Квартирант

***

— Он мне изменяет. — и тишина. Друзья смотрят на него как на сумасшедшего, ведь о какой измене может идти речь? Кто изменил? Омега, который кроме своего альфы никого не видит, даже когда с ним откровенно флиртуют? Галф очень преобразился в отношениях и именно Мью сделал всё, чтоб омега понял — он лучший. Теперь Галф всегда выбирает одежду так, чтоб подчеркнуть свои формы. И только по этой причине можно было бы поверить другу в его догадках, если б как-то в беседе омега не поделился, что хочет быть под стать своему альфе и доказывал это не только словами, но и всепосылающим взглядом на каждого, кто не Мью. Иногда это даже кажется высокомерием с его стороны, если не видеть как он расплывается в улыбке и становится мягким, нежным омегой, как только на горизонте появляется его без пяти минут муж. Мью сделал предложение на следующий же день, как получил диплом. Работая в фирме отца, стал откладывать на свадьбу. Да, о музыкальной карьере можно забыть, но мечты меняются, у него теперь мечта дать своему малышу всё, чего он заслуживает. Мама Галфа так была счастлива за сына, что в ней проснулись силы на новую жизнь. В глазах многих Мью и Галф идеальная пара. Конечно, они ругаются, и, к сожалению, не всегда дома за закрытыми дверями. Они два самодостаточных человека, со своими взглядами на жизнь, отчего споры бурные, как и примирения. Чаще Галф отстаивает свои права быть не просто омегой, а равным альфе. Так Мью и не против, он не считает омегу приложением к себе, просто хочет отгородить от проблем. По мнению всё тех же окружающих: «Нам бы ваши проблемы». Друзья Галфа не поддерживают его в спорах, так как считают, что круто иметь такого альфу. Мью не понимают его друзья, они считают, что классно, когда омега не сидит на шее. Вот так и живут. А теперь в этой идеальной, казалось бы, паре, трещина. По крайней мере, по мнению Мью. Но ему виднее, и ещё как. Галф за последний месяц очень изменился. Весь какой-то дерганный, вспыльчивый даже на пустом месте. А последнюю неделю пропадает неизвестно где и Мью не знал бы об этом, если б в один день Галф не забыл дома ключи. Альфа, беспокоясь о том как его любимый попадёт домой, поехал к нему на работу. Он упорно звонил, стоя у здания, но, когда на десятый звонок ему не ответили, пошёл на ресепшен, где Мью и сообщили, что его благоверный взял отгул и как-то обмолвились, что не в первый раз. И вишенкой на торте — альфа учуял на омеге, слабый, но аромат древесины. Мью правда пытался поговорить с омегой выяснить, что происходит, но Галф ничего ясного не мог ответить. Какие-то нелепые отмазки были озвучены, в которые, ясное дело, Мью не поверил. После сегодняшнего общения с омегой, Мью не выдержал и ушёл в бар с друзьями. Что ему делать? Друзья, выслушав его аргументы, не могут поспорить, что это и правда странно. Но давать советы в такой ситуации последнее дело. По этой причине молча пьют. Для Мью это конец. Эти отношения и этот человек — всё что было нужно в его жизни. Мысль, что омега был с другим, сжигает его изнутри. Сегодня, почувствовав вновь аромат древесины, альфа не выдержал и устроил скандал. Галф твердил ему, что он параноик и раз не доверяет, пусть катится на все четыре стороны. Мью и покатился, громко хлопнув дверью. Хотелось бы закрыть на всё глаза, сделать вид, что ничего не учуял. Но он не может. Больно, как же больно на душе. Правильное решение закончить эти отношения. Но это же как вырвать кусок из себя. Новый не вырастет и появится уродливый шрам. Это не встреча с друзьями, а поминки прекрасных отношений. В горле ком, пить уже не хочется и хочется одновременно. Так, чтоб забыться, до галлюцинаций, где ему будут улыбаться и говорить, что он лучший. А не как в последнее время: «Сходи в душ. От тебя разит разными запахами». Вот, что он слышит после тяжёлого