Книга 2. [The Demon Fox, Devils, Dragons and the Dungeon] Демон-лис, дьяволы, драконы и подземелье.

Прежде чем начать. :) Похоже, кто-то вернулся в Орарио и замышляет какую-то пакость. Конечно, Кодори может одновременно находиться только в одном мире, и пока ее нет, разбираться с делами приходится ее верным друзьям и Семье. Как и прежде, далее следует небольшой монтаж того, как идут дела в Центре Мира, Орарио. Они не расположены в каком-либо порядке, за исключением самого последнего... ________________________________________ Интерлюдия 2. Входит Лулун, бывший член семьи Гермеса, а теперь тайно входящий в семью Ураноса. Чиентроп (порода с боковыми ушами), сделавшая много странных и прибыльных дел для многих странных и иногда богатых людей. Сегодня вместо привычного красного жилета, шорт и сапог она надела что-то более суровое, поскольку ее, очевидно, отправляли за город. Так что, облачившись в суровое коричневое "снаряжение для джунглей", она направилась к дому семейства Ганеши - Я - ГАНЕША! А Лулуне была... озадачена. Такое случалось нечасто. Она привыкла иметь дело с Гермесом, ну, до того, как он оказался по ту сторону гнева Такемиказучи, из-за какой-то глупости в Ракии. И если кто и мог кому-то подставить хвост, так это Гермес. Видите ли, после того как она встретилась с Ганешей, вытерпела не менее тридцати одного повторения "Я - Ганеша", примерно восемьдесят семь глупых поз и ровно три совершенно серьезных взгляда, Ганеша вручил ей маленький клочок бумаги, карту и обещание, что за удачный день в подземелье она получит валис в размере партии среднего этажа. За гриб. Чертов гриб! И, судя по всему, он был ядовит, так что его даже нельзя было есть. Зачем, черт возьми, Богу Людей понадобился или даже был нужен этот гриб? И что еще более странно, зачем ему понадобилось просить секретную службу Ураноса достать его? И платить за быструю курьерскую доставку почти в десять раз больше обычного? Неважно... Это был его Валис, и Уранос сказал "со всей поспешностью" и "чрезвычайной важностью". Раз уж речь идет о таких больших деньгах, то именно это они и получат. Она только надеялась, что это не связано со змеями. Она ненавидела змей.

