Проклятье Эйвы

      — Эй, Лайл! Как там включить эту хрень?       Майлз, на вид усталый, осунувшийся и опустошённый, склонился над пультом управления системы дальней связи, но самостоятельно разобраться в приборах не смог. Он и раньше-то был не шибко продвинутым в этой области, а теперь, пропустив целых пятнадцать лет технического прогресса, и вовсе растерялся.       Уэйнфлит, изначально более молодой и сообразительный, пусть и не сразу, но всё же что-то там наколдовал.       — Запись пошла. — Капрал казался не менее утомлённым, но так же, как и его командир, держался.       Майлз чуть приосанился, насколько позволял рост рекома и низкая, под человека, консоль устройства связи, и заговорил:       — Докладывает полковник Майлз Куоритч. Как старший на данный момент офицер службы безопасности RDA на Пандоре, вынужден сообщить… — Уж сколько Майлз обдумывал эту речь, сколько опыта имел в докладах, в вещании перед слушателями и в создании видеозаписей, а всё же запнулся. — Как вам наверняка уже известно, двадцать дней назад наша колония подверглась воздействию неизвестного вируса, и от него… — Реком вновь сделал паузу, потому что говорить на эту тему было почти физически больно. — От него на данный момент умерло около девяноста семи процентов всего личного состава Плацдарма и девяносто три процента людей на Пандоре. С две дюжины человек сейчас находятся в тяжёлом состоянии, но так как все, кто мог бы их лечить, мертвы, а мы — рекомы — всего лишь солдаты, а не врачи, то ничего определённого сказать о них возможности нет, разве что направим отдельным файлом данные их биомониторинга. Возможно, это как-то поможет вам в создании вакцины, которую местные врачи и учёные сварганить так и не сумели.       Майлз перевёл дыхание и продолжил:       — Мы поддерживаем связь с двумя ресурсодобывающими объектами, но также не можем знать, сколько их сотрудники продержатся в полной изоляции, без поставок адаптированных продуктов питания, медикаментов и устройств для фильтрации воздуха. Скорее всего, в конце концов им придётся встать перед выбором: умереть от недостатка всего вышеперечисленного или принять его от нас и подвергнуться риску заражения.       Полковник изо всех сил старался держаться по-военному твёрдо и уверенно, хотя многодневная усталость, жар и отёчность органов дыхания так и звали рухнуть на пол, прямо здесь. Рекомы тоже пострадали от вируса. В них ведь была доля человеческой ДНК. Да, кровь На’ви давала надежду на то, что болезнь удастся перебороть, но никакой уверенности в этом не было. И уж тем более тогда, когда ты, ослабленный вирусом, день и ночь пашешь в крематории, а тот чадит так, что дышать становится практически невозможно. Однако полковник Куоритч продолжал докладывать:       — Генерал Ардмор и всё высшее военное и гражданское руководство колонии мертвы. Мёртв также один из рекомбинантных — майор Стенли Боуэн. Сдавшийся незадолго до вспышки Джейк Салли отбит многократно превосходящими силами противника. — О том, что всем им было просто не до того, чтоб помешать На’ви забрать пленника, полковник умолчал. — Так что мы, если выражаться простым и всем понятным языком, в полной жопе… Пожалуй, на этом можно было бы закончить сегодняшний доклад, но обязан сказать ещё кое-что… — Майлз обвёл взглядом тех, кто собрался вокруг него — шестерых измождённых рекомов, — скрипнул зубами и вновь обратил хмурый взгляд к записывающему устройству. — Я пытался приручить эту планету ещё будучи человеком, я сделал всё, чтоб добиться этого и тогда, когда стал синим хвостатым верзилой. Я знатно навалял ей, мы все тут ей знатно наваляли, но она — Пандора — ответила не хуже. Она — не беззащитная перед нами Мать-Земля, у неё нехилая отдача. Она нашла способ как вытравить нас… Я потерял здесь человеческую жизнь, потерял много — очень много! — хороших ребят, потерял сына… И это я говорю лишь за себя одного, потому что за других говорить неуместно. Пандора умеет мстить. Я не знаю, с чем вы придёте к ней в очередной раз, но, пожалуйста, примите совет от старого морпеха — не повторяйте наших ошибок, будьте с этой планетой… аккуратнее, что ли. Насилия над собой она не прощает. Мой сын вырос на ней и очень любил её, поэтому сказал бы гораздо больше и лучше, но… его больше нет. Это всё. До связи.       Майлз с нескрываемым облегчением нажал на иконку, что, как он успел понять, прерывала запись сообщения, но сползти в изнеможении на пол всё ещё не мог — не имел права, потому что на него смотрели, от него чего-то ждали.       — Хорошо сказано, полковник! — ожидаемо поддержал его Лайл, решившись на панибратство и положив прохладную ладонь на его горячее плечо. Капрал казался вполне себе здоровым — видимо, уже переболел. Никто ничего не добавил и никак не отреагировал на эти его слова, но Майлз всё же нашёл в себе силы заговорщически оскалиться в сторону своего лучшего боевого товарища.       — Вот что, котятки, — проговорил Майлз, всё ещё подгоняемый чувством ответственности и — что уж там говорить — неискоренимыми задатками лидера. — Салли, когда уходил, обещал не нападать, но во-первых, обещать — ещё не значит жениться, и от предателя можно ожидать чего угодно. Во-вторых, к нам могут заявиться и другие аборигены, без Салли. Увидят, что мы дали слабину, и камня на камне тут не оставят, а нам жестоко отомстят. Ну и в-третьих, никто не знает, кем сочтут нас люди на орбитальной станции и на Земле после моего обращения. Поэтому предлагаю подумать о перебазировании. Если все выкарабкаемся, то нам понадобится какое-нибудь тайное укрытие. Если будут предложения, то готов выслушать и обсудить. Вопросы есть?       Вопросов не было. Майлз дал своим людям достаточно времени, чтоб их измученные мозги заработали, но так ничего и не дождался от них.       — Тогда свободны, — с неясным выражением бросил он и всё-таки позволил себе наконец опуститься на пол и привалиться к прохладным гладким поверхностям аппаратуры.       Все разошлись, осталась одна лишь Сокорро. Она так же села на пол недалеко от своего Полковника и, поглядев на него с полминуты, тихим и бесцветным, осипшим после болезни голосом спросила:       — Как думаешь, что имела в виду Кири, когда сказала, что Эйва даст шанс нашему Майли? — задала она, наверное, тот единственный вопрос, что волновал её в последнее время. Паз явно шла на поправку, но за жизнь держалась то ли за счёт полковника, то ли в попытках разгадать скрытый смысл той странной фразы.       — Не знаю, — честно ответил Майлз, немного ободрённый тем, что женщина его мечты наконец-то обратилась к нему на «ты». — Но думаю, что если она оказалась права насчёт вируса, то и тут, скорее всего, не соврала. Во всяком случае стоит пожить и поглядеть, что из этого выйдет.       Паз прикрыла глаза. Ей стало невыносимо хорошо от того, с каким теплом, с какой непобедимой и бескрайней любовью смотрел на неё ненаглядный полковник, и взгляды их теперь говорили даже больше, чем связь через нейронные косы. Пусть бы только он не сплоховал, пусть бы поправился! Ведь Настоящий Полковник никогда не сдастся, правда?