дня, а раньше его обнимали, целовали и шли вместе в душ, но не смыть запах, а смешать свой собственный. Надо ставить точку. Надо! Нет, лучше сразу пойти и сброситься с моста. Что за жизнь без этих янтарных глаз, губ сердечком, золотистой кожи и заливистого смеха. Друзья провожают его до подъезда, но он не заходит в него, сидит на лавочке и не решается войти. Там конец всему, а здесь ещё осталось призрачное ощущение, что всё по прежнему — всё хорошо. Уже глубокая ночь, он продрог, дальше нет смысла оттягивать — надо идти. Сегодня он обнимет омегу, а завтра попрощается навсегда. Какое ужасное слово: «Навсегда», это слишком долго. Мью, поднимаясь по лестнице, ему не нужен лифт, хочет растянуть момент, тот в котором они ещё вместе. Альфа вспоминает всё, что было за это время. Так хочется припомнить что-то плохое, но ничего не приходит на ум, даже их ссоры забываются, ведь какие были примирения… Вот они в памяти на долго. Их ничего не сотрёт. Заходит в квартиру и его встречает темнота, такая же кромешная, как и в его душé. Хотя нет, в спальне виден тусклый свет. Неужели омега не спит? Это плохо. Ведь тогда не получится его обнять и притвориться, что всё хорошо. Подходя к спальне, альфа слегка толкает приоткрытую дверь и видит, что Галф лежит в форме ложечки и всё-таки спит. Подходя ближе видит, что омега крепко держит его грязную кофту, уткнувшись в неё носом. Мью садится на пол у изголовья, убирая чужую чёлку, закрывающую вид на прекрасное лицо. Альфа замечает влажные, слипшиеся ресницы и одну слезу, что не высохла. У Мью от такой картины, сердце сжимается, будто кто-то взял его в крепкую хватку и разжимать не собирается. Вопросы крутятся в голове альфы и не дают покоя. Почему он плакал? Почему так много запаха этой ненавистной древесины? Альфа убирает руку от омеги, с силой сжимает ладонь в кулак. Что происходит? К Галфу кто-то приходил? Резко встав, хотел уйти, но на руке почувствовал лёгкое прикосновение. — Мью? — ещё не до конца проснувшийся Галф окликает его. — А ты кого-то другого ожидал увидеть? — с разочарованием в голосе проговорил в ответ. — Мью… — омега привстает, чтоб принять сидячее положение. — Что, Галф? Что ты хочешь сказать? — хотел бы говорить это любовно, но получается отчаянно. Сейчас будет конец всему. Кто это сделает? Галф сейчас вынесет приговор или придётся это сделать ему? Галф не знает с чего начать. Он сам виноват. Не стоило обманывать альфу. Но как было сознаться в своей вине, которая изменила их жизнь? Он впервые струсил. Да так, что стал врать на пустом месте и довел всё до абсурда, пока его ложь не стала очевидна. И даже сказав правду сейчас, это не изменит того факта, что он врал два месяца и по сути не оставил Мью выбора, сделав его за него. Да, Галф понимает, что Мью думает о его измене. Сегодня это понял. Омега проплакал весь вечер и пол ночи понимая, что он сам виноват в том, что происходит. Галф нервно теребит кофту в своих руках, кусая и так припухшие губы, думая как начать разговор, чтоб альфа его выслушал? Видит по Мью, что тот принял решение и омега не знает, сможет ли его изменить. Но сказать правду всё же надо. Хоть и страшно за реакцию. — Нам надо поговорить, Мью. — хрипит Галф, сглатывая. Альфа грустно хмыкает, всё же его омега решил взять на себя эту часть. Присаживается на пол и смотрит в глаза. Красивый, какой же Галф красивый, как всегда — самый лучший. Омега поправляет челку, которая в эту же секунду падает обратно на покрасневшие глаза. У Мью ладонь покалывает от того как хочет лично попробовать приструнить эту непослушную прядь. Но альфа держится, теперь он не имеет права на это. — Говори. — выходит хрипло. Он альфа, но чувствует как слёзы наворачиваются. Как себя сдержать? — Я… я тебе врал некоторое время, — глаза опущены на собственные руки, которые перебирают