Глаза, как небо

— Что ты творишь, Сасаки Мико? Зачем ты так со мной? – Едва переступив порог дома, я вылил весь гнев, который так долго кипел во мне.  — Я не понимаю, Ран.  — Не понимаешь?  — Нет. — Честно ответила она, так и замерев в нескольких метрах от меня.  — Ты хоть знаешь, что мы теперь на прицеле? Ты на прицеле.  — Мы и так там были. Причем здесь я?  — Куда ты вчера ходила? Почему не сказала мне? Ты понимаешь, что тебя могли схватить, убить… — От одной мысли меня пробивала дрожь. Отчаянье новой волной подкатило к мозгу, заставляя каждую клеточку пульсировать, причиняя боль, давя на глаза.  — В аптеку. Она всего лишь через дорогу. Там было людно, они бы не осмелились…  — Ты понимаешь, что выдала нас? Теперь здесь небезопасно.  — Брось, Ран! Когда наша жизнь была в последний раз безопасной? Скажи, когда последний раз ты спал спокойно ночью? Ты даже в душ с пистолетом ходишь.  — Но ты подвергаешь себя огромному риску.  — Брось, Ран, это только аптека. Все же обошлось.  — Ты хоть представляешь, что случилось бы со мной, сложись все по-другому.  — Но ведь обошлось. — Увидев, что я сдаюсь под ее натиском, Мико обняла меня.  — Подожди. Зачем тебе понадобилось в аптеку?  Мой вопрос насторожил Мико, ее руки напряглись, затем скользнули вниз по спине, и она отвернулась к окну.  — Я чувствовала себя плохо. Мне нужно было купить лекарства.  — Ты не могла попросить меня? – Я развернул Мико лицом к себе.  — Нет. — Резко ответила она, вызывая во мне новую волну гнева.  — Что, черт подери, происходит? Что ты задумала, что не можешь мне сказать?  — Прекрати, Ран. Перестань на меня кричать!  — Что происходит? В чем причина! – Я уже действительно перешел на крик.  — В том, что я жду ребенка от тебя, Ран Хайтани!!! – Вырываясь из моих рук, крикнула Мико.  — Тоже мне причи… Что??? Что ты???  — Жду ребенка! От тебя!!!  Мне показалось, что внутричерепное давление возросло до такого предела, что я мог слышать гром в собственной голове. Слова любимой женщины стали для меня языком, который мне не дано было понять, не дано расслышать.  — Я…мы…ты… — Из моего рта вытекали бессмысленные звуки, отказывающиеся превращаться в слова.  — Да! Да! Да! Ты — отец, я — мать, мы — родители. — Мико проговаривала каждое слово для меня.  — Мико…  Я подхватил Мико на руки, закружив ее в диком танце. Она верещала, убеждая меня поставить ее на пол, но я не мог остановиться. Мысль о том, что я стану отцом, окрыляла меня, и я хотел поделиться крыльями с Мико. Любовь к этой женщине, которая подарит мне ребенка, заполняла мое сердце и грозила вырваться наружу. Мир миллионами разных красок взорвался для меня, ослепляя яркой вспышкой, озаряя все вокруг. В моем небе появилась радуга, она тысячей переливающихся красок ослепляла глаза. Эта радуга символизировала конец моей непрерывной жизни в дожде и мраке. Радуга, символизирующая новую жизнь, новое начало, новую попытку.  На секунду я позабыл обо всем, впиваясь в губы Мико, лаская ее тело, целуя живот.  — Ран, что ты пытаешься там услышать? — Рассмеявшись, Мико подняла меня с колен.  — Нашего ребенка!  — Срок слишком маленький. Предположительно тринадцать дней.  — Стой, а зачем тебе понадобилась аптека?  Казалось, мой вопрос был настолько глупым, что Мико не удержалась и подкатила глаза.  — Я должна была быть твердо уверенной.  — И когда же ты намеревалась мне об этом сообщить? — Я испытующе посмотрел в ее прекрасные глаза.  — Не знаю. Я так боялась. Мы сами живем на бочке с порохом, готовой взорваться в любой момент. Вокруг столько людей, ждущих подходящего момента, чтобы поднести спичку и погубить нас. А тут еще и…  — На что ты намекаешь?  — Ран, мы не знаем, будет ли будущее у нас. Что мы можем дать этому ребенку?  — У вас, — я обвел рукой Мико, заостряя внимание на животе, — оно будет точно. Клянусь.  — Ран, я так люблю тебя.   — Как я люблю тебя. Вас.  «МЫ». Теперь нас пятеро. Я, Мико, ребенок, Рин и Сора. Я знал точно, что, во что бы мне это не стало, но я обеспечу достойное будущее для своей семьи. Кстати, о семье.  — Мико, выходи за меня?  — Что?  — Выходи за меня замуж. — Повторил я, как ни в чем не бывало.  — Только после того, как мы выберемся из всей этой передряги.  — У меня есть стимул.  И стимул, действительно, был. Теперь план Акихиро казался, как никогда, необходимым. Казалось, судьба сама давала мне понять, что я должен бороться. Она, то и дело, подкидывала мне все новые стимулы, она словно толкала меня на борьбу. И выхода у меня не было, слишком многое поставлено на карту.  В тот самый момент, когда я нежно играл волосами Мико, небрежно раскиданными по подушке, зазвонил мой телефон.   — Хаджиме. — Словно ругательство вырвалось у меня.  — Я тоже рад тебя слышать, Ран.  — Что тебе нужно?  — Хочу дать дружеский совет.  — Мы друзья? Разве не ты сказал, что мы теперь враги?  — Ты не оставил мне выбора.   — Что тебе нужно? — Мне пришлось повторить свой вопрос.  — Отдай девчонку Бонтену, и мы дадим тебе с Рином спокойную жизнь. Ты ведь умный парень. Неужели она того стоит? Подумай, Ран.  — Спокойная жизнь давно не за горами.  — Я предупреждал тебя, но…  Я не дал ему договорить, отключив телефон. Незамедлительно я набрал другой номер.  — Акихиро? Мы готовы, приезжай.  — Что происходит? — Мико приподняла голову.  — Все будет хорошо. — Я нежно поцеловал ее, зная, как на Мико действуют мои поцелуи. — А теперь собирайся, дорогая, мы переезжаем. Оставаться в этой квартире мы больше не могли. Все знали о ней, и не сегодня, так завтра, могли наведаться непрошеные гости. Моя квартира была надежно защищена, но для людей, жертвами которых нам «посчастливилось» стать, не существовало никаких преград. Я долго раздумывал над предложением Акихиро, всеми силами стараясь уберечь его от удара, но в связи с последними событиями, я принял его план незамедлительно.  Коко, как и прежде, заботился только о себе, спасался, примыкая к сильнейшим мира сего. Я в эту знать не попадал. Следовательно, кто не за нас, тот против.  Звонок в дверь отвлек нас от сбора вещей. Сжав пистолет в руке, я посмотрел на монитор видеонаблюдения. Спокойно выдохнув, я открыл дверь.  — Проходите.   — А ты всегда отличался гостеприимством. — Съязвил Акихиро, указывая на пистолет. Риндо усмехнулся. — Жизнь пошла такая. Коко звонил, угрожал.  — Скоро он перейдет к действиям. Молодец, что решился. Добрый день. — Акихиро с нескрываемым интересом рассматривал Мико.  — Знакомьтесь. Акихиро, Мико. Мико, Акихиро. С Рином вы все уже знакомы. — Как жаль, я уже хотел представиться. — Хмыкнул Рин. — Так вот из-за кого весь сыр-бор.   — Да уж. — Мико смущенно опустила глаза.  — Прекрати смущать Мико. — Прижимая мою девочку ближе, пожурил я Акихиро.  — Все. Понял.  Акихиро извлек из пакета парик для Мико и передал его ей.  — Что это?  — Твоя новая прическа. — Акихиро пожал плечами.  — И вы думаете, они меня в этом не узнают?  — Надеюсь, они нас не увидят. — Успокоил я Мико, надевая на ее голову парик.  — Я все проверил. Запасный выход — чист. Там никого нет. Я уже оставил машину. Но мы должны поторопиться.  — Мы пойдем через чердак, а затем выйдем из соседнего подъезда. Тебе нужно перегнать машину.  — Отлично. Только выходить вам придется порознь. Меня здесь никто не ожидает увидеть.  — Нет. — В один голос запротестовали мы.  — Не горячитесь, ребята, я просто предложил.  — Я пойду с Раном. — Мико положила свою теперь белокурую голову на мое плечо.  — Ладно. Выходим. Тогда Рин пойдет со мной. Собрав необходимые вещи, я осмотрел свое жилище. Столько долгих дней и бессонных ночей провел я здесь. В силу профессии я часто менял жилье, но эта квартира стала для меня домом. Для меня была большая разница между этими словами. Эта квартира была настоящим домом, во многом, благодаря Мико.  Именно здесь я смотрел за ее сном, здесь я принял решение спасти Мико, в этой квартире я любил ее, а она любила меня, здесь я сделал ей предложение, говорил слова любви, и здесь я узнал, что стану отцом.  