Проклятый остров

      Эделин Хемер стала величественным демоном, слугой темной и разрушительной силы, но она все еще была её сестрой. Хелен не могла заставить себя сражаться с той, которая была неотъемлемой частью неё. Это было невозможно. Если уж она подчинилась воле так называемого Владыки, то что она могла сделать, не лучше будет присоединиться к ней? – Мы не сможем победить, — шепчешь она Андриссе, глядя на гигантскую фигуру своей сестры. – Что?! — серебристые глаза Андриссв расширяются от неверия. – Взгляни на нее, Андрисса, — говорит Хелен, – А теперь взгляни на нас. Посмотри, где мы находимся. Она права. Это безнадежная битва. – Видишь, Андрисса? — голос Эделин разносится по огромной комнате, словно гром. Она упирает руки в бедра и выпячивает вперед свои огромные, молочные груди. Символ, украшающий ее грудь, словно пульсирует кощунственной силой, – Моя сестра узрела правду. Она видит в моём совершенстве величие Балваерока! – Как ты можешь так говорить? — шипит Андрисса и пытается оттащить подругу назад, когда она делает шаг к сестре.       Она берёт эльфийку за руку и сжимаешь её, – Мы будем вместе. Втроём. – Хели… – Мы сдаёмся! — выкрикивает Хелен сестре. Она бросает свой меч, тот с грохотом стали падает на каменный пол, словно погребальный колокол. Андрисса вздыхает и подходит к подруге. Она бросает свой нож к ногам Эделин. – Ты победила, — мрачно говорит она. – Конечно, победила, моя дорогая, — смеётся Эделин, проходя мимо брошенного оружия и триумфально возвышаясь над девушками. Её высокое тело вырисовывается силуэтом в свете, льющемся из отверстия в потолке храма.       Её огромные груди выступают над их головами и трясутся при каждом движении, словно соблазнительные фрукты. Она протягивает огромную руку и ласкает лицо Хелен. Она улыбается ей, испытывая облегчение от того, что её испытания закончились. – Я рада всем сердцем, что вы присоединитесь ко мне, — сказала Эвелин с улыбкой, — Но чтобы по-настоящему поверить в вашу искренность, вы обе должны доказать свою преданность. – О чем ты? — спрашивает Андрисса в замешательстве.       После этих слов, за Эделин открываются огромные двери, и выходит отряд бронированных воинов. Чудовищные воины ведут за собой двух крепких зверолюдов. На их рельефных телах были вырезаны оккультные символы, некоторые из которых всё ещё сочились кровью. Когда процессия подходит к троице, вперёд выходит культист и опускается на колени перед Эделин. Он протягивает ей небольшой апсидиановый ларец. – Вам двоим была оказана великая честь, узреть самую священную реликвию этого храма, — торжественно сказала Эделин, открывая ларец пальцем. Она протягивает руку, и с неким благоговением вытаскивает маленький флакон с как-то чёрной субстанцией. Все взале при этом падают на колени и начинают петь какую-то молитву или гимн. Эделин смотрит на Хелен и Андриссу, держа флакон перед собой, в её глазах читался восторг, радость и даже кажется... любовь. – Что это, чёрт возьми? — спрашивает эльфийска. – Кровь нашего бога. Кровь Балваерока! Это всё что осталось от Владыки в этом мире после Войны богов. Тщательно собранная и оберегаемая его верными последователями на протяжении всех этих веков, – рассказывает Эделин, подходя к двум зверолюдам. Около неё возникает ещё один культист держащий большой кубок с водой, – Всего одна капля наполнит эти добровольные сосуды сущностью Балваерока и позволит ему наполнить ваши утробы своим святым семенем. Он переродиться в этом мире и будет править миром, как и было предначертанно! – Боги, — шепчет Андрисса, слёзы наворачиваются на глаза, когда она осознаёт весь масштаб услышанного. – Теперь будет только один бог, — говорит Эделин. Она аккуратно откупаривает флакон и медленно наклоняет его над протянутым кубком. Одна единственная капля падает в воду и та тут окрашивается в неестественно и даже зловещий чёрный цвет. Глядя на эту жидкость, Хелен казалось, что она ощущает странную ауру, которая давила на её создание, наполняя её тёмными и извращенными мыслями.       Содержимое кубка было предложено двум зверолюдам и те не раздумывая быстро осушили его. И тут же их крепкие и мощные тела сводят судороги, черные вены поднимаются вверх по их животам. Оба зверолюда издают последний крик агонии, напрягаются и, кажется, расслабляются. Воины отступают от них, Хелен в благоговении наблюдала, как кровь Балваерока начинает преобразовывать их чресла увеличивая, изменяя в большие члены. Хотя эти отростки и напоминали человеческие органы, они были больше, их поверхности волнистые и извилистые, а выпуклые кончики сочились тёмной жидкостью. – Восхитительно, не правда ли? — говорит Эделин, поворачиваясь к девушкам, – Теперь вы можете доказать свою верность делу Балваерока. Предложите себя им. Отдайте свои чрева богу чудовищ, чтобы он переродился через вас.       Увидев, как Хелен и Андрисса колеблются, и она кричит, – На колени! Сейчас же!       Эти слова гремят, как пушечный выстрел, и резонируют в теле Хелен, вызывая у неё дрожь.       