возрождение

опущенные веки жалобно трясутся, намекая на отбой в тот поздний час, было б всё так просто, не заснувши ревела ночь, как на заказ сладкой неги больше нет, по крайней мере пусто поле, опять бессонница та, мать, везде хочет она её достать ей устало быть такою, но сякою тут никак, ведь всё — лишь фарс и море соли в карих тех глазах были мысли при отбое и возможно, контрафакт в той прекрасной неге всё ей снился, и не раз но вот оно — бери не можу, стараясь ухватить за раз, сдирала все остатки кожи, позже — прокалывала с дури глаз «стыд и срам!»: кричала голова, а сердце трепетно мычало, ожидая разворота в новом томике журнала и вот вроде всё окей, но ведь снова всё не так и отбой не так уж сладок, ведь сбежать туда никак негу ждёт по часу и по два, всё никак и не приходит, голова гудит с утра, но с появлением того уходит и улыбка на ушах, запутанные речи, всё бредятина, но факт с ним всё легче происходит и похоже, все всё видят, и стыд невероятный! обхватил за ноги, ухватил за шею душит хваткой, как удав всё пыталась успокоить сердце бедное, живое, то всё снова в пляс лишь при виде карих глаз боль, обида, затухание, умирание, просыпание, воскрешение? не факт, и понять ей не дано, вот факт.