***
Проснувшись, Минхо огляделся, но Джисона в комнате не было. Он услышал звук воды, поэтому успокоился и продолжил лежать. Но прошло 10 минут, следом 30, затем 40. Джи принимает душ, от силы минут 25, но никак не 40. Минхо встал и подошёл к двери в ванную. Всё что он услышал, это звук стекающей воды, а после и редкие всхлипы. — Джисон? У тебя всё хорошо? — явное волнение охватило Минхо. Что произошло за то время, пока он спал? — открой дверь. — Всё в порядке, Минхо, я принимаю душ, — ложь. Предательски подрагивающий голос выдавал. — Ты врёшь. Что произошло? Открой дверь, — Ли проверил, точно ли ванная заперта. — Дай мне 5 минут, я выйду, — а ведь он сейчас весь опухший и с красными глазами. Джисон уже пожалел, что позволил себе выплакаться. Что же он скажет другу? Он не способен ничего сказать сейчас, но придумать что-то следовало бы. У него всего 5 минут, нужно успеть намочить голову, накрыть её полотенцем и придумать оправдание его красным глазам. Джисон быстро подставил голову под струю воды, и даже намылил её, чтобы аромат шампуня помог ему оправдаться. После чего он начал искать полотенце. Чёрт. Джисон забыл схватить полотенце. Пришлось брать первое попавшееся, лежавшее в ванной. Он вышел. Минхо сидел прямо у стены за дверью, терпеливо ожидая Джисона с Дори на руках. Как только Ли увидел друга (?), он вскочил. — Джисон? Всё хорошо? Ничего не хочешь сказать? — сделав шаг ближе. — Что сказать? Я был в душе слишком долго? — режим дурачка сейчас было единственным спасением. — Почему ты плакал? — Что? Плакал? — он старался выразить недоумение, и вроде даже получалось. — У тебя красные глаза, — Минхо пригнулся, заглядывая Джисону прямо в глаза. — Ааа, так ты про это… — что сказать? что сказать? что сказать? — шампунь в глаза попал, — ничего умнее он придумать не смог. — Я похож на дурака? Я всё слышал, — выдохнув, — впрочем, хорошо. Я вижу что ты не хочешь говорить, я просто подожду. Если понадобится — ты можешь высказаться мне, или мы можем записать тебя к врачу, главное не молчи, Джисон, — Минхо всё ещё смотрел прямо в глаза, — пожалуйста. Джисон без лишних слов обнял Хо. Так давно он этого не делал, что уже почти забыл как пахнет его Минхо. Старший не ожидал этого, но с удовольствием обнял Хана в ответ. Шампунь, что так любил Джисон. Минхо пахнет именно им, а ведь впервые такой шампунь ему подарил сам Хан, сказав: «Хён, я увидел его сегодня в магазине, и он очень тебе подходит!». Это был самый простой шампунь для мужчин, с кучей вызывающих надписей, по типу «экстремальная свежесть», «только для мужчин» и т.п., но Джисон, понюхав его, сразу вспомнил хёна. С тех пор Минхо моет голову только им, и Хан очень рад этому. Из шеи Минхо послышался всхлип. — Прости меня, — сказал Джисон, — прости пожалуйста, — всхлипы почти переходили в плачь. — Эй, что случилось? — Минхо взял того за плечи, заглядывая в глаза. — Не важно, я очень виноват, прости меня. — Всё хорошо Джисони, не плачь, — снова притянул его в свои объятия, — ты хочешь высказаться? — Нет, пожалуйста… — плачь, — я не могу. Прости… Прости