Ещё один урок от Первого Маршала

Талиг. Вараста. 398г к.с. 4-й день осенних волн. Рокэ нежился в постели, чего давно себе не позволял. Победа одержана. Отчёты отправлены. И можно поваляться несколько минут. Ричард зашёл без стука. — Утро доброе, монсеньор. - Известил он. — Пожар, юноша? - холодно осведомился маршал. Поморщился, дурная привычка. — Н-нет. - Дик даже заикаться стал, и собравшись с духом, объяснил. - 7 утра. — 7 утра наступает каждый день, - сообщил Алва поднимаясь на ноги, в одиночку он спал по-походному, одетым, - но сегодня вы с тазиком и настроением. Значит, что-то случилось. — И вы думаете, что я буду рад пожару? — Так чему вы рады? - Рокэ закатал рукава и опустил руки в теплую воду. Такую же уютную, как оставленная постель. — Мы победили! Я на дежурстве. И у меня есть чистая простынь. — Вы меня не перестаёте поражать, Окделл. - Умывшись, Рокэ вылил остатки воды прямо на голову. - Разумеется, чистая простынь на войне - самое главное. — Я не.... - Дик попятился. — Ступайте, юноша. И... спасибо.       Ричард пушечным ядром вылетел из палатки монсеньора и налетел на Вейзеля. — Ричард? Пожар? Оруженосец ПМ скривился, но ответить не успел. — Окделл! - Раздалось ему вслед. - Разыщите адуанов. Конечно, ему больше нечем заняться, как искать этих, этих... — Ричард, я бы посоветовал вам умерить свой пыл, - Вейзель придержал коня, намеренного умчаться вскачь. - Проэмперадор может расценить ваши порывы не так, как вы можете полагать без нужного опыта. — Благодарю вас, генерал, - немного остыв ответил юноша. - Я буду осторожнее. Вы не знаете где адуаны? — В палатке у епископа. - Но не советую вам туда лезть. Касера до добра не доводит, знаете ли.       Новый месяц осенних волн преподнес новые сюрпризы. Холод сумел пробраться под тёплую кожу. Вот надо было ему цепляться. Тушить детскую наивность превратилось для него в новый вид удовольствия. И ведь нельзя по-другому. Слишком тонкая грань между развлечением и желанием. Опасным, обжигающим. Вот он и вынужден гасить порывы юного энтузиазма, чтобы не сгореть самому. Накануне он сам лично отправил Шеманталя за припасами, значит по возвращении они должны были известить Бонифация, и наверняка остались там на всю ночь с касерой. Что ж, 7 утра, время утренней тренировки.       Они дрались. Если можно так назвать их стычку. Расстроенный юноша совершенно не мог сосредоточиться. — Вы полагаете, что противника будет волновать ваше эмоциональное состояние? - С ехидством поинтересовался Рокэ. - Или может быть его волнует чистота вашего белья? Разозлившись, Ричард попер на маршала как дриксенский быкодер. Алва чуть отклонился корпусом не сходя с места. — О, вероятно состояние ваших простыней может заинтересовать Понси. - Заметил он. - Наверняка, вы можете его просветить по этому вопросу. Ричард наносил удар за ударом. Но бил только воздух. Осень брала своё и в горячке боя насквозь мокрый оруженосец рисковал подхватить простуду. — Завершим на сегодня. - ПМ не видел смысла в продолжении. - Пора снимать лагерь. — Нет. - Как всегда, твёрд и незыблем. — Как угодно. - Рокэ снова уклонился. - Если вам нравится изображать из себя Колиньяра... Маршал не подал виду, но удивился тому, что Ричард опустил руки и бросил шпагу. За следующую секунду, когда он собирался понять зачем, Дик замахнулся кулаком. Удар со свистом рассёк воздух, там где Дик предполагал маршальский нос. — Не дурно, - похвалил тот. - Но вам не хватает выдержки, смотрите. - В следующие мгновение кулак маршала оказался под носом Дика. - Поняли? — Нет. - Ричард тяжело дышал. — Поэтому вам и не везёт в карты. Следите за руками. Маршал поднял шпагу, перебросил в левую, а кулак правой снова оказался перед носом оруженосца. — Мне никогда этого не осилить. — Не расстраивайтесь так, юноша. - Рокэ захотелось прижать его к себе. Но достаточно было стереть с лица усмешку. - Вечером продолжим. — Вечером? - спросил Дик тщетно стараясь скрыть надежду. — Сейчас собираем лагерь и выдвигаемся домой. - Приходите к полуночи. Похвастаетесь вашим трофеем. Маршал отсалютовал шпагой и оставил оруженосца в одиночестве на осенней поляне.

