Глаза, как небо

— Это отличная идея, Ран.  — Я не могу так поступить.  Спустя три дня нашего пребывания в загородном доме, я поделился той идеей, что посетила меня в первую ночь, с Акихиро. Я уверен, что он ее одобрит, чего не мог сказать о себе.  Теперь я стоял возле окна, любуясь Мико, которая, собрав букет из желтых листьев, сидела в лодке, наблюдая за гладью озера. Прошло достаточно времени, но я все еще не мог налюбоваться ее красотой. Мне было мало времени, проведенного в любви и согласии, я пытался оттянуть момент расставания как мог. Но время неумолимо надвигалось на нас, лишая последних мгновений, проведенных вместе. Оно наступало нам на пятки, обжигало затылок своим горячим дыханием.  — Мы должны попробовать! — Оторвавшись от окна, я повернулся к Акихиро, который мерил комнату длинными шагами.   — Я не могу рисковать жизнью Мико и… — Я запнулся, ведь Акихиро не знал о ребенке.  — И вашего ребенка. Она беременна, не так ли?  — С чего ты взял? — Я буквально прирос к полу.  — А что еще могут значить звуки, доносящиеся из ванной каждое утро? Ее то и дело тошнит от совершенно нормальных запахов, она бледная, у нее частое головокружение. Ты думаешь, я совсем ничего не соображаю, друг?  — Ты наблюдателен.  — С моим «папочкой и братишкой» по-другому не получается. — При упоминании отца и сводного брата, гневный огонек сверкнул в глазах Акихиро.  — Да уж.  — Тем более, Ран, тебе нужно скорее решать эту проблему. Сейчас еще Мико может нам помочь!  — Я не хочу впутывать ее в это!!! — Я раздраженно выкрикнул фразу, оскаливаясь.  — Впутывать меня во что? — Отвернувшись от окна, я и не заметил, как Мико вошла в дом.  — Ни во что! — Отрезал я, чем вызвал усмешку на лице Акихиро.  — Ран? — Позвала Мико, но я продолжал молчать. — Акихиро?  — У Рана появился отличный план.   — Прекрати, Акихиро!  — И я могу помочь. — Усаживаясь на диван, заключила Мико.  — Да! — Щелкнул пальцами Акихиро. — Нет!  — Понятно. Акихиро, ты не хочешь рассказать мне об этом, раз Ран молчит?  — Акихиро не расскажет. — Я знал, что Мико готова на все, лишь бы помочь мне. Но моя идея, которую я действительно считал бредовой, подвергала ее опасности. Именно поэтому я молчал три дня, пока угрозы Хаджиме не стали моим каждодневным кошмаром.  — Почему же? — Пожав плечами, Акихиро уселся в кресло напротив Мико. — Понимаешь, Мико, заказчику и моему сводному брату нужна ты…  — Заткнись, Акихиро!  — Продолжай, Акихиро. — Игнорируя меня, Мико внимательно смотрела на парня, сидящего напротив нее.  — Так вот. Хаджиме Коко гарантирует свободу Рану, взамен на тебя. Думаю, ты это знаешь. — Мико коротко кивнула, бросая на меня короткий взгляд.  Она несколько раз становилась свидетелем моих разговоров с Хаджиме. Он звонил мне по нескольку раз в день, то угрожая, то блефуя. Но неизменно он обещал мне свободу взамен на жизнь Мико. Но я решил еще в самом начале, что мне не нужна свобода такой ценой. Пусть я и не был слабым, слабой была Мико, которую я не мог постоянно держать взаперти от чужих глаз. Мне не стоило привязываться. Но я привязался. Я понимал, чего мне это стоило, ведь Мико не была для меня «девушкой на час», я ощущал ее как самого что ни на есть близкого и родного человека. — Рану в голову пришел один план, который он считает абсолютно бредовым. Мы хотим обвести их вокруг пальца. Если нам удастся заманить Хаджиме сюда, у нас будет возможность справиться с ним и заказчиком. Нам стоит лишь хорошенько приготовиться. Но у нас должны быть веские причины, чтобы заманить их сюда.  — И я нужна вам в качестве приманки? — Я думал, что это разозлит Мико, но она абсолютно спокойно смотрела на меня, ожидая ответа.  — Да. — Ответил за меня Акихиро.  — Я согласна.  Я смотрел в ее глаза, полные решимости, и мне становилось страшно. Как только я представлял ее в нескольких метрах от Хаджиме, мне тут же хотелось схватить ее и спрятать так далеко, что ее никто не найдет.  — Нет, черт подери, нет! Ты НЕ согласна! — Я ударил кулаком по стене, заставляя стекло в окне, находившееся рядом, дрожать.  — Ран, это хорошая идея.  — Нет, нет, и нет. Это НЕ хорошая идея. Ты понимаешь, Мико, какой опасности ты подвергаешь себя и малыша? — Мико вопросительно посмотрела на Акихиро. — Он все знает! — Ответил я на ее немой вопрос.  — Я не могу подвергать вас такой опасности. Это так неправильно. Я должен попытаться придумать что-то другое, что-то, что сможет спасти вас.  — И убить тебя? — В глазах Мико блеснули слезинки, а голос задрожал.  — Мне все равно! Ты, нет, все вы — главное для меня.  — Я не буду жить в мире, где не будет тебя! Мне не нужен никто, весь мир станет пустым без тебя, чертов Хайтани!!  — Прекрати, Мико! Ты будешь жить, пусть и без меня! Ты даже не представляешь, что случиться, если все пойдет не так.  — Мы должны действовать сейчас, Ран. С каждым днем ребенок растет, скоро станет заметен живот. Мы должны принять решение сейчас.  — Ран, мы должны попытаться.  — Хватит. — Рявкнул я, когда эти двое накинулись на меня с уговорами.  Если я мог убедить Акихиро, то переубедить Мико было невозможно. Она пойдет на все, лишь бы мы все остались живы.  — Что тут у вас происходит? — В зал вошел взъерошенный Рин, зевая и рассматривая сонным взглядом всех нас. — Ран придумал отличный план, — Повторил Акихиро эту фразу уже в который раз. — Но считает его бредовым. — Да? И что-же это за отличный-бредовый план? — Хмыкнул Рин. — Ран… — Мико отвела взгляд от Риндо, нежно обращаяясь ко мне, когда как Риндо смотрел на всех с недоумением. — Нет.  Я вырвался из рук Мико, которая попыталась обнять меня, и вылетел из домика. Я не знаю, куда шел, мне было все равно. Я так старался оградить Мико от врагов и мне это удавалось. Но что я мог поделать, когда она сама стала для себя врагом? В слепом желании быть со мной, она забывала о себе и нашем ребенке. Чувство собственной безопасности скрывалось под маской любви и привязанности.  — Черт! — Ударив кулаком по толстому стволу сакуры, я почувствовал острую боль, которая привела меня в чувство.  — Она не виновата. — Послышался уверенный голос Мико.  — Зачем ты пошла за мной?  — Мое место там, где ты.  — Ты не понимаешь, родная, на что себя толкаешь?  — Я понимаю лишь одно, Ран, ты — моя жизнь. Я не могу дышать без тебя. Подобно астматику в загрязненном городе, я задохнусь в том мире, где не будет тебя.  — А если я не смогу уберечь тебя, если что-то пойдет не так? Как мне с этим жить? Как жить без тебя, без вас?  — Никаких «если» быть не может.   — Тебе не идет на пользу общение с Акихиро.  — Я люблю тебя, Ран, и пока остается хоть один шанс из миллиона, что мы сможем спастись вместе, я пойду на все. Я не боюсь, я верю тебе.  — Так нечестно. — Привлекая Мико к себе, прошептал я в ее волосы.  ***  — Но как мы сможем убедить Хаджиме не приводить охрану?  Вечером того же дня, в теплом помещении, залитом ароматом вкусного ужина, мы обговаривали детали плана.  — Это в его же интересах. Он не знает, что я в городе, более того, его удивит то, что я на твоей стороне. Он испугается рисковать моей жизнью.  — Шантаж? — Переспросил я, хмыкнув, и вертя в руках виски со льдом.  — Перестраховка.  — А как насчет заказчика? Ему это безразлично! — Резонно заметила Мико.  — Похоже, они с ним успели сдружиться, общее дело сближает. Думаю, Хаджиме сможет его уговорить.  — Сможет. Нам понадобится оружие, мы должны свести риск к минимуму. — Я взволнованно посмотрел на Мико.  — В моем подвале имеется неплохая коллекция оружия, тебе она понравится.  — Я, конечно, предполагал, что мы с тобой одного поля ягоды, но не знал, что даже в таком домике у тебя есть подвал с оружием. — Эй, не только от тебя можно ждать сюрпризов. — Итак, что понадобится от меня? — Тихо, украдкой поглядывая на меня, спросила Мико.  — Ничего. Ты выполняешь роль жертвы. — Ответил Рин за меня. — Нужно лишь убедить Хаджиме в том, что у вас все кончено. Что жизнь тебе, Ран, дороже, чем Мико.  — Думаю, это не составит никакого труда. Хаджиме чужды какие-либо эмоции. — Потом опомнившись, добавил. — Прости.  — Все хорошо, Ран. Это перестало быть для меня новостью пятнадцать лет назад. — Спокойно ответил парень, протягивая мне телефон. — Звони.  — Сейчас?  — А когда? Нужно договориться заранее, чтобы быть готовыми. Но место не говори, сообщим ему завтра за два часа до «свидания». Взяв телефон из рук Акихиро, я набрал номер, послышалось буквально несколько гудков.  — Брат? Рад слышать тебя.  — Хаджиме, это Ран.  — Какого хера, Хайтани? Где Акихиро?  — Не волнуйся, Коко, с ним все в порядке…пока. — Я мастерски начал свой блеф. — Все остальное будет зависеть только от тебя.  — Что ты задумал, щенок? Ты играть со мной вздумал? — Хаджиме начинал нервничать, стальные нотки в его голосе сменились тревогой.  — Ещё посмотрим, кто из нас щенок. Игры кончились, теперь все серьезно. — Что ты хочешь, Хайтани?  Меня разрывало на части желание сказать, что я хочу его смерти, смерти заказчика, и, наконец, что я хочу жить спокойно со своей семьей. Но вслух я произнес.  — Я готов отдать вам то, что вы хотите, взамен на то, что ты дашь мне уйти.  — Наигрался, мальчик? Надоела тебе та девка? Молодец. Но зачем тебе мой сводный брат? Я и так обещал тебе свободу.  — Я знаю тебя, Хаджиме, много лет, но я не знаю заказчика. Как я могу быть уверен! Не волнуйся, я не обижу Акихиро, он лишь поможет мне выйти живым.  — А ты шустер, Хайтани! Дай мне Акихиро.  — Ты мне не веришь, Хаджиме? — Ухмыльнулся я. — Я не верю никому.  Я протянул трубку Акихиро.  — Да, Хаджиме.  — Где ты? — Сразу же спросил Коконой-старший, но я вовремя успел забрать телефон.  — Ай-яй-яй, Хаджиме, как некрасиво! Мы так не договаривались. Здесь условия ставлю я, теперь ты — пешка.  — Где? — Стальным голосом спросил Коконой.  — Я сообщу тебе завтра, жди звонка. Только, Хаджиме, не глупи. Ты приезжаешь без охраны, я отдаю тебе девчонку, — на последнем слове мои зубы скрипнули, но Мико одобрительно пожала мою руку, и я продолжил, — отдаю твоего братишку, и вы даете мне спокойно уйти.  — Я даю тебе слово, но не могу ручаться за заказчика.  — Мне плевать, Хаджиме, как ты это организуешь. — Презрительно усмехнулся я и продолжил: — Жизнь твоего брата будет зависеть от этого. Подумай.  — Ты угрожаешь мне, Хайтани?  — А что здесь такого, Коко? — Я усмехнулся, реально не догоняя. — Думай, как хочешь! Я все что хотел, сказал. До связи.  — Хайтани…  Но я больше не стал его слушать, бросив телефон, будто это была самая ядовитая в мире змея, на диван.  — Ты молодец. — Похвалила меня Мико.  — В тебе просто умер отличный актер!  — Вся моя жизнь бесконечная глупая пьеса, настал момент уйти со сцены. — Я упал на кресло, накрыв лоб рукой.   — Здорово сказал, брат! А теперь пошли, посмотрим коллекцию Акихиро.  Коллекция Акихиро — мечта любого киллера. Три стены подвала были увешаны разнообразными марками устаревших и новых моделей пистолетов, револьверов, винтовок.  Я знал увлечение Акихиро огнестрельным оружием, но и не подозревал, что у него может храниться такая коллекция.  Парень знал буквально все об истории возникновения того или иного оружия, но он не любил использовать его, предпочитая разбирать, собирать, чистить, коллекционировать.  — Да, друг, ты времени зря не теряешь. — Присвистнул я.  — Зачем столько оружия? — Мико обвела взглядом многочисленные полки и встроенные шкафчики.   — Это не просто оружие! Это история! — Самозабвенно сказал Акихиро, а я тяжело вздохнул, зная, что сейчас начнется лекция из курса «История оружия». И я был прав.  — Вот это, — Акихиро указал на револьвер, — предшественник всех изобретений человечества в плане огнестрельного оружия. Это первый револьвер «Паттерсон» 45 калибра, изобретенный в 1836 году, американцем Самюэлем Кольтом. Это истинно Американский револьвер.  — А есть еще и не американские?  — Конечно! — Акихиро удивленно закатил глаза, извлекая из тумбочки другой револьвер. — Есть еще и европейский вид. Это разделение уходит корнями в историю, когда французы и англичане пытались усовершенствовать американский вариант.  — А в чем отличие? — Не унималась Мико.  — Для американских револьверов было характерно использование патронов кругового воспламенения и ударно-спускового механизма одинарного действия. — Со знанием дела втолковывал Акихиро. — Европейцы же применяли шпилечные патроны и патроны центрального воспламенения, а также отдавали преимущество самовзводу. Правда, такое разделение существовало недолго, и вскоре грани между американскими и европейскими револьверами стерлись. И только истинный знаток может их различить.  — Ладно, Акихиро, хватит. Давай выбирать, у нас совсем мало времени.  Обиженно надув губы на то, что я прервал курс его лекции, Акихиро принялся открывать различные ящички, предоставляя нашему взору настоящие тайники оружия. Попутно он вставлял свои комментарии относительно того или иного вида оружия, углубляясь в историю и рассказывая байки.  Из него бы мог получиться отличный лектор.  За годы работы киллером, я возненавидел оружие, как пахарь со стажем ненавидит плуг.  — А вот и любимицы Рана и Рина. Снайперские винтовки.  — Братья любят винтовки?  — Снайперские. – Поправил ее Акихиро. – Ран, у меня для тебя сюрприз. Прости, хотел преподнести тебе его на День Рождения. Придется раньше. – Акихиро расстегнул черный чехол, заставив меня охнуть.  — Этого не может быть. Не говори мне, что это та самая ХМ – 109! — Я протянул руки к малышке, которая должна была весить 21 килограмм, и взял ее словно маленькое дитя, боясь навредить этому чуду.  — Она самая. Мико, это твоя соперница — полуавтоматическая винтовка. Пули пробивают 5-сантиметровый лист брони на расстоянии более 2 км.  — Калибр - 25 миллиметров. — Внимательно рассматривая малышку, присвистнул я. — Но как тебе удалось? Их же всего десять в мире, и те – лишь опытные образцы!  — Я должна ревновать? — Мико приподняла бровь.  — Нет, любимая, она не идет ни в какое сравнение с тобой. — Я начал упаковывать винтовку обратно. — Акихиро, я не могу.  — Я приобрел её специально для тебя. Память о нашей дружбе.  Поддавшись порыву, я похлопал друга по плечу, улыбнувшись ему.  — А для меня у тебя подарка не найдется? — Обиженным тоном процедил Риндо, но в тоже время ухмыляясь. — Можешь выбрать абсолютно любую из этих. — Отозвался Акихиро, указывая на все стены с оружием. — Тогда я возьму эту, если ты не против. — Сказал Рин, протягивая руки в винтовке. - Отличный выбор, это Арисака тип 38, в 27-м году правления императора Мейдзи… — Я посмотрел усталым взглядом на Акихиро. — Ладно–ладно, пойдемте спать, завтра будет долгий и трудный во всех отношениях день. ***  С первыми лучами солнца Акихиро постучался к нам в комнату. Он даже и не подозревал, что этой ночью мы не сомкнули глаз, наслаждаясь нашей любовью.  Думаю, все мы, хотя и надеялись в глубине души на лучший исход, прекрасно понимали, что этот день может стать для нас последним. Я с жадностью впивался в губы Мико, пытаясь запомнить их каждый миллиметр. Я растворялся в ней, позволяя Мико наслаждаться моей любовью и нежностью.  И только когда в дверь постучали, одинокая слезинка скатилась по ее прекрасной щеке. Собрав ее губами, я нежно прошептал ей в ухо.  — Что бы ни случилось, я буду любить тебя вечно.  — Мы справимся.  Дальше все происходило на автомате. Мы не разговаривали, обмениваясь короткими фразами, по большей части переговариваясь взглядами. Я то и дело сжимал руку Мико, успокаивая скорее себя, нежели её.  Вот она моя женщина. Сильная, смелая, моя опора.  — Пора. — Выдохнул Акихиро спустя два часа после нашего звонка Хаджиме.  — Акихиро, ты должен знать, если что, то я пойду до конца.  — Мне не жаль жизни Хаджиме, если ты об этом.  Разговор был исчерпан.  Связав Акихиро таким образом, чтобы при первой возможности он мог развязать веревки, я притянул Мико к себе.  Тишина и напряжение сковали комнату, когда на улице послышался шум колес.  — Время. — Снова произнес Акихиро, прежде чем погрузиться в молчание.  — Я люблю тебя. — Прошептала Мико, прижимаясь ко мне.  — Больше жизни. — Выдохнул я в ее губы. — Которая никогда не была нормальной для меня. — Добавил я, хмыкнув. Я старался игнорировать холодное, давящее чувство неминуемой смерти. Я знал, что что-то должно произойти. Моя интуиция, доведенная с годами до совершенства, подсказывала мне, что все это неправильно, что я где-то допустил ошибку.  Солоноватый привкус появился на языке, прежде чем я понял, что прокусил губу до крови. Я медленно продвигался к окну, прогоняя от себя страх, следовавший за мной по пятам.  Тишина, накрывшая комнату, казалась смертельной. Я чувствовал смерть, она была здесь, стоя за кулисами в ожидании своего выхода. И только отчаянное биение трех сердец отодвигало момент ее триумфа. Послышался сигнал машины, нервный, настойчивый. Выглянув из-за штор, я встретился взглядом с Хаджиме. По правую руку от него стоял мужчина средних лет, стройный, подтянутый. На их лицах сквозили хладнокровие и равнодушие.  — Отдай нам сначала девчонку! — Крикнул Хаджиме.  — Какие ты можешь дать мне гарантии?  — Ты уйдешь, как только мы получим свое.  — Вы одни?  — Конечно, Ран. Я всегда держу свое слово.  — Ты зайдешь сюда, Хаджиме. Только так мы сможем получить, что хотим.  Немного обдумав мое предложение, Хаджиме коротко кивнул.  Должна была начаться игра. Как только Хаджиме войдет в дом, мы перекроем ему все пути к отступлению. Я смогу захватить Хаджиме в заложники, в то время как Акихиро расправится с заказчиком. Все это время Мико будет находиться наверху, в комнате, окна которой выходят на противоположную сторону.  Хаджиме подходил к двери, которую я уже приготовился для него открыть, как наверху послышались быстрые шаги Мико.  — Ран, нет…  Как в замедленной съемке, я видел ее бледное заплаканное лицо, дрожащие ноги, быстро несущие ее по ступенькам. Огромные голубые глаза смотрели на меня не моргая.  Краем глаза я видел, как вылетает одно из окон, и в дом вваливается человек в черном. Его правая рука с пистолетом направлена на Мико. Практически машинально я, заслоняя собой дверь, поднимаю руку и стреляю в него, на секунду опаздывая с выстрелом.  Грохот его мертвого тела, падающего на пол, заглушается криком Мико и словами Акихиро, стоящего впереди нее.  — Отойди от двери.  Пораженный ударом молнии я несусь на безжизненных ногах к Мико, мысленно моля ее не умирать. Она лежала на полу, тихонько всхлипывая, на белом платье не было и следа крови.  — Мико, Мико, Мико. — Лихорадочно повторял я, осматривая Мико. Сдерживая рыдания, рвущиеся из меня, я продолжал осматривать ее тело, но так и не мог найти, куда она ранена.  Послышались глухие выстрелы в дверь, в то место, где я только что стоял. На секунду оторвав взгляд от любимой, я увидел Акихиро. Он стоял, молча смотря на дверь, которая каждую секунду грозила сдаться под натиском пуль, его левая рука была прижата к животу.  До меня постепенно начало доходить все происходящее. Ещё раз осмотрев невредимое тело Мико, я бросился к Акихиро.  — Акихиро, нет…ты...не можешь…  — Уходите. — Прохрипел парень, оседая на пол. Он прикрыл собой Мико, а теперь умирал на моих руках. — Рин пока там все контролирует. Но это пока. Он умирал из-за нас, за нас.  — Акихиро! — Прокричал я, силясь поднять его обмякшее тело.  — Оставь меня. Ты же знаешь, что с таким, — он оторвал окровавленную руку от раны в животе, — не выживают. Вы еще можете уйти.  — Я не могу оставить тебя.  — Нет, можешь. Позволь мне отомстить ему. Уходите.  — Нет, Акихиро, нет. — Я не мог бросить друга, который закрыл нас собой здесь.  — Считай до десяти, Хайтани. — Я не понял, что имел в виду Акихиро, пока он не извлек из кармана гранату и не выдернул зубами чеку. — Один. — Прошептал он, указывая на дверь глазами.  Я понял, что он хотел сделать, но от этого его задумка казалась мне кощунственной.  — Три. — Крикнул он, когда я поднял, потерявшую сознание Мико, на руки.  — Ран? Назови сына моим именем. — Расплывшись в счастливой улыбке, словно с ним ничего и не было, проговорил Акихиро.   — Откуда ты знаешь? — Захлебываясь словами, спросил я.  — Береги себя…и…их…  — Вы идете?! — К нам ворвался Риндо, пробегаясь беглым взглядом по телу Акихиро и тут-же отворачиваяясь, чтобы в лишний раз не давать волю эмоциям, как это сделал я. «Шесть»  В тот самый момент, когда я выбирался, с Мико на руках, из окна, послышался гулкий удар выбитой двери.  — Брат!!! — Громко завопил Хаджиме, в то время как я и Рин уложили Мико на заднее сиденье машины.  — Десять. — Подумал я, когда в зеркало заднего вида увидел, как небо озарило оранжевое облако. — Прощай, Акихиро. Мы не забудем тебя.