Кто знает, вернемся ли мы когда-либо сюда, чтобы рассказать нашему ребенку о месте, что стало для нас любовным гнездышком.  — Вы идете? — В голос спросили парни.  — Да.  Я потянул Мико за руку, которая, так же как и я, безмолвно прощалась с нашей обителью. Одинокая слезинка скатилась по ее щеке.  — Все будет хорошо, дорогая.  — Да. — Коротко ответила она, смахивая слезу.  Нам не составило никакого труда выбраться на чердак и прокрасться в соседний подъезд. Акихиро, который вышел первым, подогнал для нас машину. Устроившись поудобнее на заднем сидении вместе с Мико, я приготовился к поездке.  — А куда мы едем? — Спустя несколько минут спросила Мико.  — В тайное место Акихиро Сато. —  Риндо и Акихиро задорно подмигнули нам в зеркало заднего вида, вынудив Мико вопросительно посмотреть на меня, на что я лишь пожал плечами.  «Тайное место Акихиро Сато» — это загородный дом, глухая деревушка, находящаяся в нескольких километрах от города. Маленькое озеро и густой лес — все, что можно обнаружить в радиусе ста километров.  Впервые я познакомился с этим местом, когда Акихиро жестоко избили на вилле Хаджиме. Истощенного и побитого, Акихиро усадили за руль, но он смог только отъехать от виллы. Не в силах продолжать движение, он так и вырубился на обочине. Очнулся он в чудном домике домике под моим присмотром, которого я, собственно говоря, и спас.  Именно тогда зародилась наша дружба.  Об этом месте никто не знал, даже Хаджиме. Мать Акихиро построила ее втайне от мужа, отчима Акихиро. Это место служило ее причалом, местом, куда она могла сбежать от суровой реальности и жизни с убийцей. После ее смерти, это место стало причалом для Акихиро.  По неизвестным мне до сих пор причинам, Акихиро показал это место, он открыл мне свою тайну, абсолютно не зная меня. Иногда я брал ключи у Акихиро и приезжал сюда, приводил мысли в порядок. Здесь я по-настоящему жил.  — Эй, Акихиро, ты не мог бы остановиться около телефонной будки?  — Кому ты собрался звонить? — Спросила Мико.  — Соре.  Сегодня был именно тот день, когда мы условились с Джиро созвониться. Я не хотел рисковать и решил воспользоваться стационарным телефонным аппаратом.  После первого гудка мне ответили, меня ждали.  — Здравствуй, Джиро. Как дела?  — Все отлично, Ран. Она в полной безопасности. — Поспешил заверить меня друг.  — Она рядом?  — Да.  — Алло? Ран? Я так переживаю. Как ты? Как Мико и Риндо?  — Все отлично! Не переживай.  — Когда мы увидимся?  Я не знал, что ответить на этот вопрос. Я просто молчал, прижимаясь лбом к холодной панели аппарата.  — Ты обещал!!! — Не выдержала Сора, и ее голос задрожал.  — Я люблю тебя. Береги себя…  Я повесил трубку, не дожидаясь ответа. Я знал, что сейчас сделал Соре больно, но не мог по-другому. Она должна быть готова ко всему, и даже к тому, что я никогда не смогу выполнить свое обещание.  Из задания в задание, из раза в раз, мы готовили Сору к худшему, в глубине души уповая на удачу. Я готовил ее к такому дню, и он настал. Сейчас ей больно, но она должна понять, тем более с ней был Джиро. Он должен был помочь ей перенести все тягости.  Я вспомнил наш с ним последний разговор. Никогда раньше я не рассказывал другу о роде своей деятельности, но в последний раз я был предельно откровенен с ним. Блондин с зелёными глазами, Джиро слушал меня очень внимательно, ни разу не перебив.   — Ты правильно поступил. — Единственное, что он сказал после окончания моей истории.  Тогда он обещал позаботиться об Соре. Я был ему безмерно благодарен за это. Надеюсь, они оценят мою благодарность, когда меня не станет. В тот день, когда я перестану дышать, Сора получить уведомление о поступлении крупной суммы денег на ее личный банковский счет. То же самое ожидает и Джиро. Надеюсь, денег, которые я зарабатывал кровавым бизнесом, будет достаточно, чтобы обеспечить им безоблачную жизнь. Это будет моим прощальным подарком для них.  — Как Сора?  — Ждет нас.  