Туманное прошлое

Вечер после приезда Феликса проходил по обычному. Младший Ли показывал друзьям фото из Австралии и рассказывал как там было классно. Мать и старшая сестра встретили его с аэропорта, и вместе они поехали делать сюрприз сестрёнке Ликса. Она была безумно счастлива его видеть, так как всё своё детство они провели вместе, и ей было трудно находится без брата столько времени. Пока Феликс находился в Австралии, сестра почти не отходила от него, они долго и много разговаривали. А уезд был очень болезненным. Снова. Феликс выглядел очень отдохнувшим, после напряжённого года, и это было заметно даже по его слегка загорелой коже. Веснушки, что были так к лицу этому солнечному мальчику, будто стали ярче и завораживали всех вокруг ещё больше. Он буквально светился изнутри, конечно, это заметил и Чанбин, который весь вечер смотрел на Ликса, не отводя взгляда, вспоминая их разговор с ребятами у него дома. "Или сегодня, или никогда" - пронеслось у Бина в голове. Остальные парни старались всячески помочь ему. За весь вечер они оставляли их наедине раза 4: то ребятам кто-то звонил, то они хотели пить, или в уборную. Было неловко. Но Чанбин и Феликс говорили лишь о погоде в Австралии, а также Феликс спрашивал что было нового во время его отъезда. И всё. Глупые. Но сюжет повернулся в нужное русло, когда Джисон обнаружил, что к чаю ничего нет. Угадайте, кто пошёл за сладким? Феликсу было безумно лень, но "это ведь ты не подумал о сладком в своём доме, ты и иди. И забери с собой кого-нибудь... Чанбина например!" И они пошли. Тихий летний вечер. Было уже не так жарко, солнце постепенно отступало, уступая место луне со звёздами, и одна из них сейчас ходила рядом с Чанбином. Они молчали. Волосы немного качались от ветра, создавая уютную атмосферу в столь неловкий момент. По пути в магазин они лишь пару раз обменялись какими-то незначительными вопросами и замечаниями. А далее, купив всякого разного, отправились обратно. Ликс сейчас выглядел очень неуверенно. Он всегда был озорным и разговорчивым, а особенно любил лишний раз поспорить с Чанбином. Когда кто-нибудь есть рядом... Он понимал, что не сможет так наедине. Также, как это понимал и сам Бин. И их "прогулка" сейчас тому подтверждение. В какой-то момент парням наскучило молчание, и набрав в лёгкие побольше воздуха и остановившись они произнесли: – Мне нужно кое-что тебе сказать, – почти одновременно, будто договорились сказать это вместе. Оба стали отнекиваться, мол "давай ты первый", "нет, давай ты". – Хорошо, я скажу, – Чанбин прокашлялся, – только дай мне договорить, ладно? – Хорошо, – Ликс напрягся. Что же такое важное хочет сказать ему хён? – Ликси, с тех пор, как я тебя встретил, мне все время кажется, что я был создан, чтобы находиться рядом с тобой. Я не могу спокойно жить, все мои мысли наполнены тобой, – Чанбин не сводил взгляда с Феликса, рассматривая его, будто видел впервые, – Я всегда в первую очередь думаю о тебе. Когда я вижу какой-то милый брелок, я вспоминаю о тебе, и как бы он тебе понравился, когда я иду есть, я думаю "а позавтракал ли Феликс?", я знаю через что ты прошёл, и всегда волнуюсь, не моришь ли ты себя голодом снова. Действительно, Феликса очень беспокоила цифра на весах. Друзья подозревали что у парня рпп, но к специалисту Ликс ходить не решался. Ему было легче ограничить себя в еде, или совсем не поесть, нежели сходить к врачу и признать себя "больным". – Я хочу быть рядом и помогать тебе во всём. Хочу защитить тебя от всего мира, потому что ты – Ли Феликс, самый светлый и солнечный человек, которого я встречал, – Тут глаза Феликса намокли, и Чанбин аккуратно, словно боясь испортить этого крошечного парня, протёр их большими пальцами, – я не хочу чтобы ты плакал или грустил. Твои глаза проникли в самую глубину моей души... а веснушки? Они у тебя такие прекрасные, перестань их маскировать, пожалуйста. Я хочу положить к твоим ногам весь мир и своё сердце. Я готов посвятить тебе свою жизнь. Самые нежные слова не способны выразить все то, что ощущаю к тебе. Я больше не могу держать в себе свои чувства к тебе. Я тебя люблю, Ли Феликс! Я понимаю, что ты неопытен в этом плане, именно поэтому я хочу подарить тебе лучший опыт и сделать самым счастливым, если ты дашь мне эту возможность, – Чанбин очень испугался реакции Феликса, ведь тот заплакал. Неужели Ликс теперь боится его? Но нет, причина куда проще. Никто и никогда не посвещал этому мальчику такие слова, хотя он их полностью заслуживает. Чанбин говорил красиво, что не удивительно. Он писал песни, правда, никто из друзей не знал об этом. Все думали что он пишет только музыку, никто и не подозревал сколько чувств в этом, на вид легкомысленном, парне. Когда-нибудь он даст почитать свои песни друзьям, но он сомневался в себе и пока ещё не был готов. Феликс был счастлив, что его любовь оказалась взаимной. У него уже был плохой опыт в признании, и он боялся своих чувств. Как-то в средних классах, Ликсу понравился старшеклассник Чхве Ёнджун. Феликс всеми силами старался заполучить его внимание, звал его поесть вместе, и пытался заговорить. После долгих месяцев он решил признаться во всём ему лично, на что Ёнджун посмеялся Ликсу в лицо, назвав толстым геем, и сказал что у него есть девушка. А девушкой оказалась одноклассница Феликса – Хван Йеджи. Она знала о чувствах парня, и просто решила посмеяться над ним. Тогда Ликс разочаровался в любви, и очень закрылся в себе, после долгого разговора с мамой, он решил уехать к бабушке в Корею. Его перевели в школу к Джисону и он никогда не видел тех ребят. Никто из друзей не знает эту историю, даже сам Хан. И все думают, что из-за учебы у Ликса просто не хватало времени на любовь. Но он всего лишь маленький мальчик, которого когда-то отвергли, и он потерял веру в искренние чувства. Пока не встретил Чанбина, разумеется. Он полюбил его не сразу. Сначала всеми силами игнорировал своё желание всегда находится рядом с ним, ведь боялся. Боялся быть снова отвергнутым и никому не нужным. Боялся что его осудят и рассмеются прямо в лицо. Боялся полюбить. В итоге он просто проглатил свои чувства, и продолжил дружить с тем, кто почти не выходил из головы. И сейчас, он стоял и плакал, а Чанбин, боясь спугнуть его, просто ждал. – Можно обнять тебя? – утвердительный кивок, и Со сразу кинулся в объятия к этому солнышку, – Ликси, пожалуйста не молчи. Я обидел тебя? – Н...Нет, я.. я тоже те..бя люблю, Бинни, – плачь не переставал, Чанбин гладил своего возлюбленного по голове, расплываясь в довольной улыбке. Через пару минут они отстранились друг от друга. – В таком случае, – Чанбин демонстративно встал на одно колено, – Ли Феликс, будешь ли ты встречаться со мной? Я обещаю сделать тебя самым счастливым! Ликс кивнул, поток слёз не останавливался. Он потянул Бина за руку, заставляя встать, и снова уткнулся ему в шею. – Ликси, всё хорошо, переставай плакать, – Чанбин немного усмехнулся. – Прошу, не делай мне больно. – Никогда. Я пообещал тебе. Пошли домой, ребята, наверное, уже волнуются. И они двинулись домой, держась за руки, а Ликс старался успокоиться. Всё ведь и в правду хорошо. У них точно.