________________________________________

"Хорошо поработали сегодня!" воскликнул крепкий мужчина в строгих штанах, майке и простом серебряном шлеме, - "Такими темпами мы сможем восстановить этот участок города к концу недели!". Все вокруг него, одетые в такую же "строгую одежду", но в бронзовых шлемах со стальным крестом на макушке, расселись по местам проведения работ или отдыхали. С тех пор как подземелье начало сходить с ума, город начал трястись. Не сильно, но постоянная вибрация, которую можно было ощутить через подошвы ботинок, очень вредила некоторым старым постройкам города. С каждым днем появлялись все новые признаки "ускоренного износа" этих сооружений. В трущобах, или на улице Дедала, если вы хотите знать ее настоящее название, было хуже всего: там стояли старые каменные и глиняные постройки. Такой стиль строительства и используемые материалы не были рассчитаны на любую тряску, и после первого месяца тряски здесь практически ежедневно происходили обрушения. Деревянные постройки были в лучшем положении, так как имели естественную тенденцию к смещению, но и они начали подавать признаки возможного разрушения. Однако между Ракией и Орарио было заключено торговое соглашение. Сам король Ракии явился не только с солдатами, чтобы помочь удержать подземелье, но и с камнем, чтобы помочь его отстроить. И именно здесь, в трущобах Орарио, значительная часть этого камня находила применение. "Чигуса, пойдем, ты можешь прекратить работу". Мужчина в блестящем шлеме сказал: "Я знаю, что ты из тех, кто ищет приключений, но правда". Он похлопал ее по шлему, затем протянул ей кошелек с монетами - плату за день: "Если ты действительно хочешь и дальше хвастаться, приходи завтра! У нас много работы". "Завтра моя очередь в подземелье, но я обязательно пришлю кого-нибудь из нашего альянса на помощь!" Она улыбнулась, поставила свою ношу (бочку с водой, превращенную в рюкзак, с небольшим краном сбоку, чтобы люди могли пользоваться чашкой) рядом с полудюжиной других бочек и положила сверху свой шлем. Покинув стройплощадку, она не пошла сразу домой, а направилась в противоположную сторону, дальше по улице Дедала, где было разрушено еще больше ветхих домов и построек. Она проходила мимо различных палаток, временных убежищ и "новых" коммунальных домов, держащихся на деревянных столбах и покрытых дешевым брезентом, но никто из людей не выглядел несчастным. Те, кто не спал, помахали тихой девушке рукой, поблагодарив ее за труд. В конце концов она оказалась перед небольшим квадратом преимущественно пустого пространства. В центре стояло еще одно разрушенное здание, второй этаж которого обрушился на первый, оставив лишь пару стен и кучу обломков. Однако эти обломки, похоже, были под охраной. " Привет, Спот." крикнула она, привлекая внимание "охранника", - "Ты здесь один?" Спот был пережитком инцидента с ксеносами. В то время он был щенком адской гончей, размером с пару буханок хлеба, сложенных друг на друга. Сейчас это титанический мускулистый пес, его широкие плечи возвышались над землей чуть более чем на метр, а до длинного, похожего на кнут, хвоста оставалось полтора метра. С короткой шерстью от черного до огненно-рыжего цвета, бульдожьей пастью и заостренными ушами, всегда настороженными, он был впечатляющим образцом того, почему никогда не стоит вступать в бой, не зная точно, во что ввязываешься. Однако он был ксеносом и хорошим псом, который понимал общий язык города. (А также умел читать, поскольку люди, которые раньше жили в этой двухэтажной груде обломков, очень серьезно относились к времени рассказов, но это другое дело.) Он поднялся со своего места в тени развалин, сделал длинную растяжку всем телом и рысью подошел к Чигусе, высунув язык из пасти в глупой собачьей ухмылке. "Мне жаль, что тебе пришлось ждать так долго". Она сказала, когда он подошел к ней: "Но Сир хотела убедиться, что на новом месте все чисто, прежде чем привести тебя". "Вафф." Да, Спот понял. "Белл и другие, кто работал над этим местом, тоже дали свое согласие. И обязательно рассказали о тебе твоим новым соседям, чтобы они не очень удивились". Она продолжила, не удержавшись от того, чтобы не потрепать огромную собаку по голове. "Вафф". Затем последовали виляние хвостом и подергивание задней лапой. "А теперь, может быть, ты хочешь что-нибудь взять с собой, прежде чем я отведу тебя туда?" "Врф..." Он отвел голову от ее руки, так как поглаживание по голове было помехой связному мышлению, и его выразительные брови переместились в то, что легко распознать как "думающее лицо". Затем он повернулся, подошел к развалинам и начал в них копаться. В наше время для такой работы можно было бы использовать небольшой плуг или гидравлический ковш, но для такого ксеноса, как Спот? Это был сущий пустяк. Немного покопавшись, сдвинув несколько кусков кладки размером с ящик и перекинув часть стены, он вернулся с побитым, вмятым, изрезанным когтями, погрызенным и иным образом пострадавшим предметом. На вид ничего особенного, но если бы вы были пьяны или, может быть, гигантской собакой, у которой не было рук, чтобы что-то сделать, то это могла бы быть металлическая миска. Взяв ободок в рот, он немного помотал головой из стороны в сторону, чтобы смахнуть с нее пыль, а затем гордо зашагал вперед. Видно, что Спот был умной собакой. Сир поощряла всех детей мастерить что-то, после того как пыталась научить их читать и писать. Некоторые рисовали, другие пытались делать что-то из дерева или глины. Но Спот не умел делать больше, чем жевать. Поэтому он справился с задачей наполовину и получил всевозможные почесывания за ушами и поглаживания, когда все поняли, что он пытается сделать. Он не только не грыз редкую мебель, стены и все остальное, что попадалось ему под руку, когда прорезались его взрослые зубы, но и пытался следить за рассказом, используя свой самый большой талант к разрушению, чтобы сделать что-то полезное. Правда, она не держала много воды, не лежала совершенно ровно и вообще выглядела некрасиво... Но это было начало! "Ну что ж. Если это все?" Чигуса достала из подсумка кусок кожаного шнура и привязала его к ошейнику семьи Ганеши и камню слежения. Поводок не остановил бы и решительную домашнюю кошку, не говоря уже об адской гончей, но те, кто знал Спота, понимали, что это только для видимости. Он даже за белками не гонялся! "Вафф." Спот очень осторожно подтолкнул бедро Чигусы своей большой пушистой головой и опустился на ступеньку рядом с ней. "Думаю, тебе понравится новое место. Это недалеко от лабиринта Дедала. Это старый храм какой-то забытой богини. Мы не только очистили подвал, но даже перестроили второй этаж. Так что теперь ты можешь играть в помещении, когда идет дождь". Спот не залаял, но его хвост завилял, а брови взлетели вверх. Он ненавидел дождь так же сильно, как и время купания. По крайней мере, во время купания все дети играли с ним в перетягивание каната, пока он, наконец, не позволял им победить и затащить его в воду... ________________________________________ "Ах, Орарио! Как я скучал по простой красоте его высоких стен и по сверкающему шпилю Вавилона, когда его серебряные грани блестели под дождем". "Милорд Аполлон, при всем уважении, не могли бы мы укрыться от дождя? Это был долгий путь, и мы, ваша любимая семья, устали от путешествия". сказал Гиацинт, оглядываясь на сильно уменьшившуюся семью Аполлона. За время изгнания их... известность несколько упала. Но, несмотря на то, что они обеднели, а их снаряжение уже не было таким отполированным и высококлассным, как раньше, когда у них был доступ к высококвалифицированным кузнецам и деньгам Орарио, все они вели себя с той же гордостью, что и раньше. Это были настоящие последователи Аполлона. И они не позволяли трудным временам или неделе пути пешком под дождем склонить голову, особенно когда их бог был в поле зрения. Некогда процветающая семья сократилась в материальном отношении