Демон, пожирающий сны

– Господин Аратаки, вы выводите меня из себя. Комната для допросов давила на голову, своими пыльными стенами грозилась раздавить черепную коробку и слизать с бетонных пальцев выплеснувшуюся кровь. Единственный источник света – маленькая лампа со свечой внутри – отбрасывал на пол размытые тени и не давал рассмотреть ничего дальше фигуры собеседника. Да и смотреть было, в общем-то, не на что. В ответ на замечание Итто осклабился и облизал губы. Сутки в тюремной камере не слишком способствовали покладистости, особенно когда прямо перед носом, в прямой досягаемости – хватай и беги – сидела генерал собственной персоной, раздражённо подёргивая мыском ноги и поджимая и без того тонкие губы. Вряд ли тэнгу согласится на реванш именно сейчас. Но сам факт того, что Сара пришла лично «собеседовать» его, заводила Итто почти так же, как ладная фигурка генерала. – Хотите заключить сделку с дьяволом, Кудзё Тэнгу? Девушка гордо вздёрнула нос и хмыкнула. – Получается, вам есть что мне рассказать. – Вам или не вам, госпожа, – о́ни диким зверем взглянул из-под ощетинившихся бровей, – по этому делу мне рассказывать нечего. Сара, сохраняя видимое спокойствие, постучала ноготками по крепко сколоченному столу. Итто жадным взглядом проследил за тем, как узкая ладонь с длинными пальцами скрывается под грубо обтёсанным деревом, и снова облизнулся. – Ваши солдаты явились в наш лагерь и перевернули всё до дна, – расслабляя широкую спину, о́ни принял расслабленную позу и хотел было закинуть руку на гребень стула, но звякнувшие в тишине комнаты наручники помешали. – Меня отвели сюда, не предъявив никаких обвинений, и продержали почти день без еды и воды. Сара нахмурилась, но промолчала. Итто наклонился к девушке через стол. – Думаете, такое обращение развяжет мне язык? Генерал задумчивым взглядом проводила последний изгиб пухлых губ, после чего одним движением руки заставила чугунный лоб собеседника встретиться с поверхностью стола. Мебель злобно заскрежетала, произнося проклятия на неизвестном языке. Пока Итто слегка растерянно тёр лоб, генерал молча встала из-за стола и подошла к выходу. На низком столике стоял кувшин с водой и стакан, который тэнгу наполнила до краёв, после чего снова вернулась на своё место, закинув ногу на ногу и лениво потягивая прохладную влагу. Итто зарычал и попытался встать, но Сара одним движением руки указала ему на стул. Когда парень, сверкая глазами, сел, генерал протянула ему стакан из своих рук. – Не отравлюсь вашим ядом? – съязвил о́ни, но подачку всё же принял, после чего большими глотками опустошил до дна. – Надеюсь, вы удовлетворились нашим обращением и готовы делиться информацией, – безэмоционально протянула тэнгу, со скучающим видом разглядывая красные рога. Итто посмаковал прохладную чистоту последних капель на языке, после чего толкнул стакан к генералу. – Не понимаю, что именно вам от меня нужно. Сара неторопливо поднялась и пошла по камере, разглядывая ткань своих перчаток и будто бы не обращая внимания на раззадоренного о́ни. – По какой-то удивительной причине, господин Аратаки, – холодный тон не предвещал ничего хорошего, – вам каждый месяц приходит письмо из Ватацуми. Не хотите объясниться? – Вы обвиняете меня в том, что я поддерживаю Сопротивление, генерал? – насмешливо сказал Итто, не поворачивая головы. Тэнгу остановилась за его спиной, сверля белобрысую макушку тяжёлым взглядом. – Кудзё Тэнгу лично отобрала у меня Глаз Бога, регулярно запихивает в тюремную камеру и отбирает и без того жалкие пожитки. Какую вражду я могу испытывать к полиции? Играть удивление у о́ни получалось замечательно. Он наслаждался тихой яростью Сары, словно тяжелое одеяло окутывающей его с головы до ног. В воздухе начинали носиться беловатые искры электричества, настолько напряжённым казался диалог. – После этих слов я запишу вас в главные рецидивисты, – протянула Сара, выходя из-за спины парня и присаживаясь на стол. Её нога в