***

– Ставлю 10 тысяч, что он не признается, – Сынмин жевал каких-то цветных червячков. – Их нет довольно долго, думаю всё таки признался, – Минхо сидел на диване, пялясь на настенные часы. – Ага, и Феликс стоит и ревёт где-нибудь, –посмеялся Хан. Слишком хорошо он выучил друга за эти года. Дверь распахнулась. В квартиру вошла новоиспеченная парочка и все друзья кинулись к ним. Феликс весь в слезах, держит Чанбина за руку, а тот, в свою очередь, улыбается почти до ушей. Друзья смотрят то на одного, то на второго, то на их переплетённые руки. Чанбин кивает. В этот момент друзья оживляются. Кто-то хлопает, кто-то прыгает, кто-то кричит, одним словом – счастливы. За друзей, конечно. Джисон подлетает к Ликсу: – Я знал, что ты заплачешь, – Хан гладит его по голове. – Так вы всё знали!? –Ликс немного возмущен, – вот почему оставляли нас одних столько раз! – Всё–всё, не куксись, зато теперь всё хорошо, – Чанбин погладил ладонь Ликса большим пальцем, – идёмте в комнату, чего тут собрались. Они решили почти не упоминать тему отношений, так как для некоторых она была неловкой, а для кого-то слишком болезненной.

