Trust me.

ujin: 07:25.

я под подъездом

надеюсь ты не передумал( 

mng: 07:25.  мг.

ujin: 07:25.

не торопись

я подожду

ты в белом?)

mng: 07:25. мг. 

ujin: 07:25.

отлично

может наденешь какие нибудь сережки, м?

на тебе были в первый день, мне очень понравились 

тебе очень идет 

mng: 07:26. *Изображение прикреплено*

ujin: 07:26.

отличные

тебе самому нравится?

mng: 07:26. мг. 

ujin: 07:26.

улыбнись себе

зарядись хорошим настроением;)

а теперь выходи

надень шапку и куртку потеплее, чуть чуть прохладно тут

я прогадал с погодой и в ветровке поперся

mng: 07:27. молодец. 

ujin: 07:27.

ну всё, не бурчи 

иди ко мне

Минги переживает, если можно это так выразить. К Чону, конечно, он уже более-менее привык, и с ним не так тревожно и страшно контактировать, переписываться на каплю комфортнее, чем общаться вживую, как ни странно, но навязчивые мысли все равно порой все портят, не давая даже попытаться довериться. Хотя, может быть не зря это все у него в голове вертится, потому что Чон его предать может? Может это предчувствие?  А может просто Минги припизднутый? Все может быть, хуй знает. Он не знает, что с этими постоянными мыслями делать, он ведь не может их отогнать, как муху, и от этого тяжело, они давят постоянно, жужжат надоеливо, любую мысль портя. Он не может перестать думать каждую ебаную секунду о том, что это всё шутка или прикол, что Чон его предаст, что нельзя перед ним раскрываться, что нельзя показывать себя настоящего, что это всё только ради насмешки, но ведь Юнхо такой искренний, у него такие честные глаза… Он не выглядит так, как будто шутит над ним, но и расслабляться нельзя. До выпускного нельзя.  Минги волнуется. Нет, не так. Он пиздец как переживает. Он на полчаса раньше встал, чтобы успеть собраться без паники, волосы даже более менее уложил, и от этой мысли смешно, ведь он их укладывал последний раз года четыре или даже лет пять назад. С чего это он вообще перед Чоном прихорашивается? — В бошке мимолетом проносится, но тут же на задворках исчезает. Впервые, наверное, он заморачивается над своим внешним видом и одеждой за последние годы. Он стоит перед шкафом, обводя взглядом своей небольшой гардероб, и в штаны на полке взглядом впивается. Ну и что ему надеть? Вся одежда внезапно кажется страшной, некрасивой, и парень садится на кровать, выдыхая тяжело потирая лицо руками. Пытается успокоиться, но его уже начинает немного потряхивать, и это нехорошо. Он быстро поднимается, подходя к столу, и в выдвижном ящике роется, находя блистер с таблетками. Парочку выдавливает на ладонь, глотая насухую и делая затяжку. Успокоительные его спасают в такие момент, когда он накручиваться начинает. Еще панички ему не хватало, особенно сейчас.  Сон все же берет себя в руки, к шкафу подходит, снова затянувшись, и выбирает штаны, которые Чону понравились в первый день. Свитер надевает, в зеркало смотрясь, и губы поджимает, поправляя волосы и себя осматривая. Ну… допустим. Терпимо.  Парень с тяжелым вздохом кольца со стола берет, надевая на все пальцы, кроме больших и мизинцев, а после телефон поднимает, читает сообщения парня и губы кусает. Иногда болтовня Чона очень его спасает. От его нестандартных фразочек мозг путается, и тревожка теряется, и слава богу. Пусть лучше он будет думать о всяком бреде, который иногда ему Юнхо говорит, чем о своих загонах. Юнхо ему нравится, он правда хороший, но мозг не позволяет начать ему доверять. Но почему-то ему комфортно отвечать парню на сообщения по вечерам, нравится читать то, что Чон ему пишет, пока младший занят. Ему душу греет то, что про него не забывают и пишут буквально каждое событие. Иногда он даже скучает самую малость, когда сообщений мало.  Сон сережки находит, которые Чон попросил, и делает снимок, отправляя фотку. Значит, сегодня придется надеть. Месяц назад он их надевал последний раз, желания больше не было, но сейчас хочется опять. Снова из-за Юнхо.  Минги не знает, почему он на все это соглашается. Он спокойно может оказаться, но почему-то не хочется ему Юнхо расстраивать. Парень рюкзак выносит в коридор, к шкафу идет, куртку надевает, обувается, и уже собирается выходить, как про сообщения парня вспоминает. Шапка. Сон с чуть усталым выдохом тянется вглубь шкафа, ее из дальнего угла вытаскивает, отряхивает и натягивает на голову, тяжело выдыхая и смотря на себя в зеркало. Ужасно. Он на оборвыша какого-то похож, и лицо без волос плохо смотрится. Еще и прыщи на щеках видно… — Пошел уже, зайчик? Так рано?— Мама, вышедшая из комнаты, ласково улыбается, подходя ближе. Мягко руки протягивает, шапку на Соне поправляя, и наигранно бурчит, — Уходит он от матери с утра пораньше, торопится. Ишь какой! Деловая колбаса. Секреты у него появились. Ну хоть шапку надел.  — Спасибо, мам, — Минги улыбается коротко, еле заметно, чуть саркастично, но все еще нежно и любя. Со вешалки в шкафу снимает теплую куртку, вешая на локоть, а женщина бровь вздергивает, скрещивая руки на груди.  — Это кому это мы куртку несем? Девочку в тайне от меня завел? — И бровь поднимает, — Ну-ка сознавайся.  — Ну ма-ам, какая девочка, — Сон с усмешкой тянет, куртку затягивая, и женщину коротко обнимает, и с какой-то стороны их разница в возрасте даже милая, — Все, я пошел.  — Пока, солнышко. Удачи в школе, — Улыбается госпожа Сон мягко, и коротко сына в щеку целует, легко его подталкивая за порог и дверь за ним закрывая. Естественно, любя.  Сон глаза трет, чуть рвано выдыхая, и короткую затяжку делает, лифт вызывая. Страшно и очень волнительно. Давно он ни с кем так не встречался, и тревожные мысли все же голову захватывают. Еще есть пара минут, и парень в лифт заходит, глубоко вдыхая и ногти ковыряя, прикрыв глаза и попытавшись мысли ебанутые отогнать. Он боится. Сейчас бы развернуться и домой пойти, но он не может. Нельзя.  Юнхо перед подъездом мелко перетаптывается от ожидания, извертевшись уже во все стороны, пытаясь себя хоть чуточку разогреть, и пальцами хрустит, а как слышит пиликание домофона, поворачивается так быстро, что чуть не ломает себе шею, и замирает, развернувшись. Минги выходит подъезда, и выглядит он просто невероятно, и для Чона это выглядит, как схождение бога с Олимпа. Снова эти великолепные пятнистые штаны, которые обтягивают бедра и отлично смотрятся с белым свитером, поверх которого надета объемная кожаная куртка, которая так красиво сидит на его плечах. Массивные серебряные кольца на пальцах, черная шапка и грубые ботинки, но больше всего ему идут молочно-белые жемчужные серьги. Они божественно разбавляют образ хмурого, неразговорчивого и грубого парня, особенно с его выражением лица, добавляя легкий феминный акцент, и это безумно красиво. Юнхо аж перестает дышать на пару секунд.  — Твою мать, тебя опять? — Сон хмурится, видя разбитую губу парня, спускается по ступенькам и рукой к лицу тянется, а Чон не двигается и не сопротивляется, даже не дышит, чтобы не пропустить ни секунды его касаний. Пусть трогает, сколько влезет, Юнхо только в радость. Пусть гладит, пусть хоть бьет, лишь бы этими ласковыми руками. Минги касается своими замечательными пальцами, хмурится, на себя его лицо поворачивает, а Чон на пару секунд глаза прикрывает, наслаждаясь его теплом на замерзшей коже и строгим голосом почти перед лицом, — Это из-за вчерашнего? Больно? — И тебе привет. — Чон говорит тихо, прокашлявшись, и на шаг к Минги подходит, фыркая. Обводит взглядом великолепные сережки, расплываясь в улыбке, а после поднимает руки и обвивает их вокруг шеи блондина, обнимая в знак приветствия и подходя на шаг ближе. Они вчера обнялись, Минги не оттолкнул его, это ведь значит, что и сегодня можно, да…?  Они стоят обувью впритык, и это почти что интимно близко. Юнхо прикрывает глаза, щекой к виску парня прижимается и грудью чувствует, как Минги замирает, стопорясь, загружается, а после осторожно опускает ладони на чужую поясницу. Он так вкусно пахнет, у него такие вкусные духи, они ему идеально подходят, и он такой теплый. А Юнхо так замерз…  — Тебе очень идут эти сережки. И свитер тоже. — С придыханием, волнением, шепот легко дрожит. Юнхо очень ждал этой встречи сегодня, утром, когда синяки замазывал, с ума сходил от предвкушения, и не мог улыбку счастливую сдержать. Когда сюда шел, все губы искусал, ногти чуть себе не оторвал, все нитки на свитере лишние выдернул. Его совсем немного потряхивает, а желудок сводит легким спазмом от волнения. Он скучал,  — Прекрасно выглядишь. Все же приходится отстраниться. Чон мягко отходит на шаг, облизывая губы, и тянет руку, почти касаясь сережки, но останавливается в паре сентиментов. Вспоминает, что Минги обижали, что у него может быть что-то с этим связано, и сначала шепчет мягкое «можно?», и лишь после чужого кивка осторожно приподнимает на подушечках пальцев покачивающийся камушек и наклоняется, чтобы его рассмотреть. Сон чуть хмурится, сжимаясь почти незаметно, как будто ожидая резкого действия, и сжимает ладонь в кулак, но ничего резкого не происходит. Юнхо лишь осторожно перекатывает камешек между пальцами, разглядывая, как он мерцает на солнце, и мимолетно пробегается пальцем по мочке, через секунд пять отпуская сережку и наблюдая, как она покачивается, словно маятник. Влево-вправо, влево-вправо, назад, вперед-назад, вперед-назад, и останавливается. — Ты очень красивый, — Шепчет нежно, и смотрит на губы младшего, чуть голову склонив.  — Спасибо. — Минги не знает, как реагировать на эти комплименты. Он опускает глаза, кусая высохшие губы, на которые взгляд Чона обращен, а после бормочет негромкое «ты тоже» и шумно выдыхает, чувствуя, как Юнхо трогает сережку в ухе. Ему совсем немного страшно. Однажды Хонджун дернул его за серьгу. Это было очень больно, тогда много крови было, мама вся перепугалась, и Минги почти перестал носить украшения в школу, хотя очень любил это делать. Он просто надеется, что Чон не такой.  С первым прикосновением стало страшно, но Минги не отстранился, лишь закрыл глаза, будто это его спасет. Ждал резкой, острой боли, но получил лишь бережное прикосновение ледяными пальцами, мягкое дыхание и заинтересованный взгляд. Наверное, это сон такой. Не может же Юнхо быть таким осторожным с ним в реальности.  