Племя Ворона

      Марго отчаянно пыталась доказать себе самой, что это не было лишь странным совпадением, и что Серёжа действительно каким-то невероятным образом слышал её мысленные слова, обращенные к нему. Но у неё не вышло, и этого не повторилось спустя неделю и множество попыток.       Сергей же, после случившегося, действительно взял себя в руки, и прекратил пить. Но спать больше так и не стал, вернувшись к работе, посвещая ей почти всё своё время, чтобы ни единой минутки не осталось на мрачные мысли и хандру. А белая ворона, постоянно крутящаяся рядом, в какой-то момент начала попросту раздражать, и, в итоге, он стал запирать её в вольере.       Возможно, Марго бы даже заставила себя поверить в то, что ничего необычного не произошло, но холодной и дождливой ночью, в конце мая, она проснулась так резко, что свалилась с насеста. Не сразу сообразив, что её разбудило, белая ворона перевернулась со спины на живот и встала на лапы, хорошенько при этом отряхнувшись. Она не помнила, чтобы ей что-то снилось, не слышала и никаких резких звуков. Но, когда она уже собиралась забраться обратно на насест, птица вдруг услышала нечто, напоминающее тихое пение...       Сначала Марго была уверена, что ей мерещится, или, что где-то в спальне Серёжи или ванной комнате вдруг заиграла музыка. Но она прислушалась, и совершенно точно определила неэлектронное происхождение звука. Острый вороний слух был способен определять подобные тонкости. Красивый мужской голос пел на незнакомом ей языке, больше всего напоминающем язык одного из коренных народов севера. Пел ласково, мелодично и с нотками глубокой печали. Песню, которая мотивом более всего походила на колыбельную.       "Похоже, я сплю" - пронеслось в голове у Белой Вороны. Однако, когда она выдернула из своего бока перышко, чтобы проверить свою догадку, ей стало больно. Но кто вообще доказал, что обязательно не должно, если ты и вправду во сне? Открыв клювом дверцу вольера, как она делала это множество раз, Марго вылезла из него, и полетела на звук. Странно...а ведь пентхаус Разумовского выглядит совершенно нормально. Сны имеют обычай выдавать себя совершенно нелогичными, сумасбродными, иногда пугающими, а иногда весёлыми искажениями реальности. Но сейчас их не было. Вот он кожаный диван и кофейный столик, с лежащим на нём раритетными томиком Достоевского, вот рабочий стол Сергея с моргающим синим огоньком ноутбуком, полупустая бутылка Кока-Колы, точная копия Пергамского алтаря на одной стене офиса, "Рождения Венеры" Боттичелли на противоположной. Пение становилось то тише, то громче, но не прекращалось. Марго приземлилась на полку стеллажа с книгами, стоящего прямо около двери в спальню Разумовского, и, подкравшись к краю, заглянула в приоткрытую дверь...       Леденящий холод прокатился по телу вороны от макушки до кончика хвоста. Замерев с застрявшем в горле "карр" и вздыбившимися перьями она уставилась на открывшуюся ей жуткую и сюрреалистичную картину ночного кошмара. Да, теперь она была уверена, что это, всё-таки, он. Иначе просто быть не могло. Серёжа спал в своей большой кровати, свернувшись в позу эмбриона. Измятая простыня говорила о том, что он много ворочался во сне. Скомканное одеяло валялось у него в ногах. В изголовье же, склонившись над молодым человеком, и раскрылившись, как птица над гнездом, восседало нечто.       У него было было тело человека. Худощавого и совсем нагого, но почти полностью покрытого чёрными перьями, растущими прямо из бледной кожи. За спиной - два огромных чёрных крыла, раскинувшихся над Разумовским, подобно шатру, словно оберегая от незримой опасности. Две тонкие руки, с длинными пальцами, заканчивающимися жуткими чёрными когтями, почти касались лица спящего с каким-то извращённым видом нежности. У твари были волосы такого же цвета, как у Сергея, но она наклонилась так низко к нему, что они закрыли её лицо, и Марго не могла его разглядеть. И то самое пение издавала именно она...