Прежде чем Хелен успеваешь что-либо понять, она падает на колени. Тяжело дыша, Хелен медленно поворачивается вместе с Андриссой, позволяя своим грудям упасть на прохладную плитку и прижимая щеку к полу. Затем они приподнимают бёдра, подставляя свои округлые ягодицы и нежные вагины на всеобщее обозрение. – Да, хорошие девочки, — томно говорит Эделин, проводя рукой по ягодицам сестры и переходя к Андриссе. Она шлёпает эльфийку по ягодице, отчего Андрисса всхлипывает, – Насладитесь этим сполна. Это лишь меньшее, что ждёт нас в будущем.       Сосуды не дают девушкам почти никакой возможности отреагировать. Они набрасываются на них обеих, их когтистые руки грубо ласкают их женственные изгибы, обхватывая и сжимая груди, пока горячий член, прижатый к бёдрам, ищет бороздку вагины. Хелен затаила дыхание, когда кощунственная плоть пронзает её нежную вагину и глубоко проникает в её влагалище. Ей казалось, будто она ощущает, как головка члена проталкивается мимо шейки матки и вторгается в её матку. Это шокирующее, хотя и не болезненное ощущение.       На самом деле, несмотря на всю свою толщину, извивающийся, корчащийся член, глубоко проникающий в вагину Хелен, ощущался невероятно. Оно невероятно теплое, словно лихорадочная плоть, и из него вытекает обильное количество скользкой жидкости, которая стекала по её бедрам, издавая непристойные хлюпанье, пока зверолюд входил и выходил из её растянутой дыры. Она начала стонать от удовольствия, и рядом с ней Андрисса так же присоединяется к её хору удовольствия. Сосуды тяжело дышат и хрипят, но не сбавляют темп. Тот что на Хелен сильнее прижимает её к полу, наседая сверху на её пухлую задницу и глубоко вбивает свой черный член в её трепещущую вагину. – Ооооо, я сейчас… сейчас… – рот Хелен открывается в протяжном крике экстаза, когда она начинает кончать вокруг вибрирующего, извивающегося члена монстра. На пике своего экстаза член мощно дёргается внутри неё и посылает горячие струи чудовищного семени в её матку. Первой струйки было достаточно, чтобы Хелен захлестнуло изысканное наслаждение от зачатия. Проклятие острова овладевает ею тут же. Мощный оргазм охватывает её тело, она выгибается под зверолюдом, крича в бездумном блаженстве, пока божественное семя Балваерока пускает корни в её утробе. Только он не перестает кончать, и рядом с ней Андрисса тоже начинает стонать от удовольствия, она видит, как влагалище эльфийки переполняется черной жидкостью. Хелен чувствует, как эта же горячая слизь вытекает из неё, одновременно раздувая её живот. Струя за струей, снова и снова, наполняя её утробу, пока зверолюд позади неё не теряет хватку и не падает на её спину.       Зверолюд соскальзывает с девушки и падает на пол, он выглядел, как иссушеный труп. Похоже, что кровь бога, даже одна капля, полностью вытянула из него жизнь оставив лишь сухую оболочку. Хелен поднимает голову и испуганно оглядывает свой вздувшийся живот. Вдруг она чувствует сильный толчок внутри, а затем шевеление в утробе, и внезапно черная плоть начинает взрываться из её влагалища. Оно поднимается, как змея, из её любовного канала, извиваясь и разбрасывая слизь, устремляясь к бездонной пропасти.       Андрисса стонет рядом с Хелен, опустив голову и подняв ягодицы, а похожая на змея плоть из кромешной тьмы вырывается из её растянутой вагины и поднимается в воздух над пропастью. Две змеи встречаются и неестественно переплетаются. Они начинают формироваться в сферу извивающейся тьмы. Оно растёт с каждой секундой, пока она задыхалась, тяжело дышишь и выдавливаешь всё больше и больше чёрной плоти из своей сжимающейся утробы. Шар становится огромным. Он зависает в воздухе, медленно вращаясь, а его поверхность извивается, словно тысяча гигантских червей. Он перестаёт вращаться, а затем растворилась словно была создана из дыма.       Все присутствующие затаили дыхание, когда Балваерок, левитируя, медленно опустился на землю и предстал перед своими последователями во всём своем величии. Его можно было принять за гуманоида лишь отдалённо, его размеры превосходили даже горных троллей. Облик его нельзя было отнести к каком-то определённому монстру, потому что он считал их все. Он был абсолютом монстров. Он был их прародителем и богом!       Хелен и Андрисса слабо поднимают головы, улыбаясь богу монстров, которого они вернули в этот мир. Вокруг них воины, облачённые в красные одежды культистки, прислужники и Эделин воспевают ему хвалу. – Да здравствует Балваерок! Да здравствует Балваерок! Да здравствует Балваерок!       Эделин обнимает их обоих, слезы счастья текут по ее лицу. Она прижимает Хелен и Андриссу к своей груди. Хелен уже ощущает, как семя Балваерока начинает изменять её тело. Боль и удовольствие смешиваются в ней, словно её тело воюет само с собой. Рога прорезаются из её лба, загибаясь за линию волос. Её бледная кожа, начинает приобретать лавандовый оттенок. Талия сужается, бедра расширяются, а грудь выпячивается, приобретая сверхчеловеческую упругость. Глаза Хелен горят магической силой, тонкий и гибкий хвост вырастает из её позвоночника.       Хелен смотрит на Андриссу, улыбаясь, и вместе они начинает скандировать, – Да здравствует Балваерок!       Их крики ликования заглушает оглушительный рёв Балваерока, провозглашая его возвращение.