Два мира в одном сердце

      Эна встала поздно. Вчерашний день вышел донельзя загруженным. Весь день эльфийка провозилась с новыми стропами для шара, затем чинила горелку. Вернувшись домой только к полуночи, она легла спать, толком не поев. Утром девушка провалялась в кровати до двенадцати. В который раз она полюбовалась на свою постель, — широкую, со столбиками и пологом — такая досталась от прошлого хозяина дома, богатого торговца-человека. Торговец погиб во время кораблекрушения, и всё его имущество было распродано.       В её стране эльфы не были экзотикой, как в большей части мира: в Тир-нан-Оге более восьмидесяти процентов жителей составляли именно эльфы. Поднявшись с кровати, Эна три часа убила на приведение себя и второго этажа в порядок. Потому что неделю назад она прислала письмо с приглашением своему другу картографу Бьерну, с которым познакомилась два года назад во время путешествия, и сегодня-завтра он должен был прибыть в гости.       Бьерн был человеком, но несмотря на это обладал очень красивой и привлекательной, почти эльфийской внешностью. Эна давно поймала себя на вполне определённых мыслях относительно парня, и, наконец, решилась попробовать претворить их в жизнь. Старые любовные отношения рассыпались полгода назад, когда Кувеги предпочёл ей блистательную Лайсрен. Пусть Бьерн — человек, но он ей понравился.       К приходу гостя Эна переоделась в длинное зелёное платье с малахитовой брошью, а под платье надела полупрозрачную сорочку, одолженную у подруги. Образ довершили чёрные туфли. Кроме того, девушка купила немного печенья к цветочному чаю, который приготовила из собственноручно выращенных растений в палисаднике. Ожидая друга, Эна сидела в кресле у окна, читая книгу про моря Дальнего Запада.       Бьерн — высокий светло-русый парень — шел по воздушному причалу страны эльфов Тир-нан-Оге — и любовался окрестностями. Он только что прибыл на дирижабле, что курсировал между странами.       На Бьерне были черные штаны и белая рубашка с широким рукавом, сверху коричневый бархатистый жилет с высоким воротником. Из нагрудного кармана виднелась серебряная цепочка часов. А через плечо была перекинута коричневая сумка.       Вокруг возвышались величественные здания с башенками, колоннами и узорчатыми арками, увитые растительностью, которая прорастала в специально выложенных камнями нишах с землей. Целые "висячие сады". В стране людей — Ритокии — было куда мрачнее: растительность берегли только в парках или зонах отдыха, но научно-технический прогресс в виде заводов и фабрик пожирал свободные пространства и горожане, порой, протестовали, защищая "зеленые зоны". Вот у кого бы стоило поучиться людям бережному отношению к природе. Бьерн улыбнулся и подумал, что нужно лучше узнать мир эльфов, чтобы написать про них книгу и рассказать людям.       Парень ступил на мост, ведущий в город, затем бодро зашагал по улице. В небесах чистых от смога парили дирижабли и воздушные шары, деревянные корзины которых были искусно выточены мастерами и представляли собой произведения искусства, сочетающее на внешней обшивке орнаменты растений и животных, иногда скульптурки, как на носу человеческих кораблей.       Бьерн поудобнее перекинул сумку, что нес на плече. Он работал картографом и поэтому необходимые принадлежности всегда носил с собой, чтобы делать зарисовки новых мест. Он познакомился с эльфийкой Эной на границе, когда искал человека, который сможет поднять его над пиком Ольнисент, дабы закончить рисунок гор более точный, чем на существующей карте от сообщества картографов в столице Толл. Именно эльфийка предложила ему свои услуги. Она просто путешествовала, решив взглянуть на мир людей с птичьего полета, заодно захватила и его. На удивление, у них оказалось довольно много общих тем. Эльфы не так сильно отличались от людей, как ему тогда казалось.       