он...оно..        Белой Вороне стало жутко. Жутко, как не было очень давно. Кем или чем бы ни был этот монстр, больше всего он напоминал два порождения прошлых её кошмаров - таинственных врагов, которыми всё детство пугал её дедушка, и Чёрного Человека, поглотившего её мать. Но если в тех кошмарах Марго всегда либо бежала, либо не могла пошевелиться от ужаса, то сейчас словно сами духи предков вдохнули в неё невероятную отвагу. Микко всегда говорил, что сущности, что являются нам во снах - не случайные гости. Они - порождения наших радостей, горестей или страхов, и являются с разными целями. Как хорошими, так и плохими, что, в итоге, влияет на нашу реальную жизнь, даже если мы сами этого не осознаём.       И если эта сущность действительно оберегает Серёжу из добрых побуждений, Марго позволит ей баюкать его и дальше, отгоняя тоску и боль последних недель. А если её побуждения не столь добры - защитит друга и прогонит её прочь. Сделав решительный шаг вперёд, Белая Ворона издала громкий и оглушительный "карр". Пение стихло...       Ещё несколько мучительно долгих секунд нечто продолжало нависать над Серёжей, а потом вдруг медленно, и от того ещё более жутко, повернулось на звук. Увидев его лицо, Марго растеряла всю свою отвагу и захотела стать крошечной, невидимой, размером с блоху. На неё смотрело лицо Сергея, одновременно такое знакомое и родное, и чужое, монстуозное, ужасающее . Бледное, как у покойника, с горящими жёлтым огнём глазами в запавших, чёрных глазницах, и неестественно растянутой, пугающей, безумной улыбкой. Всякая иллюзия о доброте этой твари растаяла, стоило лишь встретиться с ней взглядом. Хтонь неспешно выпрямилась, и росту в ней оказалось метра три, а размах раскинутых крыльев - все шесть. А потом, словно лениво, направилась к двери, за которой, на полке книжного стеллажа, оцепенела Марго, уже жалеющая, что привлекла внимание. Длиннющие когтистые пальцы вцепились в дверь, как на кадрах из ужастика, и она, скрипнув, открылась шире, выпуская сущность из спальни в офис-гостиную. Она казалась удивительно материальной, как настоящее живое существо, и даже отбрасывала чудовищную тень, накрывшую Марго. Белая Ворона раскрылилась, чтобы казаться хоть чуточку больше перед этой громадиной, а сама пятилась, пока не свалилась с полки на пол.       Уже на полу, продолжая отступать, и даже не находя в себе силы взлететь, птица принялась усиленно щипать себя и делать всё известное ей, что могло помочь проснуться. Ей было больно и страшно, но она не просыпалась. А монстр с лицом Разумовского вдруг начал уменьшаться, сдуваться, как шарик, из которого выпустили воздух, и искажаться, всё больше теряя человеческие черты. Через несколько мгновений перед Марго стояло подобие черного ворона, не больше реальной птицы. Но чудовищно искажённое... У него были чрезмерно длинные ноги и крылья, к тому же, вывернутые под неестественным углом, и воткнутые куда попало, словно на детском рисунке. Голова была слишком большой для тела, и на ней, делая весь его облик совсем уж ужасающе-сюрреалистичным, бешенно вращались в глазницах выпученные, налитые кровью человеческие глаза.       Это чучело наступало на Белую Ворону, оно было всё ближе и ближе, и когда той стало уже некуда отступать, и она она оказалась загнаной в угол, напала...       