Пробуждение гиганта

      Впервые за несколько веков было созвано заседание Государственного совета — этакого парламента Небесной Республики — в полном его составе, а не по отдельным комитетам, как это происходило обычно. Притом, что большинство комитетов в последний раз собирались во время прошлого же собрания парламента. В связи с этим будет нелишним заметить, что большинство членов Совета никогда эти залы не видели, а потому осматривались с благоговейным трепетом места, куда они сейчас входили. Для каждого это было моментом не только трепета перед монументальной архитектурой, одним своим видом подавлявшей человека и указывавшей на его незначительность, но и гордости за своей род, когда-то получивший наследное место в Совете.       Дворец, в котором ещё во времена расцвета Небесной Республики происходили различные собрания и заседало высшее руководство страны, именовавшийся в те далёкие времена довольно просто — «Дворцом государственного управления» — ныне назывался хоть и короче, но более претенциозно — «Поднебесье». Это притом, что он находился на глубине многих километров под землёй, являясь одной из самых нижних точек Небесной Республики. Легенды рассказывали, что в Поднебесье находится множество чудесных механизмов, сотворенных предками, некоторые из которых, вероятно, обладали полубожественными возможностями, которые и позволяли им творить магию, до сих пор работающую на благо народа Республики. Горожане к пафосным легендам, рассказывающим о величии давно ушедших лет, как это водится у всех прочих горожан, присовокупляли довольно интересные подробности чуть ли не интимного содержания. Например, была довольно популярной история о неумерших благодаря чудесному владению медициной предках, скрывающихся в далёких и неизведанных глубинах Поднебесья и соблазняющих заходящих в эти уголки в поисках требующей уборки вековой пыли служанок.       Члены Совета собрались в единственном коридоре, ведущем ко Дворцу из столичного города — Звезды. Были, конечно, служебные входы, но парадным, через которое следовало входить официальным лицам, являлся исключительно этот коридор. Стены его представляли собой гладко высеченный, но при этом невероятно твёрдый камень, который, согласно преданиям, когда-то был жидким, но был налит в особые формы, в которых и застыл, превратившись в монолитное строение, ныне и представляющее собой коридор. У двери в Поднебесье стояла огромная металлическая чаша диаметром не менее 5 метров, опирающаяся о пол при помощи сложной сети тонких трубок, опутывающих как чашу, так и пол под ней и уходящих даже куда-то ниже. В местах, где трубки уходили в пол, можно было заметить материал, отличающийся по цвету от прочего коридора и даже, наверняка, не являющийся с ним одним целым.       Следовало зажечь огонь, чем возвестить могучих предков о желании их преданных потомков посетить сие священное место. Пока служащие Дворца доставали каменноугольный кокс из своих рюкзаков и раскладывали его по чаше, члены Совета имели возможность осмотреть коридор. В целом, он был довольно пустым арочным пространством шириной метров 15, высотой 10 и длиной 300, если считать от довольно свободной открывающейся двери, ведущей сюда из столицы, до двери в Поднебесье, от которой исходил лёгкий ветерок, чей источник было невозможно конкретно определить. На полу были заметны следы, смотря на которые, инженеры Республики могли бы сказать, что здесь когда-то лежали огромные рельсы. Некоторые действительно так говорили, но, разумеется, такую глупость сразу же поднимали на смех. Прямо под потолком пролегали еле заметные в тусклом свете керосиновых ламп трубки, о назначении которых ныне спрашивали лишь дети, неизменно получая ответ «Для красоты», поскольку исследователи уже отчаялись с ними разобраться, распиливать их никто не решался, а документы, которые могли бы дать ответы, лежали в глубинах Поднебесья за дверьми сейфов, ключи от коих уже наверняка уже давным давном сгнили — столь древнюю историю вёл народ Республики.       