А сейчас Эна пригласила его в гости. Его сердце радостно екнуло при получении письма. Он тут же написал ответ, что принял приглашение. Отказать парень был не в силах, так как красавица эльфийка запала ему в душу, и он много думал о ней. Бьерн всегда отлично ориентировался на местности, так как был наблюдательным, поэтому описания, которые Эна написала в письме и адрес, помогали ему не сбиться с пути. Да и встречные эльфы могли подсказать дорогу. В этот час прохожих было немного или улицы здесь всегда не настолько многолюдны, если это слово вообще уместно к племени остроухих.       Города эльфов отличало то, что они были многоярусовыми, но дома расставлены так, чтобы везде мог проникнуть солнечный свет. Отсутствовала такая скученность и мрачность, как в его родном городе. Между зданиями были перекинуты мосты, лесенки, даже целые подвесные площади, где стояли лавочки и росли в клумбах цветы и карликовые деревья.       Эльфы носили свободные длинные одеяния, красиво расписанные узорами. Никто не носил цилиндров и на трости мода досюда не добралась. У мужчин-эльфов он видел длинные волосы, что Бьерну оказалось непривычно, у людей было принято носить мужчинам короткие стрижки, редко, кто отращивал волосы ниже плеч.       Бьерн ожидал, что на него будут смотреть с удивлением, как на чужака, но эльфы не бросали на него любопытных взглядов, может, потому что этот город был торговым и люди привозили сюда свои товары. Парень видел, когда летел на шаре, рынок с разноцветными шатрами палаток южнее.       Все же один раз он спросил дорогу у девочки-эльфа на всеобщем наречии. Сначала Бьерн подумал, что она не поймет его, но та кивнула, немного смущенно потеребила нитку бус на шее и указала пальцем на соседний переход:       — Там за аркой. Только пройди по кругу вон там.       Парень кивнул и по указанному маршруту быстро добрался до дома Эны. Несколько смущенно постоял на пороге, а потом постучал.       Тишина была недолгой. За дверью послышались шаги. Щёлкнул замок, и на пороге появились двое эльфов — мужчина и женщина, одетые по-домашнему. Эна, по всей видимости, не услышала стук со второго этажа, подумал Бьерн.       — Приветствуем. Вы к кому? — поинтересовался мужчина.       — Здравствуйте. Я хотел бы видеть Эну. Она живет здесь? — вежливо поинтересовался Бьерн.       — Да, на втором этаже, — эльфы отступили в сторону, открывая проход. — Не забудьте вытереть ноги. Вы к ней по поводу полёта над проливом?       — Как друг и по делу тоже, — ответил парень, немного смутившись.       — Отлично, — кивнул мужчина и крикнул в глубину дома. — Эна! К тебе пришли!       — А почему вы не позвонили в звонок? — улыбаясь, поинтересовалась женщина и указала рукой на кнопку рядом с двери.       — Звонок? — переспросил Бьерн, рассматривая округлую штуковину. — Гм, у нас на дверях специльные стучалки, я ожидал, что и у вас тот же принцип. Извините.       — На будущее будете знать. Входите, — пригласила дама и гость вошел в помещение.       Дверь за ним плавно прикрыла хозяйка.       На лестнице, ведущей на второй этаж, показалась темноволосая эльфийка в изумрудно-зелёном длинном платье.       — Здравствуй, Эна, — поприветствовал ее гость и широко улыбнулся. — Тебе очень идет это платье.       — Спасибо, Бьерн, — широко улыбнулась девушка долгожданному другу. — Очень рада тебя видеть. Снимай ботинки и поднимайся.       В день их встречи она была одета в облегающие штаны, сапоги и свободную рубашку. Он сначала принял ее за юношу.       