меня. — Хорошо, я понял, — Минхо аккуратно поглаживал голову младшего. Ли очень удивился неожиданной истерике Джисона. Тот в принципе никогда не плакал перед ним, и всегда был очень жизнерадостным и весёлым. Что же заставило его рыдать в плечо Минхо, извиняясь? Джисон, поняв что не стоило делать это, быстро отпрянул от друга. И решил просто сбежать под одеяло ничего не объясняя. — Давай я налью тебе чай? — отрицательный кивок, — может хочешь поговорить? — снова отрицание, — тогда мне оставить тебя? — уже одобряющий кивок, — Хорошо, зови если что, — Минхо просто ушёл на кухню, оставляя Хана один на один со своими мыслями. И Джисон обожал это в Минхо. Он не станет лезть, если ты не хочешь, не будет выпытывать информацию, если ты не готов. Он просто рядом. Он поможет, если ты попросишь. Но если тебе нужно время, он уйдет и станет ждать тебя. Минхо уважал личные границы. Кажется, это была одной из лучших черт в его характере.***
Прошёл примерно час. Немного успокоившись, Джисон вышел к Минхо. Весь красный и опухший. Он не знал что говорить. Ему нельзя ничего говорить, но оставлять Хо в неведении ему не хотелось больше. — Прости, прости что тебе пришлось увидеть это всё. Я правда не хотел, но я не готов рассказывать тебе что произошло. Я правда хочу, но не могу. Я сделаю всё возможное, чтобы исправить то, что натворил, но пока этого не произошло извини меня, пожалуйста, — почти на одном дыхании выпалил Джисон. — Ты ведь не делал ничего, Джисони… — Минхо жалел Хана, но сам не знал за что. Он верил, что Джи справиться со всем, и когда будет готов обязательно всё расскажет, — Хорошо, но тебе не нужно извиняться, тем более, пока я не знаю что произошло. В последние дни ты выглядишь очень подавленно, не хочешь обратиться к специалисту? Я подожду пока ты не будешь готов рассказать, но я очень переживаю, — Минхо сидел за столом, прямо напротив Джисона. Он стоял, не решаясь сесть. — Я...я не знаю. Не уверен что он нужен мне. — Я всё-таки запишу, лишним не будет. Хорошо? — Ли немного пригнулся, так как голова Джисона была опущена. — Ладно. — Он не решался смотреть Хо в глаза. Джисон не считал что сейчас ему требуется помощь мозгоправа, просто хотелось вывалить всё что у него накопилось на кого-нибудь. А ещё Джи хотел узнать, как же ему поступить и что делать. Пусть врач и дал чёткие указания и сказал не нарушать их, ему не особо хотелось верить ему. — Посмотри на меня, — Минхо постарался сказать это максимально мягко, но Джисон не взглянул на него, — не пойми неправильно, я не считаю тебя больным, просто очень волнуюсь. — Нет, я ничего такого не подумал. — Тебе некомфортно находится сейчас со мной? Давай я позову Феликса, а сам поеду к Сынмину? — Минхо взял в руки телефон, и увидев утвердительный кивок напротив, стал писать Ликсу:Чат: Минхо-хён → Ликс.
Минхо-хён: Ликс, привет. Тут такое дело… Ты можешь приехать? Джисон чувствует себя не очень.
Ликс: Чтоо? Что с ним случилось????Минхо-хён: Я без понятия. Я проснулся, а он плакал. В общем, он доверяет тебе, и я это знаю. Приезжай пожалуйста.