до того, что могла уместиться в три повозки приемлемого размера, три дюжины членов и достаточное количество лошадей, чтобы тянуть эти повозки, но они терпели, ради любви к Аполлону. Аполлон, сидевший под прикрытием ведущей повозки, встал. Он подождал, пока Гиацинт откроет для него зонтик, а затем повернулся, чтобы посмотреть на свою семью. Раньше он мог бы произнести перед ними длинную речь, чтобы вдохновить их потерпеть еще немного. Но когда Он посмотрел на них, промокших, грязных, пытающихся выглядеть наилучшим образом, Он просто сказал: "Моя семья. Нас пригласили вернуться в город в связи с этой очевидной проблемой. Пусть это возвращение и не будет славным, но внутри нас ждут еда и кров". За те два года, что они отсутствовали, город несколько изменился. Люди выглядели более настороженными, более напряженными, чем раньше. Казалось, что за каждым углом таится опасность. Некоторые из старых знакомых зданий были перестроены или полностью изменены. Семья Ганеши удвоила патрули, с ними были и солдаты Ракии. И тут раздался "грохот". Они все почувствовали его, как только их ноги коснулись гладких булыжников городской дороги. Как только все вошли в городские ворота, их шествие остановил высокий человек в тяжелых доспехах, выполненных в ракийском стиле. Они имели темно-фиолетовый, близкий к черному цвет обработанного адаманта, а на его башенном щите спереди был изображен узор из чешуи дракона. "Лорд Аполлон и ваша семья, я полагаю?" спросил тяжелый металлический голос изнутри шлема в стиле Ракии. "Да. В каком бедственном положении должен находиться город, чтобы меня приветствовал ракийский солдат! Я предполагал, что меня поприветствует, по крайней мере, другой бог или, возможно, Ройман из Гильдии!" Аполлон ответил, его слова прозвучали гневно, но голос был ровным и дипломатичным. "К сожалению, все они заняты, занимаются своими делами. Однако, если бы вы могли заставить себя обратить на меня внимание". Он снял шлем, спрятав его под щит: "Мариус Викторикс Ракия, король Ракии, к вашим услугам". " Король?" воскликнул Аполлон, - "А как же твой отец? В последний раз, когда мы разговаривали, он был просто невыносим". "Это история, которую надо рассказать, пока мы вытаскиваем вас и ваших друзей из-под дождя. Вы пойдете за мной?" спросил Мариус, надевая шлем, хотя бы для того, чтобы под дождем он не промок еще больше. Прогулка заняла еще минут десять и привела их в район "складов", где находилась большая часть государственных и частных хранилищ города. Несмотря на дождь, в воздухе витал запах пивоварни семейства Сомы. Тем временем Мариус в общих чертах объяснил, что произошло, чтобы сделать его королем. "Понятно..." сказал Аполлон, закончив, - "А виноват в этом Гермес. Никогда его не любил, но иногда он был полезен. А что с его семьей?" "Они перешли в другие семьи или работают в гильдии в более или менее том же качестве". Мариус ответил, потянулся в подсумок за бумажкой, прочитал ее, затем посмотрел на номер склада. "Мы здесь". "Здесь" оказался обычный склад. Довольно большой, с открытой площадкой для лошадей, но в остальном точно такой же, как и другие склады поблизости. "Это будет наш новый дом?" спросил Аполлон с явным выражением неприязни на лице. "При всем уважении, лорд Аполлон, вы - семья, вернувшаяся из изгнания. Но мы можем заверить вас, что внутри все чисто, нет паразитов, есть вода и водопровод. Здесь более чем достаточно коек и мест для хранения вещей для вас и вашей семьи". Среди семейства раздался общий ропот, но Гиацинт сказал: "Твой голос говорит мне, что есть и другие проблемы". Аполлон посмотрел на него за то, что он говорит не по правилам, но кивнул, откинувшись на спинку кресла, чтобы позволить своему капитану вести дискуссию. Однако Аполлон указал в сторону складов, побуждая остальных членов Семьи начать переносить вещи внутрь. "Подземелье, каким вы его знали, пришло в упадок. За последние несколько месяцев запасы волшебных камней упали примерно до десятой части от прежних. Деньги больше не поступают так свободно. Продукты с ферм, удобренные магическими камнями, постепенно иссякают. Скот дает меньше продукции из-за стресса". Мариус пояснил: "Производство целебных зелий практически прекратилось. И большая часть торговли в городе и за его пределами замедлилась". Гиацинт моргнул, на его обычно невозмутимом лице отразилось изумление: "А как же семья Локи и Фрейи?" "Благодаря им более крупные угрозы, которые не могут подняться на верхние этажи, не прокладывают к ним туннели". Мариус сказал прямо. "Хм, прошу прощения". Он нарушил протокол, выйдя из-под навеса склада перед Аполлоном и Гиацинтом. Затем он достал из водонепроницаемого тубуса свернутый лист бумаги: "Хотя я понимаю ваше нежелание даже беспокоиться и просто укрыться здесь, пока сезон дождей не закончится, а затем сразу же вернуться обратно." Он " хмыкнул", развернул бумагу и начал читать. "Аполлону, со стола Роймана, одобрено Ураносом". Двое выглядели заинтригованными, возможно, решив, что эта поездка, в конце концов, не была напрасной. "Лорд Аполлон. Хотя предполагалось, что ваше изгнание из города будет бессрочным, лорд Уранос желает дать вам возможность вернуться насовсем, если ваша Семья окажется полезной в нынешнем кризисе." "Полезной?" насмешливо отозвался Аполлон, но Мариус опередил его еще одним (совершенно похожего на Эйну) АХЕМ. "В городе есть много возможностей для такой разнообразной семьи, как ваша. Поскольку запасы зелий ограничены, мы остро нуждаемся в целителях. Поскольку наши кузнецы и ремесленники до предела загружены ремонтом оборудования, мы также нуждаемся в большем количестве ремесленников. Те из вашей Семьи, кто относится к классу помощников, могут найти работу в Мелене на рыболовецких судах или в шахтах к северу от города. Простите за прямоту, но здесь нет места для праздных рук, поэтому ваше постоянное возвращение в город будет зависеть от того, сколько усилий вы приложите. Если у вас есть вопросы, опасения или вы просто не знаете, с чего начать работу с вашей Семьей, то на следующее утро после вашего прибытия к вашему временному дому будет приставлен помощник гильдии". Мариус сделал паузу, а затем закончил: "Искренне, Ройман, глава гильдии, Орарио". Мариус положил бумагу обратно в тубус, закрыл его и протянул Гиацынту. На этот раз заговорил Аполлон: "Очень хорошо. Я вижу, что нам придется начать все сначала, если мы хотим снова проложить свой путь в этом городе". Он потер подбородок, посмотрел вверх и влево, туда, где было бы солнце, если бы не проливной дождь: "Может быть, мне стоит посетить..." "Кхм." Мариус прервал его: "У меня есть еще одно сообщение от леди Гестии". "О? Неужели она все-таки решила встать на мою сторону?" спросил Аполлон, а Гицынт, не замеченный Аполлоном, на мгновение вытаращил глаза, но потом опомнился и положил руку на плечо Аполлона. "Хм?" "Прошу прощения, но я цитирую сообщение". Мариус дипломатично проигнорировал момент паники капитана Аполлона: "Не ходи в гости, а то я прикажу своей охране тебя съесть". Аполлон не рассердился, а только растерянно моргнул: "Съесть меня? Что за стража у нее в моем старом доме?" "Горгулья. Приручен Кодори и одобрен семьей Ганеши. Он очень верный, и хотя я никогда не видел, чтобы он ел, мастер Вельф иногда просит его помочь разобрать металлические обломки старого оборудования и оружия". Гиацынт, опытный искатель приключений третьего уровня, никогда не видел горгулий вживую, не говоря уже о том, чтобы побеждать их, но, несмотря на свой высокомерный характер, он не был дураком и провел исследование. Он точно знал о них: "Милорд, может быть, для начала стоит послать ей письмо, а не просто заявиться к воротам?" Аполлон на мгновение задумался: "Очень хорошо". "Отлично." Мариус кивнул: "Хоть это и не много, но внутри будет еда. Приставленный к вам сотрудник гильдии объяснит, как город начал нормировать некоторые наиболее востребованные продукты".