Бьерн снял обувь и пошел вверх по ступенькам за девушкой.       Эна провела его на второй этаж. Жила она в круглой комнате с шикарной кроватью, письменным столом, двумя шкафами и тумбочкой. Четыре широких окна открывали панорамный вид. На столе стоял маленькая вазочка с жёлтым цветком. На северном окне висела бумажная фигурка птицы.       В соседней комнате хранились бумаги и разная всячина. В доме присутствовала канализация и водопровод, но только на первом этаже.       Эна коротко обняла парня, затем отстранилась. Он тоже ее радостно обнял в ответ.       — Какой уютный у тебя дом! — обвел он любопытным взглядом помещение, когда отстранился.       — Благодарю тебя.       — Сейчас я принесу нам чая и печенья. Ты любишь цветочный чай? — предложила эльфийка.       — Я не пробовал. Так что с удовольствием. Кстати, куда можно положить сумку? — спросил он и снял с плеча.       — Я скоро вернусь, сумку кинь куда-нибудь, только не в окно, — хихикнула Эна убежала вниз.       Бьерн положил сумку у стены и подошел к окну, из которого открывался прекрасный вид.       Спустя минуту девушка вернулась, неся заварочный чайник и бумажный кулёк с печеньем. Поставила всё на стол.       — Бьерн, достань из большого шкафа чашки, они на верхней полке, — попросила она.       Посмотрев на угощение, Бьерн сразу замечтался о еде, так аппетитно пахло печенье. К тому же он был голоден после путешествия.       Парень подошел к шкафчику, открыл и нашел искомое. Взял чашки и отнес на столик. Фарфор бы легкий и тонкий. У людей посуда намного более тяжелая и грубая, но функции свои выполняла.       Эна подтащила стулья себе и Бьерну. Разлила чай из изящного заварочного чайничка. Села, закинув ногу на ногу, выдохнула, и с улыбкой посмотрела на друга.       — Как ты добрался? — поинтересовалась она.       Парень опустился на стул напротив хозяйки. Взял свою чашку и пригубил.       — Какой аромат и вкус. Вы знаете толк в чае, — похвалил он.       — Это довольно дешёвый, но он правда лучший, — сказала Эна. — У дорогих очень странные вкусы. Я пробовала один, который пахнет, как не очень свежая рыба. Ужас!       — Добрался вполне весело. С группой торговцев, которые всю дорогу предлагали свои товары и обсуждали цены.       — Зато не заскучал! — Эна рассмеялась.       Бьерн взял ароматное печенье и откусил. Было очень вкусно. На языке остался привкус незнакомых пряностей.       — Печенье тоже прекрасно. Вы сами готовите или у вас здесь есть пекарни и магазины?       Эна последовала его примеру, затем попробовала губами температуру чая и подула на него.       — Конечно, и пекарни, и магазины. На западной окраине целая кондитерская фабрика, они и за границу продают сладости, - рассказала Эна.       — Прогресс по всему миру не стоит на месте. Но ваш народ более технически развит. Это вызывает уважение.       — Аха-ха, спасибо, - махнула рукой Эна. — Помнишь, как мы с тобой на воздушном шаре мёрзли и, чтобы отвлечься, болтали про разные смешные изобретения?       — Помню, - ответил парень и рассмеялся. — Это было весело.       — У тебя тогда сосулька на носу была, а я думала, что отморожу к бесам пальцы и года на два выпаду из полётов, — вспомнила Эна. — Я тогда рассказала про выставку нелепых изобретений, что в моём городе проходит. Она вернулась. Если захочешь и задержишься на денёк-другой, как раз к началу сможем прийти.       — С удовольствием посмотрю, — улыбнулся гость. — Думаю, написать книгу про вашу страну. Смогла бы мне помочь описать детали быта и ваших достижений? Людям было бы интересно узнать, как вы живете.       — Да без проблем, — ответила Эна. — Но ты учти, я ещё та знайка. Потом станешь знаменит, как создатель мифов, которые именитые учёные будут в поте лица опровергать.       Эна весело подмигнула Бьерну. Тот рассмеялся.       — Значит, ты та, что мне нужна. Само провидение свело нас. Или эльфы не верят в Судьбу?       — Я не верю, - потрясла головой девушка. — Мы сами её делаем, своими руками, умом и трудом.       — Я много путешествовал и встречал разные точки зрения. Не буду спорить. Но многие люди верят, что в этой жизни многое предопределено.       — Но у нас есть страшная легенда, — добавила она интригующим шёпотом.       — Какая? — поинтересовался парень, отхлебнув чай.       Эна сделала страшные глаза и выпятила подбородок.       — Есть те, кто верят, что Судьба, Рок — это мистическая злая сила, которая подстраивает нам гадости, чтобы нам было плохо, — поведала Эна. — Ну, ветер не в ту сторону посылает, гвозди из досок достаёт, балласт прячет, наверное.       — Вполне возможно. Мы крайне мало знаем об этом мире. Наши газеты пишут о новых открытиях, но я уверен, что мир намного сложнее, чем нам видится.       — А можно личный вопрос? — Эна отхлебнула чаю и отсалютовала другу. — И да, чистого неба тебе и яркой звезды.       — Конечно, спрашивай.       Бьерн невольно отметил, как Эна очень хороша собой. В мире людей она была бы редкостной красавицей. Только острые ушки выдавали в ней эльфийку. Но эти ушки были безумно милые.       — Когда мы после приземления возле перевала отогревались на постоялом дворе, ты сказал, что у тебя нет подруги сердца. До сих пор нет? — Эна спросила и немного смутилась. — Просто я слышала, что во многих людских странах очень важна репутация. Если у тебя есть подруга, и наша приватная беседа вызывает в тебе тревогу, ты скажи. Прости, я, наверное, говорю очень непонятно и сбивчиво...       — У меня нет подруги, — признался Бьерн. — Дамы сердца, если ты это имела ввиду.       Эна чуть нервно облизала губы. Она боялась, что неосторожным словом напугает или обидит Бьерна.       — Ничего страшного, у меня вот тоже никого, - ответила Эна, скользнув быстрым взглядом по статной фигуре друга, провела ладонью по щеке, убирая за ухо выбившуюся прядь, хихикнула. — Ты красивый и заметный, смелый и хороший. Настоящий путешественник, будто из книжки. Прости, если смущаю тебя.       — Я просто путешественник, коих много. Сейчас время такое: всем хочется сделать новое открытие или закрыть "белое пятно" на глобусе.       "Стать знаменитым" — закончил про себя Бьерн. Он был из семьи фабричного рабочего и хотел вырваться в люди, так как был старшим в семье.       Эна налила себе ещё чаю.       — Подлить? — спросила девушка.       — Да, еще полчашки.       Эна выполнила просьбу.       Бьерн смущенно улыбнулся:       — Благодарю. И за чай тоже.       — Бьерн, забыла совсем! — хлопнула себя по лбу эльфийка. — Ты где остановился?       — Я еще не искал гостиницы. Собирался после того, как тебя навещу. Что-то посоветуешь?       — Сразу ко мне? Ух! — ответила Эна. — С ходу ничего не посоветую. Может, как-нибудь тебя здесь приютить? Будешь ещё деньги на гостиницы переводить. Пока давай насладимся встречей. Ты, получается, прямо с дороги? Как выпьешь чаю, на первом этаже сможешь помыться и привести себя в порядок. Вода из трубы течёт не очень сильно, если не будет хватать - там есть вёдра с запасённой. Мыло ни с чем не перепутаешь.       — Буду признателен за ночлег, — ответил Бьерн. — А ванной воспользуюсь, как допью чай, если не против.       — Конечно, — кивнула эльфийка.       — Ты с родней живешь? — поинтересовался гость, доедая печенье.       — Нет, - отозвалась Эна. — Мои родители живут в Лиадане, это городок на севере страны. Подумать только, я там уже два года не была! Я живу с воздушным шаром. Бьерн улыбнулся.       — А я до сих пор с родителями и младшим братом и сестрой. Но я редко бываю дома последнее время. Извини, если это покажется не вежливым, но меня не покидает любопытство, сколько тебе лет?       Эна заливисто рассмеялась, даже ногой дёрнула. Поправила волосы.       — А сколько ты мне дашь? — игриво спросила она.       — Я бы тебе больше двадцати лет не дал, если сравнивать с девушками своей расы.       — Я маленькая, — Эна наклонила голову и состроила умильную рожицу. - Сорок два через месяц исполнится.       — Ну, вы живете дольше, так что понимаю.       Эльфийка отпила чай.       — А тебе сколько лет? Ты вроде говорил раньше, но я забыла совсем. Прости меня, если запамятовала.       — Мне двадцать восемь лет, - ответил парень. — Уже вполне себе взрослый, самый расцвет сил.       — А ты выглядишь моложе, чем люди твоего возраста, — добавила Эна. — Правда. Я видела мужчину, у которого в документе было написано, что ему двадцать шесть. И лицо всё в шерсти, и кожа сухая, и складки такие на коже, — Эна ущипнула пальцами кожу на руке, изображая морщины. — Может, он обманывал зачем-то? Но я думаю, что просто ты здоровый и сильный, поэтому с тобой такого не произошло.       — Это правда, что эльфы никогда не умирают?       — Не умирают, если что-то внешнее не убивает, — подтвердила Эна. — Моим родителям по триста с небольшим. Мы с тобой совсем ровесники, получается!       — Здорово. Вы счастливчики. А у нас... Эх, не буду о грустном. Зато у нас много ребятни играет на улицах, а тут только одну девочку встретил. У вас мало кто заводит детей?       — Детей у нас редко заводят. Только когда кто-то погибает или переезжает в далёкие края. А можно ещё один личный вопрос? Я видела немало людей с волосами на лице. У тебя совсем нет. От чего это зависит? У тебя когда-нибудь росли такие волосы на лице?       — Растут, — ответил Бьерн. - Только я бреюсь. Молодежь у нас предпочитает брить растительность на лице, а вот старые поколения щеголяют ровно постриженными бородами или аккуратно завитыми усиками. С непривычки это забавно.       — Если ты никогда не видела бритвенных принадлежностей, то могу показать. Бьерн поднялся и подошел к своей сумке. Присел на корточки, достал из одного из карманов полотняный мешочек и вернулся на место. Раскрыл и достал серебристое лезвие бритвы, щеточку и серого оттенка кусок мыла. Эна с любопытством смотрела.       — Можно? — протянула руку.       — Конечно, смотри.       Эльфийка взяла бритвенное лезвие. Осторожно проверила пальцем на остроту. Положила обратно. Пощупала щёточку, и тоже вернула не место.       — А часто приходится срезать эти волосы? — полюбопытствовала она. — Лицо небось часто режешь в кровь?!       — Иногда царапаю, но сейчас наловчился и обходится без травм. Раз в несколько дней обычно.       Бьерн сложил все принадлежности для бритья обратно в мешочек и отнес обратно в сумку.       — Непросто тебе! — Эна протянула руку и провела пальцем по щеке Бьерна. — Не чувствую волос. Хорошо получается.       — Спасибо. Я тоже сначала думал, что ваши мужчины бреются часто. Это вам очень повезло, что бриться не нужно. Но многие из людей, кому нравится носить бороду, завидовать бы не стали.       Поблагодарив еще раз у за угощение, Бьерн поднялся.       — Пойду, приведу себя в порядок после дороги, — добавил он.       — Ванна на первом этаже налево, — пояснила Эна. — Думаю, воду хозяева уже погрели, и она будет ждать в ведрах. Будь, как дома, как у вас говорят.       Парень коротко улыбнулся и спустился на первый этаж. Он довольно быстро нашел ванную комнату.