Ликс: Ох… Джисони. Дай мне 30 минут.Минхо-хён: Спасибо
***
Звонок в дверь. Прошло около 25 минут, а Феликс уже был тут, несмотря на то, что ехать ему 20. Он почти не переодевался, а просто схватив сумку со всем необходимым, тут же побежал на остановку. Минхо не стал ничего говорить, а просто вышел из квартиры, попутно набирая Сынмина: — Сынмин, привет. Ты сейчас дома? — Привет… Да, а что такое? — Могу я приехать к тебе? — Конечно, у тебя что-то случилось? — Не совсем у меня…у Джисона случилось. Я расскажу, когда приеду. — Ладно, тебя забрать? — Неа, на автобусе доеду.***
Долго не раздумывая, Феликс двинулся в комнату к Джисону. Он сидел на диване, и пил чай, который ему сварил Минхо 10 минут назад. — Джисон? Что произошло? — Феликс сел рядом с другом на корточки, взял его руку. — Ли… Ликс, я расплакался перед ним, — Голос подрагивал. Казалось, что Джисон вот-вот снова заплачет, но он держался. — Ох, Джисони… Всё нормально, ты ведь не железный чтобы столько держаться. Он что-нибудь узнал? — Феликс садится на диван, следом обнимая и поглаживая друга по спине. — Нет, я молчал… — Умница, всё обязательно будет хорошо, не переживай. Просто нужно время, я и ребята рядом с тобой. Ты, нет… Мы справимся. — Он улыбнулся, Джисону немного полегчало. — Ликси, прости, что тебе пришлось бежать сюда, учитывая что ты устал вчера, — и только сейчас Хан осознал: вчера они только вернулись с Чеджу, а ему пришлось ехать сюда, переживая за друга. — Всё хорошо, я чувствую себя нормально, чем ты хочешь заняться?***
К вечеру Минхо уже вернулся домой, и Джисон чувствовал себя прекрасно. Нужно отдать должное Феликсу, только ему можно было доверить Хана, и не переживать. Он с лёгкостью мог вывести друга из любого состояния, как и Джисон его. Сейчас же, Минхо и Джи решили не вспоминать случившееся, а просто пошли готовить ужин. — Ты бы пошёл поспал, тебе на работу утром… Я разбужу, когда закончу, — Они давно договорились, что готовят вместе. Только в крайних случаях готовить будет один. Также и в уборке: они поделили все домашние обязанности, и им так намного веселее и комфортнее. — Да нет, всё нормально, — сказал Джисон, — ты, кстати, пил лекарства? — О нет, я забыл, — Минхо побежал к аптечке. — Ну Хо… Я ведь даже стикер уже на холодильнике повесил! — Джисон указал вернувшемуся Минхо на розовый стикер, на которым немного корявыми почерком было написано «Минхо, на забудь про лекарства после обеда!». Впрочем, это было бесполезно, Ли никогда не смотрел туда. Он настолько привык к их пёстрому холодильнику, с кучей накопившихся магнитиков и стикеров, что не обращал внимание что там появились новые. И магнитиков было правда много! Тут тебе и сувениры с различных городов, и купленные Джисоном: «посмотри какой милый магнитик!», и даже не понятно откуда взявшиеся старые магнитики, скорее всего оставшиеся после прошлых сьемщиков. Последние Минхо хотел выбросить, но Хан настоял, чтобы они остались украшать и без того украшенный холодильник. –Твой стикер там сливается с основной массой, я его не замечаю, — Хо запил лекарства водой. — В таком случае, я переклею его, — Джи сорвал стикер, и приклеил его на дверцу микроволновки, которая находилась у них почти на уровне глаз. В соседней комнате зазвенел телефон. Минхо поставил стакан и пошёл за ним. Поговорив с кем-то пару минут, он сбежал, а точнее даже влетел в кухню, заставив спящего Суни испугаться от неожиданности. — Джисон! Меня взяли в тот магазин, представляешь? — Хо почти прыгал от счастья. — Серьёзно? Я же говорил что возьмут! — Джи похлопал старшего по спине, поддерживая. — Я буду работать! Суни, ты слышал? — Минхо подхватил засыпающего кота на руки, — 3 дня стажировка, начиная с понедельника! — Я очень рад за тебя, Хо! — Джисон не мог перестать улыбаться, хотя внутри он немного боялся…***