Могу ли уподобиться рассвету,

чтоб прикоснуться к кончикам ресниц.

Дальше не выходило. Он сочинял всю дорогу. Но дальше ресниц дело не шло. Взгляд синих глаз завораживал даже мысли. Внимательный, проникающий сквозь душу, пронзительный взгляд, но не слог. Ричард бросил это безнадёжное занятие, слез с Соны и уткнулся лицом в гриву. — Окделл, не приставайте к даме, ещё не вечер.              Разрубленный змей, как же он может оставаться таким непосредственным, после боя, после смерти отца, после их утех. Леворукий, как же хочется утащить его за собой в пропасть, чтобы разделить хоть с кем-то бремя за весь Талиг.       Рокэ похлопал кобылу по шее, ненавязчиво отстраняя оруженосца. Сона, чувствуя хозяйскую руку, игриво передернула ушами. — Монсеньор, позвольте мне сегодня выспаться. Я устал. — Да что вы говорите? - Поднял бровь маршал. - Вы по своей наивности полагаете, что меня это волнует? Приготовьтесь и приходите. Ближе к назначенному времени юноша вышел и немного побродил по лагерю. Самое трудное было пройти незамеченным мимо походного костра, у которого ржали люди. Дик обошёл палатку Алвы вокруг и обнаружил второй вход, который раньше всегда был застегнут. И понял, что его ждут. Внутри мягким светом горели 4 свечи. Рокэ сидел за походным столом и что-то писал. Бросил перо на недописанное письмо. — Белое, красное, ликёры? - Спросил он даже не повернув головы. Юноша не спросил откуда взялось вино, просто кивнул. Эр разлил в бокалы вино. — Это моё дело. - Ляпнул Дик. Рокэ молча протянул ему бокал. Это была "слеза", на вкус он не понял какая. Прохладный напиток потёк по внутренностям пьянящим ручейком. Ричард с восхищением смотрел на своего эра. — Юноша, должен вас предупредить, если я увижу этот взгляд ещё раз, вы отправитесь к другому маршалу. — Да я... - смутился юноша. - У вас великолепный вкус, монсеньор.       Предупреждение было получено и Дик стёр улыбку с лица. Ноша, которую ПМ тащил на себе, одному Леворукому известно как долго, упала. Схватившись за пояс мундира, он подтянул оруженосца к себе. Быстро освободив себе дорогу, он прикоснулся кончиком языка к мягкой плоти. Дик застонал сразу. — Заткнитесь, - приказал Рокэ, - перепугаете мне дозор. Дик прикусил губы. Рокэ владел искусством в совершенстве, что было не удивительно. Когда наигравшись Рокэ отпустил его, от изнеможения юноша упал сперва на колени, а потом и вовсе растянулся на одеяле, положив под голову принесенную с собой обещанную простынь. Маршал разлил вино по бокалам, освободился от одежды и опустился рядом. — Откройте мне секрет, - Рокэ протянул бокал. - Почему вы не уехали с Эпинэ? — Так присяга. - Дик даже не задумался. — Ерунда какая, - усмехнулся Рокэ, - хотите я освобожу вас. Дик промедлил с ответом, хотя для него это было очевидно. Просто поймал минуту усталости и умиротворения. Он сел, прислонившись к плечу своего эра. — Нет. - Наконец ответил он. — Ричард, - мягко произнёс Рокэ, расправляя простынь. - То, что вы испытываете ко мне, нечто среднее между чувствами к отцу и старшему брату. — Я не согласен. — Наши ночные занятия отличаются от утренних только выбором оружия, не более. - Эр прикрыл оруженосца, совершенно позабывшего о своей наготе. - И всё же мне любопытно, почему? — Вы не верите в любовь? — Нет. — А как же Её величество? - Захмелевший Дик подозревал, что завтра он об этом пожалеет, но слова сами вырвались наружу. — Катарина мало чем отличается от других женщин, только и всего. — А как же кардинал? Это ведь он вас заставил... — Леворукий, вы любопытны как кошка, Дикон. - Улыбнулся Рокэ. - Неужели вы до сих пор полагаете что меня можно принудить к чему-либо? — А как же Фердинанд? — А что с ним?       