________________________________________

Фелс, в силу своего характера, не часто выходил на улицу. Даже до того, как он стал живым скелетом, он был немного одиночкой. Исследования требовали времени, а люди отнимали время от исследований. Но время от времени, за восемьсот лет его "жизни", встречались люди, которые стоили его времени. Дедал был одним из таких людей. Его гениальность доводила его до безумия, но в светлые минуты он придумывал и создавал удивительные вещи. Конечно, в менее ясные моменты он фантазировал и строил... Ну, например, лабиринт Дедала... Даже он, спустя столько времени, не смог создать точную карту этого участка города. И даже сейчас, когда его части были перестроены, он каким-то образом оставался таким же непостижимым. Был изготовитель часов, который делал механизмы такой сложности, что Фелсу потребовались десятилетия, чтобы даже приблизиться к их воспроизведению. Этот часовщик был ответственен за некоторые скрытые механизмы, защищавшие Урана. Были и другие, которые появлялись и исчезали раз, а то и два за поколение. Они изобретали какой-то новый или интересный способ сделать что-то. Иногда это "новое или интересное" было опасным, и его записывали, архивировали, а затем навсегда прятали в его личной библиотеке. Некоторые из старых образцов оружия Кроззо находились там, пока Проклятие Эльфов не уничтожило их. Хотя это немного разочаровало его, он был рад, что их больше нет. Потом была Кодори. Ее появление в городе осталось для него почти незамеченным. Она была не первой "гостьей" в Орарио, прибывшей столь внезапно, но она была единственной, кому удалось продержаться достаточно долго, чтобы чего-то добиться. Он заметил ее появление только тогда, когда старый артефакт, сделанный им для обнаружения подобных вещей, начал светиться. Он не знал, как давно это произошло, поскольку артефакт оставался неактивным около трехсот лет. Он не любил захламленности, но даже у него иногда находилась "куча вещей", которыми он никогда не пользовался. Но он обратил внимание, когда одна из этих куч начала светиться. Найти ее было легко. Просто ищите человека, который, казалось, не знает, где он находится. Его связь с гильдией, независимо от того, знали они об этом или нет, позволила ему легко найти ее. А дальше оставалось только следить за ней. Она не только побила рекорд по выживанию в городе (правда, рекорд этот был... довольно коротким), но и завела друзей, выучила язык, начала общаться с людьми. Казалось, она знала, что нужно делать, чтобы выжить, но при этом не шла на те ухищрения, которые свойственны большинству людей. Не воровала, не пыталась добиться успеха нечестным путем. Если честно, ей очень повезло, что она нашла Мию Гранд. Из всех мест в городе, куда она могла попасть, она оказалась на краю Лабиринта Дедала и случайно встретилась с Сир Фловис. Впрочем, Сир тоже была в некотором роде аномалией. Далее последовала череда событий, в результате которых она стала казаться себе неуклюжей идиоткой, которая благодаря слепой удаче нашла Семью, преуспела в подземелье, каким-то образом сумела достичь второго уровня за ТРИ НЕДЕЛИ... Это привлекло к ней внимание. Нет, удача не могла этого сделать. У нее и у Белла было что-то еще. Белл, как он знал, обладал особым умением. Мальчик признался в этом Эйне, своему советнику, и тот в конце концов сообщил ему об этом. Кодори же просто утверждала, что все дело в старании, желании и стремлении не отставать. Но... Она пропала в тот день, когда подземелье сошло с ума. Гестия, похоже, отрицала, что она мертва, и хотя многие считали, что она просто впала в депрессию после потери одного из первых членов Семьи, только близкие ей люди сохраняли надежду, что она жива. И она была жива. Причем в другом мире! Она создала способ общения между мирами, который каждый раз приводил в действие его артефакт. В течение следующих нескольких месяцев эта связь приведет к следующей вещи - способу. Способ путешествовать между мирами. И вот теперь на его столе лежали две вещи. Первая - металлическая карточка. Он почувствовал, как по ней пробежала волна магии - один из новых предметов, сделанных Кодори и Вельфом. Камень памяти, но вместо предмета, который ее олицетворял, это была картинка. Вельф был еще одним, на кого он положил глаз. Он не только умел делать волшебные мечи, когда хотел, но не делал этого, он начал использовать свою способность к зачарованию. У него не было "умения" зачаровывать, но был "инстинкт". Он сухо усмехнулся, как только мог, глядя на картинку на карточке. Кодори, одетая в плащ, сделанный из убитого ею дрейка, когда она побила рекорд второго уровня. Она стояла там, указывая на кого-то. Не с агрессией, а скорее с выражением "Эй ты! Да ты!". Затем была коробка. Она была сделана из грубой бумаги, но при этом достаточно прочная, чтобы вместить достаточно большой объем. Сбоку были начертаны какие-то странные символы, а под ними - что-то похожее на улыбку. Любопытно, но не так важно, как письмо сверху. В нем обычным для Орарио шрифтом было написано "Фелс". Коробка была запечатана, похоже, полоской бумаги с клеем на одной стороне, но обойти ее не составило труда. Это свидетельствовало о доверии, которое она оказала всем, кто участвовал в доставке этого предмета. Он был уверен, что любой человек, обладающий хоть каким-то магическим чутьем, мог почувствовать, что содержимое этой коробки... мощное.

________________________________________

"Сколько раз это было в этом месяце?" спросил Вельф, глядя вслед Оттару и Фрейе (спина которой выглядела гораздо красивее), которые шли по улице. Закрыв за ними главные ворота, он повернулся и увидел, что Айша и Микото хмурятся так же, как и он. "Три раза в этом месяце, четыре в прошлом, два раза в позапрошлом". сказала Айша. "Мм..." Микото кивнула: "Похоже, она настроена весьма решительно. Кодори-сан была права в своем предсказании". "Да, мисс Фрея не такая уж и хитрая, как ей кажется". Вельф хмыкнул: "Все труднее становится "вежливо" придумывать отговорки, чтобы не пускать ее к детям". Все трое пошли обратно в поместье, тихо ворча по поводу того, насколько очевидной была Фрейя, но не в силах сказать "уходи". "Может быть, стоит поднять этот вопрос, когда Кодори-сан в следующий раз свяжется с нами?" "Кто-то должен. Маленькая Химе сама не станет говорить об этом, так как хочет, чтобы она сохраняла ясную голову, пока находится там. Но я уверена, что Кодори уже догадалась". Айша ответила: "Я была бы разочарована, если бы она этого не сделала". "Но что она может сделать с этим... где бы она ни была?" спросил Вельф, и все трое снова погрузились в мрачное молчание.