Стажировка пролетела незаметно. Минхо быстро всё усвоил, и тут нужно поблагодарить работницу Кан Чеджин, которую Хо ласково звал Тётушка Кан. Женщина лет 42, работающая в этом магазине не так долго, наверное, месяца 3, со своей напарницей 2/2. Но напарница решила уволиться, так как ей не нравились эта работа, поэтому они стали искать сотрудника. Чеджин во всём помогала и подсказывала Минхо. Ему даже не верилось, что в обычные рабочие дни он будет без неё. Хотя она пообещала первые пару дней навещать Хо, чтобы ему не было так одиноко и он привык. Тётушка Чеджин не нуждалась в этой работе, она оставалась, скорее, для собственного удовольствия. Муж целыми днями работает, дети выросли и съехали от них, а ещё у неё аллергия на шерсть. И дабы не скучать дома одной, она решила занять себя работой, а теперь ещё и обучением своего младшего напарника. И вот Минхо уже научился пользоваться кассовым аппаратом, и теперь сам принимал своих первых покупателей. Чеджин поглядывала из-за спины, страхуя парня в случае чего, Но к счастью этого не потребовалось, он почти в идеале обучился работе с кассой. Последний день стажировки окончен.***
— Обучение закончил, в субботу начинается моя смена, надеюсь не провалюсь, — Минхо рассказывал это, отпивая лимонад из стакана. — Ого, ты молодец, надеюсь у тебя всё получится, — Сказал Чанбин другу. — Ага, я тоже поработать не был бы против, — вмешался Сынмин. Парни собрались у Чанбина дома, и обсуждали что у кого нового. К сожалению, Феликс сейчас был не с ними, но он ежедневно присылал фото с Австралии в их общий чат. Там были самые разнообразные фото, начиная от селфи на фоне памятника, заканчивая тем, что он ел сегодня на завтрак, обед и ужин. Друзья были рады, что он с семьёй, но очень скучали по нему. — Зачем тебе работа, родители же вроде обеспечивают тебя пока, — в недоумении спросил Хан. — Да, но я не хочу сидеть на их шее, они и так слишком много сделали для меня. И Сынмин не врал. Его родители правда ни в чём не отказывали сыну, но всё равно смогли вырастить его скромным и добрым. Ким стыдится просить у родителей денег, он понимает что они у него не самые богатые, хоть и стараются всё покупать ему. Работать — вот чего он хочет уже давно. Но Родители, да и сам Сынмин понимают, что ему сейчас важнее сконцентрироваться на учёбе, поработать он всегда успеет. Поэтому Мин терпеливо ждёт окончания университета. Парни много о чём поговорили, и даже сыграли в правду или действие. Оказалось, что Чанбину уже давно нравится Феликс, но он боится ему говорить, так как тот скорее всего ему откажет, или даже не захочет продолжать дружбу. — Да ладно тебе, Чанбин! — возмущался Хан, — не попробуешь — не узнаешь. — А он дело говорит, — добавил Сынмин, — посмотри на себя! Да любая девушка упадёт тебе в ноги, если ты скажешь. Так почему Ликс должен отказывать? — Согласен. Он может только побояться отношений, у него их никогда не было, — сказал Минхо. — Так поэтому я и боюсь, — ответил Чанбин, поворачиваясь к Джисону, — Джи, спасай. Вы ведь лучшие друзья, неужели он никогда ничего не говорил? — Простите, пацаны, я — могила. Секреты друзей рассказывать не собираюсь. — Сони, это не тот случай, — сказал ему Минхо. — Реально, Джисон, — Сынмин вернулся из кухни с новой бутылкой лимонада, — помоги ты. — Охх, ну и влетит же мне. Прямо говорить не буду, но думаю, что Чанбину всё-таки стоит признаться, — последние слова Хан говорил почти шёпотом, будто боясь что лучший друг его услышит. — А я говорил! — Сынмин, — сделай это, когда он приедет, Бинни. Чанбин сидел в недоумении пару минут, пытаясь переварить эту информацию. Неужели, такому солнечному отличнику, с потрясающе красивыми ямочками и чудесным голосом нравится троечник-диджей Чанбин? Да, он слышал что противоположности притягиваются, но чтобы так… Он возможно признается ему, но несмотря на ответ Джисона, Чанбин понимал, что Ликс может и отказать. Именной поэтому Бин пару дней назад завёл тему отношений, он хотел узнать, нравятся ли Феликсу парни, и готов ли он к отношениям, но диалог ушёл в другое русло, и Со решил не возвращаться, дабы не вызвать подозрений.***