Марго ощутила удар чужих крыльев, опрокинувший её на спину, и вполне себе реальный. Ощутила когти, вошедшие в бока, и клюв, вцепившийся чуть повыше крыла в желании порвать, и никак не меньше. Даже боль была реальная, пронзительная, до звёзд в глазах. Ворона забилась в хватке этого чудовища, но оно, не смотря на всю его изломанность, было невероятно сильно. Его клюв терзал её, вырывая перья клочками, и раздирая плоть. Брызнула кровь, и её запах тут же наполнил нос. "Проснись!!!" - внутренне завопила Марго, обращаясь к самой себе. "Проснись! Проснись!"       Превращение в человека произошло бесконтрольно, как почти всегда в момент сильного стресса. И вот Марго уже обнажённая беловолосая девушка, отчаянно брыкающаяся руками и ногами, силящаяся скинуть с себя тоже вернувшего человекоподобный облик противника. Она ощущала тяжесть его тела на себе, и его колено, упирающееся ей в солнечное сплетение. Ощущала, как тонкие когтистые пальцы сжимают её горло, лишая возможности вздохнуть. На его лице, украденном у Серёжи и превращенном в жуткую маску, яростный хищный оскал казался чужеродным.       При всём этом тварь не издавала не единого звука.       "Проснись, Марго! Ну же, проснись!" Девушка, задыхаясь и хрипя, одурманенная болью, всё же умудрилась вцепиться ногтями в плечи противника, холодные, как у мертвеца, но пытаться оттолкнуть его было всё равно, что сдвинуть скалу. От нехватки воздуха потемнело в глазах, и зазвенело в ушах. Если она умрёт во сне, то проснётся, разве не так?       Отдалённые звуки ударов доносились словно сквозь толщу воды. Руки Марго ослабели, и медленно, поскользнулся подушечками пальцев по предплечьям противника, опустились на пол. Его чудовищное лицо плыло перед глазами всё сильнее.       "Марго! Марго!" - позвал кто-то. Или это иллюзия?       Странный треск, грохот, звон бьющейся посуды. Теряющая сознание девушка увидела чёрную тень, промелькнувшую под потолком, а уже через пару секунд противника кто-то стащил с неё, и отшвырнул в сторону с усилием, которого явно не доставало ей. Тут же инстинктивно, с хрипом, втянув воздух ртом, Марго ощутила ослепительную боль. Она обожгла горло, которое стискивали и царапали руки врага, лёгкие, в которые долго не поступал кислород, и левое, разодранное плечо.       Каждый вздох был мукой, и на четвёртом или пятом она зашлась в кашле, ещё более мучительном. Перекатилась на бок, подтянула колени к животу, схватилась за шею. Но зрение стало яснее, и она разглядела в полутьме хтоническую тварь, чуть не убившую её. Да, она всё ещё была здесь, но теперь её прижимали к полу и держали за горло. Некто в чёрном плаще с капюшоном. - Ве-е-ерховный. - протянул крылатый монстр, с явной издевкой, не смотря на своё положение. Говорил он искажённым до мерзтности голосом Серёжи. Верховный. Яр! - Ты что такое, чучело? - гневно порычал вожак стаи. - Я? Для тебя кто и что угодно, красавчик! - с наигранным кокетством ответила тварь. Послышался звук удара и отвратительный, похожий на птичий, вопль. - Зачем ты хотел убить девчонку? - крикнул Яр. - Она...мешает. - Кому? Чему? - Мне...и ему. - Кому "ему"? Молчание. Второй удар, и жуткий, переходящий чуть ли не в ультразвук, визг. - Зачем тебе человек, который живёт здесь? - задал новый вопрос Верховный. - Он...нужен. - Кому нужен? Тоже "ему"? И снова лишь молчание. - Говори! - взревел Яр. - Для чего вам этот человек? Кто он такой?       Но ответа он так и не получил. Крылатый вдруг издал очередной душераздирающий зверино-птичий вой, и...рассыпалась на облако чёрных перьев прямо под держищим его за горло Верховным. Тот, явно не ожидавший такого, ошалело вскочил на ноги и попятился, и именно в миг его короткого замешательства все перья, разлетевшиеся на несколько метров вокруг, вдруг снова притянулись друг к другу, и хаотично слепились в некое подобие ворона, которое тут же, стремглав умчалось прочь. А уже через пару секунд за ним, так же стремительно, кинулся второй ворон, в которого обернулся быстро опомнившийся Яр.       