________________________________________

Ганеша, Шакти, Рюу и Чиме стояли вокруг круга фей, расположенного внутри одной из массивных "птичьих клеток" в "зоопарке". Он находился дальше всех от стен и на самом малопроходимом месте, что обеспечивало ему максимальную безопасность, учитывая, что для работы он должен был находиться под открытым небом. "Хм, я не чувствую никаких сигналов от карты". Ганеша пробормотал: "Как ты думаешь, могут быть проблемы?" Он отбросил всю свою "публичную" личину и был совершенно серьезен. "Похоже, что она и ее семья постоянно находятся в состоянии "неприятностей", мой лорд". ответила Шакти. Обычно подобные комментарии вызывают, по крайней мере, смех, но Ганеша просто нахмурился. Рюу заговорила: "Она права, лорд Ганеша, но задача Кодори, где бы она ни находилась, заставляет ее заниматься и другими делами. Она назвала это "политикой"". И, как и Кодори, Рюу вложила в произнесение этого слова идеальную долю отвращения. "Возможно, возникло другое обязательство?" Она посмотрела вниз, на Чиме, которая, оглянувшись на нее, утвердительно мотнула ушами. "Если астролог прав..." Шакти посмотрела на луну: "Фаза луны только что прошла свой пик". Она повернулась к Ганеше, который тоже смотрел на луну вместе с ней: "Может, будем надеяться на лучшее и отправимся спать, милорд? Рю..." Но Рюу уже исчезла. ________________________________________ Как уже говорилось, Фелс был одиночкой. Это не значит, что он был асоциален или неспособен вести беседу. Просто по большей части самый разумный разговор в комнате, который можно было вести, был с самим собой. "Почему... Почему это не работает?" спрашивал он себя, глядя с рабочего стола на стоящую рядом подставку для книг. "Ее записи ясны как хрусталь, но..." Он оглянулся на верстак, где стояло несколько кубиков для преобразования, каждая из шести граней которых была покрыта рунами и глифами, которых он никогда раньше не видел. "И металл явно зачарован. Не иначе как серебро высокой пробы! И все же... не работает..." Он начал расхаживать взад-вперед, бормоча себе под нос, потирая рукой в перчатке гладкий череп: "Это должно быть так же просто, как дать ману... Металл поглощает ее, но нет никакого эффекта, кроме нагревания металла... Я уверен, что прохожу энергетический порог, о котором она говорила... В моей лаборатории точно нет сильных точек помех... Мои круги заземления находятся совсем на другом столе..." Он снова повернулся к странному кубу, указывая на него, как бы вынося приговор: "Так почему же ты не работаешь?" Словно в насмешку, он промолчал. "Ба..." Он отвернулся к другому столу, на котором лежал набор металлических карт. Всего четыре карты, каждая из которых имела сложный геометрический узор, точно выгравированный на поверхности. "Ты... ты хотя бы работаешь, хотя от ее записей почему-то болят глаза, которых у меня не было уже восемьсот лет..." Одна из этих карт действительно была активной. Небольшая лампа из волшебного камня была частично разобрана, обнажив простую фокусирующую решетку, которая черпала энергию из камня для создания света. Вместо этого массив был подключен к карте, а над ним располагался массивный шар чистого белого света. Он был не таким ярким, как обычная лампа, поскольку не было ни зеркал для фокусировки, ни фильтра для рассеивания света по комнате, но он работал. Остальные тоже работали, создавая на поверхности карты простую сферу "чего-то". Холод, огонь и электричество. В отличие от карты "свет", они были физически опасны, и поэтому их нельзя было оставлять включенными, когда он стоял спиной. "Любопытно... Почему они работают, а предыдущая нет..."

________________________________________

"Вейн тебя видит!" Вейн тихо сказала (ведь ей было велено никогда не кричать при детях): "Я тебя сейчас поймаю!". Драконица лежала головой и плечами под одним из удобных и любимых диванов в комнате для встреч, чтения и сна в поместье Хартстоун. С тех пор как они все начали ползать, они стали попадать во всякие интересные места. Конечно, и Семья, и небольшая группа сирот помогали "защищать" поместье от детей, делая такие вещи, как перемещение всех "бьющихся предметов" на высоту, превышающую рост "любопытного ребенка", или обработка напильником/песком всех углов на уровне земли (колонны, стены, столы, стулья... все). Но они ничего не могли сделать с тем, чтобы залезть под вещи. Разве что залезть за ними и вытащить их оттуда. Вейне это нравилось, так как прятки были ее любимой игрой (после игры в пятнашки), а гоняться за прячущимися малышами Ренарда было бесконечно весело! Чие, похожая на Харухиме с ее зелеными глазами и золотистыми волосами, подняла бровь, глядя на руки и шевелящиеся пальцы Вейне, а затем, извиваясь, подтянула под себя руки и колени и уползла, радостно виляя маленьким золотистым хвостом. Теперь, оказавшись вне пределов досягаемости, Вайне пришлось немного извернуться, потом еще немного, но ребенок набирал скорость и вот уже вылез из-под дивана и отправился искать новое место для укрытия. " Нееет, вернись!" надулась Вейне, вылезая из-под дивана, но увидела, что Чие снова исчезла. Поскольку в комнате было полно мебели, под которой мог пролезть малыш Ренар, охота началась снова.