Наконец, служители чиркнули огнивами, и огонь зажёгся, набирая постепенно всё больше и больше силы. Пришедших членов Совета обдало теплом от разгорающегося кострища. Многие отошли на противоположную сторону коридора. Хотя некоторые, напротив, приблизились поближе, из сжавшихся комков выпрямились в полный рост и даже наконец вдохнули полной грудью.       — Мы из Гримлока, — пояснили эти советники любопытствующим, а затем получили понимающий кивок.       — О, соседи, — ответил небольшой группке греющихся советник, а потом с явным усилием вдохнул новую порцию воздуха и глянул на них бледным болезненным лицом лицом. — Рэтчет.       — Вы один?       — Да, — снова с усилием проговорил советник. — Видимо, у нас всё же похуже, чем у вас, раз от нашего города здесь один я.       — Как вас зовут? — осведомился один из собеседников. Делегация из Гримлока, составленная из 5 человек, довольно быстро познакомилась с делегацией из Рэтчета, составленную из всего 1 человека.       — Очень приятно, господа, — отвечал гражданин Рэтчета, пожимая всем руки.       — Скажите, намерены ли Вы воспользоваться заседанием для оглашения проблем своего города?       — Всенепременно. Хотя, должен сказать, после такого мне будет страшно возвращаться домой, — ухмыльнулся советник, вдыхая новую порцию идущего от костра горячего воздуха, пока большинство делегатов продолжали стоять в стороне.       — Почему?       — Моя жена жалуется уже десяток лет, что не может ни сама никуда выехать, ни дочку свозить: везде ей становится плохо после нашего воздуха. А если у нас всё поправят, то им ведь плохо будет и дома… боюсь, зайду и получу сковородкой по макушке.       — Что ж… Если Вы поднимите этот вопрос, можете рассчитывать на безоговорочную поддержку нашей делегации, — ответил один из представителей Гримлока.       — Считать ли это покушением на жизнь советника? — с лёгким смешком им коллега.       — Да нет, мы просто рассчитываем поднять и свою проблему тоже. Хотя, должен заметить, продолжая вашу тему с женой, благодаря круглосуточной бане в нашем городе, многие женщины Гримлока одеваются максимально свободно.       — Всё в нашем секторе может вызвать стыд предков, — пробубнил рэтчанин, собираясь как-то продолжить свою фразу, но из толпы раздался тяжёлый кашель.       — Следует ли нам отправить Вас обратно? — обратились сразу же к кашляющему.       — КХА! Не беспокойтесь, — ответил тот, после чего опять закашлялся, но подавил это. — Астма. Ничего заразного.       Получив кивок, он продолжил откашливаться. Под раздающийся эхом по коридору кашель наконец скрипнули механизмы — предки, или то, что от них осталось, получили сообщение о приходе их потомков в Поднебесье. Между толстыми дверьми появился узкий просвет, который на глазах начал медленно расширяться. Уже через половину минуты в просвет мог протиснуться человек, а через 5 двери окончательно разошлись, почти целиком вдвинувшись в стены. Все наблюдали за этим зрелищем с осознанием всей его значимости: в последний раз Поднебесье открывалось много веков назад — во время падения на Землю лунной и солнечных капель.       — Добро пожаловать, о господа, покрыты славой рода! — воскликнул один из служащих. — Узрите же творение предков ваших, достойное ныне вас самих! Войдите в Поднебесье!       Первыми зашли служащие, тут же вставшие у тяжёлых статуй рыцарей, держащих в руках оружие таких размеров, что ни один человек, вероятно, никогда бы поднять не смог. Хотя за статуями ухаживали и стирали ржавчину с поверхности, она всё равно была видна между пластинами, она выползала из сочленений. Проходя через открывшийся дверной проём, советники смогли обнаружить, что толщина дверей составляет никак не менее полутора метров, а сами они сделаны из металла, сохранившего, в отличие от статус, свою целостность и где-то даже характерный металлический блеск.       