ткань чужой кофты. Так хочется альфу рядом. Обнять, поцеловать, а лучше вернуть время, где он не начал врать. — Некоторое время. — повторяет Мью, словно эхо в пустой комнате. — Но это не то, о чём ты подумал. — пытается выиграть время для себя, чтоб решиться и сказать правду. — Неужели? — Галф решил так банально преподнести новость? Или решил ему врать? Ни один из вариантов ему не по душе. — Да! — громко, чётко, чтоб его точно услышали. Мью качает головой, не этого он ожидал. Конечно, как ни сообщи новость, лучше не будет, но юлить? Это не самое лучшее решение. Альфа встаёт, сейчас он не хочет слышать оправдания и вряд ли захочет. На данный момент, одно желание — уйти. Что он и делает, — Я не хочу слушать ложь, я пойду в гостиную. Галф понимает, что ни какая подводка не поможет, выпаливает как из пулемёта, — Я жду ребёнка! — видя глаза Мью, уточняет, — Нашего ребёнка! Три месяца. Омега не понимает реакцию на свою новость, альфа просто стоит как вкопанный и смотрит на него невидящим взглядом. Галф не знает как он отнесется к этой новости. Ведь они разговаривали не раз и альфа сказал, что не хочет пока детей. Не ближайшие пять лет. Он хочет поработать, закрепиться на своём месте, ведь отец-владелец фирмы не равно успешная карьера. Его никто не знает и ему надо пахать на имя. С ребёнком это сложнее делать. Омега не был против, просто во время течки забыл выпить таблетки, которые обычно принимал. Когда узнал о беременности, не понимал, что ему делать. Несколько раз пытался начать разговор, но альфа был так категоричен, что он просто боялся. Впервые не мог что-то рассказать Мью. Прервать беременность тоже не хватило духу, к тому же всё равно пришлось бы признаваться, что он не уследил. И каждый день становилось всё только хуже. Он не мог просто знать о беременности и не сходить на консультацию. Он уже несколько раз был там, в один из таких дней альфа приехал к нему на работу. Здесь всё и началось… Хотя началось раньше. У Галфа токсикоз на ранней стадии, он очень чувствительный до запахов, только его и аромат Мью ему подходит, от всех остальных воротит. Поэтому он стал реже выходить, на работе совсем туго, поэтому он часто брал отгулы, на самом деле работал, но больше в парках, где от людей можно скрыться. А вот Мью, приносит на себе кучу запахов сотрудников, партнёров, приходилось с порога гнать его в душ. Омега сидит и не сводит глаз с Мью. Он настолько переживает, что усиливается запах, но не его, а малыша. Омеолог сказал, что запах раньше появился, чем следует, так как омега сильно нервничает, ребёнок его успокаивает. Из-за этого омега тоже переживает. Что он за родитель, который заставляет неродившегося малыша заботится о нём? Сильный запах древесины привёл Мью в чувства. Кроме них в комнате нет никого, а аромат усиливается. Значит, омега говорит правду? Он в начале не поверил, смотрел на Галфа и думал о том, что тот так сильно пал, решив таким образом соврать. За это хочется себя ударить чем-нибудь тяжёлым. Подаваясь вперёд, делает шаг и видит как омега подпрыгивает в страхе. Это ещё что за новости? С чего омеге его бояться? И вообще, зачем эти тайны? Почему нельзя было сразу сказать? Решив перестать самому с собой разговаривать, остановившись задаёт вопросы в слух. — Ты меня что, боишься? — отчаянно. Он столько оберегал омегу, а на него смотрят испуганными глазами. — Я… нет… просто ты как-то неожиданно пошёл… — Ну да, ну да, как будто это меняет дело. Но не стоит на этом зацикливаться, хочется обнять омегу, а не вот это вот всё. — Хорошо… Я хочу к тебе подойти и обнять. Можно это сделать? — Мью хрипло, через ком в горле, задаёт вопрос. У омеги губы задрожали, слёзы потекли ручьем, он быстро быстро кивает в знак согласия. — Малыш, ну ты чего? — Мью быстро подсел и обнял омегу. Сердце разрывается видеть его