***

      Одна только Кири знала ответы на те два жизненно важных вопроса, что не давали Паз окончательно пасть духом.       Кири и Джейк обосновались на крохотном необитаемом островке — до тех пор, пока из них полностью не выветрится Проклятье Эйвы, ведь Ло’ак и Туктерей тоже имели в своих жилах некоторую долю человеческой крови и могли заразиться. Вряд ли это нанесло бы им ощутимый вред, но всё равно рисковать не хотелось. На их семью и так в последнее время обрушилось достаточно горя.       Кири и впрямь отпустили ещё дней двадцать назад. Она просилась к Пауку, чтоб хоть как-то поддержать его на прощание, но этой малости ей не позволили. Когда же, после трёх суток запутывания следов, Кири убедилась, что людям уже не до преследований, она вернулась к своей приёмной семье. Узнав, что люди стали слабы и уязвимы, Нейтири уговорила Оматикайя пойти в наступление против них, но те, стоило им лишь узреть жалкие, немощные остатки некогда грозных и безжалостных небесных демонов, позабыли о мести. На’ви лишь забрали из плена Джейка и ушли, оставив людей умирать от справедливо настигшей их кары.       Никто больше не станет вырубать леса со Священными Деревьями из-за желания получить чудесные камни, никто не убьёт тулкуна ради баночки омолаживающего эликсира, никто не причинит вреда Эйве… Это как раз и было тем, о чём мечтал Паук, но вряд ли ему хотелось, чтоб всё вышло именно так.       Кири угнетало и не давало покоя то, что она не смогла быть со своим милым Обезьяном в те мучительные последние моменты его жизни, когда он несомненно страдал от болезни, безнадёги и одиночества, и лишь виде́ние, ниспосланное Эйвой, заставляло сердце девушки биться чаще. Великая Мать обещала вернуть ей Паука, но уже настоящим, полноценным сыном этого мира. Кири знала, что полковник и его женщина выживут, у них вновь родится сын, и назовут они его всё так же — Майлзом. Хотя он, когда подрастёт, неожиданно, по наитию предложит другое имя — Паук.       А Кири… А Кири оставалось лишь подождать. Долго-долго ждать — годы. Но разве счастье вновь увидеть того, кого любишь больше всего на свете, не стоит этого? НЕ КОНЕЦ 26. 06. 2023