***

Отношения с Чанбином (по крайней мере их начало) были замечательными. Сразу на следующий день после признания Бин позвал Феликса на свидание в какой-то парк аттракционов. Он знал, что Ликс очень любит такие места, и поэтому они провели время классно. Чанбин был совсем другим в отношениях, более внимательным что ли? Возможно, это Ликс так повлиял на него, и после слов: "не делай мне больно", действительно захотелось, чтобы ни волоска не упало с его головы. Раньше они очень много подкалывали друг друга, сейчас же это было бы очень неловко, учитывая что чувства взаимны. Ведь до отношений они лишь хотели привлечь внимание друг друга подколами, и кажется получилось. Сейчас два самых счастливых парня гуляли по парку аттракционов, и остановившись у тира, Чанбин спросил: – Какая игрушка тебе нравится? – Ты собираешься выиграть её? – Ликс слегка усмехнулся. – Не веришь в меня? Мы не уйдем, пока я не выиграю кого-нибудь. Выбирай! – Вон тот гусь выглядит мило, прямо как ты – он указал на гуся среднего размера. – Понял. Для выигрыша, Чанбин должен был попасть восьмью дротиками в шары, не пропустив ни одного. Он был настроен решительно, и явно не собирался уходить без этого гуся. В первый раз он попал лишь шестью, за это ему вручили какой-то маленький плюшевый брелок, который он передал Феликсу. – Это мне? – кивок, – Бинни, мне хватит и его, пошли дальше, – Ликс слегка посмеялся. – Нет, я сказал что выиграю, – очень серьёзен. Во второй раз судьба решила пощадить Чанбина и он всё таки попал всеми дротиками в шары и заполучил заветного гуся. Феликс был рад и даже обнял парня за это. Ему всё ещё было неловко осознавать, что он встречается с Чанбином. А Со понимал, и был рад даже этому. Всю оставшуюся прогулку Ликс таскал эту игрушку, а после сидел в машине обнимая её. Через пару дней, ближе к ночи, у Чанбина была смена в клубе и он предложил Феликсу пойти с ним. Ликс приходил в этот клуб только пару раз, к Джисону, но в те моменты там мало народу. Интерес взял вверх и Феликс согласился. Чанбин заехал за ним в 9, и они поехали. Ликс, как самый привилегированный из всех там присутствующих, сидел прямо около пульта и смотрел за работой Бина. Это действительно завораживало. То, как мастерски Чанбин создавал музыку очень нравилось Феликсу. Пару раз он даже обнимал Бина сзади и говорил ему на ухо какой тот классный. Со смущался, но старался не подавать виду. Во время перерыва, когда было уже поздно, Чанбин отвёз Ликси домой. Тот сначала не хотел, но время было уже за полночь, и Феликс зевал и хотел спать. Всё таки у его парня трудная работа. Вечно громкая музыка в ушах, и люди, которые могут докопаться ни за что. И такой случай у Чанбина был: как-то раз, в клуб пришли несколько подруг, и стали просить у диджея определенную песню. Чанбин почти сразу согласился, и вот, во время одного из перерывов к нему подошли слегка подвыпившие мужчины, и главный из них, представившийся парнем одной из тех дам, начал выяснять "Что моя красотка-тёлка делала рядом с таким лохом как ты? Ты приставал к ней, да?". В тот момент объяснять было бесполезно. Бин получил пару раз в лицо и охрана увела буйных посетителей, а позже на них написали заяву. Всё обошлось парой синяков, и администратор клуба выплатил компенсацию за причиненный ущерб. И подобных историй у Чанбина не мало. Вряд ли он будет часто забирать Ликси с собой в клуб, а если и будет - глаз с него не сведёт. Он знает какие люди ходят иногда по таким местам и очень не хотелось, чтобы с Феликсом что-то случилось. Он пообещал. В первую очередь самому себе. Никто не посмеет заставить это солнце грустить.

***

Сейчас, во всей компании, чувствал себя одиноким только Сынмин. Он давно не может найти ту или того самого. Да и самого Мина, по его мнению, все считали слишком скучным. Он не умеет веселиться, не любит шумные компании, не любит гулять. Полная противоположность общепринятого "интересного" человека. Но ведь это было не так... Кроме друзей никто не смог разглядеть в нём ту интересную личность, скрывающуюся за маской социофоба. Никто кроме друзей не знал, как он любит животных, как хочет увидеть мир, как любит фотографировать всё вокруг. Никто не догадывался что он любит танцевать и петь, пусть это и не всегда выходило хорошо, он просто получал от этого удовольствие. У него была уйма разных хобби, он разбирался почти во всём, и мог поговорить на любую тему. Только бы с ним кто-нибудь поговорил... Хоть кто-нибудь, кроме друзей спросил бы: "Как твои дела?", или поинтересовался чем он увлекается. Подошёл бы познакомиться, или просто сделать комплимент. А ведь никто... Никто кроме друзей. Никто кроме Хёнджина...