Мико ничего не ответила на это, а лишь плотнее прижала руку к животу. Я последовал ее примеру, тесно сжимая ее руку в своей. Всю дорогу мы провели в тишине, каждый думая о своем. Казалась, одному Акихиро это доставляло удовольствие. Он подпевал радио, постоянно чему-то улыбаясь.  «Хоть кому-то хорошо» Подумал я, когда машина остановилась.  — Вау! — Выдохнула Мико, озираясь по сторонам. — Здесь так красиво.  Мико устремила свой взгляд на блестящую поверхность озера. Вода переливалась в лучах заходящего солнца миллионами красок. Легкий ветерок качал лодку, привязанную к старому клену, распрощавшемуся с былой зеленью.  — Добро пожаловать! — Акихиро поднял красный листок с земли и протянул его Мико.  Домик встретил нас неприветливым холодом. Отправив Мико в нашу комнату, я принялся разжигать камин, пока Акихиро и Рин снимали пленку с мебели.  Приятное тепло начало распространятся по воздуху, постепенно прогревая дом. Я осмотрелся и уже в который раз заметил, что именно таким я представлял себе свой дом в старости, которой у меня, очевидно, не будет. Именно такой дом я хотел построить для Мико и наших детей. Увы, время не позволяло мне сделать этого.  Я представлял смех ребенка, распространяющийся по деревянным стенам помещения, топот его босых ножек по деревянной лестнице, скрип половиц под уверенными шагами Мико, эхом распространяющимися у меня в голове.  — Я люблю тебя. — Задумавшись, я и не заметил, как последнее видение воплотилось в жизнь. Моя любовь, моя жизнь крепко обнимала меня за талию, грея прохладные ручки под моей футболкой.  — А я тебя.  Притянув бледное лицо Мико к себе, я поцеловал ее. Но она не дала мне отстраниться, углубляя поцелуй, заставляя меня желать ее.  — Уф. Такими темпами нам и камин не понадобится. — Акихиро протягивал нам чашки с ароматным кофе.  — Акихиро, а сколько тебе лет? — Спросила Мико, делая маленький глоток.  — Думаю, столько же, сколько и тебе.  Ответ Акихиро заставил Мико задуматься. Ему, как и Мико, было двадцать восемь, но выглядел он намного старше нее. Что и говорить, он выглядел старше меня. В черных волосах молодого парня уже виднелось порядочное количество седых волос, глаза обрамляло бесчисленное множество морщин, его взгляд казался отчужденным и уставшим.  Жизнь потрепала этого парнишку с самого детства, добив смертью матери. Я никогда не осуждал его за ненависть к отчиму, я понимал его.  — Тебе пора спать. — От меня не укрылся зевок Мико.  — Только после тебя.  — Нам всем пора в кровати. — Заключил Акихиро, проверяя засов двери. — Не волнуйся, здесь безопасно. – От парнишки не ускользнул мой внимательный взгляд.  — Обсудим все завтра, Акихиро.  — Ага. Доброй ночи.  Запершись в единственной комнате на втором этаже, мы улеглись в теплую кровать. Мико нежно прижалась ко мне, утыкаясь холодным носом в грудь.  — Спи, моя любовь.  Я вспомнил ту колыбельную, что пела нам в детстве мама. Маме приходилось много работать, именно это и сократило ее жизнь вдвое. А своими разборками и драками мы с братом только подливали масла в огонь. И только длинными темными вечерами мы собрались вместе, садились перед камином, прижимаясь к маме, слушая ее сказки. После каждой истории она пела нам колыбельную. Рин всегда засыпал первым, а я слушал до конца, стараясь запомнить каждую ноту. Потом я относил Рина к ней в комнату. Мама всегда гладила меня по голове и нежно целовала в щеку. Мы спали, а мама готовилась к следующему дню, считала расходы, готовила для нас еду, и тихо плакала в подушку, чтобы никто не видел. Она так и не смогла пережить ухода отца.  Эту незамысловатую мелодию я пел Соре каждую ночь после того случая. Эта песня успокаивала меня, заставляя расслабиться. Я не знаю, каким образом я запомнил ту мелодию и могу помнить ее до сих пор, ведь лицо матери я помню хуже, чем мелодию песни. Мико заснула, а я, слушая ее мерное сопение, все искал выход. К тому моменту, когда первые лучи солнца прорвали густую пелену ночи, мне в голову пришла одна идея. Бредовая идея, которую я тут же поспешил прогнать, проваливаясь в сон.