Когда Чон отстраняется, Минги с локтя куртку снимает и чуть неловко бормочет.  — Держи. Ты писал, что замерз, — Минги говорит негромко, протягивая Юнхо белый бомбер с чёрными рукавами, и тихо фыркает, когда Чон охает и в широкой, безумно нежной улыбке расплывается, просовывая руки в рукава. Минги взял ему куртку, хотя Чон даже не просил. Она им пахнет, такая теплая и мягкая, такая родная... Заботится? Ему правда не все равно? — Спасибо. — Юнхо бормочет, поправляя рюкзак на плече, а после широко улыбается и кивает на дорогу. — Пойдем? Позавтракаем вместе. Там такие вкусные блинчики, ты не представляешь! С бананом и шоколадом ел когда нибудь? Господи, если ты не ел, ты очень многое теряешь! Юнхо рассказывает все это с широкой, яркой улыбкой, идя рядом с Соном, и держится рукой за лямку портфеля. На вопросе к парню поворачивается, и тот мотает головой, мол, не ел. Чон такой яркий… Это очень непривычно,даже спустя месяц с лишним. С Минги ведь обычно не разговаривал, и от почти безостановочного потока слов легко кружится голова, он до сих пор не привык, но его эти разговоры не раздражают. Совсем наоборот, они занимают его мысли, не давая фокусироваться на плохом.  — Ну вот, тебе нужно обязательно попробовать! Это очень вкусно! — Юнхо смеётся, убирая волосы со лба, а после останавливается перед светофором и смеётся солнечно, когда волосы лезут в лицо, и из-за солнца приходится почти зажмуриться. Ветер сносит, но Чону это не испортит настроение. Он светится весь, и чуть голову склоняет, смотря на младшего, — Давай прогуляем первый урок? Я потом нас отмажу. Не хочу никуда с тобой торопиться. Юнхо говорит так, как будто и правда все так просто и он возьмет вину на себя. А если скажет, что это Минги все задумал? Мама расстроится. Ну вот, о чем и речь. Стоит Чону перестать болтать, тупые мысли тут же лезут.  — Ну чего ты опять хмуришься, м? — Чон останавливается прямо перед парнем, смотря чуть снизу, и улыбается, смотря в невероятной красоты глаза. Какие же они великолепные, так красиво сверкают на солнце, и сережки повторяют этот блеск. Чудесный, — Все хорошо?  — Угу. — Минги бормочет, отводя взгляд, но после еле заметно краснеет, когда Юнхо находит его взгляд. Что он хочет? — Ну ты чего? — Чон смеётся, а после незаметно протягивает руку и Сона щекочет, заставляя парня почти подпрыгнуть. Тот взвизгивает и ловит чужие пальцы, стараясь подальше отскочить, и Юнхо это веселит. Он хохочет, а после широко улыбается и тащит Минги за рукав, чтобы дорогу перейти. Смеётся, чуть в столб не врезаясь, головой, идет спиной, и пару раз тянет Минги на себя, чтобы тот запнулся. Это ведь так весело! И Минги больше не хмурится.  Юнхо еще что-то рассказывает, но Сон в мысли случайно уходит, не слыша. Он снова мечется между двумя сторонами: открываться или нет? А если предаст? А если это все ради насмешки? А с другой стороны, он такой искренний… Разве такую искренность можно подделать? Сон в себя приходит, когда Юнхо его мягко за локоть останавливает и подводит к небольшому ларечку. Они уже так далеко ушли… А Минги совсем не реагировал. Аж стыдно стало.  — Выбирай, — Юнхо улыбается, губу чуть закусив, и парня чуть вперед подталкивает, держась за его рукав, — Но с бананом и шоколадом самые вкусные, знай.  Сон хмыкает, кивая уже на автомате, и глазами пробегается по вывеске. С бананом, так с бананом. Возьмет, что Юнхо хочет.  Минги тянется, что в достать карту, но Чон его легко по запястью хлопает.  — Дурак что ли? Я возьму.  — Чего? Чон тихо смеётся, и парня легко, ласково за локоть щипает, бормоча нежно.  — Я ведь тебя пригласил.  Юнхо нежно улыбается, парня притягивая к прилавку, и делает заказ, оплачивая картой. Еще какую-то историю из прошлой школы рассказывает, а после младшего на фонтан тянет, садясь и хлопая по месту рядом.  — Ты дурак! — Минги закрывает лицо руками и подпрыгивает, когда Юнхо легко плескает на него холодную воду из фонтана. Она еще не успела нагреться на солнце, и за шиворот холодно капает.  — Ага, я такой! — Чон улыбается широко, держа на коленях пластиковую тарелочку с горячим блином, и хихикает, легко пихая Сона локтем в бок. — Улыбнись, ну что ты как маленький. — Да ну что ты с этим улыбнись… — Сон бурчит, голову опуская, и запускает пальцы в волосами, чтобы не было так неловко. У него зубы торчат, когда он улыбается… Это некрасиво. Юнхо на это только вздыхает, а после головой качает и тихо смеётся, ласково щипая парня за плечо.  — Как тебе блинчики? Вкусно, правда? — Чон широко улыбается, а после ловит руку Минги, рассматривая массивные кольца, касаясь пальцев младшего. Ему эти касания необходимы. — Красиво. Это серебро, да? Тебе идет. — Мг. — Сон улыбается еле заметно, кивнув, и в рот еще кусочек отправляет. — Спасибо. — Может хочешь еще чаю? — Юнхо протягивает Минги свой стаканчик, видя, что тот уже все выпил, и хихикает. — Не стесняйся, все хорошо. Я схожу куплю еще, если нужно. — Не надо. — Сон бормочет, почти незаметно растягивая в улыбке сухие губы, и Юнхо еле сдерживается, чтобы не коснуться их подушечкой большого пальца. — У тебя не болят губы? — Чон бормочет, облизываясь, а после в карман руку засовывает и достает гигиеничку с совсем легким розовым оттенком, снимая колпачок и брови поднимая. — Давай намажу? Не брезгуешь? — Нет. — Сон пожимает плечами, опираясь руками в мрамор по бокам от себя, и чуть голову опускает. Ему впервые более-менее комфортно с человеком, которого он знает меньше месяца. Хотя… Уже, наверное, дольше. И так странно, что он дает ему находиться так близко, подпускает к себе. Это странно, но Минги и сам своей реакции не понимает.  — Вот так… — Юнхо голову парня поворачивает на себя, осторожно держа за подбородок, и ведет бесцветной помадой по губам, улыбаясь. Следит за тем, чтобы каждая трещинка точно промазалась, и отстраняется, еле удержавшись, этобм эти невероятные губы не поцеловать. — Замечательно. Размажь губами, так лучше будет. Купи себе тоже, а то губы будут трескаться.  — Спасибо. — Минги послушно растирает помаду губами, фыркая, и отпивает фруктовый чай из стаканчика Чона, который каким-то образом оказался у него в руках. Вкусно. — Пойдем? Уже пора. — Юнхо, неторопливо поднимаясь, отряхивает штаны и выкидывает в мусорку пустую тарелку. Минги тоже поднимается, допивает чай и выкидывает стаканчик, губы облизывая. — Совсем чуть чуть опаздываем на второй урок. Ну и ничего страшного! Юнхо задорно хохочет, растягивая губы в широченной улыбке, и убегает к школе, выхватив портфель парня и крича веселое «догоняй!». Пусть повеселится. *** — Здравствуйте, извините, можно войти? — Юнхо после короткого стука открывает дверь, входя первым, а сзади мягко держит Минги за руку, чтобы он не чувствовал себя как-то не так. Чон рядом. Сон поджимает губы, стоя сзади, и невольно хмурится, слыша тихий шепот, что идет по классу. Опять. Ну вот… — Здравствуйте. Имя, фамилия? — Учитель журнал открывает, поправляя очки, и чуть хмурится, обводя Минги взглядом. — Чон Юнхо. — Парень улыбается, а после чуть поворачивает руку, обнимая пальцами запястье Минги, и парня собой закрывает, и это оказывается безумно комфортным жестом. Сон опускает голову, поджав губы, и снова входит в свое обычное состояние, и Юнхо очень не нравится, что из-за одноклассников Минги себя чувствует неуютно. Он обязательно исправит это, — Нам просто нужно было дописать контрольную.  — Ну садитесь, опаздуны. Смилуюсь над вами. — Спасибо большое! Юнхо с довольной миной плюхается на свое место, доставая учебники, а после легко соседа в бок локтем пихает. — Видишь? Я сразил ее наповал своим очарованием. — Чон с тихим смешком улыбается, мягко хихикая, и опускает голову парню на плечо. Он тактильный, и для него это привычно со всеми друзьями было. — С тобой очень классно. — Мг. — Минги тихо фыркает, головы не поворачивая, и дату записывает, смотря на доску. Его даже уже не удивляет эта тактильность. До сих пор удивляет то, что Юнхо не стесняется того, что общается с Минги, и спокойно прикасается к нему при всех. Ему правда все равно на всех? Они ведь шепчутся, это слышно, а Юнхо внимания не обращает. Ненормальный… — Ты слишком много думаешь. — Чон тихонько шепчет, чтобы не привлекать внимания других ребят, и ближе к парню двигается, легко по руке похлопывая. Не упускает шанс прикоснуться. — Перестань. Они не стоят того, чтобы слушать их мнение. — Легко тебе говорить. — Сон хмыкает, поджимая губы, а после чуть опускает голову, когда Хонджун оборачивается. Блять. — У нас теперь в моде с отбросами общаться? — Хонджун поднимает бровь, хмыкнув, и на чужой вопрос «А тебе вчерашнего дня не хватило?» даже бровью не ведет, потому что серьги в ушах Минги замечает. Уже поднимая руку, чтобы дотронуться, но Чон не позволяет к его Минги прикасаться. Он напрягается, и на полпути ловит чужую руку, хмурясь и крепко сжимая пальцами запястье. Взгляд у Чона тяжелеет, и он до чужого тихого вскрика сжимает запястье, почти отбрасывая руку Кима. — Не смей. — Юнхо хрипит, и атмосфера становится натянутой. Ким на чужую фразу нервно усмехается, облизываясь, и что-то сказать порывается, но в итоге отмахивается и отворачивается, потирая больное запястье, бубня что-то.  Чон будет за Минги горой стоять. — Он уебок, не обращай внимания на его выходки, — Юнхо накрывает чужую ладонь своей накрывает, бережно водя по сухой коже, и тихо вздыхает. За что с ним так? Минги ведь такой хороший… — Тебе не нужно было, правда. Он постоянно так. — Минги приглушенно бормочет, опустив голову, и вздыхает тяжело, прикрыв глаза на пару секунд. Юнхо не должен за него заступаться… — Я не дам никому тебя задирать, но тебе ведь тоже нужно защищать себя. Не давай себя обижать, — Чон хмурится, проводя языком по кромке зубов, и шумно выдыхает, и это, наверное, первый раз, когда Минги видит соседа по парте таким злым. Хонджун не имеет права так обращаться с людьми. — Тебя ведь тоже будут задирать. — Мне плевать на них, ты еще не понял?. — Чон мягко бормочет, тихо смеясь, и улыбается коротко, ловя чужие пальцы и с ними играясь под чуть хмурый взгляд парня. — И тебе советую наплевать. Хонджун долбоеб. — Мг. Минги все уроки сидит как всегда молчаливый, но более задумчивый и иногда не реагирует, и Юнхо сегодня старается быть потише, чтобы ему не мешать. Лишь иногда его мягко тыкает, когда что-то нужно делать, и водит по кабинетам на разные предметы, потому что Минги ну совсем зависает.  — Все хорошо? — Юнхо мягко парня за плечо встряхивает, и обеспокоенно в глаза заглядывает, садясь рядом и протягивая парню сок в маленькой упаковке, — Держи, а то ты что-то совсем зависаешь.  — Спасибо, — Сон бормочет, и вздыхает тяжело, глаза потирая. После их прогулки он сам не свой. Может Чон что-то не так сделал…? Теперь Юнхо становится не по себе.  — Я сделал что-то не так? — Чон тихо выдыхает, когда они выходят со школы, и мягко сжимает запястье парня, — Я тебя обидел?  — Что? — Минги бровь поднимает, а после головой качает, выглядя чуть удивленным, — С чего ты это взял?   — Ты сегодня совсем не разговаривал после нашей прогулки, — Чон вздыхает, и тянется, шапку парня с нежностью поправляя, — Тебе не холодно?  — Нет, — Сон жмет плечами, и затяжку делает, парню протягивая курилку, — А как мы проект будем делать?  — Ой, не знаю… Вообще, я могу сделать, но не факт, что с телефона нормально получится.  — У меня есть компьютер, мы можем пойти ко мне.  Чон аж на месте замирает. На парня голову поднимает, глаза выпучив, и неверяще бормочет.  — Правда? Ты не шутишь? — Нет, — Сон качает головой, и Чон выглядит таким счастливым, как будто ему сказали, что у него на карте миллион. — Тогда пойдем скорее, нельзя терять время! — Чон парня за рукав тянет вперед, ускоряясь, и носом шмыгает от холодного ветра, — Надо зайти в магазин, взять конфеты, нельзя с пустыми руками…. — Стой. Успокойся, — Сон парня мягко тормозит, и тянет в сторону дороги, — Мы успеем все сделать.  — Но мы совсем мало посидим, а я хочу подольше! — Чон не собирается тормозить. Он парня тянет в магазин, и идет к прилавку с конфетами. Самую красивую пачку берет, и идет на кассу, пока Минги даже сообразить не успевает. Оплачивает быстро, а младшего за руку из магазина вытягивает, почти таща на остановку. Не успеют ведь, чего он тупит! У них так мало времени! Когда они заходят в автобус, Юнхо устало выдыхает и с парнем на сиденья садится, опуская голову на чужое плечо. Устал.  — Возьми пожалуйста два билета, — Чон протягивает парню купюру, устало прикрывая глаза, но Минги как-то слишком уступчиво забирает, на что Чон глаз приоткрывает. Минги ему деньги незаметно обратно в рюкзак сует, и со своих денег билеты им покупает. Упертый…  — Не спи, скоро выходить, — Минги парня легко тормошит за плечо, а Чон щекой лежит на его плече, весь укутанный запахом его духов, и кивает, даже не поняв, что Минги говорит. Ему от его запаха так хорошо, так спокойно… — Ты такой теплый… — Юнхо шепчет, ближе к парню прижимаясь, и греется об тепло открытых частей его кожи, улыбаясь еле заметно. С Минги он чувствует себя таким счастливым, таким спокойным… Его влюбленность творит с ним чудеса. Он снова чувствует себя так хорошо… — Вставай, идем, — Минги сонного парня вытягивает из автобуса, а после тихо с его вида фыркает, — Просыпайся, приехали ведь уже.  — Ты такой теплый, — Юнхо смеётся, и парня тянет к переходу, — Вот я и пригрелся.  — Идем, пригрелся он.  — Давай я закажу поесть? Хочешь пиццу? — Чон хихикает, видя, как Сон хмурится, и мягко парня пихает в бок, у него дудку из рук забирая, — Чего лицо, как говна поел? Не любишь пиццу?  — Люблю, — Минги тихо смеётся, фыркнув, и с рук парня затяжку делает, — Давай я закажу? — Нет, я закажу, — Чон легко парня толкает, и звонко смеётся, когда тот запинается, — Ты все время на мои приколы ведешься!  — Мг. А ты пиццу ешь гавайскую? — Ага. А ты хочешь гавайскую? — Юнхо звонко смеётся, заходя с Минги в подъезд, и кидает две в корзину, широко улыбаясь, и яркими глазами на младшего смотря. — Я ее обожаю! — Серьезно? — Минги поднимает брови, фыркая, а после заходит в лифт первым, к себе затягивая Юнхо, что тормозит, заказывая пиццу в приложении. — Охуеть. — Это судьба, не находишь? Такие совпадения явно не случайны,— Чон мягко мурлычет, убирая телефон, и хихикает довольно, протягивая руку и держась за край рукава парня, но вдруг поворачивается со взволнованным лицом, бормоча почти испуганно. В глаза заглядывает с округлившимся взглядом и губу кусает, — А вдруг я не понравлюсь твоей маме? — Ну что за глупости, Юнхо? — Минги усмехается, качая головой, и коротко сжимает чужую руку, усмехаясь и даже выдыхая как-то облегченно. — Моя мама очень добрая, ты ей понравишься.  — Я все равно волнуюсь. — Чон бормочет, а после, когда они выходят, к Сону разворачивается и обнимает парня, кладя голову на его плечо. Он волнуется. Он вдыхает запах с шеи парня, крепко обняв за пояс, и сглатывает, а после отстраняется, подходит к двери после Минги и губу кусает, когда Сон жмёт на звонок, и ладонь младшего боязливо сжимает. Может, все таки не надо…? Он еще не готов к знакомству с его мамой, они еще не на той стадии, и Юнхо от страха щас прямо тут обосрется…. Когда дверь все же открывают, Чон понимает, что пути назад нет. Господи боже… — Привет, мам. Мы тут с… Юнхо. — Минги негромко бормочет, и Чон сжимает чужую руку, бледнея. Госпожа Сон смотрит строго, и старший чуть не грохается в обморок, кланяясь чуть ли не до пола и бормоча испуганное «здравствуйте». Она, кажется, его уже ненавидит. Ну всё. Пиздец. Женщина чуть сводит брови, окидывая Юнхо позади Минги, и недовольно хмыкает, посмотрев презрительно и покачав головой. — Ну здравствуйте. Проходите. — Женщина кивает, хмурясь, ее выражение лица такое надменное, и Минги сам аж стопорится, не понимая, что не так. Он непонимающе качает головой, оборачивается на Юнхо, подняв брови, а после слышит звонкий смех матери, что тут же руками машет, и оборачивается обратно. Ну и что это такое? — Господи, видели бы вы свои лица! Проходите, мальчики. Юнхо, дорогой, не стесняйся, проходи. Минни, покажешь, где все находится? — Да, мам. — Сон кивает, все еще находясь в ахуе, вздыхает, разуваясь, и помогает парню повешать вещи, следом уводя его в ванную. Юнхо до сих пор испуган. Он моет трясущиеся от страха руки, вытирая их предложенным полотенцем, а после шумно выдыхает, с нажимом проводя пальцами по глазам. Боже. — Я так испугался. — Юнхо бормочет, оборачиваясь на Сона с заломленными бровями, и к нему тянется, обвивая талию длинными руками и носом в шею прячась.  Прикасается прямо к горячей коже, и глубоко вдыхает, успокоиться пытаясь, и шепчет, — Очень. Я подумал, что меня сейчас выгонят.  — Я тоже испугался. — Сон усмехается, легко похлопывая парня по спине, и хмыкает. — Она решила пошутить, все хорошо. Пойдем в комнату. — Нам больше ничего не надо? — Все в порядке. — У вас так красиво… — Юнхо оглядывается, улыбаясь уголками губ, и хихикает, а после за Минги идет, садясь на кровать позади его стола. Компьютер… навороченный. И это мягко сказано. Он, конечно, не разбирается в этом, но это и дураку будет понятно. И комната у него красивая, светлая. Тут хорошо.  — Ты играешь в какие-то игры, да? — Ага.  — Серьезно? — Юнхо поднимает брови, ахая, и ближе подбирается, смотря на парня сверху вниз щенячьими глазами. — Покажи, как ты играешь! Я просто совершенно ничего в этом не понимаю. — Тебе правда интересно? — Сон бровь поднимает, хмыкнув, и цокает. — А как же проект? — Успеем! — А ты что, никогда не играл? — Ага! У меня нет компьютера. И не было никогда.— Солнечная улыбка на губах Юнхо, и Минги кивает. — Садись тогда, я себе притащу стул. — Хорошо! Минги быстро возвращается, и Юнхо хихикает, садясь за удобный, мягкий компьютерный стул. — Вау, какой удобный! И как тут играть? — Улыбается Чон, тыкая в мышку пальцем, и ближе к парню двигается. — Смотри. Эту клавишу удерживаешь, чтобы ходить вперед, эти две — налево и направо, эта — назад. Запомнил? — Ага. — Юнхо улыбается, хихикая, и на кнопки жмёт, а после пары раз, когда его убивают, звонко смеётся и широко улыбается, отодвигаясь от монитора. — Давай лучше ты? А я посмотрю. У меня не получается.  — Уверен? — Да, красавчик. — Дурак. — Минги бормочет, мягко качая головой, и улыбается уголками губ, а после ближе двигается к Сону, чтобы им обоим было удобно.  — Я тогда запускаю, ага? Чон на это лишь кивает головой, улыбаясь, и через экран смотрит на Минги. На мониторе его лицо выглядит более изящным из-за правильно падающего света, и сережка ему великолепно подходит. Юнхо чуть наклоняется, чтобы читать комментарии в игре, и хихикает. — Тут кто-то про мать пишет.  Юнхо голову склоняет, заинтересованно улыбаясь, и смотрит в экран, видя, как метко и быстро Минги стреляет, даже не смотря на клавиатуру. Пальцы парня двигаются плавно, но быстро, и Сон даже успевает отвечать на комментарии, быстро их читая. Вау. Это уже профессионализм. — Минги3000, выходи за меня! — Юнхо читает комментарий, улыбаясь широко, а после звонко хохочет, откидывая голову назад. Как мило. — У тебя такие смешные ребята. Сон серьезный, и Юнхо расплывается в мягкой улыбке. — Пишут, что ты круто играешь. А еще, что ты красавчик. — Чон мурчит, хихикая, плечом к плечу двигается. За плечо парня держится, чтобы ближе быть, и глазами по экрану бегает. Для него это совсе не странно. — Полностью согласен. Мне кажется, тебя стоит отвести в модельное агентство, негоже такой красоте пропадать, правда? Чон мурчит, а после хихикает, дотягиваясь и растрепывая чужие волосы. Это мило, а Минги чуть краснеет внутренне, но не показывает этого. — Улыбнись. — Чон бормочет, кладя голову Сону на плечо, и смотрит на Минги, что старательно концентрируется на игре, пытаясь не смотреть на Юнхо. Он его до сердечного приступа доведет своими выходками. — Ну пожалуйста. — Юнхо, ну… — Пожалуйста. — Чон бормочет, губы дуя, и смотрит Минги прямо в глаза, пока руками обнимает его крепкую, горячую руку. — Ты ведь такой красивый, когда улыбаешься. И Минги сдается, улыбается, а Юнхо тает. Расплывается в нежной, ласковой