Входной зал, вопреки тому, что находился на глубине не менее 5 километров от поверхности, был наполнен свежим воздухом, который для многих после их городов показался действительно пьянящим. Хотя многие механизмы предков и ломались, в Поднебесье они, видимо, всё ещё работали. С самого входа зал поражал воображение, резко контрастируя с совершенно пустым оставшимся за дверьми коридором. Его высота сначала составляла те же 10 метров, однако по его краям потолок поднимался ещё десяток метров, как, впрочем, и полы. Либо, наоборот, происходил спуск. Ведущие вверх и вниз лестницы шли через одну. Всего их было 12. 6 — вниз, 6 — вверх. Художественное оформление перил и лестниц соответствовало месяцам года. «Осенние» лестницы — по перилам вдоль их длины протянуты символизирующие голые древесные ветки изваяния, сами ступеньки покрыты мозаикой, элементы которой соответствуют цветам опавших листьев. Осенние месяцы отличались цветами и степенью оголённостью веток: если у «сентября» на многих местах были выбиты объёмные листья, которые можно было ощутить, проводя ладонью по перилам, то ноябрь позволял трогать довольно гладкие структуры. Прочие лестницы были оформлены в подобном символичном стиле. У «зимних» были снежинки, пурга, белый цвет. У «весенних» появлялся ярко-зелёный и голубок оттенок, представляющие ветки протяжённые структуры в точности повторяли таковые на «осенних» лестницах, но листья на них уже «отрастали». Наконец, «летние» лестницы были сплошь зелёными, синими и жёлтыми, а перила были украшены не только большими листьями, но и небольшими травинками, примыкающими к «веткам».       Мог зал поразить не только тонкой отделкой лестниц, но и завихрёнными колоннами, на коих были развешаны позолоченные зеркала, сложенные в столь хитрую систему, что горящая под потолком у конца «июньской» лестницы единственная на весь зал крупная лампа, в которую, между прочим, никогда не подливали керосина или чего-либо ещё, но та продолжала гореть, могла бы осветить весь зал, хотя тот и был довольно сложной формы. Могла бы, будь она одна. Но аналогичные лампы были в других углах зала, к лестницам уже не относящимся. Их свет также разносился зеркалами по залу, создавая столь равномерное освещение, что чуть углубившийся в зал человек практически переставал отбрасывать тень.       На стенах были описывающие уже полузабытые сюжеты объёмные фрески, покрытые поблёскивающими в ярком освещении металлическими равномерно распределёнными красками. Где-то краски опали, но в целом картины всё ещё можно было понять, а с расстояния всего лишь 5 шагов дефекты практически переставали быть видимыми. Пол и потолок были разукрашены не несущими сюжетной нагрузки рисунками переплетающихся в разных пропорциях и замысловатых узорах трубочек, шестерёнок, проволочек, веток, травинок и потоков голубой воды, чья прозрачность и чистота ощущалась даже сквозь многовековые изображения.       — Почему Вы не пользуетесь средством от астмы? — спросили у ранее кашляющего, когда слегка шок от увиденного слегка прошёл.       — Я пользуюсь, но оно очень дорогое. У меня есть с собой на случай особо сильных приступов. Не волнуйтесь, прошу Вас, — попросил он, а затем вдохнул с явным наслаждением новую порцию свежего воздуха, которому удавалось быть не слишком влажным, не слишком сухим и даже не слишком горячим.       Трудно было вообразить, что находится в последующих коридорах и помещениях, если даже прихожая встречает своих посетителей невероятными убранством, роскошью и продуманностью оформления.       — Прошу вас, господа! — появился у начала «июньской» лестницы слуга, которого тут раньше не было.       В отличие от прочих, этот был одет в тяжёлые доспехи, которые явно мешали его передвижению, но вместе с тем со всей очевидностью были способны защитить, наверное, от удара вообще любого оружия, особенно учитывая то, металл какого высокого изготавливали предки. На спине у слуги было довольно протяжённое оружие, не имевшее ни одной острой поверхности, но, тем не менее, выглядящее очень грозно из-за одних только размеров и непонятного назначения катушками и трубками, некоторые из которых тянулись к висящим у слуги на спине баллонам.       