Он лишь человек

      Вглядываясь в золотистые окрестности, Гермиона пожалела, что рядом не было Рона. Они могли бы прогуливаться здесь вдвоём или втроём, разделяя эти мгновения. Теперь остаётся лишь с грустью вспоминать, как они бежали по лужам из Хогсмита в замок, как опасно хрустели ветки в запретном лесу, как Клык резво катался в траве у домика Хагрида каждую весну.       Серый камень резиденции школы словно стал бронзовым в окружении леса и теплиц. Кое-где вьюнок позарился на его стены, кое-где листья полностью накрыли траву своими ладонями, и даже камни выглядели веселее в такой компании. С места, откуда она наблюдала за этим великолепием, было хорошо видно совятню. Птицы кружили над ней, рассекая свежие вечерние облака своими острыми крыльями. Наверняка, в Большом зале сейчас такое же спокойное небо. Все здесь дышало возбуждением от предвкушения нового учебного года и, конечно, магией.       Это был первый вечер в восстановленном Хогвартсе: мракоборцы вместо дементоров охраняют школу, слышен смех студентов со двора, колко ёжится ива, тряся старыми ветками.       Чёрное озеро не зря считалось не самым приятным местом для прогулок. Тёмный влажный туман всегда висел над ним облаком: не хватало только грозы и грома. К тому же, обитатели водной стихии не сильно радуются присутствию волшебников рядом, если это не какой-нибудь Дамблдор или Слизнорт, собирающий лечебные травинки у его кромки. Но именно оттуда раздался крик, когда девушка с жадностью глотала час перед ужином на свежем воздухе.       На берегу озера бегали две маленькие девчонки и визжали, что было сил.       — Что случилось?       — Леонт дразнил гриндилоу и… это утащило его в воду!       — Так, спокойно, — несомненно, рассудок брал верх, — сообщите Мадам Помфри и директору! Бегом!       «Сосредоточься, Гермиона!» — сказала она себе, наблюдая за убегающими второкурсницами. Она вспомнила первое, что пришло в голову: как в один из вечеров она возвращается в свою комнату в Норе, призывает вазу миссис Уизли, наколдовывает воду, и ставит самый красивый цветок в мире на видное место, на прикроватную тумбу. Выдра вышла слабенькая, но чтобы помощник долетел до Макгонагалл должно было хватить. «Скажи, что в Чёрном озере тонет ученик, а я в воде!» — приказала гриффиндорка Патронусу. Гермиона быстро сняла тёплую мантию, свитер и обувь, а затем, наколдовав головной пузырь, заткнула палочку за ткань гольфа и нырнула.       Вода была мутной и чертовски холодной. Но помня о благородной цели, она с трудом заставляла себя моргать, опускаясь все ниже. Некоторое время семикурсница провела разыскивая хоть что-то похожее на человека. В основном попадалась мелкая рыба и водоросли. Конечности начинало колоть от холода, но она продолжала искать, раздвигая длинные водоросли и тину руками. Уже отчаявшись, Гермиона посмотрела наверх, пытаясь прикинуть, как глубоко она заплыла. Слабый свет люмоса плохо помогал ориентироваться, но вдруг пространство, как молния, разрезал неизвестный ей Патронус: помощь уже рядом! Именно благодаря этой вспышке ведьма различила недалеко от неё чёрное пятно — это был мальчик, который зажмурив одной рукой нос и рот, отчаянно плыл наверх, а морские твари тянули его назад.       Девушка пробормотала заклинание, теряя драгоценный воздух, и существа отстали, а затем схватила Леонта за руку и ускоренно потащила его наверх. Сил на чары уже не было, поэтому совсем обмякнув, она вытолкнула второкурсника наверх. Ей всего лишь нужно было немного передохнуть — и путь к суше будет продолжен. Спустя несколько минут, студентка, сделав усилие, сделав последний толчок, почувствовала, пологий и мокрый песок дна. Теперь вода не покрывала голову, плечи возвышались над ледяной водой.       У берега суетились. Она смутно видела только люмос множества палочек. Пара преподавателей приводила в чувства мальчугана, а несколько старшекурсников рыскали в воде: то ли её, то ли палочку Леонта, то ли его мантию. Прошло пару секунд, как кудрявая голова показалась из воды, как вдруг одна фигура отделилась от толпы и, что-то крича, побежала ей навстречу. Это был профессор Снейп. Он резко вытащил тело из воды за руки и принёс на берег, невербально накладывая заклинания. Слишком знакомое ощущение, будто профессор уже нёс её на руках когда-то...Его тело мелко подрагивало. Неужели он испугался?       Когда согревающее и высушивающее начало действовать, она попыталась вникнуть в ситуацию. Северус Снейп сидел перед ней, упираясь коленями в траву и разогревая её ноги, недалеко Энтони Голдштейн сушил гольфы, слева Макгонагалл и Вектор укутывали в плед Леонта, а его дрожащие приятельницы щебетали что-то о смелости и бесстрашии.       «Ну да, бесстрашие, смелость — родные сестры страха и неоспоримое доказательство того, что львиный факультет хоть и приносит много проблем школе, но именно дети, обладающие этими качествами друг за друга могут и умереть» — подумала она, стуча зубами. Гермиона мельком взглянула на мужчину в чёрном излишне придирчиво изучающего её посиневшие стопы и поправила себя: «А вот слизерин не готов умирать за другого, вот убивать — вполне. Именно это меня и ждет, судя по сосредоточенному взгляду профессора».       Другие старшекурсники сушили полотенца и носили новые, трансфигурировали листья в салфетки, собирали вещи с берега, успокаивали двух девчонок, которые привели их сюда. Это было не так шумно, как могло бы. Всё-таки после войны подобные происшествия кажутся рядовыми и совсем не стоящими внимания.       Тем временем становилось темнее. Гермиона посмотрела на Снейпа, который теперь зашнуровывал на ней ботинки       — Гриффиндор — это диагноз, сэр?       — Смертельный, мисс Грейнджер, — маг взглянул на неё между делом, а потом помог подняться.       — …и, конечно, ваши родители будут обо всем оповещены! — донёсся взволнованный голос Макгонагалл.       — Да, директор, — опустил голову Леонт.       — Вам повезло, что с вами были сокурсницы! — полностью седая Хуч кивнула в сторону притихших подружек мальчишки.       — Или, что рядом проходила ведьма с синдромом Спасателя, — пробормотал профессор в сторону, но был услышан каждым.       — Главное, чтобы Мракоборцы не узнали об этом инциденте, — за спиной Флитвик и Вектор активно обсуждали случившееся, — особенно о том, что замешана мисс Грейнджер.       — Гермиона Грейнджер?! — в ужасе выпятил глаза виновник происшествия. Казалось, детская психика пострадала еще сильнее, — меня спасла та самая Гермиона Грейнджер?!       Джастин усмехнулся, переглянувшись с Гермионой: «А что, дорогая? Ты теперь знаменитость».       — Если все живы, то дружно шагаем в медкрыло! — скомандовала директор, и вся делегация медленно поползла в сторону замка: Леонт чуть ли не за руку со взволнованной Макгонагалл, за ними двое шестикурсников с его подружками, трое семикурсников, затем абсолютно незаметный для Гермионы профессор Флитвик, Патронус которого она и увидела в воде.       — Или к одному знакомому зельевару, — сказал тихо профессор Снейп, который замыкал процессию.       Гермиона резко подняла голову наверх: мокрые волосы мгновенно прилипли к щекам. Ей показалось, что едва различимо профессор Снейп предложил ей помощь?       — Правда? — она получила утвердительный кивок.       Под шум вечерних коридоров профессор и студентка незаметно отделились от директора и направились в противоположную от владений Помфри сторону.       В классе зелий было, как и всегда, прохладно: Подземелья не знали ни тепла, ни влаги, ни света. Старые парты, разбросанные в хаотичном порядке, находились на приличном расстоянии от стола преподавателя, на котором нет ни перьев, ни пергаментов. И даже стульев не было видно.       Волшебница несмело подошла к столу и завела прядь мокрых волос за ухо. Профессор следом за ней промчался в угол комнаты, к невысокому шкафчику. Гермионе не было видно, что он достаёт оттуда, однако колени немного подгибались от волнения. Снейп, конечно, доказал свою невиновность, да и вёл себя намного дружелюбнее, чем раньше — если это означает не плевался ненавистью — но кто знает, чем он её напоит. Любовным зельем? Гермиона издала тихий смешок, который защекотал горло и оттого она чихнула.       — Вот это выпить сейчас, это перед сном. Это утром. — он взял её руку и вложил в неё зелья. Ледяная у него была рука.       — Спасибо, сэр, — она нерешительно огляделась, хлопая ртом, как рыба.       — Ну задавайте уже ваши вопросы.       — Почему класс не убран…и здесь нет стульев и доски? Уже завтра начнутся занятия.       — Я не буду преподавать у вас в этом году.       Гриффиндорка шумно вдохнула воздух, с неприязнью воззрясь на мужчину. Она по-настоящему злилась.       — Вы все-таки решили уйти из школы?! После всего, что вы сделали, вы нас бросаете?!       — Лестно слышать от вас признание моих заслуг, мисс Грейнджер, но я не горю желанием остаток жизни учить тех, кто меня ненавидит.       — О, да ладно, профессор, — она развела руками, — когда вас это беспокоило? Вы мне врете! Назовите истинную причину!       Вдруг мужчина резко нагнулся вперёд и впился взглядом в ненавидящие глаза Гермионы. Он поднял ладонь и завёл ещё одну прядь волос ей за ухо, оставив пальцы на влажном плече. В такой близости он буквально прошептал:       — Думаете, я смогу к вам также легко приближаться, если останусь вашим преподавателем, а, мисс Грейнджер?       