***

Середина весны. На улице уже почти распустились все цветы и наполнили своим ароматом всё вокруг. Темнеть начинает гораздо позже, ночи тёплые и практически безветренные. Идеальная погода чтобы сходить куда-нибудь с друзьями. Но Сынмину и одному хорошо, он решил прогуляться по парку и послушать музыку, пусть и делал это крайне редко. Да, он не любил прогулки, но зато очень любил весну. Его манила красота деревьев в это время года и он старался запечатлеть как можно больше из них на фото. Сейчас, уставший Сынмин решил присесть на скамейку и послушать музыку. В наушниках играла песня P!nk – Just Give Me a Reason , дул лёгкий ветерок а на улице, на удивление, почти не было людей. Идеальный вечер.

Just a second, we're not broken (одну секунду, мы не сломлены.) Just bent and we can learn to love again (лишь погнулись, и мы можем снова научиться любить,) I never stopped, (я никогда не переставал,) You're still written in the scars on my heart (ты всё так же написан на шрамах моего сердца.)

Ещё идеальнее его сделал парень, который подошёл к Сынмину и протянул лист бумаги. Ким достал их уха наушник и взглянул на бумажку. На ней был рисунок. Это Сынмин, смотрящий куда-то в даль, с наушником в ухе. Видно, что автор старался рисовать быстро, чтобы успеть и не упустить этого парня, но тем не менее рисунок был очень красивый. Каждая деталь была прорисована прекрасно. – Это...я? – Сынмин очень засмущался неожиданным подарком. – Ага, я могу сесть? – Указывая на место рядом с Кимом. – Разумеется! – продолжая рассматривать рисунок, пока незнакомец садился рядом – Так красиво! Вы только что нарисовали? – Да, получилось немного не аккуратно, я спеши... – Нет! Он замечательный, меня ещё никогда не рисовали. Очень красиво, правда! – перебил его Сынмин. Удивление и радость сейчас были гораздо сильнее смущения. – Хахах, спасибо. Я Хёнджин, давай на "ты" , – Хван протянул руку. – Я Сынмин, – Ким пожал руку, улыбаясь новому другу, – могу я оставить рисунок? – Конечно, я планировал подарить его тебе. – Ты где-то учился рисовать? – поинтересовался Сынмин. – Нет, я самоучка. – Улыбнулся Хёнджин. – Ого! Ты молодец, я бы так не смог. А почему решил нарисовать меня? – Ким наконец оторвал взгляд от рисунка. – Не знаю, ты очень красивый, – без капли стеснения ответил Хван, а Сынмин засмущался, как маленькая девочка, на которую взглянул старшеклассник. – С... Спасибо, ахах. – спустя несколько секунд ответил Ким. – В каком ты классе? – продолжил узнавать нового приятеля Хёнджин. – Заканчиваю 11. – Да ладно? Я тоже. – улыбнулся Хван, – будем друзьями? Приятно познакомиться! – И мне приятно! Тогда дай мне свой номер... пожалуйста. И новый друг вбил свой номер в телефон Сынмина.

***

Если бы не Минхо и Хёнджин, он бы так и продолжал быть одиноким и никому не нужным. В какой-то момент он даже нашёл себе интернет-друзей, ведь в интернете дружить легче. Но даже там никому не было дела до Сынмина. Все рассказывали лишь про себя, а Ким интересовался и слушал, но никогда наоборот. С Хёнджином всё было по-другому. Он всегда спрашивал что-то у Сынмина, и наоборот. Они интересовались друг другом. Узнавали всё больше и больше. И Сынмин потерял голову. Он никогда не любил никого также сильно, как Хвана. Про Хёнджина можно было сказать то же самое. Они дополняли друг друга. Сынмин в первый раз почувствовал себя любимым. В первый и последний... А сейчас он даже не знает где его Джинни. Ким очень долго страдал, не мог найти себе место. Но он понял что сильный и справится со всем, а внутри надеялся вновь встретить этого милого длинноволосого парня, с самой прелестной родинкой под глазом. После он нашёл друзей, но думать о Хёнджине не переставал. Не было ни дня без мысли о нём. Он умолял вселенную вновь свести их, но боялся... Прошло 4 года, что угодно могло произойти с его Джинни за это время. Но Сынмину было плевать. Он скучает. В телефоне до сих пор есть его старый номер, на который Сынмин звонил в истерики следующий месяц после их расставания. По ту сторону тоже были слышны всхлипы, а позже Хёнджин перестал отвечать. Сынмин знал: им обоим больно. А когда номер стал "недоступен", он отчаялся. Хвану больше не больно... В комнате Сынмина висят его рисунки, на руке всё время кольцо, купленное Хёнджином как парное для них двоих. Возможно, Сынмин слишком идеализирует его, и на самом деле Хван не был таким замечательным. Но для Кима был. Был самым замечательным, и самым идеальным. Он никогда не полюбит никого также сильно...