улыбке, и приглушенно смеётся, изнутри кусая нижнюю губу. Он… невероятный. — Ты очень красивый. — Чон сокровенно шепчет, мягко гладя Минги по руке, и улыбается уголками губ, смотря то парню в глаза, то переплывает взглядом на его великолепные губы. — Спасибо? — Минги тихо усмехается, поднимая бровь, и вздыхает, а после поднимает руку и растрепывает волосы на чужой макушке, отчего Юнхо шире улыбается. Невероятный… Великолепно красивый. Безупречный. Какие еще слова можно подобрать, чтобы описать красоту его друга? — Играй, не отвлекайся. — Юнхо бормочет мягко, почти нежно, воля большим пальцем по плечу Сона, и улыбается. — У тебя отлично получается. — Спасибо. — Минги пожимает плечами, тихо хмыкая, и натягивает наушники, и его замечательные сережки скрываются. Это заставляет Юнхо вздохнуть. Ему очень идут серьги. — А кто ты по типу личности? Я вроде бы… Полемист? Я не помню, честно.  Чон поворачивается к парню, улыбаясь, и легко по плечу похлопывает. Тот тихо усмехается и фыркает, сосредоточенно щелкая мышкой. — Тоже. — Замечательно. — Чон хихикает, улыбаясь, и поправляет свитер. — Мг. — У тебя такая крутая комната, — Юнхо улыбается, оглядываясь, а после видит маленький стикер на столе и берет карандаш, рисуя маленький рисуночек. Какого то котика рядом с цветочком рисует, и ласково улыбается, просто рассматривая все вокруг. Как тут красиво… — У тебя так красиво…— Чон бормочет, и какие то еще маленькие рисуночки рисует на стикере, — Мне у тебя нравится.  *** — Давай вставим эту картинку? — Юнхо наводит мышку на одну из картинок в третьей строке браузера, улыбаясь, и открывает на полный экран, а Минги качает головой. — Она по цвету не подходит. Лучше вот эту. — Сон мягко качает головой, пальцем тыча в экран, и хихикает, когда Юнхо недовольно вздыхает и что-то бурчит, но ничего против Минги не говорит. — Не надо так вздыхать. Она по цветовой гамме лучше вписывается. — Какая ты деловая колбаса, блин! — Чон со смешком бормочет, головой качнув, но все же соглашается с мнением парня, вставляя фото на слайд и улыбаясь. — Ну вот, смотри, всего за час справились. Молодцы мы, правда? — Мг. Минги кивает, усмехаясь еле заметно, а после презентацию сохраняет и отправляет учителю в электронном журнале, но ему все равно не по себе. Он не может позволить себе расслабиться, потому что ждёт какой-нибудь насмешки и или издевки каждую долбаную секунду, для него это дико непривычно. Он в жизни никогда не видел столько тактильности в свою сторону. Обычно его шпыняли, только мама обнимала только по вечерам, а Юнхо, кажется, экстрасенс. — Ты вообще никому не доверяешь, а? — Чон бормочет, вздыхая, а после опускает парню голову на плечо и тихо вздыхает. Ему хочется, так хочется быть ближе к Минги, но он открывает лишь на самую малость, чтобы не казаться грубым и черствым. Ему приятно, что Юнхо хочет с ним общаться. Ну, если это действительно так, а не какая-то тупая шутка Хонджуна. — Мг, — Минги напускно-безразлично пожимает плечами, вздыхая еле слышно, и усмехается, когда Юнхо ерзает у него на плече. Сон правда не знает, чего этот парень хочет добиться. Минги не имеет связей, у него не так много денег, выгоды из этого получить невозможно. Возможно, Юнхо хочет слить какие-нибудь секреты, которых у Минги как таковых и нет, может просто хочет бросить позже. Что ему нужно? — А ты можешь нарисовать мне что нибудь? — Юнхо бормочет мягко, чисто, нежно, но Минги все равно хмурится. Чон уже хочет расстроиться, ведь… он правда не желает младшему зла, но ведь не докажешь никак. Чон сам такой, но вряд ли Минги поверит. Сон отрицательно качает головой на чужой вопрос, и вздыхает, поправляя свитер. — Даже совсем малюсенькое что нибудь? — Юнхо очень хочет увидеть хотя бы один рисунок этого замечательного парня. Он поднимает голову, носом чуть не ткнувшись в чужую щеку, и мягко, осторожно гладит гладит Минги по крепкому плечу, касается плавно, чтобы не спугнуть парня, как недоверчивого щеночка. — Я вообще не рисую больше. — Сон бормочет, чуть отворачивая голову, и хмурится. Он пока не хочет говорить, что рисовал снова. У него такие красивые, замечательные брови… Юнхо сразу заметил это. Странно звучит, но они такие харизматичные, красивые, и в левой брови было бы красиво сделать еще одну тонкую полоску по диагонали. Это было бы пиздецки горячо. — Ты никогда не думал сделать вторую полоску на брови? — Чон мурлычет, мягко хихикая, и легко щипает парня за локоть, чтобы развеселить. — Или пирсинг в губе? — Потом как нибудь. — Сон хмыкает, пожимая плечами, и краем глаза видит, как Юнхо снова улыбается широко-широко. Чего он постоянно такой довольный? — Чего ты улыбаешься? — А чего мне дуться сидеть, а? — Чон хихикает, а после звонко смеётся, когда Минги фыркает. — Смешной ты. — Сам такой. — Минги хмыкает, а после поднимается, когда в дверь звонят. Юнхо поднимается следом и идет свостиком за парнем. Господи, наконец-то они поедят. — Я думал, что скоро с ума без еды сойду. — Юнхо широко улыбается, глядя, как Минги несёт две коробки пиццы в комнату, и мягко вздыхает. Минги невероятный. — Чего не сказал-то? Я бы тебе принёс что нибудь. Минги хмыкает, ставя коробки на стол, а Юнхо плечами жмёт, садясь на второй стул и поджимая под себя ноги, и с улыбкой открывает коробки, довольно вдыхая безумно вкусный запах. — Господи, я в раю. Обожаю гавайскую пиццу. — Чон довольно мычит с набитым ртом, закатив глаза, чем вызывает у Минги смешок. Вдвоем Чону безумно комфортно. — Ее мало кто любит, знаешь. — Судьба, как считаешь? — Юнхо мурлычет, улыбаясь лукаво, а после на нахмуренные брови парня хохочет. — Господи, ну чего ты постоянно хмуришься? Ты гомофоб что ли?  — Да нет…— Минги жмёт плечами, качнув головой, и чуть губы дует, — Усаны всегда под носом из-за Уена. Он же типо подружиться со мной пытается, ну а Сан всегда рядом с ним. — Почему ты не хочешь общаться с Уеном? — Чон еще раз свой кусочек пиццы кусает, довольно усмехаясь, и чуть ближе к Минги двигается. — Он хороший. — Он слишком веселый. Такие обычно со всеми сплетничают. В одном конце пернешь, в другом донесут, что обосрался. Юнхо хлопает глазами, явно не ожидая таких предположений. Он аж рот открывает, а после звонко смеётся, словно колокольчик. Он закрывает рот рукой и запрокидывает голову, звонко хохоча. Господи! Как Минги вообще мог о таком подумать? — Свет мой, ты дурачок? — Чон хохочет, смотря на непонимающего парня, и чуть не давится. — С чего вообще ты так думаешь? Он ведь правда милашка. Да и друзей у него почти нет, он постоянно с Саном.  — Не может же быть все так… спокойно. Вдруг что то с ним не так? — Со всеми нами что-то не так. Уен правда не желает тебе зла. Я ему верю. — Чон мягко бормочет, а после ласково улыбается, дотягиваясь до чужой макушки и растрепывая короткие волосы. — Тебе очень идут эти сережки. Красивые. — Спасибо. — Минги жмет плечами, вздыхая, и поднимает уголок губ. — Меня тоже много гнобили, помнишь? Если тебе от этого будет легче. — Юнхо тихо бормочет, надув губы, и смотрит в чужие невероятные глаза. Они великолепно красивые. — Только в прошлом году я смог забить хер. И знаешь, стало только легче. — Я не могу так. — Минги вздыхает, качая головой, а Юнхо губы надувает. — Тебе так только кажется, нужно просто найти правильного человека. Мы ведь сегодня целый день были вместе, и ты совсем не обращал на Хонджуна внимания. — Чон хихикает, с улыбкой ловя чужую ладонь, и рассматривает серебряные кольца. — Тебе бы очень подошел какой-нибудь гранж стиль. Знаешь, брюки карго, грубая рубашка, цепочка, громоздкие ботинки и куча колец. Но при мне лучше не носи такое, иначе я на тебя наброшусь. Чон хихикает, улыбаясь, а после довольно хмыкает, рассматривая отросшие пряди парня. — Тебе бы пошел розовый. — Юнхо хмыкает, чуть наклоняя голову, и облизывается, видя, как Сон поднимает бровь. Ну какой красивый… — А еще у меня скоро день рождения. Придешь? — А… — Парень мешкается, и неловко губу грызет, — Кто еще будет? — Уен, ну и с ним, естественно, Сан. — Юнхо чуть поднимает голову, люстру рассматривая, а после снова возвращает взгляд на парня,—Ты не против? Если хочешь, можем отпраздновать вдвоем. — Все нормально, я приду. — Слишком красиво не одевайся, а то весь день рождения я буду смотреть только на тебя. — Юнхо бормочет ласково, нежно, а после опускает голову на чужое плечо, обняв парня за шею. — Мне с тобой очень нравится. Ты классный. — Чего во мне классного? — Сон усмехается, поднимая бровь, и опускает ладонь парню на лопатки. Он не считает себя классным. Что в нем классного, если он ничего не умеет? — Все. Странно, что ты не замечаешь этого. — Чон вздыхает, качнув головой, и надувает губы. — Ты любишь ужастики? — Угу, а ты? — И я! Давай посмотрим? Поедим заодно. — Как хочешь. Сон пожимает плечами, отключая наушники от компьютера, и колонки подключает, улыбаясь уголком губ. — Выбирай. — Давай этот? — Юнхо пальцем указывает на обложку его любимого «Астрала» и улыбается, хихикнув. — Это просто мой любимый. Сон кивает, нажимая на плей, и откидывается на кресле, и Юнхо копирует его позу, поджав под себя длинные ноги. Свет горит неярко, и Чон правда погружается к сюжет фильма, и сам не замечает, как голову кладет на чужое плечо, поудобнее устраиваясь. Он любит «Астрал» всей душой, хотя смотрел его уже раз десять точно. — Я люблю бабулю тут. — Юнхо тихо бормочет, чтобы сильно не отвлекать Минги, и улыбается уголками губ. — Она милая. Я бы хотел себе бабулю экстрасенса. Минги на его выходку только усмехается, качнув головой, и берет новый кусок пиццы, скептически фыркая.  — На кой черт тебе бабуля экстрасенс? — Ты что! — Чон с наигранно оскорбленным лицом к младшему оборачивается, поднимая брови, и тычет в плечо пальцем, — Это же так классно! Бабуля, которая умеет видеть призраков и вызывать духов. Я мечтал о такой в детстве. Я вообще всегда фанател по этим всяким приведениям, духам и демонам. — Серьезно? — Ага. И если ты не любишь, то я в тебя вселю демона! Клянусь. — Верю, верю. — Минги поднимает руки, мол, сдаюсь, и Юнхо кивает, укладываясь на его плечо. — Так бы сразу.