________________________________________

Первый этаж Вавилонской башни много раз переделывался с момента ее создания. За тысячу лет ее существования внутреннее убранство менялось, приспосабливаясь к нуждам гильдии, богов или просто для того, чтобы приспособить какую-нибудь "новую вещь", например, лифт, хотя это было много веков назад. Однако теперь он превратился в "последний бастион". Каменные баррикады, металлические шипы, которые можно было бросить на место в одно мгновение, взрывчатка, призванная временно обрушить первый и второй этажи, чтобы замедлить или остановить прорыв... К счастью, ничего из этого не было использовано, но если бы искатели приключений потеряли туннели на нижних этажах, то это позволило бы выиграть время, необходимое для сдерживания монстров. Многие боги и богини, жившие в башне, эвакуировались. Некоторые перебрались во вторичные дома или "притоны", которые купили или захватили их Семьи. Другие попросили своих детей купить такое место, а третьи перевезли себя и своих детей в Мелен, чтобы помогать рыболовецким судам и при этом находиться на более безопасном расстоянии от "нулевой отметки", если случится худшее. А еще была Гефест. Не то чтобы она не хотела уезжать. У нее не было комнаты высоко в башне, она предпочитала оставаться и наблюдать за магазинами своей семьи, а непрекращающийся грохот снизу мешал думать... Нет, именно потому, что она наблюдала за магазинами, она не могла их покинуть. Там было слишком много товаров, чтобы просто оставить их без присмотра. Кроме того, в магазинах имелось оборудование, необходимое для ремонта оборудования, которое постоянно находилось в бою. В дверь постучали. Цубаки поправила повязку на поврежденной части лица, прищурив глаз от слишком ярких ламп из магического камня, освещавших ее кабинет-кузницу. "Это ты, Цубаки?" Дверь открылась, и на пороге появилась сама "Циклоп". С повязкой Гефеста на противоположном глазу она выглядела в полной мере капитаном богини, хотя и предпочитала восточные одежды своей родины. "Мэм". Достаточно официально, чтобы иметь значение: "Хотите, я зачитаю сегодняшний отчет и список заявок? Или просто сэкономить время и сжечь их?" Она встала напротив Гефеста, прищурив глаз: "Знаешь, если бы ты хотела хорошенько выспаться, тебе стоило бы пойти и попросить Лил Двухвостку. Уверена, она найдет для тебя местечко, если ты не будешь возражать против того, что вокруг ползают маленькие лисята". "Я уверена, что ты уже выучила отчеты наизусть. А я, возможно, найду. Я имею в виду..." Цубаки взяла в руки три или около того листа бумаги, скомкала их и бросила в камин: "Не секрет, что у нас не хватает материалов. Человек из Ракии привозит всевозможные камни, железо и т.п., но для действительно хорошего оружия, которое нам нужно для нашей борьбы, нам нужно не только железо". "Я знаю..." ворчала Гефест, - "Кстати, об этом... Если ты родом с востока, тебе, возможно, знакомо это слово - "тамахаган". ... Кажется, я правильно его произношу..." "Драгоценная сталь?" Цубаки кивнула: "А что же? Это замечательный материал, но его изготовление - дело нелегкое, даже на Востоке". Гефест открыла ящик и достала небольшую пачку бумаги: "Пропавшая Лиса Гестии прислала мне небольшую посылку. Она сказала мне однажды, что ее дом, где бы он ни находился, был более "промышленным", чем Орарио, и она сказала, цитирую: "Ты, наверное, уже знаешь, как это сделать, будучи той, кто ты есть, но если ты сможешь собрать это вместе, ты сможешь повысить эффективность примерно в три раза". Можешь ли ты понять смысл этого?" Цубаки взяла бумаги, сначала листая их с сомнением, затем моргая, отклоняясь назад и снова просматривая их: "Не может быть... Если бы мы сделали это таким образом, нам не пришлось бы каждый раз разбирать все на части, когда мы делаем партию... Пережигание древесины в уголь, вместо использования угля... Доменная печь?" "Есть еще кое-что." Опять тасование бумаг: "Добавление кокса вместо угля... что такое кокс? О, производство кокса..." Еще больше бумажной волокиты: "Сварка трением? Скручивание металла вместо его сгибания, да, я это знала... "Хот-дог в булочке"? О! Ладно, это неплохая идея, но... что такое хот-дог?" Она подняла глаза от бумаг: "Она просто дала тебе эту информацию? Бесплатно? Это может изменить то, как мы плавим металлы здесь, в Орарио!" "Не бесплатно." Гефест мрачно усмехнулась: "Защити мой дом". Она процитировала, помахав последним листком бумаги из ящика: "Это ее цена за все это. То есть, мы все равно собираемся это сделать, но она делает все возможное, чтобы помочь, даже если не может быть здесь лично. Слышала о шумихе в квартале алхимиков?" "Какая-то новая технология дистилляции, позволяющая дешево и без использования магического камня делать дезинфицирующие средства и тому подобное. Мы получили кучу бутылок для медицинских палаток снаружи, хотя я сожгла отчет, в котором было указано их количество. Жжет так, что ты не поверишь". Пауза: " Подожди? Это тоже была она?" "Ага. Итак," она махнула рукой на бумаги, которые Цубаки все еще держала в руках, "вы можете это построить?" "Да, мы можем." Она ответила с ухмылкой, на которую был способен только кузнец с новым проектом: "Я найду кого-нибудь из свободных и займусь этим. А тебе лучше отдохнуть до завтра. Поспи, может быть, сходи к Крозо". Гефест вздернула бровь: "Может наступить конец света, навести его, пока есть возможность". Гефест покраснела, как волосы Вельфа, но не успела ничего ответить, поскольку Цубаки уже ушла.

________________________________________

Несмотря на то, что Ганеша совсем не спал в эту ночь, он работал на 110 процентов, пока мастера его Семьи сооружали простой, но прочный кран, чтобы достать фрагмент подземелья из круга фей, не потревожив грибы. Вельф тоже был на месте: они с Кодори смастерили похожий кран-лебедку, чтобы укладывать камень для бассейна на заднем дворе поместья Хартстоун. Там же находилась еще одна команда, вооруженная длинными копьями, чтобы очень осторожно разбить и убить монстров, которые пузырились на поверхности фрагмента подземелья. "Да! Получилось!" воскликнул Вельф, - "Прицепите эту цепь! Закрепи противовес как следует, иначе он никогда не будет работать!" "ГАНЕША БОЛЕЕТ ЗА ВАС ВСЕХ!" Пауза, пока он разгибался и позировал: "Ганеша видит гостя!" Еще одно движение и простой танцевальный шаг, чтобы повернуть тело вполоборота к гостю: "Мистер Финн! Ганеша приветствует вас!" Обычно хорошо одетый паллум выглядел так, словно его скатили с холма из грязи, гравия и крови, хотя лицо и руки были совершенно чистыми. "Лорд Ганеша, мастер Вельф, я пришел, как только гонец нашел меня". Вельф на мгновение повернулся спиной к строителям: "Я все объясню, только встаньте здесь, не хочу показаться невежливым, но если они все испортят, нам придется начинать все с нуля". "Конечно." Финн прошел мимо все еще позирующего Ганеши: "О? Почему такая осторожность? И... Это часть девятнадцатого этажа, прямо у спуска с восемнадцатого. Я вырезаю на нем свои инициалы каждый раз, когда прохожу мимо. Но что она делает здесь?" Пауза: "О! Значит, это она сделала". "Старшая сестра Кодори отправила его обратно". Вельф кивнул: "Медленно! Прибейте это на место ПРЯМО СЕЙЧАС!" Он вздохнул, глядя, как команда поспешно прикрепляет часть конструкции и начинает прибивать доску. "Отличные люди, но такое впечатление, что они никогда раньше не строили дома..." "Ну, большинство людей, которые знают, как это делается, как раз сейчас строят дома". легко согласился Финн. "Да... В общем... Слушай, Финн, я не могу тебе точно сказать, но если мы не будем двигаться осторожно, то может пройти еще месяц или больше, прежде чем появится следующий кусок." Вельф сказал: "Надеюсь, ты понимаешь". "Делай, что должен, мастер Вельф". Финн кивнул, хотя, будучи опытным искателем приключений, он рассмотрел все детали вокруг фрагмента подземелья, но оставил свои комментарии по поводу увиденного при себе. "Спасибо." Вельф кивнул: "Учитывая, что там все такое безумное, нам все равно придется попросить тебя вернуть это на место". " Ах, ну, я уверен, что мы сможем это устроить. Вы знаете, сколько времени пройдет до следующего? Если скоро, то мы могли бы подождать, а не тратить столько времени на битву до восемнадцатого". Ганеша продолжал принимать глупые позы, но тихо сказал: "Капитан Финн, это уже решено". Глаза Финна на мгновение расширились, затем он кивнул: "Понятно. Я соберу людей, которые у нас отдыхают, и буду готов отправиться в путь сегодня вечером". "Три или около того дня до следующего." Вельф сказал так же тихо, протягивая Финну клочок бумаги: "Сожги это, когда запомнишь". Финн посмотрел на бумагу, изучил начерченную на ней карту, затем вернул ее кузнецу: "Тогда будем чередовать каждые три дня". Он улыбнулся своей обманчиво детской улыбкой: "Думаю, я все же навещу Хозяйку, прежде чем отправлюсь вниз... Выпьем за нашу пропавшую Лису". "Уверен, миссис Кодори будет тебе очень признательна, мистер Финн!" сказал Ганеша со своей обычной громкостью, помахивая рукой и разминая бицепс. "Осталось только снять его с этого чертова возвышения, на котором он у нас стоит..." вздохнул Вельф.