Служащие Дворца, уже присутствовавшие тут, повели делегатов за собой вглубь Поднебесья, пройдя через «июньскую» лестницу. Каждое помещение, мимо которого советники проходили по коридорам, поражало не меньше предыдущего. Своими размерами, оформлением, продуманностью системы освещения: зеркала использовались повсеместно. Некоторые помещения имели в себе механизмы, чьи назначение и принцип работы ныне считались забытыми. Заглянув в некоторые, можно было обнаружить бесконечные полки книг, уходящие под самый потолок высоких помещений. Во Дворце были сокрыты великие знания предков, но, к великому сожалению, многое их потомкам было либо непонятно, либо вообще неизвестно. Встречаемые на пути библиотеки всем своим видом показывали, что в них давно не было посетителей. Но большинство помещений когда были всё же жилыми, либо казарменными: до сих пор стояли лишённые матрасов кровати, либо являющиеся продолжением пола столы, кресла, спортивные и военные тренажёры… некоторые были бальными залами.       — Мы явились в транспортное депо июньского отделения Поднебесья, — важно провозгласил ведущий всех служащий замка. — Просим господ занимать места в повозках, — указал он на довольно комфортабельные вагончики, являющиеся частью всё ещё работающей подвесной дороги.       Когда все заняли места, была заполнена лишь половина имеющегося транспорта. А делегатов тут было никак не меньше тысячи, если не полторы. И всё равно подвесная дорога лишь одного отделения Дворца легко вместила в себя такое количество пассажиров, что лишь подтверждало размах строительства, которому следовали предки во время возведения этого сооружения. Было трудно вообразить, сколько людей в свои лучшие годы могло одновременно вместить Поднебесье. Но сейчас им старались не пользоваться, желая, чтоб оно хранило в себе секреты предков в их нетронутом виде, дабы однажды потомки могли воспользоваться ими по назначению, не растрачивая оставленное наследие впустую и зря.       Проехав в повозках множество остановок, делегаты углубились во Дворец и вышли на предпоследней, судя по висящей на стенках вагончиков схеме, станции. Оттуда служащие их повели в Зал государственных собраний, который за века так и не сменил названия. Согласно традициям, перед собранием следовало провести половину дня в водных процедурах, а также поедая вкусные, полезные и сытные лакомства. Постепенно делегаты распределились в номерах, заняв почти все прилагающиеся к Залу жилые помещения. К обеду все расположились и собрались в приёмных залах за общими столами, где их кормили хорошо прожаренными мясными блюдами с различными приправами и соусами, дабы делегаты до самого вечера могли поедать лишь фрукты с овощами и не проголодаться. Остальной день провели кто в бане, кто в бассейне, кто в ванне или душе, постоянно переходя туда-сюда. Лёжа в тёплой чистой воде, советники принимали из рук слуг грозди винограда, очищенные мандарины, аккуратно нарезанные яблоки, овощные салаты и прочие кушанья, призванные ещё более украсить приятное времяпрепровождение во Дворце. Несмотря на то, что множество вещей, которые, вероятно, когда-то были механизмами, не работало, пребывание в Поднебесье действительно вызывало ощущение близости к райским небесным кущам. Картину портили лишь кашель и тяжёлое дыхание некоторых делегатов, прибывших из городов с проблемными системами жизнеобеспечения. Вечером наевшиеся, напившиеся и намывшиеся советники крепко уснули. С утра они были весьма бодры, а потому, приняв завтрак, смогли уже через час со свежей головой отправиться на первое за многие века заседание Государственного совета.       