе против падали. Мне нужны такие бойцы. Но вот я всё никак не могу понять, что Вам не даёт встать на путь истинный. Раз не деньги, то квартиру подарить могу, игрушки для крошки, — он метнул взгляд на кубики.        — Мне ничего от Вас не нужно. Я не хочу губить обычных коротышек.        — Так речь же не об обычных мирных. Мы разбираемся только с высокопоставленными коротышками, как это было с полицейскими. А гнев мирных подогреваем при помощи газеты, которая всецело принадлежит мне. Отец оставил мне огромное наследство. Уж поверьте, у них будет мотивация. Это ж здорово. Ваш маленький отдел к этому и стремился!        — Нет. Я не согласен. Делайте, что хотите, но я не собираюсь губить тех, кто не причастен к власти. Вы не были на месте взрыва, а я — да. И я видел, что там творилось.        — Во-первых, Вас там тоже не было. Такой подвиг нужно хранить в секрете, чтобы он был тайной, на которую никто не найдёт ответов. А во-вторых, всего лишь пара жизней да половинки домиков. Подумаешь, — усмехнулся господин Лун, передёрнув плечами, и Незнайкино сердце пропустило удар. Он нахмурился ещё больше, зубы его плотно сжались, а уголки губ поползли вниз. Страшная ярость овладела им, заставляя руки сжиматься в кулаки. Кроха осиротела именно из-за беспечности этого господина Луна, который решил поиграться с бомбочками. А обычным почтальонам потом приходится винить себя. Ну ничего себе! Богато живёте, сударь!        — Всего лишь пара жизней? — Сквозь зубы процедил малыш. — Да половинки домиков?! — Он вскочил со своего места, яростно сверкнув глазами и тяжело дыша, чувствуя, как внутри что-то закипает. Жёлтые волосы небрежно упали на лицо. — Подумаешь?! Да что Вы такое вообще несёте?! Вы даже представить не можете, как одни коротышки доставали из-под завалов других! Они все рыдали и просили о помощи! Вы понимаете, что губите не только плохишей, но и самых обычных малышей и малышек, которые просто хотят жить? У всех у них есть семьи, друзья, а Вы лишаете их этого! Кто-то остался без матери, а кто-то — без дома и детей. И что им всем теперь делать? Вроде никто возмещать ущерб не собирается! И Вы ещё хотите создать единый взбесившийся организм! Умно! Таким путём Ваше собственное создание и до Вас доберётся!        — Знаешь, — немного подумав, ответил господин Лун, явно недовольный речью, — я рос в таком обществе, где всё решается при помощи денег. И коротышки, окружавшие меня, ну уж очень бесили. Что им скажешь, то и делают. А я считаю, что у каждого должно быть своё мнение. Смекаешь? — Незнайка сел на место, не сводя недоверчивого взгляда с богача. — И в этом мире я не знал ни дружбы, ни родительской ласки. Отец был тем ещё уродом. Он не обращал на меня внимание и лишь хотел откупиться, представляешь? Поэтому мне не дано знать, каково это. И это прекрасно. Там, где нужна расчетливость, чувствам места нет. И меня всё равно не любят, ведь я против всех их. Против подонков, возомнивших себя самыми умными. Мне приходится действовать тайно, тратить деньги на эту революцию, покупать оружие и совершать прочие всякие незаконные поступки. Зато я точно знаю, что в будущем это принесёт мне… всем нам куда больше. А ты, Незнайка, ум светлый. Я наслышан о тебе: коротышка с Земли, космический путешественник, прибывший сюда на ракете с семенами. Я уверен, что вместе с тобой мы сможем изменить этот мир. Вот на все 100%. Точно знаю. Я сделаю тебя самым влиятельным малышом. После революции. А там будут такие деньги, которые тебе и не снились. Отдельный дом своей дочке купить сможешь. И жену-красавицу найдёшь.        — Нет уж. Лучше увольте. Я отказываюсь.        Господин Лун тут же изменился в лице: глаза широко распахнулись, брови поползли вверх от удивления. Он встал, расправил складки на пиджаке, затянул потуже галстук и с кратким «я Вас понял» вышел из кабинета. Незнайка откинулся на спинку кресла, устало выдохнув. Незабудка удивлённо посмотрела на него и продолжила собирать домики из подручных материалов.