________________________________________

"Понятно." тихо сказала Фрея, глядя на стоящую перед ней фигуру в мантии. Единственным знаком на человеке была небольшая красная эмблема, женщина с крылатым шлемом, выполненная винно-красной нитью, в остальном же все было скрыто сумеречно-серым плащом. " Продолжай наблюдение, не показывайся на глаза". "Миледи." сказал он, выходя через боковую дверь. Фрея вздохнула, откинувшись на спинку изящного дивана. Когда-то он принадлежал Иштар, и это была одна из немногих вещей, которые она не сожгла, просто чтобы выветрить из кабинета запах духов и секса. Однако это был очень изысканный диван, и она просто не могла устоять перед королевским пурпурным бархатом и сусальным золотом, из которого он был сделан. "Похоже, пропавшая Лиса усердно работает на благо города, но интересно..." Фрея размышляла: "Оттар, думаю, нам придется действовать в ближайшее время". "Очень хорошо. Как скоро?" Оттар, который всегда был готов служить своей Богине, вырисовывался, как нежный титан, возле массивного серебряного чайного сервиза, его огромные руки обманчиво умело заваривали чай. "Не слишком скоро. Если этот... круг грибов - единственный путь к ее местонахождению, если только я не пошлю кого-нибудь из вас, чтобы закончить задание, которое она взяла на себя, и навсегда убрать ее из поля зрения... Я просто не знаю достаточно, чтобы говорить так прямо... Но, возможно, до того, как она вернет последний... Вы точно знаете время?" "Да. Я сам это подтвердил". Он кивнул, подкатывая тележку. "Могу ли я говорить?" "Всегда, мое сокровище". "Я подозреваю, что ее Семья догадывается о твоих похождениях". Одно из его пушистых ушей шевельнулось: "Не все они спали, когда мы навещали их в последний раз". "Ну-ну..." Она улыбнулась, вся в меду и яде: "Они не откажут нам в случайном визите, даже если догадаются. Этот милый ребенок со странными глазами..." Оттар взял в руки заварочный чайник и уже собирался поднять его, чтобы налить, как в дверь постучали. "Все отчеты на ночь готовы". Он посмотрел на Фрею, которая поставила свой бокал с вином и указала на дверь. " Мистер Оттар очень высокий." сказала Лилли, глядя на "короля" Орарио, Оттара Боаза, единственного седьмого уровня, когда он открыл дверь. Они смотрели друг на друга, Лилли в своей обычной бело-красной мантии, а Оттар в красном жилете и строгих штанах. "Я часто это слышу". Через мгновение он сказал: "Ваше дело здесь, мисс Лилли?" Король или нет, но он всегда был вежлив с теми, кто не выказывал обиды. Кроме того, в том, что она оказалась здесь, были виноваты стражники, которые не должны были ее впускать. "У Лилли есть подарок для леди Фрейи от леди Кодори". Она протянула Оттару простой прямоугольник кожи, сложенный в рукав для чего-то, что находилось внутри него. "Хм..." Он принял его, осторожно вытащив предмет из рукава. Сделанный из черного железа, которое покалывало под пальцами, это было Таро, с Кодори, тонко выгравированной на поверхности. В отличие от большинства других ее Таро, не имело дружелюбного вида. Одетая в старый чешуйчатый плащ и леггинсы, она сидела на деревянном ящике, слегка наклонившись вперед. Руки на коленях, лицо серьезное, она выглядела так, словно собиралась допросить кого-то в какой-нибудь подворотне, начиная с коленных чашечек. "Понятно." Он кивнул: "Если это все?" "У Лилли есть кое-что для мистера Оттара, также от леди Кодори". Она потянулась под мантию, за спину, и достала жезл из темно-фиолетового металла, сделанный из адаманта. На одном конце стержня была удобная рукоять из кожи или акульей шкуры, а на другом - ряд маленьких петелек, предназначенных для тонкой веревки. Между рукояткой и кольцами было место для чего-то еще, в металле просверлены небольшие отверстия, но в остальном все. "Она сказала, что ты знаешь, для чего это". "Хм." Он принял удочку, некоторое время рассматривал ее, затем развел руку в стороны, превратив удочку в трехметровую. "Передайте ей мою благодарность". Не удержавшись, он поддался на восхитительные размеры Лилли и похлопал ее по голове, отчего большая часть ее головы исчезла: "Не попадись на пути к выходу". Лилли улыбнулась и помахала рукой, когда за ней закрылась дверь. Выйдя на улицу, она глубоко вздохнула, радуясь, что Кодори сказала ей, что не расстроится из-за внезапного визита и будет просто очаровательной. Посмотрев налево и направо, она накинула на голову один из плащей-невидимок и исчезла. Внутри Оттар передал Таро Фрейе, которая с любопытством посмотрела на него. "Как странно". Она сказала: "Еще один из ее "камней памяти"... Картинка очень хорошо сделана, несомненно, работа мастера Вельфа, но изображение, по-моему, несколько безвкусное". Она улыбнулась Оттару, который постучал по своей новой удочке, чтобы она снова стала компактной: "Похоже, она посылает всем подарки, где бы она ни находилась". "Сома, Миах, Гефест, Ганеша, Локи, гильдия, а теперь еще и миледи". сказал Оттар. "Мне немного грустно, что это все, что она прислала. Хотя улыбка на твоем лице весьма приятна". Она посмотрела на Таро, небрежно держа его за уголок и закрыв глаза, помахала им: "Что же мне делать с этим?" "Откройте глаза и посмотрите на него, леди Фрея". Фрейя замерла, услышав голос Кодори, раздавшийся в воздухе вокруг нее, достаточно громкий, чтобы его услышать, но достаточно громкий, чтобы она услышала его без всяких проблем. Фрея замерла на середине "неосторожного взмаха": "Миледи?" Оттар снова был прерван от наливания чая странными движениями своей богини. Он чуть не опрокинул тележку с чаем, потянувшись, чтобы быстро забрать у нее карточку. Фрея подняла руку, и Оттар остановился, вернувшись к чайнику. Фрея посмотрела на изображение на карточке. Постепенно изображение на карточке приобрело глубину, и они оказались смотрящими друг на друга в длинном черном коридоре. "Демоническая лиса". Фрейя сказала: "Так вот как ты посылала весточку туда и обратно?" "Так и есть, леди Фрея. Простите мне мою прямоту, но они работают всего несколько минут. Во-первых, передай Оттару, что я с нетерпением жду возможности снова отправиться на рыбалку. Без того, чтобы меня бросили в океан". Кодори улыбнулась, хотя улыбка не достигла ее глаз. "Ему самому очень понравилось путешествие". Фрея сказала: "Мне очень любопытно, как вы отправляете эти дары обратно в Орарио. Ни караванов, ни гонцов из города, но..." "Ваши шпионы далеко не так легкомысленны, как им кажется." Она быстро ответила: "Леди Фрейя, я отправила эти вещи этим семьям, потому что знала, что именно они смогут использовать их должным образом. Различные методы, соответствующие их специализации, помогут им обойтись без волшебного камня". "Очень умно с твоей стороны". Она кивнула: "Хотя я сомневаюсь, что вы сможете найти что-то, что могло бы повысить ценность моей прославленной станции здесь, в Орарио…" "Потому что твоя Семья на самом деле ничего не делает". Кодори прервала ее: " Вы - Семья, которая ходит по подземелью и единственная реальная ценность для города - это редкие материалы, которые вы приносите из подземелья, боевые способности вашей коллекции шестого уровня и Оттар." "Ты СМЕЕШЬ оскорблять меня..." Фрея начала отодвигать карту, собираясь выбросить ее, но Кодори снова остановила ее. " Не отводи от меня взгляд." Кодори сказала, ее лицо исказилось от ярости: "Я знаю, что ты пытаешься сделать с моими детьми, с Беллом и даже со мной. Для нас с Беллом ты потерпишь неудачу. Для моих детей? Когда они достигнут совершеннолетия, они смогут свободно выбирать, куда идти. Но до тех пор ты не подойдешь к ним. Ты не будешь смотреть на них, ты не будешь их трогать". Фрея побледнела, глаза ее расширились. Кодори говорила на иероглифе, универсальном языке, на котором говорили только Боги и Богини. Но Фрейя отмахнулась от удивления с безупречным изяществом своего "публичного лица" - маски, с которой она встречала мир в городе. "О? И что же ты и твоя крошечная семейка можете мне сделать?" " С моими подарками городу, гильдии и ведущей ремесленной семье, а также Локи. С моим первым успехом в возвращении части подземелья, чтобы оно перестало сходить с ума и, возможно, убивать всех в городе, я получила очень большую услугу". Фрея на мгновение уставилась на карту, затем ее глаза расширились. "Когда я вернусь, Фрея, а я вернусь, что бы ты ни пыталась сделать, чтобы остановить меня, я спрошу, слушала ли ты меня. Если да, то ты сможешь наблюдать из своей башни, как мы восстанавливаем город, и получишь заслуженную славу за то, что сохранила его в безопасности вместе со своими высококлассными искателями приключений". Кодори улыбнулась, показав зубы, ее золотые глаза расширились: "Если нет, то я перекрою для тебя весь город. Ты вернешься на свое место на вершине Вавилона, но никто больше не будет открыто иметь дело с семьей Фрейи. Ни Ганеша, ни Гефест, ни Миах, ни Даин Кехт, ни даже Сома. Гильдия, конечно, по-прежнему будет иметь с тобой дело, но холодным механическим способом, как человек за прилавком, и не более того". Изящная маска Фреи растворилась до такой степени, что она начала дергаться и хмуриться, а ее пальцы вцепились в края карты с такой силой, что побелели костяшки пальцев. "Ты правильно поняля, леди Фрея? Я пытаюсь спасти город, на вершине которого ты сидишь, и мне бы очень хотелось не беспокоиться о своей Семье, пока я это делаю". Улыбка Кодори померкла: "Если тебя это не устраивает, мы с Оттаром можем по-дружески побеседовать о моем неуважении. Но я надеюсь, ты поймешь, что родительские обязанности заставляют человека совершать безумные поступки". " Очень хорошо, Демоническая Лиса." Фрея сказала сквозь стиснутые зубы: "Мы обсудим это, когда ты вернешься, но за мое сотрудничество придется заплатить." "Этого следовало ожидать." Кодори серьезно кивнула: "Не выбрасывай карту. Но положи на нее руку, чтобы отключить".