Марго осталась одна в тишине офиса, всё ещё в сознании, и уже слабо верящая в то, что происходящее, каким бы безумным оно ни было, всё же, сон. Дышать по-прежнему было больно и трудно, сквозь пальцы прижатой к плечу ладони текла кровь. Пелена в глазах сгущалась. - Эй! Эй, вы кто такая? - услышала девушка поражённый голос. Такой знакомый и родной.       Серёжа здесь! Шум схватки разбудил его, но он пришёл, когда всё уже кончилось. Может, оно и к лучшему, что он не видел этого монстра, укравшего его лицо, кем бы он ни был. Но зато он увидел её... Марго стало страшно и стыдно от осознания того, что он узрел её человеческое тело, да ещё и совсем обнажённое. Но лишь на миг. Когда она увидела над собой его бледное лицо и широко распахнутые синие глаза, ей вдруг стало спокойно. Спокойно, как много лет назад, когда она, будучи израненной белой вороной, пришла в себя в чьих-то тёплых руках, и открыв глаза, увидела то же лицо, разве что более юное, более веснушчатое, и не такое испуганное.        Руки Сергея взяли её за плечи, и повернули с бока на спину, после чего тут же отдёрнулись. - Чёрт! - выдохнул он, увидев кровь. - Вы работаете на меня? Как вы сюда попали? Кто это с вами сделал? - Серёжа... - выдавила Марго. Язык ворочался с трудом, из горла вырывался хрип, поэтому вышло едва слышно. - Это я...Марго.       Казалось бы глаза Разумовского уже не могут стать ещё больше. Но, как оказалось, вполне. Он бросил быстрый взгляд на вольер, не увидел там вороны, и снова взглянул на девушку, совершенно ошарашенно.       Та с трудом подняла окровавленную ладонь, и мягко коснулась его щеки. Как давно мечтала. В этом теле. И это было приятно. - Ма...Марго? - переспросил Сергей, явно не в силах поверить в реальность происходящего. - Помнишь детский дом, Серёж? - спросила девушка чуть слышно. - Как нам было хорошо втроём. Я, ты и Олег.       У Разумовского вырвался судорожный вздох. Они забегал взглядом по комнате, соображая, что ему делать. - Нужна скорая...полиция...я сейчас... - пробормотал он потерянно. С кухни донёсся странный звук, и едва Сергей успел встать, как оттуда вышли двое мужчин. Один из них тут же метнулся к девушке, упал на колени и сжал её лицо в ладонях. - Марго! Марго, ты меня видишь? Это я, Вестар! В глазах ужасно плыло, но она сумела узнать лицо юноши. - Не трогайте её! - с нотками паники в голосе воскликнул Серёжа. - Вы кто такие? Что вы с ней сделали? Ей нужен врач! - Не нужен. Успокойся, и отойди, рыжий. - спокойным, но прохладным голосом ответил на это спутник Вестара, которого Марго не смогла узнать по голосу. - Вы...вам деньги нужны? Она заложница? - выпалил Разумовский. - Марго! Марго, вызовите полицию! На стене загорелось электронное табло, и мультяшная беловолосая девушка милым голоском произнесла: - Будет сделано, Сергей. - Это ты зря. Ей же хуже делаешь. - заявил его ночной гость. Эй, пацан, забирай белую и валим отсюда нахер! - Она кровью истекает! - с ужасом крикнул в ответ Вестар. - Ей не превратиться. Как мы её до дома донесём? - Вижу. Не слепой. - ответил его спутник. - Верховный велел забирать, значит надо забирать. Мужика её я вырублю. Не нужно ему было нас видеть. - Он не её мужик. - ответил Вестар. - Они друзья. - На твоё счастье, да? - съязвил его приятель.       Марго почувствовала, как её поднимают чужие руки, и её пронзила такая боль, что она не сдержала протяжного стона, переходящего в крик. - Держись, сестра. Только держись, слышишь? - прошептал Вестар, и она поняла, что он держит её на руках. - Полиция уже едет! - твёрдо сказал Разумовский. - Вам не выйти из здания. - Да что ты? - хмыкнул в ответ на это незнакомец. - Ты, что ли, нам помешаешь? - Серёжу...не трогайте... - прошептала Марго, припав щекой к плечу Вестара. А затем провалилась во тьму...