Анестезия

Сотни и тысячи, рассыпанные по ладони. Они взобрались в гортань, Разорвали все в хлам и такое Опустошение в словах от кудесной Шафран.       — Ты же им не веришь?       Карты рассыпались, медом и горечью, проигрались от и до.            Сказали безмолвно: добро пожаловать на тёмную сторону, где ты будешь любить и ненавидеть.       — Крупье не ошибаются.       — Все ошибаются.       — Не здесь. Они видели всё: от ссор и до страсти.       Тёплая широкая ладонь сжала, успокаивая.       — Всё!       — Всё... И?..       — Через год.       Отмерить и не забыть, даже если сжечь этот чёртов метр и карты. А ведь Елена Ивановна говорила: гадать можно и совсем не страшно, но когда эти карты полностью проигрываются...       — И не сжечь — от этого их расклад не поменяется.       — Карты лишь вариация.       — Мы сами знаем, что так и есть. Мы сами этого ждали и ждём.       Холод, прошедший по руке вверх и от. Холод между ними на мелкую ссору. Не нравится, не нравится, не нравится. Извне и внутри, и откуда влияние больше — никто не узнает.       — Посмотри на меня.       — Не хочу.       — Даже если так, давай забудем?       — Мы пытаемся убежать, но ведь не получится. Время придёт. Придёт время расставаться.       — Придёт и придёт. Не сейчас, и не будет кем-либо отмерено.       Огонь в глазах, резко вспыхнувший, залит не водой, но керосином, но не разгорается — легкий запах весны и чего-то ещё окутывает и говорит: отпускай.       Им придётся отпустить, и обе это знают. Страсть через месяц, пресыщенность и однообразие через год. И не нужно быть ни крупье, ни гадалкой, чтобы понять, что будет дальше, и просто остаться без памяти. Потому что с не хочется, потому что с будет больно не быть, зная, лет могло бы и было.       И осознание: извне слова проигрались от и полностью: "вы просто играетесь в любовь".