таким. — Я… я…- всё, Галф рыдает уже в голос, крепко схватившись за спину альфы, боясь потерять тепло. — Чш-ш, милый мой омега. Не надо плакать, тебе нельзя беспокоиться. Малыша пожалей, любимый. — Я плохой папа-а. — похоже слова альфы ещё больше расстроили его. Мью качает омегу из стороны в сторону, как маленького ребёнка. — Ты замечательный омега, прекрасный будущий муж и папа будешь самый лучший! — для Мью это не просто слова, он уверен в их правоте. Выплакав, похоже, все слёзы, Галф начал приходить в себя. — Я стал плаксивым… Прости меня. — вытирая слезы и сопли всё той же несчастной кофтой, проговаривает Галф. — За что? За слёзы? Это ты раньше был неправильный омега, беременность всё поставила на свои места. — шутит Мью и рад видеть улыбку на лице любимого, хоть ему сразу прилетает кулаком в плечо. Силы у его омеги за двоих. — Дурак. Прошу прощения я за то, что всё это время тебе врал. — деловито объясняет Галф. -А-а, за это… Кстати! А зачем ты это делал? — кстати да, наконец-то Мью задался этим вопросом. — Вообще-то ты не хотел ребёнка! — о, вот и Галф вернулся. Его бойкий омега. «Вот оно что?», чешет затылок Мью. Стоит теперь и ему признаться… — Как бы тебе сказать… Когда мы впервые заговорили о детях, ты так много говорил о планах на будущее, что я понимал, тебе нужно время на их осуществление. С ребёнком это сложно. Вот я и не хотел, чтоб ты решал, что важнее. Если б ты выбрал карьеру, я не хотел, чтоб ты себя корил, что у нас долго не будет детей. Вот и выдумал, что мне это нужно ради карьеры. — Мью выдаёт всё как на духу. Омега смотрит на него и не знает, умиляться или прибить человека напротив. — Галф, у меня отец владелец фирмы, я всех партнёров знаю с детства. — Мью решил утвердить свои слова, чтоб омега ему поверил. Не думал, что это только ещё больше разозлит. Галф считает себя идиотом. И то, что поверил в отмазку альфы, и что за него опять решают всё, и что мучался столько времени угрызениями совести. В его глазах пламя разжигается в секунду. Сейчас кое-кому будет плохо. Мью это видит. Вскакивая с кровати, пятится назад, выставляя руки вперёд. — Галф, спокойно! Ладно?! Тебе нельзя нервничать! — тараторит альфа, пятясь назад. — Лучше заткнись! — предупреждающе произносит омега вставая. Он идёт на альфу. Хочет его прибить. — Галф, подумай о малыше, ему нужен отец! — Мью выходит в коридор. Он правда боится. Это же его омега, беременный к тому же. Ожидать можно, что угодно. А жить-то хочется. Его любимый ему не изменял, отношения не надо разрывать, так у него ещё и ребёнок будет — к тому же альфа, судя по запаху. Он хочет жить! Поэтому падает на колени, подползает к растерянному от этого действия омеге и обнимает за бёдра, носом утыкаясь в живот, отчётливо слыша аромат малыша. — Ну прости меня! — молит Мью, — И ты, малыш, что я расстроил твоего папу, и ты, малыш, — поднимает свои глаза на омегу, смотря снизу вверх, — Я правда не хотел вот этого всего. Не злись, прошу. Я люблю тебя и тебя, — вновь возвращая внимание животику целует через ткань пижамы. Галф выдохнул. Что сделать, раз он полюбил этого «идиота»? Хотя, если честно признаться самому себе, с альфой ему повезло. Заботится на постоянной основе, к тому же в чём-то он прав. Если б не случайность с не выпитыми вовремя таблетками, он был не против идеи родить попозже. С другой стороны, они оба должны были тогда высказаться по честному, а получилось, что Мью думал только о нём. Стоит простить друг другу, что они два влюбленных «идиота». Успокоившись, оба легли спать. Правда, сначала Мью тщательно помылся, сделал массаж стоп омеге, наглаживал живот и тогда только и уснули. Галф под опекой своего альфы стал омегой-омегой, а теперь и беременный ещё… Пожелаем Мью удачи! На этом и закончим эту небольшую историю о любви, которая началась со съёма квартиры.