________________________________________

Я положил руку на карту, закрыв разъяренное, разочарованное лицо Фрейи. Затем я взял тряпку с алхимического стола и кашлял в нее около минуты. Мне потребовалось все, что я мог, чтобы сдержаться, но я должен был донести свою мысль до всех. Позади меня Рюу похлопала меня по спине, а затем протянула мне стакан с водой, когда я остановился. "Опасное заявление, сестра. " "И я имела в виду каждое слово". Я сказал, выпив весь стакан за один раз: "Если мне придется..." "Я знаю." Она сказала: "Тебе пора в постель, ты еще не пришла в себя". Делли рассмеялась: "Забавно наблюдать, как старшая сестра становится старшей сестрой".

________________________________________

ПРИМЕЧАНИЯ! Ну вот и все, небольшой обзор того, как идут дела в Орарио. Далее? То, что, вероятно, станет заключительной "аркой" DxD. По крайней мере, в том смысле, в каком Кодори собирается ее принять. Конечно, жизнь в DxD будет продолжаться, и я буду следить за ней по мере того, как будет идти время в Орарио, но это уже совсем другое дело. Вечеринка продолжается. Спасибо, что читаете! И если вы хотите увидеть полноцветный арт, присоединяйтесь к дисконду! aKAQg4bnYu за дискорд! А моя настоящая книга "Were Too?" находится на Инкитте.