Рокэ терпеливо ждал, когда эта ходячая нравственность сформулирует свою мысль. В ожидании ответа, он незаметно скользнул ладонью вдоль тела юноши сжал ближайшее бедро. — Вы с ним тоже... занимаетесь? — Кто вам сказал такую чушь? - Рука продолжала ласкаться. - Не отвечайте, я и так знаю. Фердинанд очень приятный парень в общении. Ему стоило стать лекарем, с каким усердием он заботится о дорогих ему людях. Другое дело, что они не всегда порядочны и бесстыдно им пользуются. — А вы? — А мне хватает благословения спать с его женой. Вас ведь это волнует прежде всего? Честь королевы?       Ричард не мог произнести ни слова. От слов маршала и от того, что творили его пальцы добравшись до "врат" Дика. "Я должен что-то сказать", - раздалось в голове, пока его "крепость" не сдалась как Барсово ущелье перед ротой горных козлов. — Не волнуйтесь, Дикон. Честь королевы в полной безопасности. Как вы можете заметить, если будете более наблюдательным. - Голос Алвы стал чуть ли не менторским. - Эгмонта нет, Колиньяров нет, Феншо и прочих. В живых остались только вы и Придд. Хотя Придд уже наказан иным способом. А что до вас... Ричард задохнулся не в силах больше сдерживаться. Сознание поплыло, он прикрыл глаза и позволил растекающемуся внутри теплу обжечь каждую клеточку.       Тени на светлой парусине исполняли свой танец. Забавно, как легко оказалось запудрить мозги столь юному сознанию. Даже почти правда, слегка припудренная восприятием. Рокэ лишь смел надеяться, что пудра с возрастом перестанет липнуть. А пока что приходится наслаждаться как Дик сладко постанывает под ним. Но разговор казался незавершенным. А может просто ему не хотелось отпускать оруженосца. Завтра они пересекут Данар и развлечениям наступит конец. Всё что происходит по этой стороне реки не должно пересекать воду. Он не стал копаться почему именно, то ли из-за Мироздания, то ли из-за людей Чести, просто доверял чутью. Рокэ облизнулся и привлёк начавшего засыпать Ричарда к груди. — Вы намерены снова уснуть под моей крышей? — Я привык. — Ох, похоже я вас разбаловал. Нужно это прекратить. Ричард поднял голову и попытался посмотреть маршалу в глаза. — Не пугайтесь так, я имел ввиду, что нужно сменить тактику сражения - Рокэ слегка прикусил мочку уха. - Хотите узнать, что нравится королеве? — Вы опять издеваетесь. — Не в этот раз. Подумайте хорошенько, другого способа узнать у вас не будет. - Руки путались в волосах, требуя продолжения. - Смотрите, мечтайте сколько влезет, но если вы хоть пальцем тронете Её величество, за исключением церемонного рукопожатия, я вам обещаю, что убью вас. А обещания я держу, как вы знаете. — Почему? Вы ведь не любите её. — О, в этом нет ничего личного, просто я обещал Фердинанду хранить честь его жены. - Руки маршала переместились на грудь юноши, дразнясь теперь там. - Ну так как?       Ричард молчал.       Ему хотелось узнать, что любит Катари, но попробовать её саму хотелось больше и он переживал, что маршал исполнит своё обещание. С другой стороны ему хотелось откликнуться на бесстыдные уловки, которыми завлекал Рокэ. А с третьей стороны хотелось проявить хоть часть того удовольствия, которое он получает от маршала. А с четвертой хотелось спать. Он выбрал четвертую. — Как бы не так, - мстительно улыбнулся Рокэ, заметив что юноша прикрыл глаза. - Кажется, я должен вам один вопрос, вперёд. — Эр Рокэ, - начал было Дик, поправился. - Рокэ, а вы раньше с кем-нибудь уже любили по-гайифски? — Забавно слышать это от вас, юноша. - Его руки бросили тщетные попытки и перешли к активным действиям. - Был один приятель, после Торки, но у нас с первого раза не вышло и мы провели милый