Все вошли в довольно небольшое отделение Зала государственных собраний, в котором, как гласили предания, было 2 000 мест для делегатов. Больше половины оказалось занято. Помещение это было призвано поразить собой даже тех, кто привык к видам прочих помещений Поднебесья, а потому потолок уносился вверх на многие десятки метров, оставляя пустым поистине огромное пространство, в котором, вероятно, могла бы летать по кругу довольно большая птичья стая. Люди тут просто терялись. Всё это сдабривалось тем, что привычные рисунки переплетающихся веток, проволок, воды, шестерней, веток и травинок тут были уже не просто рисунками, а полноценными изваяниями. Причём в трубках с водой вода текла! Это было заметно по перемещающимся в трубках пузырькам. И ветки, и травинки были настоящими. Последние в некоторых местах были украшены приятно пахнущими цветами. Листья на ветках и травах потрясывались от циркулирующих в помещении потоков приятно пахнущего свежего воздуха.       Когда все расселись, на пустующую трибуну вышел Первый Высший Консул, в то время как за его спиной остались стоять молчаливым напоминанием о самих себе Второй, Третий, Четвёртый и Пятый — члены стоящего над Государственным советом органа: Высшего совета, обладающего верховной властью в Республике.       — Господа! — окинул всех превосходящим взглядом Первый спустя минуту своего стояния у трибуны. Благодаря аппаратам его голос был слышен по всему большому помещению, а особые материалы и способы их расположения гасили эхо. — Я рад приветствовать всех вас сегодня в этом чудесном Дворце! В самой чудесной его части! Сегодня, а также в ближайшие дни, что мы с вами проведём здесь, перед нами будет стоять важная задача — определить будущее нашей Республики и нашего народа. Заседание Государственного совета объявляю открытым! За Республику!       — Да здравствует Небесная Республика! — ответили хором делегаты, а также Высшие Консулы.       — За Республику, — уже спокойнее повторил Первый. — Начнём. Председательствовать на нынешнем Совете будет Второй Высший Консул, — сообщил спикер, представив назначенного председателя, который попутно сделал шаг вперёд и помахал всем рукой. — Передаю ему слово. Высших Консулов, кроме Второго, прошу удалиться на свои места.       — Премного благодарен, его превосходительству Первому, — сообщил Второй, встав у трибуны и дождавшись, когда прочие Высшие Консулы займут все 4 полагающихся им места: для председателя было отдельное. — Как вы знаете, у нас есть основная повестка, с которой нам надо разобраться первым делом. Однако, затем мы сможем и другие вопросы. Наша первая тема — наземные жители, — тут он сделал короткую паузу, давая всем осмыслить это, хотя о повестке всем сообщали ещё при вызове сюда. — Как вы все знаете, наша дорогая Небесная Республика намного превосходит по уровню развития отсталых наземных жителей. Однако, недавно наш разведчик сделал из руки статуи Чудесной Арси такие фотографии, — стоящий за задней относительно всех сидящих стенкой проектор включился, вызывая всеобщие вздохи и восхищение, а заодно проецируя на переднюю изображение, на краю которого был виден кончик указательного пальца, на котором, видимо, и стоял разведчик, в то время как остальное изображение было занято находящейся вдали долиной и даже небольшими полупрозрачными облачками: такой была высота статуи. — Дайте приближённую фотографию, — попросил спикер, и была показано снятое с той же позиции изображение, но уже приближённое: вдали по тропинке ехала еле различимая солдатская повозка. — Кроме того, — приказным тоном добавил спикер и председатель по совместительству, после чего замелькали изображения с другими силами в той же формы и тем же знаком — большим солнцем с расходящимися лучами — мельчащими в долинах и на тропинках на фоне статуй, чтоб было понятно, на ЧЬЕЙ территории они находятся. — Слушаю вас, — сообщил председатель, увидев в зале горящую лампу, что означало желание высказаться. — Место №746.       — Благодарю! — ответил делегат при помощи тех же аппаратов усиления голоса и хотел было уже рассыпаться в стандартных речах, в том числе о том, как он восхищён до сих пор работающей магией предков, позволяющей переносить достоверные изображения (он серьёзно с таким раньше не сталкивался), но вовремя вспомнил, что протокол Государственного совета велит при разговоре во время чужого выступления говорить коротко и по существу. — Я понимаю, что Вы хотите сказать: что эти силы занимают нашу территорию. Однако, откуда Вы знаете, что это именно так? Вдруг это переброска сил для какой-то войны, проходящей в совершенно другом месте? Спасибо, — закончил делегат и сел.       — Спасибо Вам за ваше слово. Если бы это было так, мы бы не созывали Госсовет. Кроме того, разведчиком была замечена установка блокпостов. Более того, неподалёку от наших владений людьми с тем же знаком солнца был захвачен бывший ещё четверть века назад нейтральным город, называемый его жителями Вардаросом, который в настоящий момент используется ими как база для дальнейшей экспансии в наши границы. Место №867, прошу.       — Благодарю вас за предоставленное слово! — обратился вставший делегат ко всем присутствующим. — Насколько мне известно, эти территории должны охраняться силами хранителей лунной капли — Тёмным королевством, среди основателей которого были мои очень далёкие и достойные предки. Ещё 15-20 лет назад, дежурно интересуясь новостями оттуда, я прочитал, что более четверти века назад, когда к власти пришёл король Эдмунд, с этим королевством всё было в порядке. Неужели оно разгромлено? Там должны были готовить лучших воинов на поверхности! Спасибо, — поклонился советник и сел.       — Мы благодарны Вам за ваше слово. Наши разведчики так и не узнали, как это произошло, но они доносят, что Тёмного королевства больше нет. Вообще нет. И уже лет 10, не меньше. Они пишут о разрушенном замке тёмных королей, об уничтоженных связывающих их со своими предками статуях, а также об отсутствующей где-либо лунной капле. Как и солнечной, впрочем.       — Вероятно, кто-то всё-таки сумел их соединить, — высказался сосед 867-го — 868-й. — Ох, простите! — сразу же поклонился он, извиняясь за разговор без разрешения.       — Я надеюсь, этого больше не повторится, — строго заметил председатель. — Иначе нам придётся удалить Вас из зала. Но да, лунную и солнечную каплю соединили, о чём стало известно благодаря расспросам местных жителей, в том числе тех, кто видел это собственными глазами. Это произошло в столице того самого королевства, войска которого сейчас ходят по нашей территории. Оно называет себя Короной. Именно на его территории упала солнечная капля. Судя по рассказам местных, ненадолго произошло возвращение Зан Тири…       — Серьёзно? — не сдержался Пятый. — Я надеюсь, Деманитуса у них там не было?       — К счастью, нет, — прыснул Второй: указывать другому Высшему Консулу так, как простому делегату, он уже не мог, а как хотелось сейчас это сделать. Впрочем, осуждающие взгляды других Консулов ему тоже всё объяснили. — Ещё Деманитуса нам не хватало, — добавил уже он на эмоциях, вспомнив описания из учебников истории и содержание художественных произведений, посвящённых этому персонажу. — Так, мы отвлеклись, господа, — построил он сам себя. — Затем в Короне сменилась правящая семья, после чего, судя по собранным разведчиками материалам, она довольно быстро вышла на опасный уровень развития. Полюбуйтесь, — опять замелькали изображения, но на этот раз уже нарисованные картины, а не фотографии: улицы Короны, комбинаты, трубы, патрулирующие улицы жандармы, гвардейские учения, закручивающийся вокруг горы плотный буран.       — Это… — пролепетал опять Пятый, как-то даже сжавшись.       — Да, — твёрдо ответил Второй. — Они сумели восстановить климатическую машину нашего общего знакомого и даже научились ей управлять. И теперь активно применяют.       — В том числе и поэтому мы всех тут собрали, — пояснил Первый всем присутствующим, опять без спроса. — Кроме того, посланный в Корону под видом инженера и учёного разведчик написал, что подозревает строительство ещё одной такой машины.       —… — произнёс кто-то под нос непечатное выражение, которое аппарат, однако, разнёс на весь зал.       — Я не буду узнавать, кто это сказал, — строго ответил Второй. — Но если это повторится, то… — он грозно стукнул кулаком по трибуне.       Ненадолго все взяли паузу, давая себе осмыслить происходящее. Над залом промелькнула тень давно умершего жителя поверхности, который, однако, сумел оставить заметный след в памяти Небесной Республики. Хоть этого никто и не произносил вслух, но все понимали, что Республика с тех пор стала слабее. И если сейчас там нарисуются магико-технические достижения на уровне деманитусовских… да ещё и в масштабе целого королевства! До всех постепенно стала доходить степень важности вопроса.       — Не буду ходить вокруг да около, — продолжил Второй. — Корона собрала и продолжает собирать огромную по меркам наземников армию. Она использует машины Деманитуса, она разрабатывает свои собственные, она плавит металла больше, чем мы сейчас, её промышленность растёт огромными темпами, ожидаемая продолжительность жизни, согласно подсчётам разведчиков, почти достигла нашего нынешнего уровня. И она расширяется. В том числе и на наши территории, как уже было сказано. С учётом демографических тенденций и если считать, что они серьёзно расширятся в ближайшее время, то в ближайшие 50-80 лет Корона сможет позволить себе полностью оснащённую армию из нескольких миллионов человек. Прогнозировать их техническое состояние к тому времени я считаю вообще некорректным: во время последней вылазки на поверхность это было вполне обычное королевство, а уже во время этой у них есть климатические машины и… В общем, покажите, — скомандовал опять Второй, и на стене возникла зарисовка марширующих плотным строем закованных в броню из высококачественной стали и вообще неизвестного материала, используемого для защиты наиболее уязвимых частей тела, а также в качестве защитных пластин на руках, по бокам от солдат были изображены автоматоны, а за их спинами ядовито-зелёное облако. — Все прочие наземные армии рассыпаются как карточные домики, — заметил Второй, обернувшись. — №673, прошу.       — Но мы-то их можем разгромить!       — Можем, — ухмыльнулся Первый, встав со своего места. — У нас есть оружие, которому они не способны противостоять, а также защита от любой их атаки. Кто готов отправиться на поверхность вместе со своими людьми? — выкрикнул он, махнув рукой на делегатов. — Думаю, такой ответ нас ждёт везде, — флегматично заметил он спустя пару минут полнейшего отсутствия реакции. — И поэтому мы тут. Подозреваю, у нас совсем немного времени на реакцию. Что делать? Вносите предложения!       Государственный совет заработал на полную катушку. Все бурно обсуждали ситуацию, сложившуюся на поверхности. Все даже забыли о своих местечковых проблемах с системами жизнеобеспечения. Впервые за века зал вместо пустоты, разбавляемой лишь прибирающимися тут регулярно слугами, полнился мыслями о том, что следует предпринять для блага всей Республики и как лучше это реализовать. Кроме того, впервые за многие века верховное руководство Небесных заинтересовалась происходящим на поверхности, поскольку это вдруг стало важно. Но информации не хватало катастрофически. Едва начав что-то обсуждать, делегаты обнаруживали, что им в своих рассуждениях совершенно не на что опереться, а какое-то решение всем хотелось принять уже сегодня.       И в итоге его даже приняли… после чего следующим днём было решено всё-таки обсудить состояние систем жизнеобеспечения, хотя всем было ясно чем это закончиться: способных работать с ними специалистов почти не осталось, а все оставшиеся находятся прямо здесь — в Поднебесье — и вряд ли их можно будет просто так взять и сдвинуть с места.