Начало июля. Долгие дни сменяют короткие теплые ночи. Чаще всего стоит ясная погода, и чистое лазурное небо простирается над головой. Деревья снова отрастили свои зелёные листочки. В такую погоду особенно хочется гулять и наслаждаться видами природы, что и делают сейчас Минхо с Джисоном. Они вышли прогуляться в парк, а вечером их и остальных ребят, ждёт у себя дома Феликс. Он приехал пару дней назад и ещё не виделся с друзьями. — О, Минхо, пошли купим мороженое! — сказал Хан, указав на ларёк с мороженым, стоящий неподалеку. — Ну пойдём, — ответил Хо, спеша за почти убегающим парненьком. — Здравствуйте! Нам пожалуйста одно шоколадное и..... — Джи помолчал, ожидая подходящего Минхо, — тебе ведь фисташковое? — Что? Не знаю, я никогда не ел такое, — подумал Ли. — А, да.? Я уверен тебе понравится, — слегка смутившись сказал ему Хан. — Ну давай, не понравится — сам доедать будешь, — немного рассмеявшись. — И одно фисташковое, — Джи повернул голову на мороженщика, а затем снова на Минхо, — с удовольствием! — Оно правда очень вкусное, и…как будто я его уже ел, вкус очень знакомый, — сказал Минхо, уплетая свою зелёную сладость. — А я говорил, что понравится, — передразнивая, ответил Хан. Он будто читал Минхо, как открытую книгу. — Время уже 15:34, нам в 5 выходить к Ликсу, давай шустрее, не поясничай, — Хо глянул на часы. — Хорошо, пап, хаха. — Джисон ускорил шаг. Под звуки уличного скрипача, они двинулись к дому, шутя и подкалывая друг друга. На улице было ещё светло, хотя в основном они гуляли только ночью. Обоим нравились такие прогулки. А точнее, им нравились такие прогулки друг с другом. И Джисон чувствовал себя лучше, чем в тот день. Наверное стоит сказать спасибо Хо, за то что записал его к психотерапеату. Кстати о приёме. Врачом оказался молодой доктор Бан. Он выслушал Джисона, постарался дать ему советы и даже выписал лекарства для улучшения самочувствия. Сам врач попросил называть его Кристофер, чтобы Джи было комфортнее, тем более что разница в возрасте была не сильно заметна. И на приёме стало действительно комфортно. Доктор Бан старался обходить триггерные для Джисона темы, так как он ещё не был готов и это их первый сеанс. Также он написал Хану свой номер, чтобы в случае чего тот писал ему и в принципе был очень компетентным и тактичным во время приёма. После этого Джи сходил на ещё один сеанс и собирается и дальше ходить к нему, если почувствует себя плохо. Ему очень не хотелось снова расклеиваться рядом с друзьями. Он должен стараться показать свою сильную сторону, чтобы на него могли положиться, а не реветь как тряпка. Он считал что слёзы — признак слабости, только по отношению к себе. Джисон был не против чтобы друзья поплакались ему, и всегда был готов подставить плечо и поддерживать. Но ребята, зная как паршиво чувствует себя Хан, старались не использовать его так. Напротив, каждый предлагал ему свою помощь и помогал самостоятельно даже если он не попросит. Все знали, что Джисон никогда не попросит помощи сам. Потому что винит себя во всём что произошло, и это понимали все. Кроме Минхо… Он знает, что с его другом (?) не всё в порядке. Но что именно, он не представляет. Если бы Минхо знал, было бы намного легче. Всем были бы легче. Но нельзя… Врач строго настрого запретил упоминать тот случай, он сам не имеет понятия что может произойти, но это явно не что-то хорошее. И они все молчали, а Минхо ничего не подозревал, и не будет. Наверное… По крайней мере Джисон сделает всё возможное, чтобы огородить Минхо. Именно поэтому, они сейчас идут домой и Джисон шутит, смеётся и всячески пытается разрядить обстановку, чтобы вновь не вспоминать случившееся. Времени у них осталось только переодеться и вызвать такси. Джисону не терпелось встретиться с Феликсом, которого он не видел всего несколько недель, но ему казалось, что прошла вечность. Они не стали наряжаться, это была обычная встреча в кругу друзей. Наоборот, все (не только Джисон и Минхо) оделись в удобную домашнюю одежду. В такси Джисон слушал музыку, и поглядывал в окно, в предвкушении скорой встречи. А Минхо в открытую любовался столь очаровательным Джисоном, что смотрел в окно, губами напевая музыку из наушников. Его чудесные глаза скрывались за челкой, упавшей на лицо, а пальцы на коленях двигались в такт музыки. Завораживает… Безумно завораживает.