элегантной гэта будто бы невзначай дотронулась до щиколотки о́ни, едва касаясь прошлась по внутренней части массивной голени и остановилась у разведенных бёдер, касаясь ткани штанов у колена одним большим пальцем. – Вы просто меня не знаете, генерал, – хищно оскалился Итто и каменной хваткой схватил голую лодыжку. – Познакомимся поближе? Звякнув цепочкой наручников, о́ни попытался опрокинуть Сару, но та крепко ухватилась за стол. Её жёлтые глаза блестели почти так же хищно, и у Итто на секунду перехватило дыхание. – Хотите, чтобы я арестовала вас за угрозу жизни генерала? – парень с усмешкой поднял руки к плечам. – Так-то лучше. Быстрым движение Сара сбросила на пол красную гэта. Итто решил, что готов зубами стянуть мягкие белые таби, оголяя холодную ступню, но все мысли испарились, как только нога девушки приблизилась к паху и легонько надавила на ширинку. Тэнгу рассматривала покрасневшее лицо о́ни с хитрой, незнакомой улыбкой. Итто видел в ней всё — от ласки и нежности до яркой ненависти, злобы, страха. – Надеюсь, не каждый хулиган удостаивается чести пройти такой допрос, – задыхаясь от возбуждения, прохрипел парень, опуская руки. – Молчи. Шагающими движениями — от оголенного пупка до подбородка — Сара подняла ногу, чтобы та мягко упёрлась прямо в губы парня. Прикрыв глаза, Итто послушно взялся зубами за кончик носка и поймал стройную голень, чтобы нежными касаниями пройтись по холодной — как он и думал — пятке. Сара невинно вздохнула, и в голове у о́ни взорвались бесчисленные фейерверки. Оставив приличия, парень поднялся и без труда опрокинул тэнгу на стол, вжимаясь пахом в её бедро. Закинув фигуристую ножку себе на плечо, слюнявыми поцелуями пробежался по внутренней стороне, прикусил молочную кожу, почувствовал под руками лёгкую дрожь. Сара тонкими трепещущими пальчиками потянулась к массивному ремню. Итто терпеливо ждал, слушая учащающееся дыхание, когда тёплая рука, сжимаясь на белоснежной коже, оставляла очередной синяк. Звякнула пряжка, и тэнгу с облегчённым стоном откинулась на спину, но этого было мало. Зарычав, о́ни заставил девушку перевернуться так, чтобы её грудь и живот оказались на столе. Взгляду открылась поистине возбуждающая картина. Задравшиеся полы юбки больше не могли скрыть розоватую кожу на упругой попе. Огладив округлости, Итто несколько раз мягко шлёпнул по коже, но и это удовлетворения не вызвало. Наручники мешали ударить с оттягом, поэтому о́ни выбрал другой путь. Сара вздрогнула, когда тёплые руки пропали с ее кожи. Пару секунд она терпеливо ждала, но когда захотела обернуться, снова почувствовала давление на поясницу. Положив обе руки на талию тэнгу, Итто присел так, чтобы его лицо оказалось между покрасневших бёдер. Ему казалось, что девушка перестала дышать, пока он медленно, словно зверь, обнюхивал её промежность. Влаги было много, и Итто позволил себе легонько лизнуть одну из половых губ. Сара протяжно застонала и закрыла свой рот обеими руками. – Какая умная тэнгу, – мурлыкнул о́ни и, высунув язык, прошёлся от лобка до сжавшейся дырочки анального отверстия. Сара снова высоко запищала, и, будто подбадриваемый этими звуками, парень принялся за дело. Когда напряжённые бёдра, вздрогнув в агонии, послушно замерли под пальцами, Итто напоследок укусил сладкую попу и встал с колен. Сара медленно, будто зачарованная, сползла на пол, пытаясь нашарить белоснежный носок. Оба ёкая молчали, пока генерал одевалась и отряхивала одежду от прилипшей пыли. – В следующий раз, когда захочешь увидеться, не обязательно отправлять меня в тюрьму, – бросил о́ни ей в спину, когда девушка, нацепившая маску безразличия, дошла до выхода из комнаты. Сара не ответила, только хлопнула сёдзи напоследок, из-за чего та закрылась неплотно. – Двое суток, потом отпустите, – строгий голос удалялся прочь, унося тихое стучание каблучков. Итто, поправляя топорщащуюся в паху ткань, тихо хмыкнул. Столько ждать генерала на тюремном футоне он был не намерен.