вечер у куртизанок. — А Джастин? — Какие у вас глубокие познания о моей извращённой натуре. Нет, с молодым старшим Приддом нас связывала только присяга. Но мальчишка влюбился. Я пробовал ему объяснить, что это не так, но он сбежал и с горя поделился с сестрой. Так узнали его родные, и очень печально всё закончилось. — А Валентин? — С молодым младшим Приддом мы беседовали дважды и этого вопроса не коснулись. - Руки приостановились в задумчивости. - К чему такие расспросы? Надеюсь, вы не собираетесь делать мне предложение? — Пока нет. Ричард даже в темноте скорее почувствовал нежели увидел, как приподнялась бровь маршала. — Мне нужно знать, с чего вы взяли, что я на это способен. - Признался Дик. — Это очень просто. Вам не хватало любви дома, и теперь вы тянетесь к любому не разбирая что он за человек, и человек ли. Ричард размышлял, это было тяжело и он хотел, чтобы руки эра вернулись к своим делишкам. — Раз уж на то пошло́, то вы не первый, - Рокэ даже не пытался оформить мысль, - а второй. Ожидаемого вопроса кто был первым не последовало и маршал подумал даже, что тот заснул. Нет, Ричард приподнявшись на локте, смотрел на него словно впервые. Но уже не прыщавым унаром, а молодым мужчиной. Дерзко, немного нервно, но уверенно. И правда, чего тут скажешь? Рокэ поцеловал его стремительно и глубоко. Дик не успел опомнится, но труды Рокэ над его обучением не пропали даром. Он ответил, так яростно, что даже прикусил губу маршалу, тот не заметил. Уложил Дика на лопатки. Он перестал сдерживаться. Какого Леворукого? Пусть все проклятия этого мира катятся к кошкам. Он уже и сам забыл, что значит Чувствовать что ты нужен кому-то просто так, сам по себе. И Росио жадно впитывал этот восторг, чтобы восполнить запасы за все годы лишений. Сейчас больше ничего не существовало. Это было ужасно. Алва совершенно не церемонился. Он брал то, что ему и так принадлежит. Жёстко и властно. У Дика свело живот, а на краешке глаз, у переносицы выступили слёзы. Он застонал от боли. Такой жгучей, что готов был умереть прямо здесь и сейчас. Терпел, совершенно не представляя сколько сможет продержаться. Но вдруг всё прекратилось. Изверг отчего-то застыл. Так, что в повисшей тишине Дик слышал быстрые удары, так бьётся сердце человека, которого он в эту минуту ненавидел всей душой. Он не знал позволят ли ему пошевелиться и только испустил вздох, волна воздуха спугнула запоздалого комара. А в следующее мгновение маршал покинул его тело и Дик ощутил кожей, как на смену клинку счастье входит внутрь всего его существования. От только что испытанной боли не осталось даже воспоминания. Тело было лёгким и расслабленным. Он парил над полями, лесами, долетев до Рассанны, увидел в воде своё отражение. У него были белые крылья, широкая грудь и короткая шея. Он подлетел ниже и коснулся крылом воды, оставляя за собой рябь. Захотелось петь. Он даже открыл клюв, но звука не было. Ричард открыл глаза и тут же закрыл, потому что целоваться с открытыми глазами неудобно. — Эсте́ ло́ко по́рти, - пролепетал Дик, когда его губы освободились. — Ого как. - Рокэ растрепал и без того растрёпанные волосы молодого человека и не удержался, поцеловал его ещё раз. - Вот удивили, так удивили. — Боюсь, на этом мои знания языка заканчиваются. - Смущённо улыбнулся Дикон. — Одно ругательство и одно признание, не так уж и мало. — А вы? - глупый вопрос тут же превратил мужчину в мальчишку. — Меня лучше не знать ближе, юноша. Разочарование неизбежно. Дик думал. Думал о доме, о доме в Олларии, о Надоре, о приближении осенних холодов, теребя в руках медальон, висевший на шее повелителя Ветров. Он думал обо всём, кроме Рокэ. Его эр был в его руках.