Драгоценность и носки

Километры, метры, дециметры, сантиметры, миллиметры. Ноги болят от всех этих длин. Преодолеть всё это ради укрытия своего от глаз людских. «Чёрт, носки совсем износились. Придется зашивать потом эти дырки. Когда появятся нитки… или дом.» Сложно определить расстояние от спавна, им неизвестно то место, в котором они сейчас находятся. Лишь затраченное время не волнует. Не слишком много и потратили, вот вернуться будет проблематично. Но надо ли им вообще это делать? Там… никто не ждет, кроме Надзирателей. Их ищут, только вот дело не в беспокойстве. Ведь если бы волновались, то никогда бы не вспоминали снова про эти супы. Не волновал бы и их «дар». Однако лишь на этом все заканчивалось. На невыполненных клятвах. Поэтому никто не должен найти их на таком расстоянии. Ум и хитрость Надзирателей действительно поражает. Особенно если вспоминать, как долго те ничем не занимались. Просто шутили и делали свои дела… Душенька благодарен за то, где он сейчас находится, это могло произойти только с их помощью. Они вполне ждут возвращение дуэта, обезопасив заранее от рук чужих, вредящих. Стрелки часов движутся дальше, им даже неизвестно какой день. Даже возможность их нахождения не пугает. Они смогут отбиться. Слабым не был ни он, ни Обси. Душенька уверен. Зато душе не спокойно. Нет дома. Чужое место, не для него предназначенное. Режет изнутри что-то иное, здесь не рады его присутствию, и он разделяет эту неприязнь. Неизвестное окружение, будто специально спрашивает: «Кто вы?» Спать не будет под предлогом охраны. Сон и намека на присутствие не подавал. Лучше будет, если товарищ не увидит, как дрожит тело от слез. Вблизи костра ему будет холодно, а вся влага сразу превращается в маленькие льдинки на щеках. Падают кристаллики, разбиваясь о камень вдребезги, следов после себя не оставляя. «- Ты драгоценный» Именно такие фразы в его сторону всегда слетают с уст. Сюрреалистичные слова Обсидиана такие правдивые. Душенька ведь сияет, свет отражается от его души и тела. Так легче ответить на вопрос о том, кто они. Ответ о себе, он знает, рассказав сразу же. С партнером сложнее. Ведь сомневаешься в мыслях других, точно ли человек считает себя тем самым, каким воспринимаешь его ты? Но именно так описал бы «драгоценного», особенно если тот не отвечает на вопрос. Поэтому Тайм убеждает в этом, даже если в реальности существование такого невозможно. Физические драгоценности — холод. Кристаллы, которых ничего не волнует. «- Мне тревожно» Вот и различие. Беспокоит что-то, где-то там глубоко. Рассказать будет не тяжело. Знают друг друга уже давно. Из-за каких-то обстоятельств далеко не первое откровение. И теперь его товарищ знает все эмоции друга. «Я отнесу тебя домой» Ему пообещали, вновь. Однако не как остальные невыполненные, вместо этого оно несёт теплоту сердца. Клятва о возвращении домой. Место, которое такое родное, любимое, знающее самого хозяина, переполненное эмоциями. Туда, где он будет своим. Сердце наполняется теплом, которое несвойственно красивым рудам. Обсидиан Тайм никогда не лжёт. Душенька далеко не худощавый. Он именно того телосложения, которое подходит его росту. Поднимать на руки не тяжело. Унести чуточку сложнее, но не настолько, чтобы остановить. И принесут. Не в физический дом. В объятия. То самое, где не нужно скрывать и притворяться, кем ты являешься. Своей ролью живешь, а не чужой. Можно было бы подумать о лжи. Однако сам Душенька понимает, что его дом - не какая-то территория. Это что-то гораздо глубже, всегда находящееся рядом, спрятавшее от всех бед и невзгод. Обсидиан прижимает крепче, когда драгоценные камни падают на его колени. Ему не нужны описания дома и территории, чтобы принести любимого в нужное место. Конкретика слов никогда не функциональна. Из-за этого все разговоры с Душенькой в полной концентрации. Мимика, голос, глаза, мысли. Лишь там он найдет ответ на один важный вопрос: «Кто же такой Душенька?» Лишь руки искусного мастера отполируют наивысший бриллиант. — Действительно драгоценный…

***

— Обси! Я смог получить с паука нитки! Заодно в черный покрасил. Давай дырки зашью на твоих носках? — А себе? На тебе же вроде самые любимые. Еще ведь и иголку надо получить… — Не стоит переживать. Уже зашил. Они как новенькие! «- Ты ведь вроде говорил, что зашьешь по возвращению домой? И при этом все же искал чем это сделать?» Ловкие пальцы вдевают нить в ушко иглы. Сел совсем рядом, прямо у руки, чтобы положить голову на плечо. — Спасибо, что сдержал своё обещание. «Спасибо, что доверяешь мне» Он — дом. Он — драгоценность.