В голове случился настоящий взрыв. Какие-то спрятанные далеко, в самой глубине, надежды вдруг ожили, получив небольшой просвет.       Конечно, Северус Снейп был пугающим, отталкивающим, закрытым. Было страшно смотреть в его бездонные глаза, которые в любую минуту могли начать читать тебя, как открытую книгу, но и Гермиона была не так проста. Девушка сбросила его руку с плеча и пожала её, как деловому партнёру.       — Значит, вы всё-таки остаётесь?       — Только для того, чтобы вам не жилось слишком сладко, — минутная заминка с многозначительным взглядом глаза-в-глаза и вот Гермиона уже идёт окрылённая на первый школьный ужин в этом году и поспевает как раз к моменту, когда шляпа заканчивает распределение.       Присаживаясь рядом с Гарри, она бегло осматривает последних испуганных первогодок, румяную Спраут, успевающую не только надевать детям на макушки Шляпу, но и давать невербальные указания своему новому старосте — Джастину Финч-Флетчли, который с растерянной улыбкой направляет новичков на места. Затем кидает беглый взгляд на учительский стол, где одновременно с ней материализовался Северус Снейп, которого тут же начинает допрашивать Макгонагалл, вероятно, вызнавая, почему она успела уладить инцидент, поужинать и проконтролировать церемонию, а он опоздал. Все ведь знали, как профессор Трансфигурации внимательна к распределению.       Видя, что Снейп слушает Макгонагалл, но смотрит на неё, Гермиона закусывает губу и опускает взгляд, пунцовея на глазах. Гарри внимательно изучает млеющую ведьму, но вопросы забываются, как только его взгляд падает на сидящую за зелёным столом Катрину Свон.       — Гермиона, где ты была?! — воодушевляется друг, — Джинни подпалила волосы слизеринке за то, что она попросила с ней позаниматься!       — Чем? И где Джинни?       — ЗОТИ, — глупо улыбнулся друг во все 32 зуба, — а потом Долиш вывел Джинни из Зала. А ты где была?       — Я же говорила, что прогуляюсь.       Она ещё раз бросила взгляд на учительский стол, но Снейп был занят какой-то дискуссией с соседями, а директор суетливо осматривала учащихся. Конечно, подобное напряжение было связано с тем, что Министр прислал несколько своих цепных псов из аврората, как и обещал. И самое нервное в данном обстоятельстве было то, что крепкие мужчины с палочками планировали задержаться на весь первый, а то и второй семестр, как в «лучшую эру Амбридж». Последнюю мысль высказал Гарри.       — С тягой директора к идеальным материям, будет сложно соответствовать, — «уже сложно, учитывая, что час назад в озере чуть не утонуло два ученика, а потом один из них имел двусмысленный приватный разговор с одним из профессоров» — подумала девушка.       — Да, боюсь её уже хватил приступ, когда Джинни увели. Год будет, как и всегда, интересным.       — Хорошо, что Малфоя пока не прибавилось в список наших проблем. Не знаешь, что там с ними?       — Мне тоже ничего не говорят… Видимо, дело совсем туго.       — Если он вернётся, то директор Макгонагалл точно потеряет все волосы на голове, — девушка огляделась по сторонам, а затем привстала, — а вдруг Джинни исключат за проступок? Надо её найти.       — Сиди, Гермиона, — отмахнулся Гарри, — не думаю, что все так строго. С ней просто поговорят о дисциплине.       — Ты подозрительно спокойный.       — Просто я хорошо её знаю.       — Нет, нужно помочь! — Гермиона решительно встала с места, перемахнув обе ноги через лавочку и практически была сбита с ног крепким высоким мужчиной в серой мантии, — ой!       Джон Долиш, стремительно несущийся между рядами, инстинктивно подхватил девушку и поставил её на ноги. Гермиона окинула его взглядом: лёгкая небритость, круглые серые глаза, раздвоенный подбородок, брови домиком. Мужчина выглядел серьёзным и сосредоточенным, словно пытался вспомнить, где уже видел Гермиону.       — Простите, сэр.       — Будьте аккуратнее, мисс… — заговорил он внушительным прогорклым баритоном, а потом, сделав паузу и осмотрев на неё ещё раз, одновременно с девушкой произнёс:       — Грейнджер, — удивилась студентка, а затем зачем-то добавила, — Гермиона Грейнджер.       — Присаживайтесь, Гермиона Грейнджер, скоро директор произнесёт свою речь, — и мужественный мужчина помчался дальше. Она пару раз моргнула, сгоняя с себя некоторую заторможенность, а потом увидела, что следом за Мракоборцем плелась пристыжённая рыжая девушка.       — Ну что, доигралась, лиса? — обаятельно улыбнулся Гарри.       — Заткнись, — послала она ему улыбку в ответ и плюхнулась напротив.       — Прошу внимания! — донеслось до ушей студентов.       Все взоры устремились на Минерву Макгонагалл — нового директора Хогвартса.